Cute as a button

Всем привет. А вот и вторая часть моего извинения. Глава должна получится неплохой, в конце концов, я писала ее с абсолютным желанием порадовать Вас и еще раз перед всеми извиниться.х Приятного прочтения, милые.хх

Луи, щурясь, вертит в руках небольшую баночку замороженного йогурта, в попытке отыскать срок изготовления, пока Найл изучает список продуктов, которые им поручила купить Джоанна. Большую часть из этого они уже нашли, наполовину заполнив железную скрипучую тележку, и сейчас продвигались к мясному отделу, пока Томлинсон не утащил их к стенду с мороженным и охлажденными йогуртами самых различных вкусов. Ирландец окидывает изучающим взглядом потянувшегося к верхним полкам друга и еще раз перечитывает список. - Там вообще-то нет клубничного йогурта, Томмо. Луи приподнимается на носочки и упрямо шарит рукой среди продуктов наверху, хватаясь за те йогурты, которые находились как можно глубже. - Я знаю. Радостно охнув, мальчик выпрямляется, одергивает шапочку на голове и изящным движением поправляет съехавшие на кончик носа очки. Найл цокает языком. - Ты не думаешь, что твоя мама… - Я собираюсь съесть его сейчас,- довольно хмыкнув, мальчик кладет баночку в тележку и вырывает из рук блондина листок,- в Ирландии все такие зануды? Пробурчав что-то нечленораздельное, Хоран горделиво показывает ему язык, на что Томлинсон хихикает себе под нос, толкая тележку вперед, и, немного опираясь на нее руками, порой отрывает ноги от скользкого пола супермаркета. Они останавливаются у полки с колбасами и ветчинами, и Луи приседает на корточки, торопливо роясь в поисках более свежего бекона. - Эм, Лу? - Найл неуверенно пинает друга носком конверсов, привлекая к себе внимание, и устремив сосредоточенный взгляд куда-то вглубь магазина,- помнишь ты говорил про своего нового психолога, м, Генри? Томлинсон фыркает. Если уж на чистоту, то он после того приема был как за язык подвешенный, и как выяснилось совершенно случайно, словосочетания типа «Гарри Стайлс», «чертовски горячий» и «я хочу, чтобы он меня трахнул» упоминались в одном предложении как минимум семь раз в минуту. Что уж говорить о тех моментах, когда Луи уединялся в своей комнате или в ванной, дроча ровно до тех пор, пока бурно не кончал со сладким именем мистера Стайлса на потрескавшихся губах. Волшебно. - Его зовут Гарри. - Ах, да, точно, Гарри, ты говорил, что он кудрявый, да? И высокий? И джинсы такие, настолько узкие, что кажется вот-вот порвутся, да? Томлинсон хмурится, разгибаясь, и сует упаковку вчерашнего бекона в тележку, выжидающе уставившись на Найла. - Что ты хочешь этим сказать, Ни? Хоран смеется и указывает пальцем прямо за его спину. Нет, нет, нет. Только не это, только не сейчас и не здесь. Не тогда, когда Луи абсолютно не готов, не тогда, когда он натянул первые попавшие под руку джинсы, хотя мог бы одеть те потрясающие ярко-красные штаны, так сексуально облегающие его упругую задницу, только не тогда, когда на нем эта чертова шапочка, подаренная бабушкой на пятнадцатилетие, и очки с черной оправой, а не линзы, которые он так ненавидит за режущее ощущение в глазах, но, блять, в них он хотя бы выглядит более дерзко. - Твой Гарри, кажется, выбирает какой бы чай заварить, пока будет дрочить на твои фотографии. Найл заходится громким хохотом, когда Луи шикает на него и поспешно стаскивает с носа очки, сложив их и сунув в карман, мысленно взмолившись за их сохранность. Затем, мальчик резко сдирает со своей головы серую вязаную шапочку и швыряет ее в тележку куда-то между йогуртом и тостами, ероша пальцами челку так, чтобы она выглядела сексуально-небрежно, но не настолько, будто он только что выбрался из постели. Томлинсон сильно покусывает губы зубками, чтобы они приобрели более алый цвет, и одергивает футболку вниз, чуть открывая ключицы. - Как я выгляжу? Луи нагло вздергивает одну бровь вверх, сунув руки в карманы, и довольно наблюдает за тем, как Найл оглядывает его с ног до головы и задумчиво почесывает подбородок. - У тебя как будто на лбу написано, что ты хочешь объездить его, а, впрочем, это твое обычное состояние. - В данный момент, я хочу его не только объездить, но и попробовать на вкус, детка,- мальчик уверенно подмигивает блондину, от чего тот наигранно морщится, и они стукаются кулаками, пока ирландец одними лишь губами шепчет «Удачи» и, насвистывая глупую мелодию, удаляется к стенду с горячими начос. Луи нервно выдыхает и натягивает на лицо свою самую очаровательную улыбку, толкнув свою тележку в сторону стоящего напротив упаковок конфет Гарри Стайлса, все такого же неимоверно горячего и идеального, одетого в рваные на коленях потрепанные черные джинсы и простую футболку, так не кстати облегающую его спину и открывающую взор на раскиданные по довольно-таки накаченным бицепсам татуировки, которые, казалось, никак не связанны между собой. Как же захотелось поцеловать каждую из них, а еще лучше, вцепиться зубами в его плечо, чтобы сдерживать рвущие наружу пошлые стоны, когда большой толстый член Гарри будет бить прямо по простате, а огромные ладони будут сжимать задницу до красных отметок на светлой коже, которые через день станут синяками. Хмыкнув собственным мыслям, мальчик неторопливо разбегается и виснет на тележке, со всей дури врезаясь в тележку Стайлса с оглушающим скрежетом и звоном, от чего люди начинают оглядываться на них, а кудрявый ловит свои продукты из каким-то чудом не перевернувшейся почти пустой тележки. - Ой, простите, я-я не заметил,- Луи, как будто извиняясь, тихо бормочет себе под нос, вперив глаза в коричневые замшевые ботинки мужчины, стоящего напротив. Знаете, говорят, чем больше размер ноги у мужчины, тем больше его член, и Томлинсон просто уверен, что даже если бы член Гарри был не особо презентабельных размеров, то мальчик бы все равно желал пососать его взамен самому великолепному леденцу. - Ничего страшного, Луи,- голос Стайлса такой же, каким мальчик его и запомнил: обволакивающе-хриплый, мягкий и невероятно глубокий, а его привычка говорить медленно и растягивая слова ничуть не мешала воображению голубоглазого подкинуть картину того, как этот самый баритон шептал бы ему на ушко грязные словечки и называл бы его шлюхой. Луи уверен, что Гарри точно умеет быть дразнящим и чертовски властным в постели, хотя стоит только мальчику поднять вверх взгляд, как он тут же натыкается на милейшую, сияющую ярче, чем, блять, гребанное солнце за окном, мордашку взрослого парня с торчащими в разные стороны кудрями. И ямочками на щечках. Теми самыми неглубокими ямочками, в которых так потрясающе смотрятся капли белесой спермы, стекающие по лицу. Мальчик мотает головой, надеясь, что мужчина не заметил его маленькой оплошности и задержки ответа. - Мистер Стайлс? Рад Вас видеть. Гарри смеется, и, черт, он что, только что потрепал его по волосам? Голубые глаза распахиваются шире от удивления, а мужчина, похоже, даже и не заметил этого случайного жеста. - Луи, сколько раз мне еще повторить, чтобы ты звал меня Гарри? - мужчина укоризненно качает головой, от чего его кудри немного подпрыгивают, и Томлинсон наконец приходит в себя, хищно наклонив голову в сторону и проведя языком по пухленькой нижней губе, не отрывая томного взгляда от губ своего психолога, который определенно немного дернулся, заметив перемены в малыше. Время действовать, не так ли? - Мне всегда говорили, что к старшим надо обращаться на Вы и по фамилии, мистер Стайлс,- Луи преднамеренно подходит чуть ближе к замершему мужчину и игриво кончиками пальцев пробегается по чернильным рисункам на светло-весенней, молочного оттенка, коже,- красиво, всегда хотел себе нечто подобное. Он кокетливо взмахивает ресницами и лукаво ухмыляется, чуть вскинув голову вверх, чтобы смотреть прямо в нефритовые глаза Гарри, обрамленные до жути густыми и длинными ресницами. Стайлс как можно незаметнее сглатывает, его кадык чуть двигается, и мальчик не может сдержать уголки губ, ползущие вверх. Он чертовски доволен такой реакцией. - Думаю ты бы сразу передумал, как только почувствовал, насколько это больно, когда тебе под кожу иглой вводят краску,- стараясь звучать как можно пугающе, мужчина непроизвольно испускает облегченный вздох, когда Луи делает шаг назад и качает бедром, чуть толкнув стоящую рядом тележку. - Я люблю боль, мистер Стайлс,- Томлинсон озорно подмигивает секундно промелькнувшему на лице Гарри недоумению,- во всех её проявлениях. Мужчина постукивает указательным пальцем по губе, явно принимая участие в их небольшой игре, (Прости Господи, вы когда-нибудь видели пальцы Гарри Стайлса? Такие длинные, изящные, словно у пианиста, и он, конечно же, умело мог бы ими поработать, не находите?) и затем саркастически изгибает бровь. - Нужно ли мне добавить к твоему диагнозу еще и мазохизм? - Как Вам угодно. Трахните меня как Вам угодно. Гарри хмыкает и возвращает свое внимание к полкам с леденцами, взяв рукой, одной своей огромной рукой, сразу три каких-то пачки. Сколько же вещей он может держать ей? Не думай о членах, Луи, не думай о членах. - Не посоветуешь, какие вкуснее? Мальчик даже не знает ни одно из названий, он даже не видит их без очков с такого расстояния, но все же указывает пальчиком на самую яркую упаковку вроде как знакомых ему логотипом конфет. - Вот эти, я люблю их сосать сразу по несколько штук,- Томлинсон уже не может игнорировать то, как прекрасно алеют щеки мужчины при его последующих словах,- знаете, в мой рот так много помещается. Гарри кашляет в кулак и запинается о собственные ноги, подходя к тележке, и Луи отчаянно чувствует себя тем, про кого говорят, что он полностью контролирует ситуацию, что радует не хуже замороженного клубничного йогурта, ведь когда-то он должен вывести Стайлса из себя, чтобы мужчина терял контроль не только над происходящим, но и над собой. Хотя, мальчик и так неплохо справляется, судя по тому, как неловко Гарри отворачивается к тележке, покатив её в сторону касс, и, на прощание крикнув что-то обыденное, оглядывается к нему через плечо, будто не захотев повернуться всем телом. Его зрачки при разговоре были расширены чуть больше нормального, а радужка на тон темнее обычного оттенка светлой зелени, щеки все еще розовеют, и Луи готов стянуть с мужчины его штаны и отсосать ему прямо среди супермаркета, потому, черт подери, Гарри, мать его, Стайлс возбудился, что можно прочесть по нему, ведь этот мужчина как открытая книга. Как его вообще допустили работать с психологически неустойчивыми подростками? Более того: этот мужчина еще и добился призвания в это профессии. Как он мог это сделать? Ладно, значит дешевый флирт Луи Томлинсона не так уж и плох, дамы и господа.