Черное Возмездие

ГЛАВА 10. Хотя война и подступила к самому Ядру, на жизни корусантской поверхности это по-прежнему никак не сказывалось. На первый взгляд, эта ночь ничем не отличалась от тысяч предвоенных ночей. Город все так же залит неоновым сиянием рекламы и щитов вещания голосети. Транспортные потоки все так же разрезают воздушное пространство столицы, запоздало давая предупредительные сигналы другим водителям, многие из которых хорошо повеселились сегодня вечером. Если бы сейчас проходила ночная экскурсия, то туристов непременно повели бы на какую-нибудь высокую точку, откуда видны все главные достопримечательности. Сонный гид говорил бы: «Прошу обратить внимание – Галактический Сенат, административный центр мира… чуть подальше от моря огней – Храм джедаев, грандиозное здание, обиталище стражей Республики… Вон там – что-то еще… Но все же в глубине этой непроницаемости засел страх. Этот страх ощущается всё сильнее, если свернуть от Сената к зданию Пятистолетия Республики. Людей меньше чем обычно. То тут, то там попадаются закрытые магазины. Случайный прохожий вглядывается в вас из укрытия поднятого воротника, а вам кажется, что это очень озабоченный взгляд. Сердце страха – в одном из апартаментов здания Пятистолетия. В том, в котором Верховный Канцлер Вэлиор Блум ведет напряженную борьбу с голопроектором. Борьба заключается в том, что если Блум все же активирует входящее сообщение, то победил голопроектор, а если нет – то победил Блум. Рука канцлера все ближе к кнопке активации, ибо этот назойливый шум слушать уже невыносимо… От изображения, возникшего в полутемной комнате, Блума мгновенно продирают холодные мурашки. Канцлер резко выпрямляется в кресле и пытается придать лицу хоть сколько-нибудь серьезное выражение. - Есть серьезный разговор, Блум. – произносит проекция Дора Рукколы. – Очень серьезный. Убедитесь, что нас никто не слышит. - Что вы, мистер Руккола, я один. Совсем один. Только охрана у дверей апартаментов. Они не слышат. - Тогда к делу. Мы начали переговоры с Причером… И они затруднились. Зашли в тупик. Канцлер напряженно вгляделся в голубоватую рябь прямо перед собой: слова, которые сейчас произнесла тень шевелят самые глубокие, подкожные страхи. Не помогает даже обстановка столичного кабинета. - И что же… что же теперь делать? Руккола ненавязчиво скосил глаза куда-то в сторону от канцлера (интересно, а откуда это он вообще выходит на связь?) и ответил, после небольшой паузы: - Не знаю. «Возмездие» готовится к решающему удару по мирам Ядра, никто не в силах спрогнозировать ситуацию. Блум резко откинулся на ворсистую спинку кресла, едва не сбив на пол поднос с дорогой посудой. - Начальник штаба Мориц обещал мне остановить захватчиков на Альдераане, там будет дана большая битва. Он говорил, что дальше этих рубежей врагу не зайти, их ресурсы иссякают, они оторвались от своих тылов и снабжения… Много чего сказал Мориц. Канцлер потянулся рукой к туалетному столику, но в итоге просто пошарил по его поверхности. - Надо бы образумить наконец джедаев! Занимаются ситх знает чем, такое ощущение, что их больше заботят внутренние проблемы, чем долг перед народом Республики. Изображение Рукколы чуть исказилось из-за помех в эфире, при этом показалось, что лицо самого тви-лекка немного скривилось. - А когда вы последний раз говорили с гранд – мастером Риенстаном, канцлер? Или вы предпочитаете не беспокоить Совет после всех тех заварушек с Логаном и беглой принцессой? А они там действительно занимаются ситх знает чем! Канцлер обратил свой воспаленный взор за окно, на «ночные стогна града». - Знаю. Я поговорю с Риенстаном. Я заставлю его действовать. Все-таки до войны мы сотрудничали довольно спокойно, не идеально, но спокойно… - Займитесь этим, Блум. И не поддавайтесь слепой панике, это ни к чему. Призрак магната уже замигал, готовясь испариться, а Блум вдруг вспомнил, что его так сильно беспокоило: - Э… Руккола! Где вы сейчас находитесь? Руккола! Биип. Биип. Биип. Синий свет погас, и Блум даже поначалу испугался наступившей темноты: потом вспомнил, что и сидел в такой обстановке, пока не активировал это треклятое сообщение. Дрожащей рукой налил себе простой воды в стакан. Нужно поговорить с Риенстаном, а то что-то правда, Орден защитников Республики, а канцлер даже не в курсе, что там у них происходит. Ради этого можно даже приехать к ним в Храм… Вэлиор Блум сделал соответствующую запись в журнале, и отправил приказ дроиду-протоколисту, чтобы тот осуществил все приготовления. Затем резкими шагами пересек апартаменты и нажал кнопку вызова начальника охраны. - Подготовьте мой корабль. Охрана – как обычно. Дайте знать гранд-мастеру Риенстану, что я сейчас нанесу ему визит. Взгляд начальника охраны явственно говорил: «Визит? Ночью что ли?», но приказ есть приказ. - Слушаюсь.

***

- Что за чудное место? Никак не припомню… Кир Рэндэлл протер глаза: голубое небо, они с учителем стоят на невысоком, поросшем кустарником и редкими деревьями холмике. С холмика открывается вид на бесконечное зеленое море, прореженное голубыми блюдцами озер, в которых отражаются неспешно плывущие по небосводу белоснежные облака. Ветер шевелит сочные, густые травы и негромкое шелестение разносится по всей долине: ветер колышет робы джедаев, взъерошивает их волосы и разгоняет мрачные думы. - Место? Это совсем просто, Кир, неужели ты не вспомнишь? Здесь мы с тобой когда-то расстались… - И точно… Хотя я уже привыкаю к неожиданностям, учитель. Выходит, все правда? Смерти нет, есть только Великая Сила? Учитель Торак засмеялся: - Ну, можно сказать и так, Кир. Хотя я к данной теории всегда относился скорее с вежливым, нежели истинным любопытством. Присядем, мой бывший ученик. Торак и Кир уселись прямо на траву, лицом к долине: светило уже неспешно покатилось за горизонт, окрасив травяные поля и водную гладь в оранжевато-розовые оттенки. - Многое уже успело измениться в Галактике, - задумчиво произнес учитель Торак, - хоть всего два года прошло… - Учитель, скажите мне: ведь мы с вами, да и многие джедаи понимали, что дело идет к взрыву. Вы предсказывали революцию, еще задолго до появления «Черного Возмездия». Я подвел вас, учитель. Я должен был быть более решителен, я должен был действовать быстро и смело. Но я не смог – струсил. Я все время чего-то боялся. - Быстро и смело? Но что это значит? Что надо было сделать, Кир? Кир вцепился руками в волосы, спрятав голову в коленях: - Не знаю… Самому добиться смещения Блума, ареста Рукколы, Баккала и прочих великосветских преступников… Мне надо было действовать, а не болтать о том, как все плохо! Наставник задумчиво наклонил голову: - Ты же понимаешь, Кир, что арестовать Рукколу и Баккала мало. Они лишь верхушка айсберга. Если действовать –то как? Как Элден Причер? Судить всю Галактику за ее грехи? - Выходит Причер делает то, что и нужно? За ним правда? Скажите, учитель, то что он делает – это верно? Это единственный выход? Торак прикрыл глаза: - Я так не думаю. Элден Причер когда-то был умным, жаждущим знаний, вполне доброжелательным и справедливым мальчиком. Но Галактика решила сыграть с ним очень злую шутку – и расплачивается за это до сих пор. Вы с ним в чем-то схожи, но в ваших судьбах два принципиальных различия: ты никогда не был вышвырнут из высшего общества, ты всегда жил так, как Причер на Эндар Спайре. И это важно: как это ни страшно прозвучит –но именно Альдераан – то место, где умер маленький гимназист и родился Повелитель Тьмы. Да-да, в этом райском месте обуглилась душа юного Элдена Причера – и страшный гнойник на ней легко не заживет. Второе различие – ваше обучение. Тут ты и сам все понимаешь. Кир грустно смотрел на закат: - Да, я видел его судьбу – и не могу винить Причера в том, что он стал тем, кем стал… - Что касается Революции – то здесь все весьма сложно, - продолжал мастер Торак, - Не скрою, во многом я согласен с Причером. Но если революция изначально замешана на ненависти и желании мстить – то я не могу ее принять. Возможно, Причер хочет сделать как лучше, но его восприятие туманится злобой, которую даже он не в силах сдержать. Большая беда еще и в том, что он в этом едва ли повинен. Но факт остается фактом – гибнут сотни тысяч существ по всей Галактике, горят планеты – все, ради наступления великой справедливости. Или же ради того, чтобы утолить жажду мщения? Мне кажется, Галактика не сможет переродиться заново, после победы Причера – уж слишком много боли причинено. - Что же тогда надо делать, учитель? Торак обернулся и посмотрел ученику прямо в глаза: - Я думаю, что тут тебе виднее, Кир. Но мне кажется, пришла пора и народ Республики понял, что дальше так жить нельзя. Пора сместить Блума и всех его придворных- я уверен, тебе это по силам. К тому же, ты будешь не один. - Не один? Мастер улыбнулся: - Твоя старая подруга Лира Эйрити уже очень преуспела в этом вопросе, за время твоего отсутствия. Сердце Кира радостно подпрыгнуло: - Лира! Она жива! - Да и, похоже, спешит к тебе не помощь. Радость Кира, столь внезапно и ярко проявившаяся на его лице, внезапно вновь сменилось выражением печали. Рыцарь приподнялся – мастеру Тораку пришлось поддержать его, поскольку полуискусственная нога все еще слушалась плохо. - Разбрелись мы все кто куда… А вы… Учитель мы ведь видимся не в последний раз? - Определенно не в последний, Кир. Пойми: сейчас Галактика попалась в очень цепкую паутину, почти невозможно разобрать, что делать и с кем быть. Но вот что я скажу тебе: Кир - ты честный и добрый человек. Поэтому поступай так, как считаешь нужным. Кир распрямил спину: - Так и сделаю, учитель Торак. Учитель и ученик стояли против друг друга, словно ничего не произошло за эти сумасшедшие два года. Кир чувствовал, как сводит его скулы: ужасное давящее чувство, что разговор вот-вот будет закончен. - Я вот что еще забыл сказать тебе, Кир. Когда мы расследовали гибель мастера Туэль-Заара, мне кое-что стало ясно: в Ордене джедаев есть предатель, работающий на Темную сторону. Я не успел сообщить это тебе перед смертью. - Предатель?! Постойте… Да… Я слышал об этом в воспоминании Причера – он говорил Кадастару, что завербовал какого-то джедая! - Что ж, догадки подтвердились. Теперь можно понять, почему Орден был настолько бессилен что-либо сделать. Его действия были саботированы Тьмой. Торак приподнял голову и прислушался к каким-то неуловимым звукам: - Кажется, тебе пора, Кир. Ты прошел испытание голокроном -и пусть это испытание не последнее, оно сильно поможет тебе справиться с другими. Я бесконечно горд, что учил тебя, Кир. Кир ничего не мог с собой поделать: встреча с трагически ушедшим учителем оказалась сильнее его выдержки. Отважный рыцарь просто не мог сдержать слезы, видя того, кто пролил свет во мраке его жизни, а потом безвременно ушел, спасая своего ученика от гибели. Учитель Торак приобнял своего падавана за плечи и успокаивающе проговорил: - Это ничего, Кир… Ты поплачь, тут ничего страшного нет – зато легче потом на душе станет… Тебе уже пора. До встречи, Кир.

***

Гранд-мастер Ордена джедаев Риенстан машинально оправил плащ, трепавшийся на промозглом, ночном ветру. Можно ли считать такой спонтанный ночной вызов признаком того, что канцлер медленно сходит с ума? Вполне. Риенстан покосился на мастера Заккара, стоявшего справа от него. Родианец кивком головы указал ему в сторону приближающихся огней борта №1 – челнока Верховного Канцлера. - Идите внутрь, мастер Заккар. Я приму канцлера, не беспокойтесь. Заккар немного потоптался на месте, прежде чем спросить: - У вас есть догадки, магистр, насчет того, что это вдруг понадобилось Блуму от вас, так срочно? - Нет, мастер Заккар. Никаких догадок. Ступайте. Челнок канцлера плавно зашел на посадку, на мгновение ослепив Риенстана ярким лучом габаритного прожектора. Гранд – мастер прикрыл глаза рукой на манер заслонки, вглядываясь в мутные фигуры, отделившиеся от темного пространства, что окружало посадочную платформу. Вэлиор Блум прилетел на встречу в сопровождении самой банальной охранной свиты, то есть официальным лицом был только он один. «Приватная беседа. - подумал Риенстан. – Интересно.» - Доброй ночи, канцлер. Удивлен вашим поздним визитом, не скрою. - Прошу меня извинить за причиненные неудобства. – натужно ответил Блум, будто бы пропуская слова через сито. – Нужен срочный разговор. Пройдемте внутрь, я полагаю, ведь не стоять же нам на пороге? Внутри Храма было хотя бы тепло. Блум сразу же закрутил головой, будто бы сканируя главный холл помещения. Его взгляд задерживался на фигурах рыцарей и падаванов, проходивших то в отдалении коридора, то показывавшихся на верхнем уровне. Он уже чуть было не сказал Риенстану: «Хорошо бы сделать так, чтобы нас никто не слышал», но все-таки сдержался. - Магистр, я обращаюсь к вам с просьбой. – голос канцлера гулким эхом прошелся по стенам Зала. - Враг стоит на пороге наших миров, общественность расколота, а я нахожусь в полнейшем смятении. Мое окружение не может дать ни адекватной оценки ситуации, ни тем более прогноза на обозримое будущее. Риенстан даже слегка удивился такой неожиданной исповеди. За все годы общения с высшими чинами, магистр – джедай ни разу не слышал таких отдающих безоговорочной капитуляцией слов. - Я обращаюсь к вам с просьбой, - продолжал Блум, - ибо Орден джедаев во все времена служил Республике верным спасением от кризиса и бедствий. Вы должны стать нашими спасителями и сейчас, Риенстан! Кто, если не вы? Но у меня сложилось впечатление, что пока идет война, Орден разгребает свои внутренние проблемы, вместо того, чтобы доблестно крушить врага на передовой! Гранд-мастер, так дальше продолжаться не может. Орден либо бросит все силы на достижение нашей победы, либо нам всем придет конец. Блум уже совсем не скрывал своей паники: - Прошу вас. Поймите, ведь армия Причера – это натуральные бандиты, погромщики! Они перережут нас, если доберутся сюда, они разграбят здесь все, и ваш Храм тоже! Риенстан подождал, пока эмоциональный взрыв канцлера пройдет. Мастер – джедай уже давно не смотрел своему собеседнику в глаза, а смотрел куда-то в сторону, в плохо освещенную даль Главного Зала. Наконец, он тяжело повернулся к Блуму: - Господин канцлер, вы не один, кому небезразлична судьба Республики и цивилизации. Я прекрасно отдаю себе отчет о масштабах угрозы, более того – я и мои собратья каждодневно чувствуем на себе все ужасы войны. Вы правы, у нас полно внутренних проблем, к которым недавно добавилась еще одна – мои коллеги по Совету лучше объяснили бы вам, в чем она состоит. Канцлер уткнулся в Риенстана застывшим взглядом: - Новая напасть? Что теперь? Это снова связано с неудавшимся арестом Логана? Оба собеседника почувствовали, что наступила наиболее неловкая часть их разговора. Риенстан склонил голову, принимая позу прогуливающегося мыслителя, захваченного особо тяжкой думой. - Связано, господин канцлер. Дело в том, что мои братья – члены Совета, большинством голосов определили свою поддержку Лире Эйрити, заодно заподозрив рыцаря Тахира в связях с «Черным Возмездием». Тахир – тот самый рыцарь, что должен был осуществить арест Лэда Логана, да опростоволосился. - Но… как… арест Логана был государственным делом, какие связи с «Возмездием»? У вас тут какая-то невообразимая каша заварена, гранд – мастер! Это сенатор Логан был уличен в связях с врагом, а вы говорите мне, что ваши коллеги… верят абсолютно противоположной версии? Это безумие! Капли пота выступили на широком лбе верховного канцлера. Эхо его выкриков тихо угасало в отдалении темных коридоров. Риенстан, бросив затуманенный взгляд через плечо, ответил: - Безумие это или нет, но такова позиция Совета. Дабы побольше прояснить ситуацию, мы планировали допросить Тахира, но он… бежал. При невыясненных обстоятельствах. Риенстан сделал шаг в сторону от канцлера, повернувшись к нему боком. Взор гранд-мастера на секунду показался Блуму весьма и весьма суровым. - Орден многое пережил за это время. – изрек бывалый магистр. – Сами знаете, некоторые из нас и вовсе сменили сторону баррикад. Поэтому я не стал бы упрекать Орден в недостатке старания, канцлер. Не стал бы.

***

Кровавый рассвет над Ондероном – в самом прямом смысле слова «кровавый». Площадь у королевского дворца до сих пор не расчищена от трупов, то тут, то там видны опаленные воронки. Пострадали и здания, обрамляющие площадь. Таковы последствия народного выступления против присутствия «Черного Возмездия» на планете, которое адмирал Коорет приказал разогнать при помощи тяжелого вооружения. Теперь сам адмирал, в компании Ваннадия Годвина и Тенета Брустока взирал на ужасное зрелище с балкона королевского дворца. - Прекрасная иллюстрация человеческого несовершенства. – произнес Коорет. – Эти люди не хотели по-хорошему. Получили по-плохому, воля ваша. - Галактическая общественность уже в курсе. – Годвин слегка поморщился от едкого дыма (спецгруппы приступили к ликвидации последствий путем сожжения). – Признаться честно, я думал, что можно обойтись и менее жесткими методами… На площадь печатным шагом вымаршировала колонна бойцов, одетых в боевую, с иголочки форму – гвардия, краса и гордость причеровских отрядов. Дробь их кованых сапог мгновенно разнеслась по округе. Все трое приветствовали колонну, приложив руки к козырькам беретов. - Готовятся к отправке на Альдераан. – сказал Коорет. – Грядет решающая битва. Хорошо идут, красиво. - И все же, адмирал, - начал было Брусток… - Нет, мистер Брусток. По-другому нельзя. Таков человек. Такова природа. И этой несовершенной человеческой природе нельзя придать должной огранки, если вовремя не ткнуть тротилом в харю. С сегодняшнего дня не будет места, более спокойного, чем Ондерон. Позади лидеров открылась дверь, в проеме появился запыхавшийся адъютант. - Адмирал, арестованы провокаторы и подстрекатели восстания. Что прикажете делать с ними? - Приведите сюда главного. Через какое-то время двое гвардейцев привели на балкон изрядно потрепанного, закованного в наручники человека. Человек яростно смотрел на Коорета снизу вверх, так как гвардейцы давили ему кулачищами на спину. - Доволен, провокатор? – спросил адмирал. – Выполнил свою задачу? Посмотри – твой город горит, твои соратники мертвы, а чего вы в итоге добились? - Мы не склонились перед трусливым подонком. Мы остались свободны. – ответил пленник, вскинув глаза. Гвардеец схватил его за волосы, и резко развернул с своей маске: - К адмиралу обращаться нужно «господин адмирал», паскуда! Понял? Коорет хмыкнул, задумчиво стащив с головы свой черный берет. Затем подошел к балконному парапету, прищурившись глядя на дым. - Что у вас за мания к черному цвету? – продолжил пленник. – И ты называешь себя адмиралом. Ты трус, а не адмирал, твой удел – стрелять по безоружным, труслив… Пленник не договорил, так как один из гвардейцев огрел его прикладом по затылку. Коорет повернулся в их сторону, спокойно наблюдая, как мятежник корчится под градом ударов. Наконец, непокорный выкрикнул: - Не надо, прекратите! Не бейте… - Ах, не бить? – спросил Коорет, мгновенно изменившийся в лице. – Да понимаешь ли ты, глупец, что сейчас тебя избила твоя собственная непроходимость! Коорет надел берет и обратился к гвардейцам: - Приступайте. Гвардейцы резко вздернули мятежника на ноги, хотя тот уже едва мог на них удержаться. Боец ткнул его стволом бластера в корпус, пытаясь подтолкнуть, но вместо того, чтобы встать к стенке, пленник обрушился на пол вновь. - Вы… не можете меня казнить… - выдохнул он, пытаясь отползти, - так нельзя… вы не можете… Адмирал посмотрел на Годвина, тот пожал плечами. - Еще как можем. Прошёл ваш черед храбриться, постарайтесь теперь встать к стене, уважаемый. Бойцы снова подхватили мятежника на манер мешка с мукой и буквально впечатали в стену – на той остались пятна крови. - Цельс. – скомандовал адмирал. Остекленевший ужас в глазах. - Пли. Годвин, Брусток и адмирал одновременно сверили хронометры: на Ондероне наступал вечер. - Идемте, господа. Лорд Причер и генерал Шетер ждут нас на военном совете.