On The Same Day

Of Monsters And Men - Silhouettes Еще совсем недавно, казалось, всего пару лет назад, Гарри не знал, что такое любовь. Он даже и не задумывался об этом. Не потому, что ему было неинтересно, а потому что он был молод, и никто не заставлял его разбираться в этом. Все было таким непонятным и незнакомым, ведь как это: любить? Раньше Гарри не знал ответ на этот вопрос. Да он его и не волновал вовсе. Но только не сейчас. Сейчас он с уверенностью мог назвать себя самым влюбленным идиотом, которым только мог оказаться. Он словно помешался на этом, как какой-то подросток. Подросток, что блаженно улыбался, провожая взглядом предмет своих воздыханий. Подросток, что впадал в ступор, когда его избранник говорил с ним или же бросал мимолетный взгляд. И ответ до жути банален и прост: если прислушаться, то можно услышать, как сердце кудрявого замирает при виде одного очень важного для него человека. Гарри полностью доверял обладателю серо-голубых глаз, которые раз и навсегда пленил его сердце и душу. Шатен смотрел на него с невероятным обожанием и легкостью, что никогда не оставалось незаметным. Луи изменил жизнь шестнадцатилетнего Гарри, а Гарри, в свою очередь, изменил жизнь восемнадцатилетнего Луи. С этим все проблемы уходили на задний план, растворяясь в призрачных обещаниях самых смелых признаний, а единственное, о чем мог думать Стайлс, это «Разве можно влюбляться в одного человека так часто?» Все плохое будто исчезало вместе с липким ощущением беспокойства и странным предчувствием чего-то нехорошего. Чего-то плохого. Гарри просто наслаждался теплотой в своей груди, биением сердца и замирающим дыханием Луи, когда он приближался опасно близко. Его мягкий голос, милые морщинки в уголках голубых глаз и широкая улыбка заставляли бороться. Не сдаваться и быть сильным. Гарри знал, что его Томмо всегда будет рядом, и изо дня в день повторял одну и ту же фразу: «Стоит только подождать. Когда-нибудь все закончится». Это стало его определенной мантрой. Залогом и верой в их совместное будущее. Стайлс просто продолжал засыпать в пустой кровати, зная, что его Томмо тоже думает о нем, находясь за сотни километров от него. Гарри не нужно было звонить или писать сообщения, чтобы сказать, как он скучает и любит. Он просто закрывал глаза, представлял рядом с собой Луи. Он ощущал его тепло и тихо бормотал: «Спокойной ночи, Бу», проваливаясь в глубокий сон.

* * *

Гарри тихо вошел в небольшую комнату, аккуратно прикрывая за собой дверь. Он лениво огляделся по сторонам, пробегаясь глазами по заправленной односпальной кровати, деревянному столу и невысокому шкафу, на дверцах которого красовались детские рисунки и вырезки из комиксов и музыкальных журналов. Когда Луи был здесь в последний раз, он вновь пошутил, назвав Гарри помешанной фанаткой. Шатен тихо засмеялся, а затем медленно притянул к себе наигранно обиженного младшего, оставляя легкий поцелуй на щеке. Но теперь его нет рядом. Некому дразнить Гарри. Возле окна, на самом подоконнике, стояли горшки с цветами, а на голубых шторах висели маленькие звездочки из цветной бумаги. Когда-то давно кудрявый сделал их вместе со своей старшей сестрой. Где-то среди них можно было найти одну очень особенную звезду: три года назад Луи сам прикрепил её, когда впервые побывал здесь. Он больше не сможет увидеть "ночное небо", которое мерцало в лунном свете маленькой комнатки кудрявого. Пройдя несколько шагов, Гарри остановился, прислушиваясь к тихому шарканью тапочек за стеной. Они размеренно приближались, становясь только громче. Спустя несколько секунд раздался робкий стук, и Гарри усмехнулся, медленно оборачиваясь назад. Дверь в его комнату плавно приоткрылась. На пороге появился высокий силуэт девушки, которая, облокотившись о косяк, смущенно улыбнулась. - Привет, Сью, - тихо проговорила Джемма. Гарри довольно вздохнул, наслаждаясь этим родным "Сью". - Рада видеть тебя снова, братишка. Парень улыбнулся, широко раскрывая свои руки. Он жестом пригласил сестру в долгожданные объятия. Она не Луи, но Гарри слишком нуждается в поддержке. Джемма наигранно закатила глаза, делая несколько широких шагов навстречу брату. Девушка тихо закряхтела, когда Гарри крепко сжал ее в своих руках. Он обхватывал большими ладонями хрупкое тело, зарываясь носом в мягкие волосы пепельно-серого цвета. - Почему ты здесь? - устало спросил он, на что услышал неразборчивое мычание. Ее волосы не пахли яблочным шампунем и гелем для волос. Они не пахли им. - Могу задать тебе тот же вопрос, - взъерошивая руками каштановые кудри, улыбнулась она, приглаживая ладонью топорщащиеся в разве стороны пряди. Было непривычно видеть Гарри с такими длинными вьющимися кудряшками. - Что ты забыл в Чешире, детка? Холмс-Чапл находится не так близко к Лондону, чтобы приезжать сюда когда тебе только вздумается. - Я здесь, потому что скучал, - вдыхая сладкий аромат дорогих духов, кокосовой стружки и шоколада, тихо признался Гарри, скидывая ладонь сестры со своей головы. Ее рука слишком легкая. Она не похожа на ладонь Луи. Джемма вновь закатила глаза. Девушка протестующе замычала, заставляя парня ухмыльнуться. - Ты раскусила меня. Я просто не хотел оставаться там. Но все же, что ты тут делаешь? - Я здесь, чтобы хорошенько напоить своего младшего брата, а затем признаться ему в своей маленькой шалости. - Джемма загадочно улыбнулась, двигая бровями. - Это я в детстве выкинула твою любимую футболку, а не рассерженный домовой, Сью, - невинно проговорила она, наиграно хлопая ресницами. Гарри широко распахнул глаза, от чего на его лбу пролегло несколько неглубоких морщинок. Спустя мгновения он залился звонким смехом. - На самом деле это было не смешно. Я всерьез думал, что пропажа моих вещей - дело рук нечистой силы, - слегка обиженно возразил Гарри. Он сосредоточено нахмурил брови, укладывая подбородок на блондинистую макушку. - Знаешь, бегать по всему дому с веником в руках в надежде поймать выдуманное существо - не очень-то и нормально. Разве что, ты уверена, что это был не домовой? Джемма кивнула, тихо хихикая. - Я уверена, Сью, я уверена. Прости, - искренне извинилась она. Девушка слегка отстранилась в сторону, невесомо целуя брата в щеку. Ее губы слишком мягкие. Они слишком гладкие и абсолютно не похожи на губы Луи. Нет тех маленьких волосиков над верхней губой, что обычно щекотали кожу кудрявого. Это не Луи. Нет. - Да ладно, это было даже... эм... захватывающе, - скорчил довольную рожицу Стайлс. Он высунул кончик языка, на что Джемма громко хмыкнула, нахально щелкая брата по носу. - А если серьёзно, я здесь не совсем из-за этого, - немного неуверенно призналась она, задерживая дыхание. - Мне звонили парни, - поджав губы, аккуратно прошептала Джемма, мягко оттолкнув Гарри от себя. Девушка медленно присела на край кровати, легким движением руки откидывая волосы назад. Кудрявый презрительно фыркнул, будто и не ожидал чего-то другого. Джемма качнула головой, понимая, насколько ее братишка ещё ребёнок, чтобы понять. Луи не виноват. Гарри должен понять это. - И что? - устало выдохнул парень, прерывая угнетающее молчание. Джемма пожала плечами, подхватывая запястье младшего тонкими пальцами. Гарри вздрогнул. Он отвел глаза в сторону, сильно прикусывая щеку изнутри. - Ничего, - поджимая губы, прошептала Джемма. Она посмотрела на тонкие пальцы, всматриваясь в свежую ссадину на руке брата. - Стало легче? - спросила она, невесомо касаясь пальцами красной корочки на костяшках, отчего Гарри зашипел, отдергивая руку в сторону. Луи не представляет, как ему больно вспоминать это. Гарри не представляет, как Луи трудно понимать это. Он слабо кивнул. В голове вспыхнули картинки недавнего прошлого. Наверное, было глупо поступать так, идя на поводу своих эмоций. Обычно он был менее импульсивный, но тогда Гарри почувствовал себя разбито. Он был разбит неожиданной новостью и безразличием на лице Сэма. Разбит бездействием и сожалением в глазах парней, которые молча отводили взгляд в сторону. Стайлс отлично помнил те серо-голубые глаза, которые судорожно метались из стороны в сторону. Те сильно поджатые, тонкие губы и тот страх, что плескался нескрываемой волной, отражаясь на лице и в таком родном, но ужасно потерянном взгляде. Разве он не понимал? Почему ему так сложно понять? - Мне сказали, ты устроил там что-то невероятное, - усмехнулась Джемма. Она несильно толкнула кудрявого в плечо, пытаясь прогнать это каменное выражения лица. - Если тебя это успокоит, то я даже немного горжусь тобой. Гарри неуютно поежился, плюхаясь на матрас кровати, от чего тот прогнулся, противно скрипнув. Он хотел, чтобы Луи сейчас был рядом. Чтобы он крепко обнял его и сказал, что все это дурацкая шутка. Что все будет хорошо. Он очень хотел этого. - Ты нагрубил Сэму, в курсе? Он был немного удивлен этим. Я уже молчу про Найла и Лиама. Они еще долго не могли прийти в себя. Ну ты, конечно, даешь, братишка. Я думала, что ты только мне можешь дерзить и огрызаться. Кудрявый натянуто улыбнулся, рассеянно кивая. В тот момент Луи просто молча стоял, опустив голову вниз, словно нашкодивший пес. Он даже не посмотрел на него. - Просто... я не знаю, что со мной произошло, Джеммс. Мне так надоело все это. Надоело, понимаешь? Я больше не могу обманывать себя и людей вокруг. Весь этот шоу-бизнес и... Каждый чего-то требует от меня. Чего-то хочет. Все больше и больше, - Гарри качнул головой, почти захлебываясь собственными словами. - Им нужно, чтобы я улыбался, и я улыбаюсь, но этого мало. Им нужно, чтобы я не общался с Луи на людях, и я делаю это, но теперь и этого не достаточно, и... Они просто решили, что всё это не важно. И мне так паршиво... Кудрявый с силой прикусил язык, заставляя себя замолчать. Он всегда убеждал себя в том, что он сильный и обязательно справится со всеми трудностями самостоятельно, но это было не так. Теперь он понимал свою слабость. Гарри улыбнулся одними кончиками губ. - Раньше, когда я только хотел стать музыкантом, всё было проще. Я пел и никому не нужно было большего. Я не боялся разочаровать окружающих. У меня была мечта, которая, в итоге, оказалась не такой "привлекательной". Джемма понимающе кивнула, медленно сползая с кровати. Она села прямо напротив младшего, пытаясь поймать его туманный взгляд. Гарри зависим от Луи. Он слишком привык, что Томмо всегда рядом. - Хэй, - ободряюще выдохнула она, тыкая кудрявого в бок. - Сью, не смей киснуть, ты же любишь все это. - Люблю, Джемс, да. В этом-то и вся проблема, - горько усмехнулся Гарри. Он наклонился, разглядывая свое отражение в радужке зеленых глаз старшей сестры. - Иногда мне хочется, чтобы все было по-другому. Чтобы я был собой, чтобы парни были рядом, и чтобы мне не пришлось притворяться. - Гарри... - Но это невозможно, - грустно выдохнул Стайлс, усмехаясь над глупостью своих же собственных слов. Он действительно хотел этого. - Это все так, блять, тупо. Джемма погладила его по руке, стараясь хоть как-то ободрить. Она медленно поднялась на ноги, направляясь в сторону двери. Спустя несколько минут девушка вернулась обратно. В ее руках находилось несколько бутылок пива, одна из которых через какое-то время оказалась прямо перед лицом кудрявого. Гарри непонимающе вскинул бровь, а Джемма наигранно закатила глаза. - Ой, да кого ты тут пытаешься обмануть? Ни для кого не секрет, что ты пьёшь с шестнадцати лет. Гарри фыркнул, на что Джемма нагло толкнула его в бок. Обычно это делал Луи. Он всегда успокаивал его. - Если мама узнает, это будет на твоей совести, юная леди, - ухмыльнулся Стайлс, выхватывая бутылку из хрупких рук. Гарри легко открыл крышку, сразу же отпивая несколько маленьких глотков из горлышка. На языке почувствовалась знакомая горечь, а хмель начал просачиваться в вены, расслабляя напряженные мышцы. - Не смейте угрожать мне, молодой человек! Гарри хрипло засмеялся, отчего на его щеках образовались глубокие ямочки. Джемма снова пихнула его в бок. Она указала на время на часах и одними губами проговорила: «11:11, Сью. Пора загадывать желание». - Ты до сих пор веришь в это? - удивленно спросил Гарри, слегка хмурясь. Джемма согласно кивнула, выравнивая спину. - Мы были маленькими, когда делали так. - Ой, не больно ты и вырос, - ехидно съязвила Джемма, гордо вздергивая подбородок. - Раньше тебя это не останавливало. Ну же, Гарри, не будь занудой! Стайлс улыбнулся. Он на какое-то время задумался, принимая отговорку сестры. Никогда не поздно поверить в чудо. - Я могу загадать менее нахальную сестру? Джемма залепила ему шуточный подзатыльник, тихо смеясь над болезненным шипением младшего брата. - Нет, к сожалению. Так же, как и я адекватного брата, - хмыкнула девушка, корча недовольную рожицу. - Жаль... Гарри прикусил нижнюю губу, понимая, что это всего лишь шутка. Он никогда бы не поменял Джемму на кого-то другого, несмотря на ее отвратительный характер. - Ну, а если серьезно, то того, чего я хочу, невозможно получить, - печально проговорил он, мысленно возвращаясь на три года назад. Прослушивание на X-Factor'е и встреча с Луи были самыми волнительными в тот момент. Он хотел, чтобы все было по-другому. - Фу, как банально, Сью, - фыркнула Джемма, закатив глаза. - На то это и желание, идиот. Поверь в чудо, спиногрыз. Гарри прищурил глаза. Он, вопреки здравому смыслу, сделал это и не успел опомниться, как Джемма налетела на него и начала щекотать. Наверное, она действительно была волшебницей, ведь Гарри перестал грустить и на какое-то время забыл о Луи. Ему не было обидно, больно или же одиноко только потому, что у него была великолепная старшая сестра, которая всегда знала, как ее маленькому оболтусу нужна эта поддержка. Она была рядом, и Гарри чувствовал это, словно ничего не произошло и все было в порядке. Как раньше. Словно его Томмо был где-то рядом, напевая детскую колыбельную своему кудрявому. Гарри скучал по Луи и то, что он узнал, будучи еще в Лондоне, убило последние надежды. Этот густой туман, мешающий между собой реальность и выдумку, поглощал в себя веру в будущее. Веру в Хаззу и Томмо. Джемма и Гарри еще долго вспоминали свое прошлое, сидя на кровати с бутылками пива в руках. Все взлеты и падения. Все провалы и удачи. Все вызывало громкий смех или же легкие улыбки у обоих, ведь 2010 год изменил их жизни. Изменил жизнь кудрявого. Уже ближе к полуночи Джемма уложила слегка подвыпившего Гарри в его бывшую детскую кровать, а затем, поцеловав в макушку, словно заботливая мама, скрылась за деревянной дверью, желая парню спокойной ночи. - Сладких снов, малявка, - тихо прошептала она, грустно улыбаясь своим мыслям. Ее маленький братик вырос. Вырос, но не перестал быть ребенком, так сильно нуждающимся в ней. Он стал мужчиной. Ее опорой и защитой. Тем, кем когда-то и по сей день была Джемма, оберегая свою маленькую кудряшку, каким бы взрослым он не казался. В эту звездную ночь, когда лунный свет просачивался сквозь голубые шторы, Гарри крепко зажмурил глаза, желая, чтобы следующий день никогда не настал. Он впервые не пожелал своему Томмо спокойной ночи, с грустью понимая, что его Бу больше никогда не услышит его. Луи перестал слышать. Гарри хотел, чтобы все его проблемы исчезли вместе с заходящим солнцем. Чтобы оно зашло за горизонт, забирая с собой последние лучи уходящего дня и тяжесть реальности. Он хотел стать вновь тем пятнадцатилетним подростком, который когда-то работал в пекарне, мечтая петь. Он поверил в чудо... Тем временем где-то в Лондоне, в одной из престижных квартир столицы, в одинокой спальне на холодных простынях кровати, свернувшись в клубочек с бутылкой в руках, лежал Луи. Вокруг него были разбросаны вещи, где-то в углу было разбито зеркало, а на полу лежали осколки стекол от фоторамок и вдребезги сломанный мобильник. Он пытался. Пытался сказать Гарри, что помолвка ничего не значит и что он любит только его. Но Томлинсон сам прекрасно понимал, что его малыш больше не будет рядом... Не будет.

Cause I'm already there, I'm already there, Wherever there is you, I will be there, too.