Если ваш парень - русалка?

1. - Ты не имеешь права так с нами поступать! – замечает Хэнкок. - Имею, - улыбается Судзуран. - И знаешь, почему? Потому что я красива. И мне все простят. Что, медуза, твоя фразочка? Забудь. Теперь красивее меня во всем Олл Блю русалки не сыскать! - Развяжи мне глаза, и мы еще посмотрим… - Сними с нее повязку, - усмехается Судзуран, но Хэнкок, держась за прутья решетки, сползает на пол. Она уже знает, что ее сила дала сбой. Что же до Судзуран, которая любит Зеффа, какой смысл что-то проверять на ней? Ее сестры, заключенные вместе с ней, также молчали. - Ваше своеволие закончилось. Не понимаю, с чего бы вам было прощено все, что вы натворили – я этого не позволю. - Но, госпожа, они никого не убили! Всех оживили из камня и… - Помолчи, - приказала Судзуран и охранник умолк. - Мы казним их через пять дней, когда взойдет Луна. Хэнкок поднимает подбородок, а сестры прижимаются к ней. - Хочешь принести нас в жертву, чтобы восполнить свою силу? - Какая догадливая, надо же. Мне надо защищать свой народ, ваша жизнь, как цена, меня вполне устроит. Я спасу тысячи, ценой ваших трех. Да, мне импонирует подобный расклад, греха не таю. Боа сжимает руки на прутьях, но молчит. - Что, тебе нечего сказать в свою защиту? - Раз нет иного выбора, раз иначе нельзя… Если проклятье сохранило свою силу и русалки продолжат умирать, пусть будет так, - уверенно сказала Боа, и Судзуран не могла не признать, что Хэнкок сейчас была прекрасна, но вслух она ничего не сказала. - Что ж, Луна да благословит вас. - Вы на что, идиотки, согласились? – раздался голос из соседний камеры, и сестры побелели. - Король… - Зефф? - Но что вы здесь… - Я не знаю, что с Судзуран, почему она ведет себя так. Но знаю только одно: она одержима идеей. И эта идея не приведет ни к чему хорошему. Зефф грустно улыбнулся. - Она хочет вернуть Азуру. Она считает, что любит его. Боа помолчала. - Разве такого не может быть? Разве они не были близки всегда? Зефф усмехнулся. - Азура Хоукай – Бывший Криз Чернили. Нет, такой человек относился к Судзуран с любопытством. Может, как к красивому камню, которые собирал у себя в пещере, но любить? Нет. Он не умел. У него не было сердца, не было души. Он все это получил от мальчишки с поверхности. От Маршала, который должен был истреблять, а в итоге дал прибежище в своей душе. Его научили любить. Его влюбили. - Но… Он же пришел! Спас ее! Зефф снова усмехнулся в усы. - Вы плохо знакомы с Морскими Дьяволами, верно? Боа и сестры промолчали. Само собой, они не могли быть с ними хорошо знакомы, обычно такие встречи заканчивались смертью отнюдь не Морского Дьявола. - Азура Хоукай нашел свой Большой Куш. И, как дракон, он свернулся вокруг него. Попробуй только приблизиться – убьет. - Луффи? – спросила Боа, уже зная ответ. Зефф кивнул. - Будь Азура просто Морским Дьяволом, а Луффи просто камнем… Он бы спрятал его в самой глубокой пещере и, потеряв форму, скрыл бы камень, навсегда уснув. Само собой, до той поры, пока какой-нибудь идиот не наткнулся на логово и не был бы пожран. - Но… - Они оба люди, верно, - Зефф поднял взгляд в потолок. - И тем опасней сейчас Азура. И тем он беспощадней. - Почему беспощадней? - Его Большой Куш - всего лишь смертный человечек. Он не может его спрятать, не может залечь на дно. Его человечек весьма самостоятелен. А что это значит? Если Азура почувствует опасность, он не будет раздумывать, - Красный русал щелкнул пальцами. - И все. Боа прислонилась лбом к решетке. - Чего добивается Судзуран? – Зефф пожал плечами. - Зачем ей сила? Судзуран вплыла в главный зал. - Мама! – Феникс был поражен этим известием. - Зачем тебе их убивать? Какая еще сила? Зачем? Проклятия больше нет! Азура уничтожил его, ставя свою Печать! Тебе ли не знать! Так зачем? Мы и сами в состоянии защитить Синрей и весь Олл Блю! - Зачем ты алчешь силы? – спросил Эйс. Судзуран хмуро уставилась на него, но отвела взгляд. Она не могла ничего сделать Портгасу. Его защищала сильнейшая магия Марко, и пробить такую было бы весьма непросто. Поэтому она просто проигнорировала Эйса, мило улыбнувшись Фениксу. - Так надо, мой мальчик. К тому же, какое тебе дело до трех преступников, которых и так давно следовало покарать за их грехи? Судзуран покосилась на Эйса, потому что тот нагло пялился на нее. Этот парень был слишком умным для человека, и это весьма раздражало Королеву. Пройдет совсем мало времени, когда он все поймет. Только к тому времени Марко тебе уже верить не будет, дорогуша. Он будет целиком и полностью на моей стороне. Ты познаешь очень яркий вкус предательства. Эйс же видел тонкие черные Нити, сковавшие ее сердце, и понимал – у них проблема. Только кто ее источник было, наоборот, совсем не ясно. Когда Марко в полном раздражении быстрым шагом вышел из зала, Судзуран глухо вскрикнула: - Эйс, не дай… Не дай мне творить, что хочет он. - Кто он? – Портгас тут же бросился к Судзуран. - Небесный… Дьявол… Отпусти меня, человек! – в ту же секунду злобно выдохнула Королева Русалок. Портгас тут же понял, что она под контролем. Но кто такой этот Небесный Дьявол – Эйс не знал. Какова вероятность, что в следующие секунды они с Марко тоже не окажутся под контролем? Его мозг напряженно думал, переворачивая в уме все легенды. Больше, чем он, знала только Робин, а значит, что ему пора было на сушу. Но справится ли Марко здесь один? У них есть всего пять дней до казни Медуз. Не случится ли что-то раньше? 2. Разговор был тяжелым, и Шанкс даже немного устал. Отвернувшись в сторону, он почесал когтями шею, с трудом взял себя в руки и буквально заставил улыбнуться. Солнечные и Огненные аммахи весьма близки по своей сути, но с новым Кризом Солнечных договориться всегда тяжело. Он упирается из-за любой ерунды. - Что за чушь ты несешь, Криз! – говорит Вайпер. - А мне нравится, - говорит Моне. - А ты вообще заткнись! Вас, Свободных, никто сюда не звал! – рявкает Вайпер, но Моне только смеется, закрывая лицо крылом. Вайпер рычит, но сделать ничего не может. Моне даже не Криз, но драться с ней почти смертельно - огромные когти разорвут на части. - Забудь об этом, Шанкс. Если придут люди – мы справимся сами. Уничтожим их всех! - Ты слишком самоуверен, Вайпер, и ты это сам понимаешь. Ты заносчивый, эгоистичный, самовлюбленный… - Все сказала, Моне? – поинтересовался Шанкс. - Нет. Мой Криз, Хаябуса Пелл, и его свита будут счастливы приветствовать тебя, Огненный, в своем Парящем Дворце, - Моне встала на ветке дерева и поклонилась. - Мы жаждем союза с тобой. Вайпер прикусил губу. Он как-то совсем не подумал, что людей можно использовать. Неважно, под чьими знаменами произойдет объединение, важно, чтобы оно произошло. А дальше – можно будет убрать этого таинственного Монки. Только теперь надо идти на попятную, а Вайпер терпеть этого не мог. - Мы согласны, - сказала Лаки, кладя руку ему на плечо. - Калгара был бы счастлив. Вайпер выдохнул про себя. В такие моменты он ценил ее, жаль сказать этого не мог. 3. Казалось, что было все как всегда. Горосеи сидели на своих местах, обсуждали политику, делали какие-то свои выводы, но было одно но. Они совершенно не обращали внимания на парня, сидящего на окне. Между тем тот сидел и смеялся над ними. Вот он поднял руку, держа ладонь горизонтально, а пальцы - будто готовясь играть. И стоило его пальцам начать творить, как все в комнате изменилось. Вступив в яростную перепалку друг с другом Горосеи пришли к другим выводам. И почему-то последствия их мало волновали. - Мы силой объединим все наши земли. Те, кто не захотят нам подчиняться, будут уничтожены, - объявил самый старый из них. - А потом мы подчиним или уничтожим всех аммахор, - сказал самый молодой, и все согласно закивали. Дофламинго смеялся, он обожал хаос, и ему было совершенно неважно, что в огне войны сгорит все. Восседать на пепелище – вполне соответствовало его понятиям об извращенных удовольствиях. Пусть эти люди погибнут! Пусть умрут все до единого! Такие, как они, обязаны отправиться в ими же придуманный Ад. - Вы сгорите, - широко улыбаясь, говорит Дофламинго. - Я сожгу вас заживо. За все то “счастье”, что вы мне подарили. 4. Она больше не могла лететь. Просто шла, а сломанное крыло волочилось за ней. Кровь окрашивала белое в красное, а ядовитое Солнце, которое девушка так любила, сейчас убивало ее. У нее не было больше свободы. И не было больше смысла жить. В этом мире аммахам не было места. Люди забирали у них все. Создания, лишенные всякой магии и всякой совести, почему они были так сильны? Где находили в себе желание окрашивать душу в черное и двигаться дальше? Жажда наживы? Жажда власти? - Мой господин… Я вас больше никогда не увижу… - Моне плотнее прижала руку к животу – кровь не останавливалась. Она остановилась. - Как далеко небо. Моне упала на колени. - Похоже, мне больше не взлететь. Однако, услышав людские голоса, свободный аммахи попытался вскочить. Ей это даже удалось, но она завалилась назад, вскрикнула от боли. Сломанное крыло вывернулось. - Аммахи! – ее уже заметили. “Почему я не погибла сразу, о Боги…” Моне медленно пришла в себя. Она лежала в человеческой комнате, в хижине. Рану на животе зашили, но крыло не лечили – боялись, что она сбежит? - Очнулась? – спросил ее старческий голос. Престарелый мужчина, сгорбленный жизнью, имел все еще довольно острый взгляд. - Вижу. Очнулась. Мы собирались тебя продать. Поначалу. Но твое крыло уже никогда не будет функционировать. Никому не нужен бракованный аммахи. Однако, мы уже подлечили тебя. Что еще ты можешь дать? – спросил он, подходя к ней. Моне попыталась оттолкнуть его – не вышло. - Черт… - ругнулась она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Хм. Устроена, как женщина – это очень хорошо. Тогда мы просто сломаем второе крыло и продадим тебя так. Моне закрыла глаза. Смерть не хотела быть милосердной. За стеной шла вечеринка. - У нас гости, - погладил бороду старик. - Среди них есть один больной на голову товарищ. Думаю, он вполне подойдет. Моне дрожала. Крыло сильно ныло, хорошо хоть кровь остановилась. Ее покупатель поднял голову, оторвался от кружки пива. Возле него прыгало две девушки, подливая алкоголь и принося еду – пожрать паренек любил. Но было видно, что не в коня корм. - Купить? Зачем? – поинтересовался тот, смотря на Моне и жуя куриную ножку. Вот он стал жевать медленнее. - Что с ней? – вдруг сказал он и, резко отбросив кость в сторону, поднялся. - Что вы с ней сделали?! - Ничего, ничего! – затараторил староста. - Мы зашили рану на животе, это стоит денег, между прочим. Лекарства, бинты, это все очень трудно достать. А сколько стоит работа. Ну, посмотрите. Крыло не действует, но здесь... Моне задрожала. - Только тронь ее, - глаза паренька вспыхнули. - Заплатите ему! Мы берем этого аммахи себе! Так что убери от нее руки! Рыжая девушка тут же отсчитывает монеты и вкладывает их в руку старика. - Крыло поставить на место нельзя, - сказал тот, пробуя каждую на зуб, - но его можно оторвать, а потом второе. Моне смотрела, как в глазах парня вспыхнул огонь. - Нет, спасибо, мы сами, - сказала девушка с голубыми глазами и холодным, но мелодичным голосом. - Ломать кости мы и сами умеем, если вы поняли, о чем я. Старик недоуменно смотрел на них. - Как тебя зовут? – спросил ее паренек. - Моне, - еле слышно сказала она своему новому хозяину. Ей, свободному аммахи, стать рабом? Говорил же ей Дофламинго, что от людей никогда не видать им добра. Но Моне верила, рано или поздно Донкихот подчинит себе тело человека, в котором прятался. И тогда он не останется в стороне. Эти люди были странными. Рыжая постоянно злилась, паренек только смеялся, а черноволосая отпускала шутку за шуткой, причем все ее шутки были полны черного юмора. Однако, паренек чуть ли не складывался пополам от смеха. Они ехали долго, около трех часов. Моне сразу поняла, что поездка в телеге будет для нее адом – ее очень трясло, и сломанное крыло собиралось отвалиться само. - Луффи, надо что-то постелить и уложить Моне, ей нельзя трясти крыло, - очень обеспокоенно сказала черноволосая. Паренек кивнул, снял свой добротный плащ, а потом и рубаху. Плащ постелил на дно телеги и аккуратно уложил Моне. - Не дрожи, - мягко сказал он, расправляя сломанное крыло и подкладывая под него и лопатку рубашку. - Легче? Моне нашла в себе силы кивнуть. Она не собиралась обманываться их добротой, но вежливость оставалась вежливостью. Через три часа они остановились в таверне. Названный Луффи вытащил ее из телеги, осторожно подняв на руки. Черноволосая, которую, оказывается, звали Робин, аккуратно придержала сломанное крыло, чтобы его не болтало. В таверне их встретили тишиной. - Аммахи! – прорычал кто-то, но ему заткнули рот. - Идиот! Это Мугивара. Монки Д. Луффи! Ты что, спешишь на тот свет? - Да я… Рыжая уставилась на них. - Проблемы? – спросила она. В ответ услышала только тишину. Связываться с этой троицей никто не спешил. Моне недоуменно внимала происходящему. - Есть у вас нормальные комнаты? – Робин положила золотую монету на столешницу. Хозяин таверны сглотнул. - У нас все есть, - быстро сказал он. - А еще, вы же знаете, что если кто-то попытается нас обокрасть, то наш добрый хозяин от вашей таверны не оставит камня на камне? – мило улыбнулась Робин. - Д-да… Я знаю Монки Д. Луффи. - Тем короче разговор. Еще нам нужно все из этого списка, - Робин протянула ему бумагу. - Надо ли говорить, что вы обязаны принести все, что там написано, в нашу комнату? - Я понял. - Мы ждем доктора, - сказала Нами. - Если с ним что-то случится… - Я понял! Трактирщик действительно выглядел как человек, который понял все. Луффи уложил Моне на кровать, а потом принялся оглядывать комнату. - Ну-у-у-у… У них есть холодильник! Это уже радует. Древняя рухлядь тарахтела, но работала. - Бэ-э-э… Там плесень! – искренне возмутился паренек. - Моне заняла кровать, значит, мы с Робин спим на диване, - тут же сказала Нами. Луффи оглянулся в поисках лежбища – ничего похожего не было. Аммахи попыталась встать. - Даже не дергайся! – тут же сказала рыжая. - Нельзя больше вредить крылу! - Чоппер опаздывает, - Луффи сложил руки на груди. - Не волнуйся, Моне! – вдруг широко улыбнулся он. - Чоппер лучший в мире врач! Он что-нибудь придумает! - Врач? – прошептала она, - Вы меня будете лечить? Что за бред! Я же, - она закашлялась. - Я же ваш враг. Я… А ну да… Вы же купили меня… Моне замолкла, потому что Луффи молчал, уставившись в пол, грустно улыбаясь. - Не все люди – зло. Не все люди завидуют тем, кто может летать. Есть те, кто хочет видеть, как сильные крылья понесут вас к Солнцу. Моне закрыла глаза. Этот человек приворожил ее. Казалось, что у него как раз есть крылья, он может лететь. Его сила воли и духа, его уверенность в своих действиях и его доброта. Люди могут быть такими? Неужели это люди? - Моне… - Робин попоила ее из трубочки, и сейчас собиралась кормить с ложечки – еду тоже принес трактирщик. - Не надо так заботиться обо мне! – крикнула девушка. - Зачем?! Я вас всех ненавижу! Я вас всех хочу убить! Так зачем… Зачем вы доказываете мне, что не все люди плохие?! Зачем… Я не хочу вас любить! - А придется, - раздался вдруг высокий голос. Человек этот тоже был высок, правда, одна кожа и кости. Моне скосила взгляд вниз - за его ногу, пытаясь спрятаться весьма странным образом, держался маленький тануки. Моне долго смотрела на него. - Тонакай? – с трудом поняла она. - И я совсем не рад, что ты сразу поняла, кто я! – буркнул малыш. Моне недоуменно смотрела на лесного аммахи. Так называли всех аммахи, похожих чем-то на животных. - И вообще, между прочим, я доктор! Ну-ка, Брук! Длинный поднял аммахи за шкирку и поставил на кровать Моне. - Вот это перелом! – почти восхитился тонакай. - Чоппер, вылечи ее, - попросил Луффи. - Старик Сод сказал, что его не… - Я справлюсь! – уверенно сказал лесной аммахи. - Что, его вы тоже купили? – вдруг спросила Моне, пряча под злобой боль. - Это наш друг. Тони Тони Чоппер, - твердо сказал Луффи. Моне сдалась. Монки Д. Луффи просто не умел врать. Это человек с невообразимо чистой душой, в которую просто невозможно не влюбиться. Следовать за ним и помогать ему – вот чего бы хотелось зеленоволосой красавице Моне. “Мой господин, если бы вы только встретили такого, как он… Вы бы поняли, что не все люди ужасны. Может, вместе с ним, вы действительно смогли бы изменить мир к лучшему? Может, вы бы отказались от идеи уничтожить этот мир?” Шанкс жмет руку Пеллу, сам с улыбкой смотря на полет Моне. Девушка кувыркается в потоках воздуха, наслаждаясь силой своих крыльев. Акагами был удивлен тем, что никогда не слышал от Юкино ни единого плохого слова о людях. Она едва не погибла в войне с ними, однако, несмотря на это, Моне не желала всем людям смерти. Она не была фанатиком, как Вайпер. Но Шанкс понял все, когда спустя пятнадцать минут в зале, больше похожем на огромное гнездо – да и весь особняк Пелла располагался на дереве - Юкино сказала: - Если это Монки Д. Луффи – мы согласны. - Ни за кем другим мы не пойдем, - подтвердил Пелл. Моне уверенно смотрела на Акагами. - Либо он – либо никто, - серьезно звучал ее голос. - Тогда вам невообразимо повезло, - усмехнулся Шанкс. 5. - Дыши, Эйс! Эйс! – Робин схватила брата Луффи за плечи, а тот ошалевшими глазами смотрел на нее. - Дыши! Легкие! Легкими! - Забыл… - с трудом сказал Портгас. - Забыл, Роб… Эйс обнял ее, прижимаясь. Робин не сопротивлялась. Она тоже знала, насколько Портгасу не интересны девушки. Зато это не мешало относиться ему и Зоро к ней как к сестре. - У нас проблемы, Роб, - выплюнул воду Эйс. - Что ты знаешь о Небесном Дьяволе? Он наблюдал, как Нико бледнеет. - Что я знаю о нем? А что с ним не так? - Что с ним не так?! Кто он? Ты с ним встречалась? - С ним лучше не встречаться, Эйс, - сказала Робин. - Если ты с ним встретился – значит, твоя жизнь - уже не твоя. Он ставит перед выбором, и тебе приходится выбирать. - Он… Умеет манипулировать людьми? - Нет. Ему это не нужно. Это ужасное существо, Эйс. Непостижимое, прекрасное, но очень опасное. Почему ты вдруг спросил? - Он использует Нити? - Нет. Он ненавидит Нити, - сказала Робин. - Как и я. Робин горько улыбнулась. Эйс пребывал в недоумении. - Но кто… - Дофламинго Донкихот, кто же еще, - раздался холодный голос Ло, - Вставайте оба, и в дом, греться! – приказал он, поднимая их обоих за руки. В доме Луффи Ло чувствовал себя как дома. Завернул Эйса в одеяло, высушил ему голову, а Робин сунула в руки горячий чай. - Что ж так безумно холодно? - Ты просто отвык, - пожал плечами Трафальгар. Эйс молча глотнул. - Значит, мы говорили о разных существах с одним именем? Ло пожал плечами. - Дофламинго – Морской Дьявол, - решил пояснить Трафальгар. - Во время войны ему, как и всем нам, весьма досталось. Но самое страшное, что мы потеряли… Это связь между племенами аммахи. - Ему нравился кто-то из Свободных аммахов? – тут же догадалась Робин. - Поэтому он решил назваться Небесным? Из чувства банального противоречия? Ло кивнул. - Хит Цван всегда был таким. - То есть… - Эйс внимательно глянул на Ло. - Нет. У Дофламинго не было никого подобного Луффи, у него не было и шанса. Тот Донкихот, которого вы знаете, это морской дьявол – Хит Цван. И он довольно эксцентричная личность. Все эти перья, очки… - Как нам с ним бороться, Ло? Если Марко попадет… - Не попадет, - сказала Робин, сцепив руки. Ей не очень хотелось говорить, но от нее ждали продолжения. - Нам не страшны Нити Дофламинго, - сказала она с трудом. - Почему? Робин молчала, потом сглотнув, сказала: - Те, кто хоть раз ходили по Грани, не могут быть марионетками Нитей. Грань режет любую Нить. Эйс и Ло недоуменно смотрели на нее. Робин поднялась, отошла к книжным полкам и взяла ветхую книгу. Бережно открыв ее на нужной странице, она положила ее на колени Эйсу. Портгас и Ло тут же уставились в книгу. - Дофламинго знает легенду! – воскликнули они одновременно, посмотрев друг на друга, - Поэтому он назвал себя так! – продолжил Портгас, - Потому что Небесному Дьяволу не страшны Нити Верхних! Робин кивнула, поджимая губы. - Хотя, я думаю, что и любовь к Свободной сыграла свою роль. - Но… - хотел спросить что-то еще Эйс, но в комнату ворвался Луффи. - Брат! Ло! Монки хотел наброситься на Эйса, но Трафальгар схватил его за шкирку, поднимая в воздух. Не дай бог с книгой Робин что-то случится! - Лу… - сказал вдруг очень серьезно Эйс, - Ты знаешь легенду о Небесном Дьяволе? Монки переменился в лице. - Легенда о Зеркалах. Знаю, Эйс. - Судзуран – марионетка в руках существа, которое называет себя Небесным Дьяволом. Ло говорит, что это Морской Дьявол. - Раз так говорит Трао, так и есть, - сказал Луффи, - Потому что настоящий Небесный Дьявол является только на Грани. И если ты окажешься там тоже – ты вспомнишь все свои жизни, и в миг величайшего блаженства ты познаешь смерть. Такова легенда. Эйс внимательно смотрел на Луффи. - Ты был там. Ты видел Грань! - Я должен был спасти Ло. У меня не было выбора, - сказал Монки, - Там, в Черном Озере, в его водах, я увидел Грань. И я шагнул. Потому что он позвал меня. Звал, как звал не один раз. Благодаря ему я спас Трао. Ло замер. - Тогда почему ты жив? В легенде… Луффи улыбнулся. - Потому что это легенда. Монки не собирался рассказывать дальше, Ло отчетливо понял это. Но ничего - ночью он вызнает абсолютно все! - Трафальгар! Луффи! – Эйс был очень хмур и серьезен, - Судзуран собирается казнить Медуз через пять дней! Можно перестать думать о ерунде? Та легенда нам никак не поможет! Никто не решит за нас наши проблемы, разве не так, Лу? - Не решит. Он только лишь дает выбор и силу. И она нам не поможет. - Робин! – обратился к девушке Луффи, - Пусть Зоро и Санджи возвращаются. Жаль их отрывать от весьма романтической поездки, но, похоже, у нас не осталось времени. Нико кивнула. В этот момент резко дунул ветер и на подоконник кто-то сел. - Моне! – тут же сказали Луффи и Робин. - У меня для вас сообщение от всех племен аммахи. Мы договорись. Мы вступаем в Союз с Монки Д. Луффи – Морским Королем, - улыбнулась она. - Мы не общались только с Лунными, остальные высказали свое полное согласие. Прежде, чем кто-либо что-либо успел на это сказать, в комнату влетел призрак, в котором в тот же момент прорисовались кости, так же быстро обросшие граммами плоти и тонкой кожей. - Похоже, у меня тоже есть новости, - сказал Брук, - Приветствую, Моне, - музыкант склонился в вежливом поклоне, - Горосеи объявили об объединении в единую страну с единой армией. Это означает всеобщий Сбор. И… - Войну, - холодно сказал Ло, - Почему вдруг?! Как, Брук?! Ты же долго за ними следил! - Донкихотте Дофламинго, - снова скрутился в поклоне, на этот раз ехидном, Брук, - Он весьма удивился, когда, заметив меня, ничего не смог сделать. Я, кстати, тоже. Поэтому сбежал, пока эта очаровательная способность не улетучилась. Луффи молчал. Спустя где-то минут тридцать все его ближайшие соратники, включая людей Ло, собрались в их зале. - Мы не можем позволить себе войны, но нам не дадут мира, - Робин вздрогнула от слов Луффи, - Мы не можем быть частью нового государства Горосей, но мы его часть. Зоро схватил Санджи за руку, он уже понял. Хотя бы потому, что его левый глаз начал нестерпимо болеть. Луффи внимательно смотрел на них. - Это та Грань, по которой придется пойти. Монки глянул на Моне: - Чтобы не допустить ненужных смертей, нам придется убить Дофламинго. Юкино смотрела на Луффи. - Достучись до его сердца, умоляю тебя! – она сжала руки вместе, шагнув к нему, - Докажи, что этот мир достоин быть! Как доказал мне! - Возможно, - мелодично сказала Робин, - союз аммахов - первый шаг на пути к этому? Луффи тоже смотрел на Моне: - Если кто и сможет до него достучаться, то только ты. Хит Цван услышит только тебя. И ты это прекрасно знаешь.