Жизнь и законы

      Следователь поднял руку, чтобы позвонить в домофон, как вспомнил, что продукты, обещанные Аверину, остались в машине. Пришлось возвращаться к «пятнашке».       Краем глаза Игорь заметил тень, отделившуюся от мрака прямоугольного проема, «вырубленного» в сплошной полосе многоэтажного дома для проезда транспорта. По очертаниям силуэт, избегавший света фонарей и державшийся ближе к стене, примыкавшей к подъезду, напоминал габариты Николая Валуева. Мужчина, в просторечии именуемый «амбал», затаился в углу, образованном наружным выступом мусоропровода.       Выяснять, что он там делает – справляет нужду или кого-то поджидает – Журавлеву не хотелось. Но проклятый мужик как нарочно обосновался именно у подъезда, где жил Вадим! Идти нужно обязательно мимо него, а полицейского меньше всего устраивало чувство настороженности после работы. Там держи не только ухо востро, но остальные части тела почти в боевой готовности. Не хватало еще вне РОВД дергаться из-за подозрительного субъекта.       Опять не достав пакет из багажника, Игорь снова направился к подъезду. Чем опасаться, кто на тебя выпрыгнет из кустов, фигурально выражаясь, лучше самому заставить понервничать того, кто там засел. Однако на медведя в малиннике, готового принять беспечного грибника в широкие объятия, и уж тем более на зайца, вздумавшего накинуться на лису для справедливой мести, амбал не тянул. Скорее он походил на двухметрового пресловутого йети, которого не так давно перестали пиарить в СМИ и на телевидении. Все эти параметры – высоченный рост, повышенную лохматость на голове, ежиную щетину на лице и общую неопрятность в одежде – Журавлев отметил при появлении амбала перед собой. Казалось, «йети» загородил не только вход в подъезде, но еще по метру по бокам.       Значит, второй вариант – мужик ждал. И дождался.

***

      Как и прославленный боксер Валуев (а ныне общественный деятель и политик), амбал резко и без расшаркиваний кинулся на соперника. Исход столкновения был очевиден изначально. Пусть у Игоря хорошая физическая форма, но против такой груды мышц нет приема по аналогии с ломом.       На курсах самообороны, где Журавлев приобрел нужные навыки, стоять перед нападавшим не приветствовалось. Поэтому следователь отшатнулся влево, уходя с прямой линии атаки. Удара влобовую удалось избежать, однако плечо амбала задело Игоря довольно болезненно. Если бы «йети» обрушился на полицейского всей массой, то придавил бы намертво к асфальту.       Мужик рыкнул сквозь зубы что-то знакомо-матерное и громадным танком развернулся на следующий круг. На уме у Журавлева было только бегство, больше способов спасения от амбала он не видел.       Из арки вынырнули еще несколько фигур, и Игорь мысленно попрощался с родными и близкими. И так силы перевешивали не в его сторону, а теперь к «йети» спешило подкрепление. Получается, они все-таки опасались, что их приятель не справится с полицейским в одиночку. Совершенно некстати вылезла гордость, но тут же спряталась от возгласа:       – Ща он у нас получит по полной! Мочи его, ребята!

***

      Прощание с миром живых не состоялось по причине того, что Журавлев остался в нем же. В этот факт верилось с трудом.       С воплями, не уступавшими кличу ниндзя, пятеро бритоголовых братков набросились на «йети» и облепили его, как сбесившиеся хоббиты оторопевшего от такого напора назгула. Амбал яростно брыкался, пытался отцепить насевших мужиков, но монтировка у одного из братков угомонила верзилу. Правда, не сразу, хотя лупил ею бритоголовый от души. Убил или нет, пока неясно. Череп не хрустнул, и «йети» не душераздирающе заорал от травмы, а глухо завыл и рухнул на оттаявшую от пролегавшей теплотрассы землю, пропахав клумбу словно мотоблок.       – Он тебя задел или обошлось? – спросил тяжело дышавший браток, в котором Игорь опознал мужчину, догнавшего его и Вадима на аллее и просившего о какой-то помощи. – Я Пахом. А это мои парни.       «Парни», плотные типы в кожаных куртках, шумно отпыхиваясь после схватки, профилактически попинали недвижимое тело, дабы удостовериться в его недееспособности, и кивнули полицейскому в знак приветствия.       – Немного попало от этого великана, – навскидку Журавлев констатировал у себя ушиб грудной клетки. Но дыхания он не затруднял, значит, не все плохо, как предполагалась пятнадцать минут назад. – Я сначала решил, вы с ним в одной команде.       – Ну ты че? Он же обросший. А у нас все гладко, – усмехнулся Пахом и провел ладонью по своей бритой голове. Братки согласно хохотнули.       На самом деле «держатель района» имел в виду то, что своих ребят он знает наперечет. Их легко узнать по прическе «день на свободе», характерному говору и манере «наезда».       – Этого борова наняли тебя грохнуть или припугнуть, – авторитетно заявил Пахом.       – Вы уверены? – спросил Игорь и внутренне содрогнулся. Если у заказчика услуг «йети» подобные методы запугивания, то какое же должно быть «грохание»?!       – Чую копчиком, тебя хотели заставить молчать. А уж навсегда или временно, не знаю.       Нападение амбала идеально подходило под статью, гласившую о покушении на жизнь полицейского. Кому понадобилось выслеживать Журавлева и расправляться с ним?.. Ответ напросился мгновенно – клофелинщикам, кому же еще.       – Удачно вы рядом оказались. Спасибо, – следователь пожал руку каждому из братков. – Живете здесь?       – Неа, – отозвался Пахом. – Твой коллега в гости позвал. Ты тоже к нему шел?       – Твою же мать… – вслух подумал следователь, сообразив, что за «коллега» опять помчался впереди паровоза, а потом вовсе по отдельной железнодорожной ветке, проигнорировав запрещающий сигнал семафора.

***

      Будто услышав, что о нем отзываются не очень лестно, Вадим обозначился в виде звонка Журавлеву.       – А ты где? Обещал еду привезти и до сих пор…       – В Караганде! Аверин, клянусь, я на тебя надену электронный браслет как у американских преступников! Чтобы ты шагу не ступил без моего разрешения! – слишком уж эмоционально воскликнул Игорь, отчего братки с опаской переглянулись и на всякий случай отступили на пару шагов назад.       – Да что я сделал-то? – спросил Вадим. По его тону полицейский распознал: Аверин испугался за свое очередное вмешательство не туда, но прикидывается по-ангельски невинным.       – Иди ты к черту!       Телефонный разговор завершился отправкой к рогатому, но Журавлев продолжал убивать взглядом сотовый, словно гипнотизер, отправлявший флюиды на расстоянии.       Некстати зашевелился подбитый «йети». Братки сноровисто воспользовались услугами монтировки, и мужик опять впал в беспамятство.       – Че ты так взъелся на Вадика? Он хороший парень, – заступился Пахом.       – Очень хороший, просто замечательный, – процедил полицейский. – Ладно, мы с ним потом разберемся, а амбала нужно доставить в отделение. Будете свидетелями происшествия?       Вопрос был лишним: братки подобрались, ожидая от Пахома распоряжения валить отсюда подальше.       – Ясно. Тогда я вызову полицию, как только вы уедете.       – А поговорить? – напомнил Пахом. – Вадик сказал…       – Что бы он вам ни сказал – решать мне, а не ему, – жестко отрезал Игорь. – У Аверина есть ваш номер? Хорошо. Завтра я с вами свяжусь.       При виде рассерженного следователя братки чуть не рысью устремились к своему транспорту, невидимому с этой точки двора. Пахом задержался и с мольбой попросил все-таки помочь, так как очень хотел узнать, «какой поганой твари» помешал его покойный друг.       Похоже, Журавлеву дико везло на приставучих людей, поэтому он вынужденно пообещал заняться выяснением убийства, лишь бы Пахом отстал.

***

      Вызванная опергруппа прибыла быстро, оказавшись неподалеку. «Йети» в машину загружали аж четверо мужчин, и то пот с них лил градом.       – Минут через тридцать я подъеду в РОВД, – кратко обрисовав нападение, сказал Игорь операм. – А пока везите тушу на допрос к Коржу.       Взяв пакет с продуктами, все еще злясь на Вадима, Журавлев пошел к дому «коллеги». Тому грозил грандиозный разбор полетов.