Огни Москвы. Сводный брат

— С прошедшей Днюхой, бро! — послышалось сзади. — Ден.. да-а-а. Спасибо, — с наигранным упреком я посмотрел на подходящего парня. — Она была две недели назад. Денис Беляев — мой лучший друг. Мы сдружились еще в детском саду. Хотя начало нашего знакомства не носило мирный характер. С самого первого дня мы поцапались из-за игрушки, как смешно бы это не звучало сейчас, но тогда это было очень серьезно. Ну не важно. Сейчас мы — не разлей вода. Даже не знаю, может ли нас что-то разлучить? Нет, определенно нет. — Ну да! Я звонил тебе, а лично еще не поздравлял, ведь кто-то в Америку укатил! — он засмеялся и толкнул в плече. — Может уже хватит сбегать на каждые каникулы? “Россия — это, конечно, хорошо… но Америка — это моя любовь навечно. И поступать я намерен именно там. Закончу в этом году школу и прощай, Москва!” — меня снова понесло в Чикаго. — Ма-а-акс, прием! Ты тут еще? Ладно идем, американец, блин.. Иначе нам снова вставят за опоздание! — Денис направился ко входу. — Че ты застыл? Идем! Я последовал за Деном, который оказался на несколько метров дальше меня и уже ступил на первую ступень крыльца. Я улыбнулся, опустив голову и, придерживая наплечную сумку, побежал за ним. Как только мне удалось догнать его, он внезапно повернулся ко мне лицом: — Как я мог забыть? Как тебе жена отца? О-о-о! Как сестра? — Иди давай. Сам говорил, что опоздаем. — Нет-нет. Скорее теперь это не так важно. Поняв, что Денис не отвяжется от меня просто так: — До кабинета долгая дорога. — Ладно. Выкладывай. Сначала: как тебе Виктория? Я пожал плечами, что можно было сказать. Все как я и думал ранее. Она прекрасная жена, женщина, мать. Очень заботлива. И мы с ней неплохо ладим. Я даже ее как таковой мачехой не считаю. Все это я и выложил другу, который, видимо, сгорал от нетерпения. Самый сложный его вопрос ожидался впереди. Его темой будет точно моя сестра, Ника. И-и-и.. как я и предполагал: — А сестра? Ника, да? Че с ней? Кстати, она, что теска той Ники? Ты мне фото не скидывал, — на его вопрос я поднял брови, скорчив возмутительную гримасу: — У тебя память отшибло? У меня самого не было! Идем быстрее. Звонок был. Мы помчались по коридору и влетели, как ошпаренные в кабинет, в котором царил сплошной беспорядок: парни как ненормальные носились по классу и занимались какой-то фигней, а дамы о чем-то увлеченно болтали группками. — Максик! — послышалось с задних парт, это была Алиса. Она покинула двух своих подруг и подошла ко мне. — Как праздники провел? — поинтересовалась девушка. — И с прошедшим Днем рождения, родной! — захлопав глазками, Алиса кокетливо улыбнулась. — Лучше не бывает. Хотя сильный снегопад не давал спокойно выбираться на улицу, да и с вылетом были проблемы, — я нежно улыбнулся и подмигнул. — Спасибо, Алиса. Извини, нужно приготовиться. Мне и так повезло, что Екатерины Семеновны сейчас здесь нет. — Да, конечно, — ответила девушка, после чего вернулась на свое место. Не смотря больше ни на кого, я отправился на свое место: четвертая парта, средний ряд. Моим соседом был Денис, и у нас никогда не было скучных уроков. Мы по жизни сидели вместе. Играли на уроках, делили парту, болтали обо всем, что только могло прийти нам на ум, прогуливали мы тоже вместе. И мне всегда это нравилось. Но сейчас..нет, только не сейчас: он обязательно будет обо всем расспрашивать, а в особенности — о ней. Идя к своей парте, я словно направлялся на ужасные пытки. Сев на стул, я начал медленно вынимать тетрадь и искать ручку в сумке, чтоб только потянуть время. "Да-а... Екатерина Семеновна была бы сейчас никак во время..." — подумал я. Денис, немного поболтав с девчонками, направился тоже на свое место, бросая на меня таинственные и хитрые взгляды, которые предвещали только одно — бесчисленное количество вопросов. Ну что ж, как ни крути, от этого не деться, так что придется взять себя в руки и выдержать все, что приготовил для меня мой лучший друг. — Ма-а-акс? — протянул он и посмотрел внимательно на меня, садясь на стул. — Я весь во внимании. Я молчал, потупив глаза в только что положенную тетрадь на парту. — Ты думаешь я отстану? — продолжал он. — Та-ак, ну понятно, что она теска. А как она сама? Ну там, красотка или как? — Или как, — повторил я и добавил: — мне кажется, что тебя она уж точно не заинтересует. Она самая, что ни наесть, обычная. Похожа, честно говоря, на какую-то малолетку. Ей семнадцать лет, а ходит с заколочкам и ведет себя, как ребенок. Точно ей не семнадцать, а пятнадцать от силы. В эти слова я вложил все презрение, которое только мог наиграть. Не мог я ему сказать, что это она. Не сейчас. Пока Ден ее не видел и не знает, кто она на самом деле... мне так легче... Хотя, от этих слов мне становилось все хуже и хуже. Как я могу ее так обижать? Ненавижу себя, ненавижу за всю ту боль, которую причиняю ей... Ненавижу! Зачем я вру?.. Не знаю..люди любят все усложнять. И я не исключение: загоняю себя в еще один тупик. "Так! А почему тупик? Так будет легче, возможно, играть ту роль высокомерного брата, которую я выбрал. То, что Ден ничего не будет знать о моих чувствах, лишь укрепит мою силу воли, мастерство игры. И все будет казаться еще более естественным. Постоянный контроль только сделает меня выносливее", — эти мысли заставили меня улыбнуться, на что Ден сразу же отреагировал : — О чем это ты там подумал? О Нике? — Да ну тебя! При чем тут моя новая сестра? — я засмеялся. — Мне, типа, подумать больше не о ком! — Неужели она прям такая отвратительная? — Нет, просто она не в моих интересах, вкусах. И вообще, она моя сестра. Че ты ко мне прицепился с этой Никой? — Наверное, ты совсем плохой и забыл о лучшем друге, но напомню тебе все-таки: у меня уже месяц как не было девушки, мне скучно, — он сощурил глаза, как обиженный щенок. — Ты смеешься? — я искоса посмотрел на него. — Ты только моргни глазом — тут же выстроится очередь из поклонниц, которые с удовольствием станут твоими тенями. — Да я знаю... — он обреченно откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул. — Понимаешь, дело такое: я, короче, ну типа.. Ну-у-у, я устал, — после этих слов он мгновенно повернулся ко мне. А я в свою очередь задал вполне ожидаемый вопрос: — Устал? Ты о чем? — Устал от этих доступных девиц, от однотипных манер поведения. Меня это достало. Каждая, если я захочу, тут же прыгает ко мне на колени. И мне это стало неинтересным. Поэтому с недавних пор ищу такую, которая заставит меня побороться за нее. Вот я и подумал: а что если твоя сестра новоприобретенная может быть такой. Короче. Какая она? Она может меня заинтересовать? Неужели она там прям уж такой ребеночек? — он засмеялся. Мои руки в карманах толстовки сжались в кулаки, и я сцепил зубы. "Что он только несет, как может? Ах да, Макс, а ты ведь ему не сказал!!! Черт! Что ты тогда хочешь в этом случае? Сам бы так поступил на его месте. Но я не мог это терпеть!" — С тобой все нормально? — Да, а что? — Ну ты как-то странно смотришь, взгляд какой-то загадочный, задумчивый. И... Ты злишься? Думаешь о чем-то? Ты меня вообще слышал? — Слышал, слышал, все нормально. Я не злюсь. Тебе показалось. — Я не вижу. Ну, как знаешь. Так что? Ты познакомишь меня с ней? А вдруг она та самая, о которой я мечтаю, — он кулаком легко ударил меня в плече, чем окончательно отвлек от размышлений. — Да, только не сегодня. Немного позже. Денис, наверное, понял, что сейчас я не лучший собеседник. Он повернулся к задней парте, где сидел Андрей — наш хороший друг. "Че с Максом?" — поинтересовался тот. "Не знаю, после поездки что-то с ним случилось или после знакомства с мачехой и сестрой; не знаю, одно из двух", — это все, что я расслышал сквозь дверь своих мыслей, в которые я нырнул все с большей силой. Я не хотел так сразу раскрывать ему тайну Ники, кто она на самом деле. Гул в классе продолжался. Я посмотрел на часы, весящие над доской. Прошло 20 минут урока, а учительницы до сих пор не было. Чувствую, математика так и не предвидеться сегодня. Хорошо, что больше меня никто не трогал, и я смог спокойно думать о ней. Чтоб было меньше подозрений, я достал телефон и наушники, громкость врубил почти на полную, ведь целью было спокойно размышлять, чтоб не вселить подозрения в головы еще большего количества людей. Андрея и Дена мне уже достаточно. Так что прослушивание музыки вполне может оправдать мою задумчивость. Стоило лишь на секунду закрыть глаза, как образ Ники всплыл в моей голове. Ее грустные глаза и беззащитный взгляд. Я был повинен во всех ее сегодняшних бедах и печалях. Наверное, тогда ее глаза были совсем другими, полны счастья и надежды, веры в меня, а я все это разрушил... "Что же делать и как быть дальше? Ведь Дена все равно придется с ней знакомить, а потом что? Он поймет, что это она.. Хотя, какая в этом проблема? Странно я себя веду. Сейчас все кажется сном. Будто вот-вот я проснусь в своей комнате, и все будет хорошо: за стенкой снова будет пустота, а я продолжу жить своей любимой спокойной подростковой жизнью. Но нет... К сожалению, это все происходит наяву. А она? Что она сейчас думает, чего хочет, о чем мечтает, мечтает ли вообще. Как нам быть? Как жить дальше вместе под одной крышей, скрывая всю жизнь то, что так бережно хранят наши сердца. Я уверен, что Ника ничего не забыла, как и я. Мой внутренний монолог состоял с одних только вопросов, ответов почти не находилось. Я не могу сейчас взять и представить нашу жизнь спустя год, да что там год, неделю. Смогу ли я так долго все скрывать и притворяться? Смогу ли долго так ее мучать и смотреть на ее боль и страдания? Как долго я буду держать себя в руках, чтоб просто не наплевать на все и не обнять ее, не сказать все то, что чувствовал и продолжаю чувствовать к ней?" Спустя еще некоторое время я вновь посмотрел на часы: ровно 8:40.. Здорово, первый урок так и пройдет, то есть — никак. Можно было и вовсе не идти. Вдруг дверь распахнулась, и в ней появилась учительница. Все опрометью кинулись к своим местам и синхронно встали возле парт, чтоб поприветствовать ее, как предполагают правила школьного этикета. Я не был исключением. Не торопясь, я вытащил наушники из ушей и положил их вместе с телефоном на парту. — Доброе утро. Можете присаживаться. Простите за опоздание, — на ходу она поздоровалась и начала устраиваться на своём рабочем месте. — Как каникулы провели, надеюсь, все соскучилась по школе? — она улыбнулась. — Не-е-ет, — послышалось отовсюду. — Я так и знала. Каникулы все любят. Но работать все равно нужно. Тем более на носу ЕГЭ. Что ж, сегодня вам повезло, но больше такого не повторится, обещаю. Звонок прозвенел, и нас отпустили. Хорошее начало последнего семестра в школе. Следующей была биология, потом — астрономия, литература, физкультура, физика. Денис время от времени приставал ко мне еще с вопросами, но это было не так часто, за что я ему был благодарен. Остальная часть дня прошла довольно-таки плодородно, учителя рассказывали нам о важности этого полугодия и о том, что мы должны в конце концов серьезно подойти к учебе и к тому, что нас ожидает поступление в вуз, а перед этим еще и получение среднего образования. Многих все это пугало, даже отличники нервно крутили ручки в руках, совались на стульях, морщили лбы, и даже самых заядлых двоечников — заставляло задуматься о неожиданно появившихся проблемах, но я не входил в число ни тех, ни тех. У меня были проблемы посерьезнее, чем какое-то среднее образование и поступление. Так и прошел целый день: я думал о ней, но параллельно все же заставлял себя учиться.

***

Две недели пробежали так незаметно. В середине января, когда все это началось, я даже и предположить не мог, что это будет не так уж и сложно. Нику я редко видел, учитывая то, что живем мы вместе. Я все время проводил в школе, а потом — с друзьями, приходил поздно, делал домашнее задание и ложился спать. Встречались мы только в основном два раза в столовой. А так она, когда я был дома, сидела в своей комнате: то учителя к ней приходили, то она сама чем-то себя развлекала. Родители уже начали беспокоиться о ней, что она ни с кем не дружит, не гуляет, а все время сидит одна. По правде, мне самому было искренне жаль ее, и я очень тоже переживал по этому поводу, но проводить с ней время я не мог, как бы этого не желал. Я бы все отдал, чтоб целыми днями не упускать ее из поля зрения, чтоб защищать и оберегать ото всего, что может причинить ей боль, что может сделать ее даже на мгновение грустной, хотел стать для нее крепостью, защищавшей от этого наполненного злом, эгоизмом и прочей гадостью, мира. Каждая минута, проведенная с ней, не могла бы быть даже соизмерима с самыми огромными богатствами этой вселенной. Я бы так хотел держать ее за руку, обнимать за хрупкие плечи, наблюдать за ее милой застенчивостью, за тем, как ее глаза блестят искорками счастья, а улыбка излучает тепло, нежность и полное доверие...которого мне никогда, наверное, уже не получить. Я бы показал ей те сокровенные и прекрасные уголки Москвы, о которых никто не знал, даже мои друзья, где я отдыхал и наслаждался одиночеством, уходил в себя... К сожалению, все только с частицей "бы"...но это невозможно. Когда она была так далеко, я не позволял себе и мечтать, что через много лет я смогу претендовать на ее сердце. А сейчас она так рядом, а я не могу ничего с этим сделать. Даже теперь не могу наплевать на все и обнять ее так крепко, что она никогда не сможет вырваться из моих объятий; какие бы попытки она не предпринимала, все равно все бы потерпели фиаско. Все эти мысли и желания временами открывали мне дверь в мир грёз.