Превратности судьбы

Казалось, как порой бывает, жестока судьба, расставляя свои сети? Еще совсем недавно девушка была счастлива в кругу своей семьи. На ее небосклоне всегда светило солнце родительской любви и понимания, которое согревало девушку. А теперь… теперь набежали тучи, и в душу закрался неприятный привкус страха. С тех пор, как погибли ее родители, жизнь изменилась не в лучшую сторону. Когда за ней в поместье приехал дядя Джозеф, Сульпиции казалось, что он будет таким же любящим и понимающим, но она ошиблась… Лишь спустя несколько дней она узнала, как он ненавидел ее отца, а когда он первый раз поднял на нее руку, чтобы приструнить слишком дерзкую племянницу, она поняла, что как раньше уже никогда не будет. Юная мисс сидела перед зеркалом в комнате и расчесывала свои густые каштановые волосы. Всё, что напоминало ей о маме… Джейн Мари Олсен была дочерью богатого земледельца. Не имевший никаких титулов, он добился всего сам, чем заслужил некое уважение в светском обществе. На одном из званых ужинов мужчина познакомился с прекрасной леди и влюбился. Его порадовало, что девушка ответила ему взаимностью. От этого союза родилась прекрасная девочка – Джейн, но матери не суждено было увидеть, как растет ее малышка – женщина умерла от родовой горячки. Мужчина погоревал и бросил свои силы на воспитание единственной дочки, которая была так похожа на мать. Когда Джейн выросла, то на дебютном балу пленила Майкла Кэмерона Грея. Юный барон потерял голову от прекрасной нимфы и через некоторое время просил ее руки у отца девушки. Зная заслуги барона перед отечеством и слыша о нем только хваленые отзывы, мужчина дал свое благословение - этот союз был создан на небесах. Юный барон был по природе своей мягкотелым и спокойным, его ничем нельзя было вывести из себя. В жизни он любил только две вещи – семью и лошадей. Когда родилась Сульпиция, то он занялся ее воспитанием сам. Мечтая о наследнике, которого ему не суждено было иметь, так как врачи сказали, что следующие роды убьют его жену, он воплотил в девочке все то, что ему хотелось бы видеть в сыне. Она умела скакать на лошадях не хуже заправского кавалериста, обучалась арифметике, что было совсем не свойственно девушкам их времени. Но ей это нравилось, а потом они погибли… Сгорели в своем поместье в Бате. Тогда Сульпиция не знала, как сможет справиться с этим горем. Но годы шли, и постепенно рана стала затягиваться, становилось хотя бы не так больно, как в первое время. Она совсем перестала выезжать на своей любимой арабской кобыле, а потом девушка с ужасом узнала, что дядя проиграл ее в карты. Тогда впервые в жизни она посмела себе повысить на него голос, за что Джозеф избил ее плетью. В тот день она поняла, что ничего уже не вернуть назад, остается только смиренно ждать, когда наступит ее совершеннолетие, и она упорхнет из этого дома. Самое ужасное у нее не было подруг, с которыми она могла бы делиться своими переживаниями – дядя всех отвадил. Даже ее дебют в Олмаксе был некой пародией на выход в свет, тайком от Джозефа она перешила мамино платье. Тогда она впервые осознала, как бывает жестоко общество – заправские сплетницы высмеяли ее, а кавалеры просто не обращали на нее внимание. Дядя снова избил ее, приговаривая, что она позор семьи, но, тем не менее, стал выделять ей деньги на обновки. И вот вчера она снова накликала на себя его гнев, хорошо, что он не избил ее. Закончив делать незатейливую прическу, девушка встала и подошла к окну. Сегодня был прекрасный июньский день. Солнце ярко освещало округу, заливая золотым свечением каждую деталь, и у нее возникло желание прогуляется по цветущему саду. Как же ей хотелось испытать такую же любовь, которая была у ее родителей. Хотелось, чтобы будущий муж любил и оберегал ее, порой позволяя совершать маленькие шалости. Она была наивна и чиста для этого бренного мира. Благодаря ее мечтам, она могла дальше жить с надеждой на светлое будущее. Еще три года, и она обретет долгожданную свободу, а пока ей оставалось запастись терпением и ждать. Сульпиция вышла из комнаты и направилась на улицу. Девушка неспешно прогуливалась по небольшому саду, скромно украшенному несколькими кустами роз и маленьким прудом, что искрился отсветами радуги, нежась под ласками редких лучей, ведь Лондону присущи больше пасмурные дни, нежели солнечные. Девушка глядела на облака, надеясь, что те быстро исчезнут и ей удастся еще насладиться этой довольно редкой прихотью погоды. Она размышляла над своей жизнью, над будущим и, хотя положение, в котором она находилась не предвещало ничего положительного, ей хотелось верить, что все еще наладится. Слухи, вмиг разнесенные по округе после недавнего вечера, бесспорно, печалили ее, этим и были вызваны мысли о дальнейшей судьбе. - Мисс Грей! - окликнул бархатный голос, отчего плечи невольно вздрогнули. От долгого проживания с дядей ей все чаще стали свойственны нервные тики. Она обернулась и увидела джентльмена, что не так давно встречался ей на балу и даже удостоил чести быть единственной дамой приглашенной им на танец тем вечером. Вспышка обиды и злости мелькнули в голубых, как небо, глазах. Она делает приветственный реверанс и продолжает прогулку. Герцог следует за ней. - Вы так быстро покинули наше скромное общество, - в голосе слышалась нотка обиды, и этот факт почему-то порадовал мужчину, заставив улыбнуться. - Появились неотложные дела. Я надеюсь, местные сплетницы не докучали вам. Девушка гневно взглянула на собеседника, чем вызвала в нем бурю страстей, что так давно были забыты им в силу скуки, что оставляли за собой любые встречи с женщинами. - Мне кажется, кто-то обещал защищать свою даму, и что же? Вы покидаете вечер и оставляете лишь зависть и сплетни, что так быстро переросли в главную новость округи! Герцог нашел себе новую фаворитку! - с каждым произнесенным словом тон ее голоса становился тверже, хотя это было непозволительно по отношению к такой персоне, но это совсем не злило, даже наоборот забавляло и подогревало интерес пуще прежнего. Ее переживания были понятны, клеймо слухов на чести этой юной леди может еще долго не сходить, но видеть скромную нравом в минуту ярости было довольно интересным занятием. - Простите, но я хотела бы побыть одна. - Я вам не приятен? - Я не желаю больше разговаривать, - сухо отрезала она. Мужчина тихо посмеялся ее детской, по его мнению, обиде, и коротко ответил: - Я уверяю вас, что в ближайшее время этот слух исчезнет. На этом он покинул девушку, вложив в юное сердце каплю любопытства, растворившую былую злобу. Интересно, каким образом слух исчезнет? Это пустые предположения или же уверенность имеет под собой основу? В любом случае оставалось только надеяться и верить, что слова герцога окажутся правдой. И почему именно ее он пригласил на танец, ведь на вечере было множество прекрасных дам порой нуждавшихся в кавалерах. Возможно, просто подвернулся случай или же он хотел скоротать время и избавиться от надоедливых женских бесед. Как бы там ни было, факт остается фактом, и сплетни просто так не развеются, если на замену не придет другая. Оставалось только ожидать чуда. С этими мыслями, девушка направилась к дому через протоптанную на траве дорожку. Тучи снова заволокли небесную гладь, и вот-вот пойдет дождь. Маленькие капли - предвестники непогоды, уже начали накрапывать, и девушка стерла их тыльной стороной ладони со лба. - Сульпиция! - послышался голос дяди из кабинета. Он не был груб, как обычно, наоборот несколько весел, чем заставил мисс Грей искренне удивиться. Она открыла дверь и вошла. - Да, дядя, - смиренно отозвалась она. На лице родственника сверкала довольная ухмылка, которую, как не пытался, он уже не мог скрыть, радуясь удачной сделке. Он протянул ей руку, подзывая ближе, и одарил ее теплым взглядом, которого раньше ей не приходилось видеть. - Моя дорогая Сули! – ее ужасно злило, когда он так к ней обращался. Огонек злости проскочил в глазах девушки, но тут же исчез, как будто его и не бывало. - Я позвал тебя, чтобы сообщить о прекрасной новости. Ты вскоре станешь герцогиней Сент- Ивз, женой господина Вольтури. Ну разве не приятное известие? Девушка пошатнулась от этих слов. Вот значит, каким образом общество забудет о недавних слухах, вот почему дядюшка не смел отругать ее за вольности! Она не могла поверить и просто мотала головой. Конечно, стать герцогиней было весьма почетно, и многие желали бы оказаться на ее месте, но девушка придерживалась мнения, что замуж можно выйти только по причине глубочайшего чувства, хотя бы с одной стороны. К тому же ее весьма смущала их разница в возрасте, ведь герцог был немногим младше дяди и чуть не годился ей в отцы, хотя в то время это не являлось причиной для отклонения предложения. К тому же, они мало знакомы, по крайней мере она видела его всего несколько раз, а заговаривать с ним приходилось и того меньше, если вообще обмен короткими фразами можно назвать полноценной беседой. Эта новость заметно расстроила ее, ведь такого она явно не ожидала. Внутри все смешалось. Возможно, замужество - это спасение от тирании дяди, но вдруг супруг окажется таким же, если не еще большим деспотом? Она приобретет высокий титул, деньги, власть, место в обществе, но этот факт ее мало прельщал. Где же разрешение на совместные прогулки в парке? Где ухаживания, сопровождения на балы? Она догадывалась, какие слухи поползут у нее за спиной – очередная любовница герцога, которая удачно подцепила его на крючок. Конечно, герцогу никто не скажет это в лицо, но ее честное имя будут порицать, особенно те гарпии, накинувшиеся на нее на балу. В силу своего возраста девушка все еще питала надежды обрести счастье с любимым человеком, наверное, строила какие-то планы или мечты, рисуя в сознании образ достойного молодого человека на роль мужа. И брак по расчету в ее планы никак не входил. - Сульпиция! - окликнул грубый мужской голос, отчего девушка вздрогнула и подняла глаза. - Ты явно не рада такому событию, верно? Так оно или нет, ты выйдешь замуж за герцога, он получил уже мое благословение. И не вздумай что-нибудь учудить или перечить мне. Поняла? Девушка согласно кивнула, и одинокая слеза скатилась по щеке. - А он любит меня? - несмело спросила она, понимая глупость этого вопроса, но все же. Мужчина громко рассмеялся. - Он богат и влиятелен. Разве тебе не хочется улучшить свою жизнь, Сули? Любовь - это глупость, выдумки ветреных романтиков, а мы живем здесь и сейчас, и реальность не позволяет нам подобные вольности. - Он взглянул на поникшую племянницу и подошел ближе. - Сули, ты обязана выполнить свой долг перед семьей. По твоему я зря тебя кормил и одевал, чтобы ты потом отплатила мне черной неблагодарностью?! Выброси из своей головы все глупые мысли о любви и не смей опозориться перед герцогом. Ясно? Мужчина поймал на себе гневный взгляд девичьих глаз. - Вы продали меня, так? Продали как товар, ненужную вещь! А ведь я вам верила, пусть вы были и строги ко мне, порой жестоки, но я верила вам, я думала, вы не способны на подобную низость! - выплеснула она, не сдержавшись. Немного отдышавшись, девушка приняла серьезный, слегка надменный вид. - Я ошибалась. Эти слова привели в невероятную ярость мужчину, отчего выражение его лица помрачнело, брови сильно нахмурились, а губы нервно задрожали, в глазах полыхнул огонь. - Да как ты смеешь, дрянь! - он ударил ее по щеке, и она упала на пол, опрокинув столик со спиртным. - Я воспитывал тебя, как родную дочь, и вот твоя благодарность! Да ты должна на коленях ползать и благодарить меня за такой подарок! - он ударил ее еще раз. - Лучше бы ты погибла вместе с родителями, меньше было бы хлопот! Он бил ее все снова и снова, нанося удары подвернувшимся ремнем, и никто не смел защитить ее, ведь иначе та же участь постигла бы и слуг. Она молча терпела эти унижения, прикусив до крови губу, эту боль, не столько физическую, сколько моральную. Его слова были словно хлыст, которым он ударял ее все снова и снова, нанося кровавые раны на нежную душу. Ее участь предопределена и нет другого выхода. Идея выйти замуж уже не казалась такой пугающей, после избиений дяди, возможно, она обретет хоть в этом некую свободу. Ей хотелось бежать, бежать все дальше, не оглядываясь, но страх, что когда ее отыщут, то наказание будет более суровым, не давал ей возможности воплотить задуманное в жизнь. Наконец успокоившись, мужчина отошел от лежащей на старом пошарпанном ковре племянницы и сел на кресло. - Уйди с глаз моих, - прошипел он, и девушка кое-как встала и удалилась с гордо поднятой головой из кабинета. Она добралась до своей комнаты и рухнула на кровать, заливая подушку горькими слезами. Ей хотелось умереть прямо здесь, в эту минуту, но у судьбы были иные планы на ее счет. Девушка вспоминала, как мать порой успокаивала ее, а отец укладывал вечером спать, заверяя, что отгонит от нее ночные кошмары, и что ее ждет сладкий сон, а когда она проснется, то Лусия, их домработница, приготовит для маленькой принцессы ее любимый завтрак. В голове все еще играла та колыбельная, под которую она засыпала каждый вечер. Как же их не хватает! Девушка злилась… злилась на них, ведь они не смогли сдержать обещания, не смогли защитить ее, и теперь самые ужасные кошмары воплощаются в жизнь. Неожиданно ее щеки коснулось дуновение прохладного ветерка, а комнату наполнил запах лаванды, такой родной и любимый аромат… аромат ее мамы. Прикрыв глаза, Сульпиция отдалась на волю ощущениям. Ее как будто нежно гладили, принося облегчение и успокоение в израненном теле. Постепенно боль отступала, даруя легкую дремоту. Значит они не забыли… не покинули ее. Как же чудесно было ощущать их присутствие рядом с собой. - Мамочка… - прошептали губы в тишину. - Я здесь… - тихо молвил в ответ шепот ветерка, ворвавшегося в комнату. Девушка медленно погружалась в сон. Такой реальный и красочный. Сон, в котором она видела своих родителей живыми и счастливыми. Сон, в котором она видела себя, такую жизнерадостную и свободную. Как жаль, что она может быть с ними только во сне. Как жаль… Сегодня была чудесная ночь. Ветер доносил свежесть дождя, что не так давно прошелся по округе, и в воздухе витала какая-то легкость, зарождая в сердце желание жить и радоваться жизни. Герцог сидел в своем любимом кресле с бокалом отменного вина, приготовленного на его винодельне в Италии. Он решил уединиться от всех, побыть наедине со своими мыслями и еще раз тщательно обдумать свое будущее. Из головы никак не выходил сегодняшний короткий разговор с мисс Грей, который заставил герцога вновь улыбнуться. Ее обиды понятны, но то, как она с ним говорила, заставляло удивляться все больше. Эта дерзость, краткость, жесткость в голосе... У нее довольно вспыльчивый нрав, хотя с первого взгляда это невозможно определить, но такое наблюдение добавляет интереса к ее персоне, ведь еще никто, тем более женщина, не смела заговорить с почтенным господином в таком тоне. А лазурные глаза, горящие диким огнем от наполнявшей их ярости, будоражили мужское сознание и заставляли кровь бежать по венам быстрее обычного. Но он был уверен - она будет покорной, ведь жизнь с таким человеком, как Джозеф Грей, была не из легких. Совсем недавно его старый знакомый Карлайл Каллен поведал ему о местных слухах, ходящих среди прислуг, мол дядя позволяет себе поднять руку на родную племянницу и в подобные моменты бывает крайне груб и жесток. Герцог был не из тех людей, который верит подобным бредням, тем более сплетням служащих, однако, толика сомнения и какой-то горечи проникла в холодное сердце мужчины, и ему хотелось разузнать об этом факте поподробней. Хотя, есть ли в этом смысл, ведь скоро состоится свадьба, и даже если все толки окажутся правдой, то замужество убережет ее от рук дяди навсегда. Возможно, это даже послужит неким стимулом или одной из причин для юной дамы, не сомневаясь, принять предложение руки и сердца. Завтра он нанесет ей визит вежливости и пригласит на прогулку. Из достоверных источников он узнал, что девушка безумно любит лошадей, а значит будет лишний повод угодить ей, пригласив на конную прогулку в парк. За все свои годы он был там только несколько раз в жизни. С женщиной, с которой хотел создать счастливый семейный союз, но она его предала. Променяла на более богатого графа, чем юный маркиз. Это оставило неизгладимый отпечаток на его сердце, после чего оно покрылось коркой промозглого льда. Подсознательно он хотел, чтобы юная мисс Грей, воспылала к нему любовью, но сам не мог даровать ей этого чувства. Не мог или не хотел… Казалось, его сердце не способно любить, но он надеялся, что это не помешает ему жить в ладу с юной леди. Мужчина поднялся с кресла и с мыслями о ближайших переменах в его личной жизни, которые радовали герцога, и, находясь в предвкушении, он направился в свои покои...