Самые сильные

- Знаешь, сегодня пасмурно. Странный день, я ведь одновременно и спасён, и в клетке. Давно я не ел чего-то домашнего, допустим, яичницы, а то всё бухаю-бухаю, желудок пустой. Лишь какой-то закусон изредка: чипсы, сухарики или жвачка, но ведь её не поешь, искусственная, дрянь. А еще же еды нормальной хочется, ведь после двух-трех пачек чипсов снова за пиво и бухать, бухать, - горькое хихиканье с хрипотцой в голосе доносилось с кухни вперемешку со шкварканьем масла на сковородке. Голос тем временем прокашлялся и продолжил. – Да и нормальных сигарет ведь нет. Бухло покупают постоянно, деньги у нас, видите ли, были откуда-то постоянно, а сигареты «LD» синий, или чего хуже – «LM», м-да. Бывает даже Кент, но все эти твари себе лёгкие только сожгли этой дрянью, уроды экономные. А тут… «Malboro» да «Winston» синий - рай. Голос покряхтел еще немного, затем его владелец сплюнул в раковину как-то уж слишком злорадно и, положив яичницу себе в тарелку, выключил плиту, попутно садясь за стол. Плотный завтрак удался на славу, даже с добавкой, так как юноша действительно был голоден, пусть и с похмелья не принято ничего есть, всё наружу вылезает. Однако. - Какой тут у неё срач. Вот что значит – жить без родителей постоянно, когда те по путешествиям шастают, любовнички, блин, - парень еще раз сплюнул в раковину, только более злорадно, оглядел кухню. – М-да. Не чисто тут. Далеко не чисто! Конечно же, ему надо было как-то отблагодарить хозяйку квартиры, а так как тут был дикий беспорядок, он решил убраться по-быстрому. До семи было еще часа четыре, он успел бы всё то, что нужно. Только уборка оказалась еще и веселой – когда он собирал нижнее бельё и прочие вещи Лили для стирки, когда на люстре в гостиной оказались висящие стринги красного цвета, и он пытался их снять, из-за чего они упали на его лицо. Также было довольно забавно прогонять с балкона залетевшего голубя, причем прогонять его он решил шваброй. Пока стиралось бельё, он успел убраться во всём доме, помыть полы, протереть пыль на полках и книгах, всё разложить, как будто в квартиру сейчас приедет президент, и открыл окна, чтобы проветрить. Сказать, что он вымотался – ничего не сказать. Он был как выжатая губка, а после душа тому вообще стало то ли горячо, то ли холодно, и он закутался в плед, включив телик и начав поедать чипсы из тарелки. Всё-таки это не впустить друга жить к себе, а просто уборка, но будем надеяться, что он сможет хоть как-то отблагодарить Лилит. Еще через полчаса, наевшись и отдохнув, юноша развесил постиранное только что бельё, попутно внимательно разглядев нижнее бельё хозяйки квартиры. И если его за это убьют, то сначала точно поблагодарят, что порядок, возможно, в этом доме идеальный. Возможно, даже впервые. Тут в голову парня стукнула еще одна потусторонняя мысль, потому, быстро глянув на часы, он побежал на кухню готовить ужин. Ужин, уборка... Парень чувствовал себя просто домохозяйкой какой-то, которая ждёт прихода свирепого мужа, что тут же потащит её в постель. Нет, в постель-то он, в принципе, не против, но только чтобы поспать. Для их отношений с Лили существуют отдельные рамки – «френдзона», которую они не нарушают. Глупо было бы ему трахать того, кто помог ему по доброте душевной – или по каким-то другим причинам – к тому же того, с кем провёл своё счастливое детство. Буквально через полчаса, когда он расставил на столе жареную картошку фри с кетчупом, два стакана сока и тарелку картофельных чипсов, послышался звук скрежещущих дверной замок ключей, а это значит, что вернулась наша хозяюшка. Причем, как выяснилось, с полными пакетами чего-то там, что парень в молчании донёс до спальни Лилит и уложил на кровать, на которой всего часов восемь назад дрых сам чуть ли не голышом. Затем ему, конечно же, не хотелось пропустить удивленного взгляда девушки на вид убранной квартиры, и он поплёлся скорее к ней. Когда Лили, неторопливо раздевшись и устало вздохнув, прошла на кухню, увидев стол с ужином накинулась тут же, явно не замечая ничего и никого вокруг. - Лили, - снова делая ударение на первый слог, сокращая имя, произнес он тихо, присев на соседнюю табуретку. – Ты ничего не заметила? Девушка, окунув картофельный ломтик в кетчуп и неторопливо засунув его в рот, оглядела кухню подробно, стараясь заметить изменения. - Убрался? – улыбнувшись с набитым ртом, Лили с каким-то нездоровым огоньком в глазах посмотрела на него. Получив кивок, огонёк явно выражал приятное удивление, уважение. – Какой ты молодец, поесть приготовил, квартиру убрал, - несмотря на тон, полный уважения и благодарности, Лили продолжала себя пичкать едой. – У меня на это времени совершенно нет. Чуть позже, опасаясь, что девушка ничего ему не оставит, парень тоже принялся поглощать большую порцию картошки фри с кетчупом, уплетая, наверное, даже чуть быстрее Лилит. После трапезы они упали в гостиной на диван, он – укрывшись пледом и попивая прохладный молочный коктейль, так заботливо приготовленный подругой, а сама подруга – укрывшись вторым пледом, так как на борьбу за первый у неё сегодня не было ни желания, ни сил. Пока Лили смотрела телевизор, потягивая коктейль из стакана с трубочкой, парня пропёрло на разговор. Всё-таки она явно не всё, что было, рассказала ему. - Лили. - Что? - Скажи, а… - парень было закусил нервно нижнюю губу, как бы стесняясь или боясь спросить, но девушке что-то явно ударило в голову. - Да говорю же, у нас ничего с тобой не было. Всё окей, - похлопав его легонько по коленке, Лили уставилась в телевизор, хихикнув на смешном моменте кино. Но юношу явно не интересовал сейчас какой-то плоский юмор, который телевидение только и может им подать. - Я не о том, - снова покряхтев, решил продолжить разговор тот, явно не догоняя, что он был уже закончен, а это – начало нового. – Лили, а ты… ну… тебя не спалят родители, что я у тебя живу? – как ни странно, но юношу волновало сейчас то, что из-за него ей может влететь ремнем. - Ха-ха, - хихикнула та, глянув на него исподлобья как на умственно отсталого. – Знаешь, их мало что волнует. Они на недельку приедут домой, мне подарки подарят и потом снова уедут, оставив денег. - Так если у тебя есть деньги, зачем ты работаешь? - Так важно? Лили плотно сжала губы, отчего те были в каких-то складках, как мятый лист. Ей явно не хотелось об этом говорить, но друг он на то и друг, чтобы ему рассказывать не многое, а нужное. - Да. - Да потому что не шибко хочется сидеть у этих людей на шее. И отстань от меня! Его немного испугал такой тон, но виду он не подал. Вообще, Лилит Александрова ему всю жизнь, начиная с самого детства, казалась веселой, жизнерадостной, беззаботной и милой девушкой, не знающей многих проблем. Как оказалось – стоит заглянуть поглубже, а там вместо земли – золото. Он не привык к такой Лилит, для него глубоко в душе эта юная особа всё еще беспечная, громогласная и донельзя милая. Быть может, это на неё сегодняшняя работа так повлияла. Ничего, завтра пятница, а значит, скоро он увидит настоящую Лилит, ту, которую любит как, возможно, близкую подругу. А может, просто как подругу, он еще толком не решил. Завтра всё образуется, наладится, утихнет и вернется на круги своя.