Без права на ошибку

И хотя Майкрофт не был ярым приверженцем всего, что происходило во временном доме Мартина Стоуна, он считал глупым не пользоваться его возможностями в допустимых им самим рамках. И несомненным достоинством этого места было то, что здесь можно было найти множество способов отдохнуть, расслабиться и выбросить ненужные мысли из головы. После очередной распитой бутылки шампанского Майкрофт обнаружил себя за покерным столиком. Вернее, его верная спутница Андреа складывала перед собой фишки ровными стопками, а сам Майкрофт стоял у нее за спиной, даже в затуманенном алкоголем сознании выстраивая всевозможные выигрышные комбинации. Если не задумываться о происходящем вокруг, это даже могло показаться забавным и веселым. Чарли так и не появился в его поле зрения с того момента, как он оставил его с Джией и вязкое беспокойство стало оседать где-то в районе груди, периодически заставляя Майкрофта бегло осматривать публику. Облокотившись одной рукой о спинку стула, Майкрофт оценивал карты Андреа, иногда бросая мимолетные взгляды на остальных, сидящих за игральным столом. И почти каждое движение, любая незначительная на первый взгляд мелочь, выдавали их для внимательных глаз Майкрофта с головой. В очередной раз разглядывая парня, сидящего напротив них, взгляд Холмса вдруг задержался на вошедшем в комнату Грегори под руку с какой-то девушкой, которая явно перебрала лишнего и теперь почти висела на руке Лестрейда, цепляясь за его пиджак длинными ногтями. Для Майкрофта не составляло ровным счетом никакого труда понять, что Грегори фальшиво, скорее из вежливости или необходимости, натянуто улыбается ей, пытаясь усадить в кресло. Блондинка отчаянно сопротивляется, в каких-то жалких попытках пытаясь ухватиться за рукав Грегори. Вдруг ее пальцы сжимаются на лацкане его пиджака, словно в замедленной для Майкрофта съемке она тянет Грегори на себя, тот от неожиданности поддается, и она впивается в его приоткрытые в удивлении губы жадным поцелуем. Майкрофт кривится, почти отсчитывая секунды, наблюдая как Грегори недоуменно хлопает ресницами, потом, осознавая происходящее, все также мягко, но настойчиво, отстраняется и медленными шагами отступает назад, пытаясь одними убеждениями удержать свою спутницу на месте. Но в кресле ее удерживает скорее градус алкоголя в крови, нежели речи Лестрейда. Как-то затравлено оглядываясь по сторонам, Грег юрко ныряет между колонами, и скрывается за стеклянными дверями, ведущими на балкон. Майкрофт медлит всего несколько секунд перед тем, как уверенно последовать вслед за ним. Как только прохладный воздух коснулся кожи Холмса, он понял, что абсолютно не знает, что здесь делает. Перед ним стояла одинокая фигура, темным силуэтом вырисовывающаяся на фоне ночного пейзажа. Не смотря на то, что для Майкрофта напряжение легко читалось в его позе, плечи Грегори были широко расправлены, а спина оставалась прямая, словно натянутая струна. Казалось, вся его усталость и раздражение только подпитывали его внутренние пружины, создавая некую внутреннюю силу, которая помогала Грегори пережить этот, несомненно, неприятный для него вечер. Майкрофт бесшумно прислонился одним плечом к стене, слева от себя, приятно ощущая, как холод камня пробирается через плотную ткань дорогого костюма. Пока он не собирался выходить из тени, желая еще немного понаблюдать за Грегори до того момента как он, заметив Майкрофта, снова натянет на себя дежурную маску холодной вежливой отстраненности. А пока можно было украсть для чертогов своей памяти несколько мгновений, разглядывая лицо Грегори в холодном свете луны. Холмс откровенно соврал, если бы сказал, что Лестрейд никогда не привлекал его. Это было настолько глупо, что даже и пытаться не стоило, ибо и он, и почти каждый в этом доме, считали Грегори красивым и чертовски привлекательным. Тонкие юношеские черты лица, аккуратно очерченная линия бровей и темно-карие глаза, обрамленные неприлично длинными ресницами смотрелись просто великолепно в дополнении к теплой и обворожительной улыбке, коей Грегори любил одаривать людей, сам не замечая того, какой эффект она производит. Густые темные волосы сейчас были прямые и аккуратно уложены, но Майкрофт помнил, как в их первую встречу волнистые кончики выглядывали из-под белоснежной кепки. Но помимо внешней красоты, была в нем некая внутренняя сила, которая притягивала к себе, давая понять, что за аккуратным фасадом скрывается внутренний стержень, четкие моральные принципы. В то же время, это же и помогало держать людей на дистанции, поэтому, насколько помнил Майкрофт, никому из его знакомых так и не удалось добраться до этого парня, заполучить его себе. Осознание этого факта приятно защекотало нервы Майкрофта, и в то же время он отчетливо понял, что все это может рухнуть как карточный домик сегодня вечером, если кто-то из них сделает хотя бы один неверный шаг. Этой ночью судьба не давала права на ошибку. Грегори запустил руку в карман, вытягивая пачку сигарет. Закусив фильтр губами, Лестрейд аккуратно подцепил пальцами вторую сигарету. - Мистер Холмс, так и будете подпирать стены или я могу предложить Вам закурить? – Майкрофт уловил уже знакомую улыбку одними уголками губ, хотя Грег даже и не смотрел в его сторону. - Кажется, я не гожусь Вам в отцы, чтобы называть меня по фамилии, - Холмс плавно оттолкнулся от стены, делая шаг навстречу Грегори и выходя из тени. Игра началась. - Привычки, - Грегори передал сигарету Холмсу, тот щелкнул зажигалкой, которую уже успел достать, и пока пламя мягко облизывало белую бумагу, пытаясь разжечь табак, их взгляды встретились. В пронзительных карих глазах плескались настолько различные эмоции, что это невольно притягивало взгляд, но безошибочно можно было сказать, что в них не было и следа холодности и безразличия, только самые теплые и терпкие нотки эмоций. - По правде, мне нравится твое имя… - Грегори затянулся, вместе с дымом выдыхая в ночное небо мягкое, - … Майкрофт. Было ли это обращением, или Лестрейд просто пробовал его на вкус, осталось непонятным. Но, определенно, из его уст слышать свое имя было приятно. - Обязан этим своей матери, - заметил Майкрофт, затягиваясь дымом, - впрочем, младшему брату повезло не меньше. - Очень интересная у вас семья, - хмыкнул Грегори, продолжая рассматривать кромку леса, возвышающегося за центральными воротами. Холмс подумал, что очень жаль, что Грег не смотрит на него. Он хотел получше рассмотреть лицо стоящего перед ним парня. - Ненавижу это место, - вдруг сказал Лестрейд, поморщившись, словно от зубной боли. – Была бы моя воля, ноги бы здесь моей не было. - И что же привело тебя сюда сегодня? – Майкрофт честно приложил все усилия, чтобы его вопрос показался абсолютно нейтральным. В ответ Грег коротко рассмеялся, повернувшись к Холмсу лицом и растягивая губы в улыбке. - Майкрофт, я крайне восхищен тем, что ты в любой ситуации стараешься придерживаться правил такта. Поразительно. Холмс готов был поклясться, что Грегори вложил немало иронии в свои слова, но глаза его, как и прежде, добро и мягко смотрели на Майкрофта. И это было настолько невозможно, что у Холмса даже на секунду перехватило дыхание от мысли, что за ошибки своего отца Грегори придется растоптать все то, что он хранил внутри своего сердца. Стоящий перед ним парень казался абсолютно невозможным для этого мира прогнившей роскоши, словно кусочек неправильного паззла, который пытались впихнуть в не предназначенное для него место. Пришлось подавить желание разбить лицо мерзавцу-отцу в тот же час. - Наверное, это издержки политической карьеры, - улыбнулся Грегори и Майкрофт запомнил эту улыбку. Оставил ее в своей памяти навсегда. Ведь до этого момента они никогда не верил в то, что есть что-то настолько простое, что может заставить тепло разливаться по телу, отодвигая все мрачные мысли на задний план. - Я не имею привычки доверять слухам, - ответил Майкрофт, внимательно разглядывая черты лица Грегори. Шестеренки у него в голове уже сами по себе закрутились, строя схемы и планы действий. - Разумно, - согласился Лестрейд, но отвечать на вопрос не решил, видимо, взвешивая что-то для себя в уме. – Все мы здесь заложники положения, либо своего, либо нашей семьи. – Очередная затяжка и с губ срывается облако дыма. – Видимо, я не являюсь исключением. - В любой ситуации не стоит делать того, что позже невозможно исправить и о чем ты будешь жалеть, - заметил Майкрофт, отмечая, как тут же сжались губы Грегори. Но он не мог промолчать. Просто не простил бы потом себя за это, ибо вращение в подобных кругах вырабатывает одно жизненно важное качество – замечать правильных людей. И если таковые встречаются на твоем пути – ухватывать их мертвой хваткой и никогда больше не отпускать. - К чему ты клонишь? – Холодные нотки в голосе Грегори почти резали слух, но без этого нельзя было обойтись. - Скажи мне, что ты собираешься сделать здесь сегодня, - от Майкрофта исходило абсолютное спокойствие. Он принял окончательное для себя решение, определил цели, и после этого он всегда обретал железную уверенность в себе и своих действиях, методически и целенаправленно, с утонченностью тарана, пробивая себе путь к желаемому. Грегори задержал на его лице долгий и оценивающий взгляд и, видимо, решив, что ходить вокруг да около с этим человеком бессмысленно, ответил начистоту: - По правде сказать, несколько вариантов. – Аккуратные тонкие пальцы стряхнули пепел с сигареты на пол. – Здесь имеют привычку проводить время сыновья некоторых бывших влиятельных клиентов отца. Я думал уговорить их как-то повлиять на родителей и нанять его им в адвокаты на постоянной основе. - Но?.. – Майкрофт знал, что за каждым неловким отводом взгляда в сторону всегда скрывается свое «но». - Они согласились содействовать, но за определенную плату, - Грегори запнулся, очень надеясь, что Холмс сам догадается и заканчивать предложение ему не придется, но Майкрофт упрямо молчал, не сводя с Лестрейда внимательного взгляда. – Я должен был всего-то переспать с ними за это, - как обвинение выплюнул Грегори, слова его насквозь были пропитаны сарказмом. - Испытываешь отвращение к однополым связям? – Майкрофт вопросительно изогнул бровь, поинтересовавшись абсолютно ровным тоном. Ничего неожиданного Лестрейд ему только что не сообщил. - Испытываю отвращение к продажному сексу, - тут же ответил Грегори, прикусывая сигарету во рту. Майкрофт невольно скользнул взглядом по его губам и решил, что не может винить тех парней в их требовании. - Какие еще были варианты? – Продолжал Холмс, как ни в чем не бывало. - Отец настаивал на браке по расчету с какой-нибудь холеной девушкой с приличным капиталом, - привычная спокойная непринужденность вернулась в голос Грегори. - Я заметил тебя с одной из таких, - Майкрофт не видел смысла скрыть этот момент. - Ах… - выдохнул Грегори, закатив глаза, слегка откинув голову, разминая шею. Майкрофт всерьез задумался над тем, понимает ли сам Лестрейд то, какой эффект он производит на окружающих своими непринужденными жестами. И в который раз отдал должное своей холеной невозмутимости, взращиваемой годами. Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда Грегори сглотнул, вытаскивая сигарету изо рта. - Она стала сущим наказанием на мою голову, - на лице Грегори опять появилась снисходительная добрая улыбка. – При всем моем уважении к девушкам, она вела себя слишком развязно и выпила, наверное, больше чем я могу себе представить. От одной мысли, что мне может выпасть «честь» провести с ней остаток жизни бросает меня в дрожь. Избалованная деньгами и вседозволенностью, наверняка переспала уже с большей половиной парней в этом доме, - усмехнулся он. - И что же в итоге? – Майкрофт почти дошел до того момента разговора, который был самый важный для него. Лестрейд лишь неопределенно пожал плечами. - Скорее всего, придется бросить практику, продать дом и уехать из Лондона, - по тому, как потух в одночасье взгляд Грега, можно было в полной мере судить о том, какой ужасной была для него эта перспектива. Но это не уменьшало ее неотвратимости. – Служить подстилкой для богачей я не стану ни за что в жизни. Тем более за то, что мой отец не умеет держать язык за зубами. – На этом слове Лестрейд осекся, втянув шумно воздух через сжатые губы. - Я думаю, Грегори, у меня для тебя есть куда более заманчивое предложение, - Майкрофт один щелчком пальцем отправил окурок в полет с балкона. Грегори напрягся, окинув Майкрофта недоверчивым взглядом. Лестрейд знал, что стоящий перед ним человек на голову, а то и не одну, выше всех людей, что собрались здесь. За исключением, разве что, самого хозяина. Но, в отличие от мистера Стоуна, Холмс добивался всего сам, не ожидая щедрого подарка судьбы или любовника. Да, Грегори был в курсе личных предпочтений Майкрофта, но это, наверное, один из последних критериев, по которым он оценивал людей. Заочное невысказанное уважение Холмс заслужил в глазах Грега тем, что, сумев ловко вращаться в весьма специфических кругах общества, он не запятнал ни себя, ни свою репутацию. Наверное, именно поэтому Лестрейд позволил себе сейчас так просто стоять и рассказывать человеку, которого он толком и не знал лично, о своих проблемах. Спокойствие, которое внушал Майкрофт, мягкими волнами обволакивало бьющийся в загнанной клетке разум Грега, успокаивая и давая надежду на то, что еще не все потеряно. И именно каждая удивительная черта Майкрофта была теми камнями преткновения, о которые спотыкался Грегори, пытаясь понять, что же задумал Холмс и зачем ему нужен сам Лестрейд. - И что же ты хочешь мне сказать? – Решил уточнить Грег. - Я хочу нанять твоего отца в качестве своего личного адвоката. Думаю, первый гонорар поможет выплатить все текущие долги. А приличное жалование не даст влезть в новые, - спокойно ответил Майкрофт и тут же мигом пожалел о своей несдержанности. Лестрейд тотчас подобрался весь, сжав губы, взгляд его стал более колким и Холмс почти чувствовал горькие нотки недоверия и догадок, крутившиеся у Грегори на языке. - С чего вдруг такая щедрость, мистер Холмс? – Майкрофту захотелось схватить Грегори за плечо, словно он в любой момент мог дернуться и сбежать, выскользнув из его рук. Холмса подвело его нетерпение, и он выдал слишком заманчивую для Грегори перспективу, в честность и прозрачность которой Лестрейд не смог бы ни за что поверить при нынешних обстоятельствах. Так и случилось. Но отступать было поздно. Майкрофт допустил ошибку и теперь отчаянно искал пути для того, чтобы спасти ситуацию, не потеряв начавшее зарождаться доверие Грегори. Холмс мысленно сделал заметку о том, что ни при каких обстоятельствах нельзя забывать, что чем сложнее и важнее ситуация, тем деликатнее и тоньше следует действовать. - Это не щедрость или благотворительность с моей стороны, Грегори, - таким тоном Майкрофт обычно раздавал задания своим подчиненным: абсолютная бесцветная отстранённость. – Я деловой человек и умею видеть моменты, когда имеет смысл предложить сделку, выгодную для обеих сторон. Кажется, Холмс смог произвести нужное впечатление и немного успокоить Грегори. - Хотелось бы узнать подробности. Что потребуется от меня взамен? - Майкрофт с удовольствием отметил во взгляде Грегори заинтересованность, которую тот отчаянно пытался скрыть. - Не только от тебя, - усмехнулся Холмс. – Все-таки, я надеюсь, что твой отец будет исполнять для меня свои прямые обязанности. К тому же, он зарекомендовал себя как вполне компетентное лицо в своей профессиональной сфере деятельности. - Но? – Невольно улыбнулся Лестрейд, копируя самого Майкрофта пару минут назад. Холмс прищурил глаза, прилагая усилия, чтобы не улыбнуться в ответ. По истине, Грегори приятно удивлял его все больше и больше с каждым словом. - Наверное, ты осведомлен о том, что я занимаюсь политикой, - Майкрофт чувствовал себя идущим почти вслепую по минному полю. Один неверный шаг, одно неправильное слово, и все его планы могут рухнуть как карточный домик. – Так вот, - продолжил Холмс под утвердительный кивок Грегори. – Для меня очень важно складывать и поддерживаться имидж. Начиная с этого дома и заканчивая парадным входом моего собственного. В последнее время моя карьера начала стремительно развиваться в весьма многообещающем направлении и мне приходится все чаще представлять себя перед весьма закрытым, но по-настоящему влиятельным обществом. В нем ценности кардинально отличаются от того, что мы с тобой можем видеть здесь. – Майкрофт чувствовал, что полностью завладел вниманием Грегори. Немного приоткрывшийся заманчивый занавес его жизни сработал так, как и планировалось. - И я все еще не понимаю… - однако, Лестрейд продолжал теряться в догадках, касательно того к чему же вел свою мысль Майкрофт. - Мне нужен соответствующий партнер, или спутник, - наконец-то озвучил свою идею Холмс. – Тот, кто будет дополнять мой образ порядочного человека. И стабильные отношения с кем-то, кто внушает доверие и уважение, именно то, что мне нужно. - Что? – Грегори удивленно моргнул, явно пытаясь разложить все только что услышанное по полочкам. - Ты хочешь, чтобы я работал в виде твоего эскорта? При упоминании слова «работа» Майкрофт скривился. Ему явно было не по душе то, как Грегори начинал обрисовывать ситуацию у себя в голове. - Я бы подобрал слегка иные слова для формулировки, - Холмс считал навыки дипломатии крайне полезным качеством в сложившейся ситуации. – Скорее как взаимовыгодное сотрудничество, которое, при этом, не будет никому в тягость и поможет с честью и достоинством нам обоим выйти из сложившегося положения. - А не проще ли тебе купить себе смазливого мальчика, который будет есть с твоих рук и с радостью улыбаться на всех фотографиях? – Грегори сложил руки на груди, упрямо уставившись на Майкрофт. – Хотя, как мне казалось, один такой уже у тебя есть. Забыл как его зовут, извини. Холмс мысленно сделал глубокий вдох и посчитал до трех. А потом еще до пяти. Вот и встали ребром хваленные Майкрофтом принципы Грегори, которые он в нем так высоко ценил, и теперь они играли с ним вполне себе ироничную шутку. Оказывается, это была палка еще тех двух концов. - Если ты говоришь о Чарли, - Майкрофт в который раз за вечер серьезно проверял на прочность свои задатки дипломата, - то он, несомненно, отлично мне подходит. Но он – не ты. Последние слова словно припечатали весь ворох возмущений в сознании Лестрейда к полу. Майкрофт прекрасно заметил по округлившимся в удивлении глазам и слегка приоткрытым губам, что Грегори напрочь сбит с толку, а, значит, именно сейчас будет ловить каждое слово Майкрофта, чтобы как-то заполнить проблемы в своих логических цепочках, не успевая выстраивать стены недоверия перед собой. - Чарли не готов к тому, что может ожидать нас впереди, - спокойно продолжал Майкрофт. – Я ценю наши с ним отношения, которые, к слову, являются абсолютно добровольными, но, боюсь, он не выдержит чего-то более серьезного. Не могу быть полностью уверен даже в том, нужно ли это ему. Чарли относительно недавно столкнулся с роскошью и пока прибывает в том периоде, когда хочется брать от жизни все и не думать о завтрашнем дне. Ты же, напротив, слишком долго живешь в этом мире, - Майкрофт кивнул в сторону двери балкона, ведущей в комнату, из которой раздался приглушенный заливистый смех. – Знаешь всю его подноготную, в тебе есть те принципы и качества, которые выделяют тебя на фоне этих людей. - А не легче было бы найти себе девушку? – Заметил Грегори. – Кажется, со стороны это было бы более приемлемо. - За мной не было замечено ранее привычки скрывать свою ориентацию, - Холмс ожидал этот вопрос, так как и сам обдумывал его ранее. – Будет крайне подозрительно, если я внезапно изменю свои взгляды. К тому же, на дворе не 60ые года, когда за однополые отношения сажали в тюрьму. - Я не встречаюсь и не сплю с парнями, - Майкрофт даже опешил от того, как подытожил его тщательно обдуманную речь Грегори. - Никто и не говорил про секс, - Холмс собирал по крупицам остатки самообладания. – Мне нужно твое общество, а уж с постелью я разберусь сам. Честно признаться, у Майкрофта начали зарождаться сомнения насчет необходимости и целесообразности развернутой им компании, но отступать при первых сложностью не было частью его принципов. - А как же Чарли? – Не унимался Грегори. – Ты говорил с ним обо всем этом? Думаешь, он просто так примет факт моего внезапного появления в твоей жизни в качестве твоего нового парня? Хоть и фиктивного, конечно… - Это мои проблемы, Грегори. Которые, несомненно, я смогу решить. – Майкрофт выругался про себя. Со всеми внезапными порывами он совершенно забыл про Чарли, но брать свои слова обратно было слишком поздно. Повисла пауза. Майкрофт не спешил прерывать ее и торопить Грегори с ответом, а тот задумчиво смотрел на начинающее светлеть небо. - Ты любишь Чарли? – Второй за вечер вопрос Грега сбил Майкрофта с толка своей неожиданностью. - Какое это имеет отношение… - Прямое, - перебил Холмса Лестрейд, смотря на Майкрофта очень внимательно. – Это действительно имеет значение. Всего на несколько мгновений Холмс позволил себе прикрыть глаза, аккуратно выдыхая. Грегори просил от него той искренности, которую Майкрофт в данный момент не мог себе позволить. - А он любит тебя, - неожиданно продолжил Лестрейд, вздохнув. – Я пару раз видел вас вместе, это читается у него во взгляде. Наверное, даже восхищается тобой. – Грег засунул руки в карманы, слегка ссутулившись. Голос его был поразительно тихим и уставшим. – В одном, Майкрофт, ты определенно прав – я слишком хорошо знаком с этим миром, чтобы понимать, что следует по-настоящему ценить в нем. Когда их взгляды встретились, Майкрофту нестерпимо захотелось провести пальцами по щеке Грегори, чтобы стряхнуть невидимую паутину сожаления, которая в один миг осела на его лицо незримым, но тяжелым грузом. - Приятного вечера, Майкрофт, - Холмс застыл молчаливым изваянием, наблюдая как Грегори развернулся, уходя прочь и скрываясь за дверями дома, который охотно принял его в свои алчные объятия.