Шведская весна

      Небо было пасмурным, плотно затянутым сизыми тучами. Лед на море трескался, освобождая черные бушующие волны. Шведская весна наступала, у извращенцев и психов было обострение. В своей старой комнате в мансарде Сквизгаар Сквигельф лежал на кровати и недовольно сверлил глазами потолок. Он проснулся от взрывов хохота и голосов, доносившихся снизу, и раздражение мгновенно захлестнуло его. Он сразу же вспомнил, где он и что происходило вчера. Токи не было в комнате. Он обычно просыпался рано, но куда он мог подеваться? Сервета внизу смеялась над чем-то, и этот жеманный кокетливый смешок просто вымораживал. Сквизгаар слышал, как бывшие клокатиры что-то отвечали ей, и она захохотала еще громче, явно очень довольная. Интересно, разрешено ли у них в Мордхаусе убийство сотрудников за особо тяжкие преступления? Надо связаться с Чарльзом и узнать. Но вот как бы это сделать? Они с Токи не взяли с собой детфоны, и он не был уверен, что захватил свою кредитку. Сквизгаар нехотя встал и обшарил свои вещи – действительно, карточки нигде не было, но ему вовсе не улыбалось застрять тут с этой женщиной, в этом проклятом доме. − О, я обожаю делать такие закуски! – вдруг услышал он голос Токи снизу. Голос тоже был веселый, вот ведь предатель… Сидит там с ней, с ними… Никакой солидарности, никакой поддержки не дождаться от этого бесполезного существа. Все, надо срочно позвонить Чарльзу. Хмурый, как и небо в этот день, Сквизгаар спустился вниз. Смех и разговоры тут же смолкли. Он не знал, чего ему больше хочется, перебить всех присутствующих или просто уйти, убежать отсюда подальше. Сервета сегодня в розовой шелковой сорочке, почти полностью прозрачной. И еще более короткой. Кому понравится смотреть на свою уже немолодую полуголую мамашу? Ему совсем не нравится. Клокатиры сидели по бокам от нее. В одних трусах, но форменные колпаки почему-то не сняли, что за ебаный идиотизм? И напротив них - абсолютно счастливый Токи с большим куском пирога. Отлично, вообще, просто превосходно. − Сквизгаар! − радостно воскликнул он. − А мы заказали еду… − он осекся и чуть поежился, увидев выражение его лица. − Доброе утро, повелитель, − смущенно произнесли оба бывших клокатира. Нет, они еще и издеваются. Он с трудом сдерживал нарастающую ярость. − Вы. Больше. Не. Есть. Работать. У. Нас, − отчеканил Сквизгаар, старательно выделяя каждое слово. Тут взгляд его упал на куртку одного из бывших работников − она валялась на полу, и из кармана торчала цепочка детфона. − Вы есть уволены, и я забирает твоя куртка, телефон и кредитка! − заявил он удивленным бывшим работникам. И, набросив на себя куртку, вышел, хлопнув дверью. − Сквизгаар! Что у вас за порядки, ваши люди не есть рабы! – услышал он вдогонку голос Серветы. Нашлась тут гуманистка. Борец за права клокатиров. Токи несколько сник. Только все было так хорошо, и он, наконец, обрел свой долгожданный пирог с брусникой, как все снова полетело к черту. Ведь так все было здорово, и эта женщина больше не пугает его, она слишком занята их слугами и больше не пытается его потрогать или сделать еще что-нибудь, и еда, которую они заказали, была вкусной, и день должен был быть приятным. Но Сквисс опять в бешенстве, и опять у него это лицо… Токи искренне не понимал, чего тот так сходит с ума. Ведь в Мордхаусе он тоже постоянно трахается с работницами-клокатирами, хотя у них по правилам стоит запрет на такие дела. Но Сквиссу на все насрать. И фанатки, всех размеров и мастей. Иногда заглянет он к Сквизгаару в комнату утром, а там на кровати крокодилы! Вернее, крокодилицы. Но хотя бы женского пола. «Кузен Андерс», - вдруг всплыло у него в голове. Токи не нравится это имя. Токи не нравится этот кузен Андерс вообще. «Я разберусь с этим», − подумал он, решительно сдвинув брови. − Сквизгаар, − голос Чарльза был спокойным, как всегда, но в нем слышалось облегчение, – Что произошло? Детфоны выключены, все датчики молчат, никто не может связаться с вами, поисковая группа пропала… Он рассказал ему все, постоянно прерывая рассказ нецензурными вставками. Он чувствовал себя ребенком, который жалуется родителям на то, что его обижают в школе, но ему было не остановиться. − Я может их всех убить? − спросил он в конце длительного монолога. Офденсен посоветовал ему успокоиться и настоятельно попросил подождать с убийством. Затем он поинтересовался о Токи. − Дэтот… предатель жрет с ними пироги и смеется! Он есть бесполезный жалкий тряпка, не имеющий понятия о солидарность! Он променял я на моя мать! – Какая-то проходящая мимо бабка удивленно покосилась на него после последней реплики. – Да пусть они все сдохнет! − Значит, он в порядке? Больше не снились подвалы и похищения? − Чарльз удачно перевел разговор в другое русло. Сквизгаар помолчал несколько минут. Чарльз почти слышал и видел, как состояние «умри, все живое» отступает. − Я хочет убирается отсюда как можно скорее, - наконец ответили ему. Голос был донельзя усталый и несчастный, но что поделать, придется сказать ему правду. − В нашем округе сейчас штормовое предупреждение, возможен также торнадо, и любые полеты невозможны. Ребята чудом успели вернуться до того, как… Сквизгаар отчаянно заорал и зашвырнул детфон в озеро, до которого успел дойти. Шипастый гаджет пробил подтаявший лед и ушел на дно. «Наверное, не стоило этого делать…» − мрачно подумал он и побрел назад. Он ни за что не сказал бы «домой», но, с другой стороны, а куда ему еще было пойти сейчас? Токи выбежал ему навстречу, лицо его было донельзя взволнованным. − Что такое, она опять к тебе приставала? – мрачно спросил он. - У меня плохие новости, нас не могут забрать сейчас… − Я знаю уже! − перебил Токи. − Твоя мама сейчас говорит с Чарльзом по видеочату. И, представляешь, она сказала, что ей нравятся мужчины в очках и показала ему… − Можешь не продолжать, − отрезал он. Но Токи было не остановить. − А еще она сказала, что мы может быть пока тут, и теперь они говорят о правах клокатиров! А Чарльз сказал, что Нейтанс думал, что мы ушли из группы, чтобы жить, как простые высерки, ха-ха! Ну, как ты тогда… Получается, у нас будет отпуск, пока там этот сраный торнадо и еще что-то! − Будешь этому так радоваться, и я тебе врежу. − А кто такой Андерс? Я тоже тебе врежу, если не скажешь! − Да, я видит их в окно! Сначала бьет по морда, теперь целуется… − Сервета пожала плечами. – Я же говорит, все есть хорошо, красавчик, - она подмигнула Чарльзу на экране и облизнула губы. − У тебя всегда есть такой серьезный вид, я бы сможет тебя расслабит… − Благодарю, миссис Сквигельф, мне пора идти, − надо было отдать должное Офденсену, лицо его оставалось совершенно непроницаемым. − Передавайте привет ребятам, мы заберем их, как только наладится погода.