Невеста Полоза

Жизнь висела на волоске, Шаг-и тело на скользкой доске. Сталь хотела крови глоток, Сталь хрипела: Идём на Восток! Ногу Свело!

      – Как же я вас всех ненавижу! – вываливаясь из появившегося посреди круга портала, заявила Криштианна. – Вы меня не могли сразу позвать?!       – Явилась, – тихо хмыкнул Полоз, кашлянув кровью.       – Несите его в портал! Быстро! Ну!       Грай и Андрий бросились было к Полозу, но Алена остановила их.       – Нет! Вы оба остаетесь и разбираетесь с армиями. С нами пойдут Ринат и Дитан.       Грай кивнул и отступил. Криштианна, которая оставалась предельно спокойной и собранной, с усмешкой наблюдала за тем, как Дитан и Ринат подхватывают потерявшего сознание Бренко и затаскивают в портал.       Алена оглянулась на всех присутствующих и шагнула вслед за ними. Последней в портал, закрыв его за собой, шагнула Криштианна, подметающая полами своего длинного платья землю.       На той стороне Бренко переложили на носилки и быстрым шагом понесли куда-то. Находящаяся в прострации Алена огляделась вокруг – портальная зала, то же самое матовое зеркало... Только вот витражи в большинстве своем были разбиты и цветными осколками валялись на полу.       – Что тут случилось? – просила она у Криштианны.       – Когда мои силы оказались более не связаны проклятием... Немножко переусердствовала с построением портала. Ключа ведь не было.       И вышла. Алена покинула залу, напоследок оглянувшись. Витражи разбились. Пророчеству конец.       Они бежали по коридору, Алена спешила за носилками, едва успевая, когда почувствовала, что внутри у нее что-то рвется. Мгновение – и где-то в районе желудка словно слетела натянутая струна. От дикой, тянущей боли внизу живота она сначала сложилась пополам, а потом и вовсе опустилась на колени, обхватив себя руками.       Криштианна, держащая Полоза за ладонь, оглянулась и, выпустив руку мужчины, подбежала к Алене.       – Дорогая, что с тобой? – она присела рядом со Змеицей, отрывая ее руки от живота и заглядывая ей в глаза. – Алена, что...       – Выкидыш, – полузадушено и обреченно ответила Змеица, пытаясь сделать хоть один вдох, вдохнуть чуть-чуть воздуха.       – Ты беременна? – с неподдельным ужасом спросила колдунья, уже зная ответ.       – Была, судя по всему, – выдавила Алена, сгибаясь еще сильнее.        Мертвые никогда не ошибаются, ведь так?       – Сюда! Скорее! – закричала Криштианна так, что задрожали стекла, грозя так же, как и витражи, разлететься осколками. – Хватай ее на руки! И срочно приготовьте теплую ванну! Срочно! – велела она подбежавшему Ринату.       Алена застонала, когда он поднял ее, и провалилась в спасительную темноту. Главное, чтобы Бренко остался жив. ***        Она очнулась уже когда ее опускали на кровать. Тело болело, кости ломило, а вокруг витал дух каких-то тошнотворно пахнущих трав.       – Алена, не поднимайся, – велела Криштианна, оказываясь рядом с ней.       – Все? – спросила Алена, чувствуя, как по щекам катятся слезы отчаяния.        Несколько секунд до ответа колдуньи показались Алене вечностью. Змеица закрыла лицо руками, сотрясаясь в рыданиях. Ее девочки, ее ребенка, которого она толком и почувствовать не успела... Его больше нет.       – Не-е-ет! – истошно завопила она, дергаясь на кровати.       Криштианна обняла ее, прижимая к себе.       – Ну ты чего, дурочка? Все нормально, все хорошо, ничего непоправимого, что ты там себе надумала, не случилось.       – Но первым должен родиться мальчик! Не сейчас, так потом, – Алена плакала навзрыд, цепляясь за платье колдуньи.       – Ну он наверное первым и родится...       – Что? – Алена оторвалась от нее.       – Я чувствую, что у тебя родится двойня. Мальчик покрепче, он первенцем будет...       – О бо-о-оги, – простонала девушка, вновь начиная плакать.       Криштианна как маленькую успокаивала ее, а Алена все никак не могла прекратить рыдать. За неполный год в замужестве она выплакала все глаза. Когда ее обижали в детстве – она терпела, когда что-то не получалось – она упрямо лезла вперед... Но под защитой мужа, объятая его любовью, она давала волю слезам.       – Как Полоз?– чуть погодя всхлипнула Алена.       – Совсем плохо, – выдохнула колдунья, смотря в стену перед собой. – Я залечила рану, но он балансирует на краю пропасти, он слишком измотан. Слишком.       – Нет, нет, нет... Это все я виновата... – рыдания уже были готовы начаться по новому кругу.       – Выйдите, Криштианна, – твердо сказал Ринат, появляясь в дверях.       Алена взглянула на его лицо и бросилась к нему, упала на пол, прижимаясь к его ногам.       – Пожалуйста, Ринат! Не говори мне ничего! Не говори! Не говори мне, что он умер! Не говори мне, миленький! Я не переживу! Я умру вслед за ним... – запричитала она, мертвой хваткой вцепившись в брата.       Ринат оторвал ее от себя и рывком поднял на ноги. Откинув волосы с ее лица, он как следует тряхнул ее за плечи, отчего голова Алены мотнулась, как у безвольной куклы.       Криштианна проскользнула в коридор, прикрыв за собой дверь.       – Он жив. Пока! Но как ты думаешь, станет он поправляться, когда увидит, что его любовь полностью раздавлена, а? – жестко спросил он, глядя ей прямо в глаза. – Боги тебе детей сохранили для того, чтобы ты их сейчас своим состоянием снова погубила?!       – Нет, – Алена безуспешно пыталась остановить слезы.       – Так соберись! Ну же! Собери волю, остатки сил и стань для него поддержкой! Вам двоим остался один шаг – как до вечности, так и до обычной жизни. И ответственность за этот шаг лежит на тебе!       В голове у девушки начало проясняться, а слезы все равно продолжали литься нескончаемым потоком. Ринат вздохнул и прижал свою непутевую сестру к груди, позволяя ей выплакаться. Почувствовав, что Алена едва стоит на ногах, он усадил ее на кровать.       – Значит так, малая. У тебя есть день, чтобы прийти в себя. Иначе выпорю, как сидорову козу, не посмотрев на то, что ты – княжна, а я кузнец. Поняла?       – Угу.       – Реветь еще будешь?       – Угу.       – Тогда реви, несчастная, – вздохнул мужчина, еще крепче обнимая сестру.       – Вот и буду реветь, – как маленькая девочка пробубнила Алена, утыкаясь в плечо брату.       Змеица почти успокоилась и сумела взять себя в руки настолько, чтобы мыслить здраво.       – Подожди, – Алена отстранилась от брата, ища глазами свой жилет, в котором она появилась перед озверевшим полозом. Порывшись в карманах, она вынула бархатный мешочек, который сунул ей отец.       – У тебя с Деметрой все серьезно. Ты взрослый мужчина и решишь сам, хочешь ли ты заходить дальше. Я хочу дать тебе то, что дал мне отец. Даже не спрашивай, как это у меня оказалось, я не в состоянии это объяснить, слишком для меня самой все это непонятно. Я думаю, они тебе нужнее. Вот, – на раскрытой ладони лежали два серебряных перстня-печатки с оттиском льва.       Глаза Рината расширились, он изумленно переводил взгляд то на кольца, то на Алену.       – С ума сойти, – выдохнул он. ***       – Понимаешь, рану я залечила, благо, теперь я могу применять к вам обоим свою магию в полной силе. Не смотри на меня с таким ужасом! Не хочешь лишнего воздействия – носи тот кристалл, который тебе Полоз подарил. Он подарки просто так никогда не дарит. Так вот. Раны нет, но что-то на чисто психологическом уровне мешает ему проснуться. Может это то, что он уже смирился с неизбежной смертью. «Мне не больно» – эта фраза меня больше всего беспокоит. Боль обычно не чувствуют те, кто уже переступил последнюю черту.       Алена слушала Криштианну, присев на край кровати, на которой лежал Бренко.       – Оставишь нас?       – Без проблем. Вот только твой брат просил тебе передать, что через полчаса явится делегация, состоящая из всех.       – Из кого – всех? – не поняла Алена.       – Не имею ни малейшего понятия, – сообщила колдунья, закрывая за собой дверь.       Тяжело вздохнув, Алена окинула взглядом мужа. Бледный, осунувшийся, с темными кругами под глазами... Сколько же ему досталось за время их знакомства!       – Бедный мой, – не выдержала она.       Змеица легла на край кровати, уткнувшись лицом в шею мужа, и положила руку на грудь, туда, где гулко билось сердце.       – Сейчас весна, – заговорила она. – Скоро на полях взойдет пшеница, птицы совьют гнезда на деревьях в саду. С яблонь посыпятся белые и розовые лепестки. И все изменится. Витражи, новые, блестящие витражи, станут играть бликами на стенах. Все будет хорошо.       Девушка была уверена – Полоз слышит и понимает каждое ее слово. Просто ему нужно отдохнуть, прийти в себя, чтобы суметь войти в обычную жизнь легко и непринужденно. Слишком долго он жил под сеченьем гильотины. Алена коснулась губами его щеки и поднялась. Подоткнула одеяло, которое сама же и сбила, и чуть приоткрыла окно.       За время их отсутствия княжеские покои были убраны: слуги привели все в полный порядок. Помещение от этого стало причесанным, аккуратным... Но потеряло уют, домашнее тепло. Алена, подойдя к шкафу, сняла с полок несколько книг и положила их на стол, сбросила на спинку стула домашнюю рубаху, которая лежала сложенная на скамеечке за ширмой. Оценила кивком свои труды и вышла.