Колесо фортуны

Утро началось отвратительно. Меня разбудило пение птицы слерин. Поет красиво, не спорю. Но не перед рассветом же, когда я спать лег всего два часа назад! Глухо проворчав себе под нос нечто нецензурное, не глядя, выщелкнул огненный шарик и запустил его в наглую птицу. Та замолчала. Я удовлетворенно перевернулся на другой бок, собираясь урвать еще сна, но тут мой взгляд наткнулся на Кирла, который с расширившимися от шока глазами смотрел куда-то в лес. Дурацкое любопытство! Я повернул голову: «Твою мать!» - в том месте, куда я метнул «крохотный» огненный шарик, зиял огненный тоннель, уходящий вглубь леса, деревья уже начинали весело потрескивать, языки пламени перескакивали на кусты, разбегаясь в разные стороны. Поминая недобрым словом всё и вся, я кинулся тушить назревающий пожар. Бегая от одного дерева к другому, я лихорадочно бормотал заклинания под громкий ржач проснувшегося Лирла – придурок, нет бы помочь! Проклятье Тьмы! Тушу одно дерево, тут же загорается другое! - Что-то я не понял, - сквозь смех выдавил мой друг, - это у тебя такая оригинальная утренняя тренировка? - Совсем на голову стукнутый? – огрызнулся я. – Не видишь, пожар тушу? - Тогда почему не заклинанием «небесного потока»? – сдавленно хихикая, спросил он. Я замер. Вот же!.. Аж зубами заскрипел от досады. - Раньше не мог сказать? – Лирл только громче засмеялся, хватаясь за живот и вытирая несуществующие слезы. - Развлекайся, а мы пока завтрак сообразим. Спустя минут пятнадцать я потушил огонь и, с одной стороны подкопченный, с другой – мокрый, направился к лагерю. Злость кипела и бурлила, не находя выхода. Мрачно поглядывая из-под насупленных бровей на своих спутников, я присоединился к завтраку. Сытная еда постепенно успокаивала, пока… - Ой, а у тебя глаза стали, как многоцветная радуга, - восторженно воскликнул «попаданец». – Это нормально? Я ни разу такого не видел. У шайесов такого нет. А, это только вашей расе характерно? – он тараторил, не замечая, что радуга в моих глазах вспыхнула еще ярче – наверно, еще чуть-чуть и прольется многоцветьем на щеки – это я снова разозлился, да еще как! - Заткнись! – рявкнул, не выдержав; Лирл удивленно вскинул брови, но меня уже понесло. – Шайесы то, шайесы это! Великая нация, благородные существа, прекрасные создания! Еще и щебечешь на шайе*. - А что не так? – с обидой возмутился Кирл. – Они действительно очень хорошие: спасли меня от смерти, кормили, учили, ничего не требовали взамен… - Да что ты? – приторным голосом переспросил я. – А что еще в них хорошего? Лирл бросил короткий взгляд на меня и поднял руки в предостерегающем жесте, прося пришельца не отвечать, но тот на него даже не смотрел. - Много в них хорошего! Уж побольше, чем в тебе! Все, доигрался. Красная пелена опустилась перед глазами, миг, и я сижу рядом с ним, прижимая к его шее кинжал и скаля зубы. - Я убью тебя, чушшшак! – прошипел, с трудом удерживая себя от последнего шага. – Но сссначала я расскашшшу тебе, какие шшшайесы «хорошшшие». Хочешшшь ссснать? – опасно сверкая глазами, спросил я. Все замерло. Лирл не шевелился, боясь неосторожным движением спровоцировать меня, чужак, видимо, опасался того же, потому что замер и даже, кажется, не дышал. Мой сааг стоял неподалеку и тоже не двигался, только прядал ушами и изредка выдыхал дым, настороженно уставившись на чужака и, похоже, видя в нем потенциальную угрозу для хозяина. Наконец, Кирл сглотнул, шумно выдохнул через нос и медленно кивнул. Я очнулся, с некоторым недоумением взглянул на кинжал и небольшую капельку крови, выступившую на шее Кирла. Вздрогнув, убрал руку и отошел от него. - Я расскажу, - глухо повторил я, - но нам пора выдвигаться. До Тьмы надоел этот лес, не хочу провести здесь еще одну ночь. Лирл отмер и стал поспешно собираться. Кирл, опасливо косясь на меня, осторожно стер кровь и присоединился к нему. Мой друг тут же зашептал что-то. Я уловил отдельные фразы: «Иногда бывает…однажды…был маленьким…обидели…» Дальше уже можно было не прислушиваться: он пытался объяснить «попаданцу» мое поведение. А что его объяснять? Я и сам не понимаю, в чем причина. Такое случалось и раньше. Если меня кто-то очень сильно злил, я выходил из себя. Ярость была в таких случаях настолько всепоглощающей, что магия выходила из-под контроля, а мозг подчинялся только инстинктам. Случай, о котором в данный момент рассказывал Лирл, произошел 20 лет назад. Я только переехал в деревню. В силу неразговорчивости мне было тяжело подружиться с остальными. Не располагала к хорошему отношению и моя внешность. Я был щуплым, невзрачным, серым в прямом смысле слова: дымчатые глаза, мышиного (на тот период) цвета волосы, бледная, почти пепельная кожа. К тому же у всех уже начинал просыпаться дар, а у меня ноль-повдоль. Малышня радостно стреляла слабенькими молниями, пускала небольшие искры или создавала крохотные завихрения воздуха, а я…я даже камень взглядом не мог сдвинуть хотя бы на миллиметр. Злостные шутки меня не пугали, их и не было, но вот жалостливые взгляды (дети с присущим им максимализмом считали, что у меня нет дара)!.. Каждый раз, натыкаясь на них, я сжимал в ярости кулаки и спешил скрыться. Пока однажды кому-то из детей не пришла в голову идея попытаться меня потренировать. Я упирался, как мог, но они настояли. Итог – я красный от усердия, ноль реакции от моего спящего дара и… полные жалости глаза, окружившие со всех сторон. Мир взорвался в красной вспышке. Очнулся, когда услышал крики взрослых и почувствовал, что земля уходит из-под ног. Картина, достойная руки бога: расквашенные носы, разбитые лбы, расцарапанные руки абсолютно всех детей; огромная трещина через всю поляну; поваленные деревья и выжженная местами трава – дар решил проснуться и устроить представление. За этот случай меня не стали даже ругать, только заставили извиниться перед детьми да всё спрашивали, почему я слетел с катушек. Извиниться я извинился, а ответить на вопрос, увы, не мог даже себе. Дети меня с тех пор сторонились, боясь повторения вспышки. К несчастью, боялись небезосновательно: такое повторялось неоднократно, пока я не научился себя контролировать. Правда, сегодняшний случай доказал, что полностью искоренить в себе это не смог. Я тяжело вздохнул и приблизился к спутникам – надо извиниться. - Лаамирэ нэи тан! – все-таки мне не хватило духу просить прощения на знакомом Кирлу языке. Лирл хмыкнул и, дождавшись, пока я отойду, перевел мои слова «попаданцу». - Хватит шептаться, как сплетницы! – прикрикнул я на них, стряхивая с себя уныние и выбрасывая из головы неприятные воспоминания. – Будете копаться, нам придется снова заночевать в лесу. Кирл несмело улыбнулся и, подобрав сумку, подошел ко мне, Лирл снова хмыкнул (достал, лучше бы дельное что-нибудь сказал!) и присоединился к нам.

***

- Три часа, полет нормальный! – тяжело дыша, брякнул Кирл. Я перевел на него усталый взгляд: это он так шутить пытается? Не смешно! Слишком короткий отдых дал себя знать: я еле тащился, лишь силой воли держа глаза открытыми. Пришелец же, похоже, физически не подготовлен к таким долгим переходам (и чему его только шайесы почти год обучали?) – всего три часа в пути, а он уже выдохся. Бодрым выглядели только Фар, который успел пометить все кусты в округе, и Лирл. Последний шел немного впереди, изредка оборачиваясь, будто беспокоился, что, обернувшись в очередной раз, увидит наши спящие на Тропе тушки. В конце концов, он не выдержал: - Давайте отдохнем и перекусим. Мы с Кирлом синхронно скривили якобы недовольные лица, втайне радуясь, что он это предложил. Распаковываться не стали – устроились прямо на траве (я лично боялся, что при одном взгляде на одеяло отрублюсь). Легкий перекус заставил мои веки потяжелеть еще сильнее, поэтому я сидел и осоловело хлопал глазами. - Кайа, - тихо позвал Кирл, я перевел на него мутный взгляд, - ты обещал рассказать о шайесах. - Помню, - тяжкий вздох. – Но, на самом деле, рассказчик из меня не очень хороший. О! Пусть Лирл рассказывает, а то все время я языком треплю – несправедливо. Друг задумчиво глянул на меня. Я гаденько улыбался, олицетворяя собой подлость в чистом виде. Но… друг на то и друг, чтобы смотреть глубже и видеть больше. Лирл заметил затаенный страх в глубине моих глаз и коротко кивнул. Тьма! Не хотел, чтобы кто-то понял, что мне страшно! Страшно в процессе рассказа вновь сорваться. - В таком случае я возьму на себя роль рассказчика, - послышался насмешливый голос Лирла. – Расскажу по дороге, - теперь у него на лице змеилась ехидная усмешка. Тьма! Он и мое намерение подремать разглядел: - Тогда чего сидим? Кого-то ждем? – тяжелый вздох, Кирл вздрогнул и как-то странно на меня глянул. - Что? - Н-ничего! Просто фраза больно знакомая. Чем эта фраза его так зацепила, было любопытно, но расспрашивать сил не было совсем, поэтому я, затолкав как обычно свою любознательность в одно интересное место поглубже, просто молча подобрал сумку и встал, выражая готовность идти. - Столько потрясений за всю жизнь не испытывал, сколько за два неполных дня, - тихонько пробурчал я себе под нос и шагнул на Тропу. *Язык шайесов, как вы, я думаю, догадались.