Невеста Полоза

Пробираться по пояс в снегу Под чужими и страшными звёздами, Падать и вновь подниматься — Вот всё, что могу. Оргия Праведников

       Кажется, даже витражи в портальной зале потеряли весь свой блеск. Луна не разукрасила разноцветными бликами стены, позволив невидимой в темноте женщине скользить по коридорам. Нет. Не все кошки серы. Есть такие, что чернее ночи.        Портал, знакомый до последней вмятинки на своей поверхности. Алена провела ладонью по его матовой поверхности и тяжело вздохнула.        Пора.        Что ждет ее там, на той стороне? Страх и ужас войны. Мертвые, обезображенные смертью лица солдат. У войны никогда нет победителей, все стороны уже заранее проиграли ее.        Змеица, проходя через портал, предпочла не думать об этом. Пусть будет так, как будет.        – Ой! – сдавленно выдохнули в темноте, когда Алена вышла из портала.        – Что не так? – холодно спросила женщина.        – Я думал, вся армия уже ушла... – начал оправдываться невидимый собеседник, которым, судя по голосу, был какой-то молоденький солдат.        – Я похожа на воина?        – Н-нет... А вы кто?        Алена усмехнулась. Да уж... Она ожидала конвоя с обоих сторон портала, который должен был «никого не впускать и никого не выпускать»... А тут на тебе! Да, недооценил ее Полоз, недооценил...        – Я Змеица. И мне нужно, чтобы меня проводили к стоянке армии.        – Ничего себе! Э-э-эм... Извините.        Паренек прошел к двери, и распахнул ее, заполняя помещение слабым светом.        – Я Дитан, госпожа.        Алена пошла на свет, и они оба оказались в длинном коридоре. Дитан выглядел всего на 15 лет, и он остался здесь вместе с еще одним стражем – все остальные отбыли вместе с армией.        – И я сам дорогу не знаю, но Катор вроде может показать, – закончил рассказ Дитан.        Они вышли на улицу, где во дворе сидел молодой мужчина. Алене он не понравился – уж слишком отвратное впечатление он вызывал со своими сальными волосами и маленькими блестящими глазками. На Алену он уставился как на привидение. Со своего места он буквально подскочил, встав перед Змеицей по стойке смирно.        – Это Катор, – представил сослуживца Дитан.        – Рада познакомиться, я Алена. И я хочу попросить вас проводить меня в лагерь к моему мужу.        – Очень приятно,- протянутую Аленой руку он не пожал, а поцеловал.        Змеица с трудом подавила желание выдернуть ладонь из его пальцев и вытереть ее об край плаща, стирая с кожи это ощущение слюнявых губ.        – Думаю, не стоит терять время на приветствия. Я спешу.        – Тогда нам тоже стоит поторопиться, – кивнул Дитан. – Я приведу коней.        – Куда вы путь держите, княжна? – заискивающим голосом спросил Катор.        – Судя по всему, туда, куда прошу проводить, – довольно резко ответила Змеица, готовясь вот-вот сорваться и отказаться от такого сомнительного проводника.        – Тогда, наверное, вас встретят? Отряд поедет нам навстречу?        – Нет, я надеюсь прибыть в лагерь инкогнито, – Алена обворожительно улыбнулась той улыбкой, какой во дворце встречала всех этих напыщенных дворян, от которых Полоз, как ни старался, избавиться не мог.        – Тор, не доставай нашу княжну. Твое любопытство здесь неуместно, согласись? – Дитан вывел из конюшни двух коней, уже знакомых Алене. – Тут такое дело... Нам только двух лошадей оставили... По числу дозорных.        – Это не беда! Пожалуй, я поделюсь седлом с княжной, – улыбнувшись, вызвался Катор.        – Думаю, что мне все-таки следует сесть с Дитаном. Так конь меньше устанет.        Дитан, который был наполовину тоньше Катора, фыркнул, заметив, как тонко и необидно об их телосложении сказала Змеица.        – Тогда в путь! – решил он. Тор, раздосадованный тем, что Алена так невежливо отказалась от его услуг, тяжело забрался на коня.        Дитан подтянул подпруги и вскочил в седло, оттуда протягивая Алене руку.        Когда они уже скакали по пустыне, переходящей в степь, юноша обернулся ко Змеице.        – Знаете, княжна, это не первая наша встреча! Я видел вас на зимних боях, вы тогда стояли рядом с Полозом, а потом смотрели, как он ловко разделался с теми двумя. Вы смотрели на него с таким восторгом, что мне аж завидно стало, – признался Дитан. – И я решил пойти в военное дело. Все равно мне, такому честному, идти по купеческим стопам отца не было смысла.        – И не боишься вот так, почти в одиночестве, оставаться охранять целый замок, пусть и небольшой, под носом у врагов? – удивилась Алена.        – Очень боюсь, – потупился парень.        – Тогда ты точно не дурак и вскоре победишь свой страх,- княжна улыбнулась, сильнее натянув капюшон на голову. – Вот если бы ты лез на рожон, тогда бы я прямо сказала – воина из тебя не получится!        Катор скакал далеко впереди, но в зоне видимости.        – Неужели армия могла уйти так далеко?        – Ну основная часть войска давно была на месте. Да и армия людей готова к бою аж с начала весны. А конным отрядам добраться – раз плюнуть, – пояснил юноша, высматривая Тора. – Куда подевался этот прохиндей?!        Вылетевшая из-за бархана стрела стала для Алены и Дитана полной неожиданностью. Древко с цветастым оперением пролетело в опасной близости от макушки княжны.        Всадники тут же выскользнули из седла, и юноша задвинул княжну себе за спину. Всадники выскочили из-за дюны, сопровождаемые Катором.        – Предатель, – прорычал парень, вынув из седельных ножен меч. Алена тоже обнажила свой клинок, хотя чутье подсказывало ей, что битвы не будет. Что может сделать пятнадцатилетний парень и она, полгода назад меч в руках ни разу не державшая, против хорошо подготовленного отряда?        Степняки окружили их, двое лучников взяли Алену и Дитана на прицел.        – А это точно она? – с подозрением спросил у Катора глава отряда, который выделялся среди всех остальных богатой сбруей и широким расшитым поясом.        – Точно, – откликнулся Тор, показываясь из-за спин членов отряда. Алена поняла, что собирается сделать Дитан, только когда тот зарычал от ярости и выбросил руку вперед. Кинжал, брошенный им, вонзился предателю точно в шею. Катор захрипел и мешком свалился с коня.        Змеица вскрикнула, а глава отряда уже наставил на горло юноши острие меча.        – Хороший бросок. Но ради чего? – усмехнулся мужчина, мечом заставляя Дитана все выше и выше задирать голову.        – Собаке – собачью смерть, – выдавил парень, судорожно дыша.        – Хм-м, – задумался главарь. – А какой смерти заслуживает буйный пленный, убивший очень важного информатора?        – Он заслуживает быть убитым рукой самого князя, или, по крайней мере, воеводы, но никак не жалкого десятника, – веско сказала Алена, удивляясь возникшей в ней наглости.        – Что?! – рука, державшая меч дрогнула, оставив на подбородке юноши длинную царапину, и опустилась.        – А девка то не только красавица, но и на язык остра, – гоготнул кто-то из отряда.        – Княжна, – главарь ее словно только что заметил. – Какая приятная неожиданность! Уж кого не ожидал тут встретить, так это вас! Я думал, вы сидите дома, прядете шерсть и нянчите пятого ребенка. В вашем-то возрасте.        Алена взяла за руку Дитана, который принялся мелко дрожать от обиды и злости.        – Я не смогла сдержать желания поговорить со степным ханом, вы же не откажете мне в этом удовольствии? – посмотрев прямо степняку в глаза, ответила Алена.        – Более того, я устрою встречу с тем, кто давно мечтает перерезать вам глотку – с князем-оборотнем. Бросьте меч, иначе я отрежу вам руку, – велел мужчина.        Алена даже не подумала следовать указу. Она ловким движением руки отправила клинок обратно в заплечные ножны. Уж что-то, а убирать меч она умела мастерски. Равно, впрочем, как и заговаривать зубы. ***        Их везли на одной лошади, позволив самим управлять поводьями и даже не забрав оружия. Степняки просто связали им руки перед собой и закинули на коня. Их взяли в круг, готовясь, видимо к попыткам побега, но пленники вели себя тихо.        – Зачем ты это сделал? – звенящим шепотом спросила Алена у Дитана, ехавшего впереди.        – Представьте, княжна, сколько бы он еще донес и разболтал! – попытался оправдать себя парень.        – А ты представь, если бы они тебя за это убили! Ведь они готовы были на это пойти!        – Смерть предателя важнее моей жизни, согласитесь, княжна!        – Нет, Дитан! Помнишь, я говорила тебе, что ты не дурак? Я скоро поменяю свое мнение!        – О чем вы там болтаете?! – пресек их спор главарь отряда.        – О том, как хорошо уметь летать! – выдала Алена, кинув взгляд на мужчину.        – Это почему же? – не понял он.        – А чего в этом плохого? Захотелось тебе – вспорхнул и полетел! И только вечное небо тебе граница!        – Я бы на твоем месте, княжна, думал не о небе, а о том, что над ним. А именно – существуют ли небесные чертоги, куда Всевышние заберут твою душу после того, как она расстанется с телом, – усмехнулся степняк.        – Я могу сразу ответить – там ничего нет, – резко ответила Алена. – И бесполезно полагаться на богов. Доверять можно только себе.        – Гордая! – вырвалось у мужчины. – Ничего! Ханский гарем еще и не таких ломал!        «Anima. Volatilis. Nullius non Unbroken. Nisi Serpens*», – выдала Алена.        Именно эти строки были тонкой вязью выгравированы на лезвии ее меча. Девиз девушки, ее прихоть.        – Что? – не понял мужчина.        – Считайте, что я вас прокляла! – Змеица залилась громким и немного истеричным смехом.        – Дурная, – вырвалось у главаря.        Алена замолчала, продолжая улыбаться. Ей отчего-то сделалось невообразимо легко, словно голову ей заменили холщовым мешком, набитым соломой. Змеица не сразу поняла, что у нее начинается истерика. Чуть позже она уткнулась в спину Дитану, вытирая слезы об ткань его жакета.        Лагерь степняков поражал своим размером. Казалось, что их тьмы, и тьмы, и тьмы... Алена смотрела вокруг во все глаза, внимательно запоминая все то, что видела на пути в главный шатер.        «Главное – не бояться», – твердила себе Змеица.        Когда они доехали до шатра, их вместе с Дитаном сдернули с лошади и, крепко схватив за руки, повели вперед. Под плотной тканью шатра царил полумрак. Там, на доброй полусотне подушек, раскинутых по полу, сидели двое.        – Что случилось? – спросил один из них, лысый мужчина с ужасной козлиной бородкой. Он был одет в какой-то непонятно запахнутый халат и дурацкие полосатые шаровары.        – Мы поймали змеиную княжну, хан!        – Что? – визгливо переспросил он. – Вот эта – княжна?        – Да. Это она, – второй мужчина, кого-то неуловимо напоминающий Алене, поднялся с подушек и подошел к ней ближе, вглядываясь в лицо.        – Ты уверен, Кашир?        «Кашир Сивый, отец Петра», – поняла Алена, и от этой мысли у нее почему-то по спине побежал холодок. Два главных врага здесь, а у нее так подло связаны руки...        – И как же вам удалось ее поймать? – насмешливо спросил оборотень, рассматривая Алену как диковинную зверушку.        – Наш человек в их войске привел ее прямо к нам в лапы, – доложил главарь отряда, привезший сюда Змеицу.        – Неплохо было бы наградить такого смельчака, – дернул уголками рта Сивый.        – Не получится. Его вот этот убил, – Дитан получил увесистый тычок в спину, заставивший его сделать шаг вперед.        – А это кто? – брезгливо спросил хан.        – Это мой брат, – громко оповестила Алена, незаметно наступив открывшему было рот Дитану на ногу, чтобы тот и не вздумал протестовать. Брата княжны они тронуть не посмеют, как бы не угрожали, уж больно ценен он для переговоров. А вот простого солдата способны пустить в расход.        – Брат... – протянул Кашир, вновь опускаясь на подушки. – Как думаешь, Арсул, что делать нам с этой семейкой?        – Девчонку, так и быть, отдам сыну. А этого – казнить,- дернул плечами хан.        – Да уж, казнить детей – это очень в духе Кашира Сивого, – вырвалось у Алены.        – Я понял, о чем ты говоришь, девчонка, – оборотень взглянул на нее с таким лицом, что у Алены сердце пропустило удар. – Петр сам выбрал свою судьбу. Он принял решение и поплатился за него.        – И юный княжич тоже выбрал свой путь, когда вы схватили его и стали пытать? – Алена задавала вопросы громко, идя ва-банк. Она сделал шаг вперед, но руки охранников вновь дернули ее на место.        Верхняя губа Сивого дернулась, обнажая увеличившиеся клыки – Змеица довела его до состояния полнейшего бешенства.        – А знаешь ли ты, – Кашир надвинулся на девушку, схватив ее за шею. – Что твой муж сполна отомстил мне за свои унижения? Он забрал у меня жизни двух старших сыновей, оставив только дочь! Справедливость, в которую ты сейчас пытаешься ткнуть меня носом, давно свершилась и без тебя!        Он отшвырнул ее от себя, бросив походя солдатам, чтобы те заперли пленников в шатре для осужденных.        Алена выслушала приказ и вышла на свет с гордо поднятой головой, чувствуя, как по вискам стекают капельки пота.        – Я думала, поседею... – выдохнула она.        – Да ладно, на твоей белобрысой голове не видно, сестренка, – тихо фыркнул Дитан, которому было стыдно за то, что он ничего не предпринял. Парень пытался храбриться, но бегающие глаза и застывшая улыбка выдавали его состояние.        – Цыц, – шикнула на него Алена.        Шатер для заключенных напоминал огромную клетку, обтянутую тканью. Внутри – только соломенный пол и больше ничего. Алену и Дитана, даже не развязав им руки, бросили туда через маленькую дверцу, потом заперев ее на замок.        Едва полог опустился, Алена присела на корточки перед Дитаном. То ли степняки совсем глупые, то ли совсем не принимают их всерьез.        – Аккуратно вынь меч из ножен и разрежь веревки,- велела она. – Еще только утро и чутье мне подсказывает, что у нас будет долгий и трудный день...