Стечение обстоятельств. Двенадцать лет спустя

25 августа 1972 года, после 7 вечера, Лондон – Марлоу

Ровно в семь вечера Фредерик, как и обещал, подъехал к служебному входу в офис «Ю энд Джей Инкорпорейтед» и дважды коротко просигналил. Почти тут же дверь неслышно отворилась, и на пороге возникла Юнис. При виде ее Фредерик тихонько фыркнул и тут же полез за носовым платком, делая вид, что на него напал приступ кашля. На самом деле сыщика просто разбирало от смеха. Совету изменить внешность Юнис последовала в полной мере. Количество пудры на ее лице значительно прибавились, так что выкрашенные ярко-алой помадой губы выделялись на нем кровавым пятном. На голове красовался каштановый парик, такой густой и кудрявый, что элитные пудели с проходившей недавно в Хэмпстеде собачьей выставки могли бы ей позавидовать. Дородное тело было облачено в светло-голубое воздушное платье. Юнис воровато огляделась по сторонам и, насколько это было возможно при ее комплекции, быстро и бесшумно метнулась к машине. Фредерик галантно распахнул переднюю дверцу. – Куда поедем? – поинтересовалась Юнис, устраиваясь на пассажирском сиденье. – Сейчас увидишь, – загадочно произнес Фредерик. – Возможно, тебе это место не слишком придется по вкусу. Но зато там ты будешь в полной безопасности – это я тебе гарантирую. – Хорошо, вези, – покорно согласилась Юнис. – Кстати, у меня к тебе возник еще вопрос по поводу склада, – вспомнил Фредерик. – Ты мне днем давала опись его содержимого. Так вот, ты точно ничего не пропустила? Дело в том, что эксперты обнаружили среди обломков, оставшихся на месте взрыва, частицы осинового дерева. Там наверняка ведь было что-то, сделанное из него? – Фредерик, то, что я добавила в опись – это всё, – в голосе Юнис слышалось неприкрытое раздражение. – Я не могла этого забыть, потому что мне просто нечего было забывать. Кроме ящиков с табаком на складе ничего не появилось с момента его покупки. Впрочем, что-то еще могли принести рабочие. – Ясно, – коротко ответил Фредерик. Юнис откинулась на сиденье и устало прикрыла глаза. Вскоре она задремала. Фредерик этому только обрадовался – теперь она хотя бы не будет донимать его вопросами. Всю дорогу он ехал медленно и пытался систематизировать полученные от экспертов и Юнис сведения. Значит, ящики с динамитом. Фредерик все-таки склонялся к тому, что склад использовали для передержки взрывчатки, и взлетел на воздух он случайно. Мысль о диверсии перестала казаться ему правдоподобной еще после разговора с Хэллимором. Дик, конечно, прав: маловато там было товара для того, чтобы хранить его на складе. Но может, раньше его было больше? Может, часть успели вывезти? Не для того ли Лэммертон приезжал ночью на склад? В том, что Лэммертон так или иначе замешан в этом деле, Фредерик уже практически не сомневался. Скорее всего, он и использовал склад для передержки. Это объясняет его появление там среди ночи после того, как он узнал о рабочих. Он испугался, что монтеры случайно обнаружат «не те» ящики и решил проследить. Может, и вынести часть успел тогда же. Хотя нет, на глазах у рабочих он бы не смог этого сделать. Лэммертоном нужно будет непременно заняться, но это станет возможным только, когда он придет в себя. Хорошо бы еще этот контуженый электрик очнулся, тогда бы многое прояснилось. Люк вот говорил, что шансы у него неплохие. А к палате Лэммертона, наверное, не помешало бы поставить охрану – так, на всякий случай... Юнис проснулась неожиданно и очень невовремя для Фредерика. Они как раз выезжали на участок, где шоссе разделялось на два, и посередине высился столб с указателем. Согласно ему левая дорога вела к Марлоу, а правая – к Питерсвуду. Фредерик свернул налево. – Куда мы едем, Фредерик? – послышался заспанный голос Юнис. – Мне показалось, или я видела указатель на Питерсвуд? Мы что, едем к тебе домой? Сыщик чертыхнулся про себя. – Если ты заметила, я свернул не к Питерсвуду, а к Марлоу, – не слишком любезно отозвался Фредерик. Он был крайне недоволен тем, что его мысленные рассуждения прервали как раз в тот момент, когда в его голове впервые с начала расследования стала выстраиваться четкая картина. – К тому же, я давно там не живу. Юнис обиженно надулась и отвернулась к окну. – Не волнуйся, ты сейчас все увидишь, – добавил Фредерик уже мягче. – Скоро мы будем на месте. Как раз в этот момент деревья на обочинах дороги сменились коттеджами – Фредерик и Юнис въезжали в Марлоу. Через пару минут Фредерик остановил машину возле старого деревянного домишки. – Где мы? – спросила Юнис, с беспокойством поглядывая на не самый аккуратный на вид коттедж. – И где тут мое убежище? – Пойдем, – Фредерик подал Юнис руку, приглашая выйти из машины. Он толкнул калитку и прошел на участок, увлекая за собой Юнис, которая следовала за ним весьма неохотно. Вместе они поднялись по ступенькам и замерли на крыльце. Фредерик поискал глазами дверной звонок и, не обнаружив такового, постучал в дверь кулаком. Из глубины дома послышались торопливые шаги, и через секунду на пороге возник Эрн в не слишком опрятной домашней одежде и с перепачканной кетчупом щекой. Очевидно, они застали его в момент ужина. – Привет, Фэтти, – Эрн расплылся в улыбке. – Добрый вечер, мэм! – вежливо поздоровался он с Юнис. – Здравствуй, Эрн. Можно мы пройдем? – произнес Фредерик, стараясь, чтобы его голос звучал очень серьезно. – Конечно, проходите, – посторонился Эрн. – Чем обязан? Фредерик и Юнис прошли в заваленную хламом прихожую. Юнис оглядывалась по сторонам с удивлением и нескрываемым отвращением. – Что все это значит, Фредерик? – сердито поинтересовалась она. – Эрн, позволь представить тебе Юнис Звонсон, – обратился Фредерик к приятелю. – Ей придется пожить у тебя некоторое время. Понимаешь, она оказалась случайно замешана в одном нехорошем деле, и ей может грозить опасность. Ты ведь не против предоставить ей укрытие? Эрн смотрел на Фэтти круглыми от удивления глазами. Что до Юнис, то она просто стояла на месте, хватая ртом воздух и медленно багровея от гнева. – Ну как, ты согласен? – в нетерпении спросил Фредерик. Ему хотелось уехать до того, как Юнис опомнится. – Это очень важно, Эрн! За помощь полиции ты будешь вознагражден, я тебе обещаю. – Я согласен, Фредерик, – сдавленным голосом произнес Эрн. – Но только... – Спасибо, ты меня очень выручил, – скороговоркой произнес сыщик, пятясь к двери. Впрочем, благодарность его была вполне искренней. – Я приеду, как только с расследованием будет покончено, – с этими словами Фредерик выскочил на крыльцо и, быстро преодолев ступеньки, бегом бросился к воротам. – Фредерик!! – послышался сзади исполненный ярости вопль Юнис. Ответом ей был стук захлопнувшейся за Фэтти калитки. Проехав два квартала, Фредерик почувствовал, что его просто трясет от смеха, и вынужден был остановиться, чтобы не съехать в канаву. Придя в себя, он первым делом посмотрел часы – было почти десять. Только тогда он понял, что здорово устал. «Всё, все дела завтра. Сейчас домой и спать», – решил Фредерик. Но тут он вспомнил, что за вечер, проведенный в управлении, так и не успел составить рапорт. А мистеру Дженксу отчет будет нужен рано утром. Тяжело вздохнув, сыщик покатил в штаб-квартиру Скотланд-Ярда.

25 августа 1972 года, около 7 вечера, Вестминстер, Лондон

Филипп и Глэдис вышли из редакции вместе. – Ты домой? – как бы между прочим поинтересовался Филипп. – Может, тебя подвезти? – Ты даже не знаешь, куда – может, я живу на другом конце Лондона, – усмехнулась Глэдис. – Ну, я никуда не спешу, – улыбнулся Филипп. – Спасибо, но у меня свой транспорт имеется, – Глэдис кивнула в сторону припаркованного неподалеку скутера и направилась к нему. – До понедельника! – Подожди! – окликнул ее Филипп. Глэдис остановилась и повернулась к нему, удивленно вскинув брови. Филипп в это время отчаянно пытался придумать предлог, чтобы задержать ее. – Какие у тебя планы на выходные? Может, скатаемся куда-нибудь вместе? – Это куда, например? – поинтересовалась девушка, с деланным удивлением хлопая ресницами. – Ну... можно поехать к заливу – искупаться в море, погонять под парусом. Сейчас такая прекрасная погода, за весь месяц ни капельки с неба не упало! Или в Корнуолл, полетать на параплане с утеса. А можно просто погулять по Лондону. Ты ведь здесь недавно живешь, я могу поводить тебя по своим любимым местам. Глэдис подошла к Филиппу поближе и твердо взглянула ему в глаза. – Не утруждайся, – спокойно произнесла она, когда он закончил свою тираду. – Я прекрасно знаю, чего ты хочешь. Прости, но у меня нет желания быть одной из твоих девушек, Филипп. По-моему, между нами складываются прекрасные рабочие отношения, давай не будет их портить. – Да нет же, Глэдис, я ничего такого не имел ввиду, – вскричал Филипп, видя, что она снова собралась уходить. – Честное слово! Ты мне, правда, очень нравишься! Ну, то есть, я не то хотел сказать... – он попытался взять ее за руку, но она вежливо отстранилась. – Филипп, ты славный парень, умный, веселый, воспитанный. С тобой очень приятно общаться, правда. Но я знаю, как ты относишься к девушкам. Романы на неделю – это не для меня, прости. – Это всё не то, Глэдис, как ты не понимаешь! Ты не такая, как все! – Скольким девушкам ты уже сказал эти слова за прошедший месяц? – Я никому никогда этого не говорил, – тихо произнес Филипп. – Правда. Я никогда не встречал таких, как ты. – Филипп, ты знаешь меня всего три дня, – усмехнулась Глэдис. – Подожди немного – скоро поймешь, что я самая обычная девчонка, каких у тебя были сотни. – Ты мне понравилась сразу. С первого взгляда, если хочешь, – на эти слова Глэдис не сдержалась и фыркнула, вспомнив, как смотрел на нее Филипп в самом начале. – Что я должен сделать, чтобы ты мне поверила? Глэдис с минуту постояла в задумчивости. – Начни с малого, – произнесла она наконец. – Я так поняла, у тебя нет никаких планов на выходные? Так съезди в Питерсвуд и помирись с родителями. В день нашего знакомства ты сказал, что обязательно сделаешь это – вот и посмотрим, как ты держишь обещания, – с этими словами она уже решительно направилась к своему скутеру. Филипп стоял посреди стоянки и растерянно смотрел ей вслед, машинально вертя на пальце брелок от ключей. – Не расстраивайся, – посоветовала Глэдис, надевая шлем. – Сейчас ты отправишься в ближайший паб, пропустишь стаканчик-другой хорошего «скотча», скоротаешь вечер за бильярдным столом и все забудешь! Удачных выходных! Через пару секунд Глэдис выехала на шоссе и скрылась из виду. Филиппу ничего не оставалось, как самому сесть в машину и последовать ее примеру. Обычно, если больше было нечего делать, в пятницу вечером он ехал в паб «Тысячелистник» и проводил там время до глубокой ночи за виски, играми и общением с приятелями. И как Глэдис так точно догадалась о его привычках? Что за девушка! Филипп мог поклясться, что никогда не испытывал ни к одной ничего подобного. А ему было с чем сравнивать. И по этой части Глэдис оказалась совершенно права – девушек у Филиппа было много, и менял он их часто. Но это все было не то. Щупленькая рыжая репортерша по-настоящему зацепила его. За своими мыслями Филипп сам не заметил, как пролетел мимо сверкающего разноцветными огнями «Тысячелистника», из дверей которого неслась веселая музыка. Он хотел было остановиться и повернуть назад, но передумал. Что его там ждет? Очередная порция хмельного веселья в тяжелом дыму дорогих сигар и еженедельные досужие сплетни? Чтобы потом, в который раз, под утро, дав таксисту щедрые чаевые, завалиться в кровать и проспать до заката? Вскоре Филипп подъехал к дому, оставив далеко позади «Тысячелистник» вместе с мыслями о веселом вечере. Он снова думал о Глэдис. Как она там сказала? «Начни с малого»? А ведь она права – с родителями давно пора помириться. И с Бетс... Он даже не знал, что она замужем, – как же сильно он отдалился от своих родных! Оказывается, у него есть племянники, а он и не видел их. «Права Глэдис, тысячу раз права, – в который раз думал Филипп, поднимаясь на свой этаж. – А я – дурак. И трус к тому же – сколько раз уже собирался съездить в Питерсвуд и боялся. Вот завтра прямо с утра туда и отправлюсь».

25 августа 1972 года, около 11 вечера, Вестминстер, Лондон

Отчаянно борясь со сном, Фредерик пытался сосредоточиться на отчете. Его мысли то и дело перескакивали то на Джекоба Лэммертона, то на Бетс, то на ящики со взрывчаткой. Почему там было всего два ящика? Куда делись остальные и были ли они? И что вообще делать дальше? Так, сейчас, во всяком случае, надо в подробностях изложить на бумаге соображения по поводу результатов экспертизы, а потом уже... Фредерик сварил себе вторую чашку кофе и принялся бросать в нее кубики сахара, завороженно наблюдая, как они тонут в темной жидкости. «Как маленькие ящики, – рассеянно думал сыщик. – Тяжелые ящики тоже тонут... Ох, о чем я думаю? Кажется, уже засыпаю... Надо заканчивать поскорей». Фредерик встряхнулся и, взяв ручку, уставился в листок с недописанным отчетом. Но не успев написать и слова, замер, заново прокручивая в голове недавние мысли. Через пару минут он окончательно проснулся без всякого кофе, потянулся к телефонной трубке и, не глядя, набрал домашний номер Дика. – Слушаю, – раздался из динамика бодрый голос. – Привет, это Фредерик. Ой, я тебя не разбудил? – спохватился он, взглянув на настенные часы, стрелки которых неумолимо двигались к полуночи. – Да нет, я только собирался лечь, – ответил Дик. – А ты что, еще в управлении? – Да, отчет дописываю. Слушай, мне тут пришла в голову одна мысль... Точнее, она мне почти что приснилась, но не суть. Осталось ведь все-таки одно место, которое мы не осмотрели, – река! – Река? – эхом отозвался пораженный Дик. – Ты хочешь исследовать дно реки? Но что ты там надеешься найти? – Ящики. Оставшиеся ящики с динамитом. Дик молчал минуты три, переваривая полученную информацию. – Если я правильно тебя понял, – осторожно заговорил он наконец, – то ты думаешь, что не все хранившиеся на складе ящики успели взорваться? Часть из них отбросило взрывной волной, они улетели в реку и пошли ко дну целыми? – Именно! – в голосе Фредерика слышалось торжество. – Вода смягчила удар, не дав взрывчатке сдетонировать. – И ты думаешь, что они до сих пор там лежат? – Наверняка. Единственный человек, который точно знает, что случилось на складе, сейчас находится в больнице с сильной контузией. Я думаю, пока он не очнется, на место взрыва никто не сунется. Мы, конечно, остолопы, что раньше не подумали про реку, но, надеюсь, время у нас еще есть. – Я так понимаю, ты хочешь поехать поискать ящики в реке? – поинтересовался Дик. – Да. Я думаю заняться этим завтра, часов в десять утра. Возьмем с собой еще Сэма – он отличный ныряльщик, – решил Фредерик. – Ну хорошо. Кстати, работы там, наверное, предстоит много. Ведь часть табачных ящиков наверняка тоже отлетела в реку. – А вот и нет! Ящики с табаком не пойдут ко дну – они легкие. Их скорее всего унесло течением, и они давно уже плавают где-нибудь в море. Закончив разговор с Диком, Фредерик еще с полчаса занимался разработкой сценария на следующее утро. Ему внезапно пришла в голову еще одна мысль, и он обдумывал ее до тех пор, пока она не оформилась в хотя бы теоретически осуществимый план. Через некоторое время эйфория от неожиданного открытия прошла, и на сыщика вновь навалилась свинцовая усталость. Часы показывали половину первого ночи – нужно было срочно заканчивать отчет и ехать домой, если он не хотел уснуть прямо в кабинете. Влив в себя остатки кофе, Фредерик принялся строчить рапорт, почти не думая о том, что пишет. Он понимал, что мистер Дженкс скорее всего будет им недоволен, но ничего поделать уже не мог.

26 августа 1972 года, около 10 утра, Истхэм, пригород Лондона

Фредерик остановил машину метрах в ста от реки, за деревьями, так, чтобы ее не было видно с берега. Вместе с сыщиком прибыли еще два человека: Дик и Сэмьюэл Росс. – Каков план действий, командир? – поинтересовался Дик. – Сэм, сбегай-ка к реке, разведай обстановку, – велел Фредерик. – Нас с Диком там уже видели, а тебя – нет. Просто глянь, не вертится ли там кто-нибудь посторонний и вообще... Впрочем, не мне тебя учить. Сэм не заставил себя уговаривать – он тут же выскочил из машины и через секунду скрылся за деревьями. Фредерик взял с заднего сиденья большой пластиковый пакет и принялся в нем рыться. – Вот, надень-ка, – сыщик протянул помощнику потрепанную клетчатую кепку с длинным козырьком. – Не думаю, что тебя здесь кто-то запомнил, но на всякий случай не повредит. – Зачем? – удивился Дик. – Я же буду в гидрокостюме. – Ну, не сразу же, а вдруг тебя на берегу кто-нибудь увидит? Дик пожал плечами и покорно натянул кепку. – А ты сам? – поинтересовался он. – А я одной кепкой не отделаюсь, – и Фредерик принялся вытаскивать из пакета разнообразные приспособления для изменения внешности. Несколькими ловкими движениями он наложил на лицо темный грим, сделавшись более загорелым, чем обычно. Затем приклеил пышные черные как смоль усы и такие же кустистые брови. На голову он водрузил широкополую коричневую шляпу, полностью скрывшую волосы. – Мне кажется, или ты пытаешься стать похожим на Джекоба Лэммертона? – поинтересовался Дик, повнимательнее приглядевшись к своему начальнику. – Именно это я и делаю, – улыбнулся Фредерик. В сочетании с черными усами и бровями улыбка вышла довольно зловещей. – К сожалению, его внешность знакома мне только по фотографиям, но уж что есть, то есть. – Не скажешь, зачем? – Нужно кое-что проверить. Возможно, я это затеваю напрасно, но если нет, то у нас есть возможность убить одним ударом если не двух, то хотя бы полтора зайца. И уж в любом случае, не нужно, чтобы во мне здесь узнали сотрудника Скотланд-Ярда. В это время вернулся Сэм. На мгновение он опешил от неожиданности, увидев на пассажирском сиденье незнакомого человека, но быстро все понял. Фредерик и Дик выжидательно уставились на коллегу. – На первый взгляд там все чисто, – сообщил Сэм. – Место взрыва все еще оцеплено, людей рядом нет и не похоже, что вообще бывает. На другом берегу только сидят двое рабочих из доков, курят на крыльце своей бытовки. – Ага! – насторожился Фредерик. – Они тебя видели? – Наверняка, я как-то особо не прятался. – Хорошо. Давайте приступать, – решил Фредерик. – Действуем, как планировали. Без лишних разговоров Дик и Сэм вылезли из машины, достали из багажника гидрокостюмы и направились к реке. Фредерик через некоторое время неспешно последовал за ними. Когда он дошел до берега, его помощники уже переоделись, и были готовы к погружению. Фредерик кивнул им головой в знак того, что они могут начинать. Как только Дик и Сэм скрылись под водой, Фредерик стал внимательно наблюдать за другим берегом реки. Двое рабочих все еще сидели на крыльце и с интересом следили за происходящим. Потом, перекинувшись парой слов, они заперли бытовку и направились вниз по тропинке в сторону доков. От нечего делать Фредерик принялся расхаживать взад-вперед по берегу, периодически напряженно вглядываясь в водную гладь. Дик и Сэм появились минут через двадцать, но Фредерику казалось, что прошла целая вечность. Но оно того стоило, потому что они вернулись не с пустыми руками. Пыхтя и отдуваясь, они вытаскивали на берег уже слегка позеленевший от пребывания под водой деревянный ящик. – Уф, – выдохнул Дик. – Там есть еще как минимум четыре, мы сейчас достанем. Фредерик в нетерпении вытащил из напоясной сумки клещи и принялся выдирать гвозди из крышки ящика. Сгнить древесина еще не успела, зато порядком разбухла, и сыщику приходилось прикладывать немалые усилия. Наконец верхняя доска поддалась, Фредерик, царапая ладони, сорвал ее и отбросил в сторону. Его взору открылось множество аккуратно сложенных друг к другу цилиндров, каждый из которых был бережно завернут в плотную коричневую бумагу. – Оно, – хриплым голосом произнес сыщик. Дик и Сэм во все глаза таращились на содержимое ящика. – Мы пойдем, достанем остальные, – Сэм с трудом заставил себя вернуться в реальность. Еще через полчаса на берегу стояли в ряд четыре одинаковых ящика. Дик и Сэм позволили себе небольшую передышку и, сняв маски, уселись на траву рядом с Фредериком. Издалека послышался шум мотора. Фредерик вскочил на ноги и принялся внимательно смотреть в даль. В нескольких десятках метров от места взрыва река делала изгиб, и разглядеть можно было немногое. Шум мотора нарастал, и вскоре из-за поворота показался небольшой катер. – Ребята, будьте наготове, если что, – велел Фредерик. Дик и Сэм понимающе кивнули, хотя внешне ничем своего напряжения не выдали и продолжили расслабленно сидеть на траве. Катер подплыл аккурат к тому месту, где стояли вынутые из воды ящики и причалил. Двое мужчин лет тридцати пяти сошли на берег и направились прямо к Фредерику. Дик и Сэм тут же вскочили на ноги. – Джекоб! – хрипло произнес один из них. – А мы думали, ты еще в больнице. Значит, что-то все-таки удалось отыскать? Фредерик молчал. Он никогда не слышал голоса Лэммертона и боялся стать разоблаченным после первой же фразы. Но парни явно ждали от него ответа, и нужно было на что-то решаться. – Да, кое-что есть, – отрывисто произнес он, предварительно хорошенько прочистив горло. Парни переглянулись, и Фредерик тут же понял, что промахнулся. – Ты не Джекоб! – воскликнул один из них и сунул руку в карман. В тот момент они совершенно забыли о том, что Фредерик был на берегу не один, а Дик с Сэмом не заставили себя ждать. Первому парню Дик подставил подножку и тот повалился на траву, выронив пистолет, который все-таки успел вытащить из кармана. Фредерик спокойно поднял оружие и положил в свой карман. Рядом Сэм заламывал руку второму. – Ты прав – я не Джекоб, – сказал Фредерик, когда оба парня были прикованы наручниками к Дику и Сэму. – Я кое-кто похуже. Вы арестованы за пособничество в незаконном обороте взрывчатых веществ. – Мы просто плыли мимо на катере – подал голос один из парней. – У вас нет оснований нас арестовывать. – Ну конечно, и ящиками этими вы заинтересовались совершенно случайно, – усмехнулся Фредерик. – Мы понятия не имеем, что это за ящики, и что в них! – Ага, и Джекобом вы меня, наверное, тоже просто так назвали? – Просто перепутали с одним знакомом – больно ты на него похож. – Ладно, хватит, – решил Фредерик. – Побеседуем в управлении. В машину их, – скомандовал он Дику и Сэму. – А с этим что? – Дик кинул выразительный взгляд на ящики. – Боюсь, в багажник они все не влезут. Да и опасно их просто так везти. – Вот черт, – выругался Фредерик. – Надо было ехать сюда на двух машинах. Но кто ж знал, что так все обернется. Надо что-то придумать, так это оставлять нельзя. Во! – сыщик поднял вверх указательный палец. – Тут же за холмом живет сторож, и у него есть телефон! Я сейчас сбегаю, позвоню в местную полицию, они быстро прибудут.

26 августа 1972 года, около 13 часов, Вестминстер, Лондон

Фредерик поднял вверх обе ладони, и Дик с Сэмом от души хлопнули по ним: один – слева, второй – справа. – Мы отлично поработали сегодня! – улыбнулся сыщик. – Мистер Дженкс будет нами доволен. – Может, ты нам теперь все-таки что-нибудь объяснишь? – Дик наконец решился высказать то, что мучило его все утро. – Все время мы совершали какие-то действия, практически ничего не понимая, но молчали ради дела. Как ты до всего этого додумался и почему не посвятил нас в свои планы? – Да все просто: я и сам до последнего момента практически ничего не знал и лишь надеялся на удачу, – скромно произнес Фредерик. – Ведь все могло сорваться! Это же чистое везение! – Да ладно? – прищурился Дик. – Зачем же ты тогда гримировался под Лэммертона? А у меня такое ощущение, что все это результат четко продуманного тобой плана. Сэм испытывал примерно те же чувства, что и его коллега, но он не был так близко знаком с Фредериком и потому не решался высказаться вслух. – Не было никакого плана, честное слово! – совершенно искренне произнес Фредерик. – Все строилось только на уровне ничем не подкрепленных предчувствий. Я просто подумал: если мое предположение верно, и склад взорвался случайно, то никто, кроме Лэммертона не может знать, что там произошло. А узнать наверняка хотят все, кто так или иначе имеет отношение к товару. Значит, скорее всего, они будут тихонько следить за складом на случай, если там появится кто-то от Лэммертона. Дальше просто – лучше всего это место просматривается с другого берега реки, где так удачно стоит бытовка портовых рабочих. Самое логичное, что можно сделать в таком случае, – договориться за определенную сумму с жителями этой бытовки, чтобы они следили за местом взрыва. Ну или в крайнем случае выселить их оттуда под каким-нибудь предлогом. – Жаль тогда, что мы и их не прихватили, – покачал головой Сэм. – Сейчас они, небось, уже далеко. – Да ладно, – махнул рукой Фредерик. – Вряд ли с ними поделились хоть какой-то информацией. Скорее просто сунули денег и попросили наблюдать за «складом». Их и задерживать-то, в принципе, особо не за что. – Ладно, Бог с ними, – согласился Дик. – Что дальше-то будем делать? По идее надо арестовывать Лэммертона. – Как только к нему пустят... – договорить Фредерику не дал телефонный звонок. – Слушаю, – произнес сыщик в трубку. Все время, пока он слушал собеседника, выражение его лица становилось все более радостным. – Здорово, ты просто молодец! Спасибо, что сообщил, я скоро буду! – повесив трубку, Фредерик с торжествующим видом повернулся к своим помощникам. – Генри Стоун пришел в себя! Ну, это тот электрик, пострадавший от взрыва, – пояснил он в ответ на недоумевающие взгляды Дика и Сэма. – И Люк... то есть доктор Браун сказал, что я могу задать ему пару вопросов, если не буду утомлять. Замечательно, все складывается просто замечательно! Прямо сейчас и поеду в клинику! В этот момент на столе Фредерика снова зазвонил телефон, на сей раз внутренний. – Фредерик, зайди ко мне на минутку, – голос мистера Дженкса прозвучал столь холодно и сурово, что улыбка мигом сползла с лица Фредерика. Он сразу принялся перебирать в уме все дела последней пары дней, гадая, что же вызвало гнев его начальника. – Сейчас буду, – выдавил из себя сыщик. Фредерик опустился в кресло напротив своего начальника и выжидательно уставился на него. Мистер Дженкс без лишних слов положил перед ним исписанный аккуратным почерком листок бумаги. Сыщик без труда узнал в нем отчет, который писал прошлой ночью, чуть не засыпая над столом. – Что-то не так, сэр? – осторожно поинтересовался Фредерик. – Это я как раз у тебя хотел спросить, – парировал мистер Дженкс. – Ты что, был пьян, когда это писал? – Нет, сэр, – пробормотал сыщик. – Просто э-э-э... немного устал. А что такое? – В начале ничего, все очень даже хорошо как всегда. А вот в конце... Позволь зачитать тебе, – мистер Дженкс забрал у сыщика листок. – «В 19:00 я подъехал к офису «Ю энд Джей Инкорпорейтед». Юнис появилась со стороны черного хода, с видимым трудом протиснувшись в дверь. Уж насколько я искушен в вопросах грима и изменения внешности, но до такого мне далеко. Она смотрелась как тряпичная кукла с витрины на ярмарке в Пилбери...» Продолжать? – Нет, сэр, – прошептал Фредерик. Он поспешно вытащил из кармана рубашки носовой платок и вытер испарину с покрасневшего лба. Мистер Дженкс снова передал отчет Фредерику. Тот все-таки нашел в себе силы пробежать глазами последние два абзаца. Там было в красках описано его путешествие с Юнис к Эрну. Тогда ему было смешно, а теперь он с трудом удержался от стона. Он действительно совершенно не помнил, как умудрился приписать эту околесицу к официальному отчету. – Фредерик, что с тобой происходит? – старший суперинтендент тем временем внимательно смотрел на своего подчиненного. – Я знаю тебя достаточно долго – прежде ты никогда, никогда не допускал подобных оплошностей. Это опасный признак, Фредерик. Ты становишься рассеянным, а в нашей профессии рассеянность может стоить жизни, ты прекрасно об этом знаешь. Что случилось? В последние две недели тебя будто подменили. Почему ты так поздно задерживаешься на работе? – Очень много дел, сэр, – промямлил сыщик. – Не больше, чем обычно. Раньше ты всегда справлялся вовремя. Но если ты не успеваешь, я сниму с тебя часть... – Нет-нет, сэр, пожалуйста! – вскрикнул сыщик. – Больше этого не повторится, честное слово! – Я знаю тебя с детства, Фредерик, и всегда был твоим другом, несмотря на существенную разницу в возрасте и положении, – мистер Дженкс перешел на неофициальный тон. – Если хочешь, я отношусь к тебе как к младшему брату. И совсем не желаю, чтобы с тобой случилось что-то плохое из-за нелепой ошибки. Что с тобой? Расскажи мне, Фредерик, быть может, я сумею помочь? – Нет, сэр, – Фредерик уже практически справился с собой и снова мог говорить ровным тоном. – Спасибо вам большое за участие, но я в порядке. Просто слегка переутомился в тот день – впредь буду тщательнее рассчитывать свои силы. Прошу простить меня. Отчет я, разумеется, исправлю. Мистер Дженкс вздохнул и молча взглянул на Фредерика исподлобья. – Я могу идти? – коротко спросил сыщик в ответ на красноречивый взгляд начальника. – Подожди, – остановил его мистер Дженкс. – Это из-за Бетс? – Нет, сэр, – слишком поспешно ответил Фредерик. – Ты все еще любишь ее, – спокойно продолжал начальник, как будто не услышав слов Фредерика. – Но она холодна к тебе, и это неудивительно. К тому же, в скором времени тебе с большой вероятностью придется арестовать ее мужа. Ты понимаешь, что это совершенно необходимо и боишься, что после этого потеряешь ее навсегда. Я прав? Фредерик молчал, лишь мысленно поражаясь точности, с которой мистер Дженкс описывал его чувства. – Можешь не отвечать, я и так все вижу, – продолжал старший суперинтендент. – Ситуация сложная, не спорю. Твоя проблема в том, что ты привык получать то, что хочешь, здесь и сейчас. Не могу сказать, что это так уж плохо, но все же к тридцати годам от максимализма пора потихоньку избавляться, Фредерик. Все что тебе сейчас нужно – это немного подождать. Только так есть шанс, что между вами все наладится, вот увидишь. – Свой шанс я упустил десять лет назад, – тихо произнес Фредерик. – Это не так, – возразил мистер Дженкс все тем же мягким голосом. – Но кое в чем ты прав – времени прошло очень много, а ошибки десятилетней давности не исправляются за один день. Именно поэтому тебе нужно дать ей время. Первый шаг ты уже сделал, теперь надо дать ей собраться с мыслями. «Откуда он все это знает?» – искренне удивлялся про себя Фредерик. – У меня достаточно опыта общения с женщинами, Фредерик, – произнес мистер Дженкс будто бы в ответ на мысленный вопрос Фэтти. – Несмотря на то, что я так и не создал семью. Я бы, кстати, не хотел, чтобы ты повторил мою ошибку. – Спасибо, сэр, – произнес Фредерик уже не так напряженно. Слова мистера Дженкса и его успокаивающий тон волей-неволей подействовали на него положительно. – Теперь я могу идти? Мне еще нужно заехать в клинику... – Иди, – махнул рукой мистер Дженкс. – Но помни, о чем я тебе говорил, и береги себя! И отчет все-таки перепиши, – он протянул сыщику злосчастный листок.