4
2 марта 2015 г., 15:03
Как известно, горячий воздух, повинуясь законам физики, поднимается вверх. Раскаленным от зноя летом этот принцип не особо действовал. А жара чувствовалась даже относительно прохладным вечером, сохраняя ощущение духоты на подсознательном уровне.
Было ли менее тепло в районе пола – неизвестно, термометром изменение показаний Вадим не измерял. Но убеждая себя в непреложном действии физического постулата, лег на ковер в одних тонких хлопковых шортах. Чтобы чем-то развлечься (работы стало мало, хотя половина сотрудников организации Кацевича разъехалась по отпускам, и Аверина больше не звали в офис), Вадим включил телевизор. В соцсети болото, никого онлайн: народу тяжко сидеть у работающего, а соответственно, нагретого компьютера. К тому же с приятелями по интернету у Аверина не густо. Правда, неделю назад его нашла подруга и однокурсница Алина Терехова, теперь проживавшая не в Москве, а в Питере. Вволю повспоминать чудесные и не очень учебные годы у них не получилось – девушку сослали в заграничную командировку, где выйти в интернет Алине не всегда удавалось.
Транслируемая по телевизору криминальная программа «Чрезвычайное происшествие» не улучшила подавленного настроения. Раньше бы Аверин навострил уши и тщательно законспектировал в уме передаваемые сводки преступлений. Но сейчас они не радовали. Взвесив все «за» и «против» своего навязанного участия в расследованиях вопреки отговариванию сердитого Журавлева, Вадим принял решение вообще завязать с должностью негласного помощника следователя. Пользы от Аверина мало, зато вреда хоть отбавляй. Игорь злился на лезшего в чужие сани «напарника», дома изредка ругался с Людой опять же из-за него. Вадиму казалось, они с полицейским подружились, но это заблуждение. Невзлюбил его Журавлев давно, в процессе дела о Благодетеле. Та же неприязнь сохранилась и поныне. Наверно, следователю сложно пересиливать себя, пытаясь общаться с бывшим убийцей по-приятельски.
От Люды, милой и отзывчивой подружки мента, пришлось тоже отгородиться. Опять же зачем вызывать гнев Журавлева, болтая с его девушкой и навещая ее?
Лежа на животе, Аверин положил локти на маленькую подушку и уперся подбородком в раскрытые ладони. Монотонные комментарии, сопровождавшие кадры поимки воров и прочих злоумышленников, наводили сонливость. Вадим обнял подушку и уткнулся в нее носом, задремывая… И вдруг встрепенулся от конечной фразы очередного сообщения:
– В центре Москвы совершено дерзкое ограбление квартиры известного бизнесмена Досейкина. Объявлен план «Перехват». Однако преступники открыли огонь по машине с преследовавшими их полицейскими. По предварительным данным, есть тяжелораненый сотрудник...
Ведущая назвала РОВД, прекрасно известное Аверину тем, что он ходил туда отмечаться. И там же работал Журавлев…
Резко поднявшись с пола, Вадим плюнул на ранее данное обещание не тревожить Игоря и набрал его номер: пусть спустит на бывшего подследственного всех собак, лишь бы оказался живым. В процессе ожидания снятия трубки к Аверину пришли две здравые мысли – прежде чем паниковать, надо бы дождаться более уточненных сведений насчет погони за грабителями. Вторая так вообще тыкала носом вдруг поглупевшего математика в откровенную логичность: Журавлев – давно не оперативник. Зачем ему преследовать преступников?
Однако было поздно да и некрасиво сбрасывать звонок, к тому же на том конце «провода» ответили.
– Вадик! Привет! Как хорошо, что ты перезвонил! – произнесла Люда, и Аверину вновь стало страшно. Почему у переводчицы сотовый Игоря?..
***
Минутой ранее следователь убирал на верхнюю полку шкафа свой пистолет под стопку полотенец. Не потому, что скрывал от Казаковых наличие оружия в их доме. Те и без предъявления пистолета точно знали, что Журавлев при нем даже в отпуске. Просто халатно класть оружие к остальным вещам в тумбочку, вдруг Люда случайно его скинет на пол. В шкафу надежнее и с глаз долой, как напоминание о работе. – Ух ты! Вадим звонит! – глянула переводчица на засветившийся экран телефона Игоря. Девушка, до этого полулежавшая на кровати и читавшая журнал, взяла сотовый с подоконника. – Ответишь? – Сама сначала поговори. Послушаем, что наш блудный сын скажет, – усмехнулся следователь. Им двигало любопытство: с чего это Вадим вздумал показаться миру? Не иначе в голове перемкнуло от жары. А то, что трубку снимет не Журавлев, а Люда, добавит ситуации интриги. С полицейским происходило нечто ему не свойственное – жажда авантюры, пусть и в бытовом ракурсе. Отдых поистине творит чудеса. – А где Игорь? – не поздоровавшись, выпалил Аверин, едва переводчица закончила радостное восклицание. – Рядом со мной, – с недоумением отозвалась Люда. – У вас все в порядке? – Ну да. А как твои дела? Ты совсем пропал. Не успел Вадим оправдать свое исчезновение, необоснованное для непосвященных в его замыслы, собираясь наплести какой-нибудь правдоподобной фигни, как сотовый перекочевал к следователю. – Что на этот раз стряслось, напарник? Вопрос, вроде бы подразумевавший сарказм, прозвучал иронично, то есть с подколом, но добрым. – Ничего, – насторожился Аверин, ибо подобная фигура речи с Журавлевым не ассоциировалась, как розовый бантик с разъяренным львом. – Кому ты врешь? Ну-ка рассказывай. – Игорь, зови его к нам! – прокричала на заднем фоне Люда. – Ты же мне обещал! – Что ты ей обещал? – мигом уцепился за слова Вадим, истово надеясь избежать расспросов на тему его пропажи. К счастью, полицейский «повелся» на возглас подруги, оставив Аверина в покое, и пояснил опять же в юморном ключе: – Тут началась детская игра в сыщиков, и Люда очень настаивает на твоем участии. Вадим посчитал, что ему устроили розыгрыш, и он никак не мог сообразить, как отреагировать: вежливо отказаться и отключиться от странно веселого Журавлева или же попросить подробностей чего-то непонятного. Молодой человек молчал и откликнулся после повторного вопроса: «Ты согласен? А то кое-кому неймется тебя припрячь к развлечению». – Я могу отпроситься у Кацевича. Смотря, сколько ваша игра продлится, – нерешительно пробормотал Аверин, склоняясь к очевидному выводу: Игорь с Людой накурились. Несут чепуху, призывая во что-то там играть… – Хотя вряд ли меня отпустят, дел много. Вы уж извините. – Ладно, скажу все, как есть. А то ты испугался, – наконец-то следователь заговорил нормально, то есть серьезно и без шуток. – Мы отдыхаем на даче, и Люда хочет помочь подруге с поиском ее приятеля. Поэтому зовет тебя. Для меня это не более, чем забава на пустом месте от нечего делать. Заодно выберешься из Москвы на несколько дней. Или твой начальник действительно зверь, и в конторе завалы? У Вадима как камень с души свалился. Его реально выбило из колеи ошеломительное приглашение стать третьим в не дай бог представлении по ролям отнюдь не детского содержания. А вот провести в пригороде выходные – это заманчиво. У семьи Аверина, когда та была в полном составе, дачи никогда не имелось. Последний раз на природу он выезжал, будучи студентом четвертого курса. И то все пребывание в лесу группы молодежи испоганил проливной холодный дождь, отчего палатки отсырели, и настроение упало ниже плинтуса. В результате один из парней слег с бронхитом, и с турпоездками суеверно завязали. – Я бы очень хотел приехать. Как только Кацевич даст добро, сразу вам позвоню. – Хорошо. Тогда объясню, на каком автобусе сюда добраться. Вместе с голосом Журавлева прозвучал восторженный визг Люды: «Ура!» «Она всегда мне рада», – с теплотой подумал Вадим. А если прокрутить в памяти беседу с Игорем, то и полицейский позвал в гости не из-под палки. Если бы ему ужасно претила скорая встреча с Авериным, то увещевания Люды, встань та в слезах на колени, никоим образом не изменили бы твердого решения Журавлева. Но сейчас он настроен благодушно. Почему бы не воспользоваться этим состоянием?***
Белый с зеленой полосой автобус, высадивший одного пассажира на повороте к поселку Сахаровка, умчался дальше по трассе. Сразу же на боковой дороге показалась серебристая «пятнашка» и подъехала к Вадиму. – Ну здравствуй, коллега, – Журавлев открыл водительскую дверь и подошел к багажнику. – Тащи сюда сумку. – Какой неслыханный сервис! – фыркнул Аверин и тоже поприветствовал следователя. – Признаюсь, я даже скучал по твоему ехидству. – Да неужели? – Вру, конечно. Забирайся в машину. Дорога до Сахаровки заняла чуть больше минуты, но Игорь и Вадим успели обменяться взаимными колкостями. – Ты похож на Чеширского кота, – сказал Журавлев. – Потому что у меня футболка с Гарфилдом? – Улыбаешься широко. – Только не надейся, что я исчезну, как Чешир. – Этого и не требуется, так как Люда исстрадалась без единомышленника. Чую, вдвоем вы создадите второе детективное агентство «Лунный свет». Да что там! Откроете свою школу не профессиональных, но талантливых полицейских. Аверин расхохотался, про себя удивляясь: куда же подевалась сердитость Журавлева? Оказывается, ему вовсе не чуждо веселье. – Кстати, хорошо выглядишь, – Вадим оценил помимо отличного настроения внешний вид Игоря: посвежел, без формы, прибавлявшей солидности и возраста, будто лет пять скинул. – Мы на даче всего ничего, а кажется, что уже неделю. Восстанавливаешься мгновенно. Ну и домашняя еда, каждый день физкультура… – С Людой? – С пробежкой по утрам и огородом, – с нажимом поправил следователь, затем все-таки признался: – Ну и с Людой тоже. Вадим отметил, что Игорь весьма доволен регулярностью в отношениях с переводчицей, и позавидовал белой завистью. После бурного романа с Лерой у Аверина наступил долгий перерыв в отношениях с женщинами, длящийся до сих пор. Впрочем, одному тоже неплохо – ни сумасшедшей ревности, ни обмана. – Ты на меня не злишься? – спросил Вадим, когда «пятнашка» затормозила у двухэтажного дома с гаражом. – Сейчас нет. А раньше очень даже. И знаешь, почему? – Журавлев заглушил мотор и вынул ключи из зажигания, но выходить из машины не спешил. – Ты не полицейский. – Это понятно. Но разве обычные люди не могут содействовать расследованию? – Могут, если не лезут в его эпицентр. Тогда чересчур активных гражданских нужно защищать, хотя все внимание следователь или опер должен заострить на преступнике, по определению опасном и непредсказуемом типе. Разве ты бы не стал раздражаться от того, что твой приятель игнорирует просьбу быть осторожнее? Надеюсь, я доступно излагаю? – Так точно, товарищ капитан, – по-военному подтвердил Вадим. – О, погоди-ка! Значит, я тебе все-таки приятель? – Как ни странно. – Ты точно Журавлев? Или его положительный двойник? Не верю в происходящее. – Уж поверь. В общем, это дача Людиных родителей. Мы им сказали, что ты наш общий знакомый. Поэтому веди себя примерно, не ругайся матом и помалкивай насчет криминала. Если они узнают, как мы с тобой познакомились… Такой расклад не прибавил бы Аверину славы, и он пообещал быть «умным мальчиком, кушать по расписанию и ложиться спать в десять ноль-ноль». При всей беспечности приглашения Вадим был уверен: Люда неспроста вытребовала у Игоря его приезд. Явно переводчица затеяла что-то интересное, но не одобряемое полицейским. «Значит, грядет новое расследование», – Аверин преисполнился оптимизмом (ну может, еще чуточку коварством).
