Изгоняющий Дьявола

Покинув просторный салон рейсового автобуса, Саске быстрым шагом направился в сторону небольшой закусочной. Маленькое уютное заведение встретило приветливыми лицами рабочих и приятным ароматом свежеиспеченных булочек с джемом. До назначенной встречи оставалось еще двадцать минут, а здание психиатрической клиники располагалось через дорогу, спрятавшееся за монолитным серым бетонным забором, обтянутым колючей проволокой. Отстояв недлинную очередь, Саске заказал себе большой стакан крепкого чая. Этим Англия нравилась ему, напоминая родную Японию, страна поглощающая литры чая в сутки. Здесь тяжело найти кофе, да это и не требуется, парень никогда не любил кофе, этот бодрящий напиток не бодрил его, наоборот придавал некой растерянности и усталости, заставляя дрожать руки, то ли дело чай. Но в Японии пьют зеленый, куда более крепкий, так что в большой бумажный стакан, по его требованию отправилось три пакетика Эрлгрей. Расплатившись и собравшись уходить, Учиха впечатался в чью-то грудь. Стакан с чаем выпал из рук, разливая темную коричневую жидкость по деревянному полу. Обреченно вздохнув, Саске поднял голову на зевающего Шикомару, намереваясь испепелить его взглядом, но парень остался не пробиваем. - Чего подкрадываешься? – Недовольно буркнул Саске, переступая через стаканчик, направляясь к выходу из закусочной, не поленившись толкнуть парня плечом, чтобы расчистить себе путь. - А ты не разговорчив. – Протянул Шика, следуя за ним, как собака на поводке, ступая шаг в шаг. - У меня была тяжелая ночь. – Еще больше насупился Саске, пытаясь избавиться от нежелательного преследования, но вышло неважно. Тяжелая дверь приоткрылась, позвякивая колокольчиком, пропуская внутрь заведения компанию молодых девушек, без устали щебетавших о промозглой погоде и ценах на зонты. Саске вслушивался в их разговор с особой внимательностью, только потому, что не хотел слышать слова, идущего следом парня. Проскочив в закрывающуюся дверь, Учиха оказался на улице. Порыв сильного ветра едва не снес его с ног, поднимая ворох газет и опавших листьев, кружа их в миниатюрном подобии торнадо. Автобусная остановка была заполнена людьми, терпеливо ожидающими своего транспорта, кутающимися в теплые куртки и кофты. Брюнет в очередной раз поморщился, ощутив прикосновения холодного ветра на своей щеке. - Эй, ты меня слышишь! – Ворвался в его сознание голос Шикомару, и Саске пожалел, что не умеет отключаться по собственному желанию. Куда проще было бы жить, будь он, скажем простым домашним компьютером, а не человеком, состоящим из плоти и крови. И вообще насколько легче существовать приборам, чья работа строго нормирована трудовым кодексом, а после отключение от сети и блаженный отдых. Отдых, как же Саске хотел завалиться в кровать и проспать остаток дня, но нет, Цубаки было важно, чтобы он тащился ни свет, ни заря к черту на кулички, выполняя ее глупые поручения. – Саске, вернись! Учиха перевел затуманенный взгляд на надоевшего ему парня. Вот какими такими заслугами его наказывают? Что он сделал в своей жизни неправильно? - Саске? – Шикомару внимательно рассматривал его физиономию на наличие признаков жизни. – Мне ключи нужны. Ты их дашь, или как? - Ключи. – Протянул Учиха, возвращаясь в скучную серую реальность, сплетающуюся из однообразных ничем не отличающихся друг от друга дней. Правда, разбавленных насыщенными событиями ночами, в исполнении его брата. Хоть что-то. Не без труда обнаружив связку ключей, в заполненных ненужным мусором карманах, среди которого оказались даже конфеты, очевидно хранящиеся здесь уже не первый год, ведь краска на обертках уже давно стерлась, даже не оставив признаков прежнего колера. Учиха протянул их ожидающему парню. Шика с интересом повертел их в руках, разглядывая брелок в виде чертика у которого из глаз лезла зеленая неопознанная гадость. - Забавно. - Протянул Шика, отправляя ключи в свой карман. – Пойдем, святой отец не будет долго ждать. Шикомару сделал пару шагов, но Саске одернул его. - Что? Священник, я не ослышался? - Нет, Саске, ты правильно понял. – Шика впервые видел растерянность на его лице, а не пафосную надменность и впитывал эти эмоции, как губка. – Я тебе даже завидую. Сам бы посмотрел, но дела. Больше не говоря ни слова, Шикомару быстро перебежал полотно дороги, чуть не оказавшись под колесами малолитражки, но успев отскочить в последний момент. Саске смотрел на его выкрутасы, посреди проезжей части, с нескрываемым разочарованием. Люди – идиоты. Ничему жизнь их не учит. Дождавшись зеленого сигнала светофора, он вместе с остальными пешеходами, прошел по зебре, под недовольное хмыканье Шикомару. *** Здание старой психиатрической лечебницы пропахло сыростью и медикаментами, а еще в нос сразу ударил тошнотворный запах хлорки, словно ей здесь заливали все от пола до потолка. Саске поморщился, прикрывая нос рукавом, слушая отзвуки своих шагов отражающихся от стен. Было слишком тихо, Учиха даже подумал, что все вымерли. Шикомару довольно бодро шагал впереди, указывая направление, чувствуя себя в своей тарелке, чего нельзя было сказать о младшем Учихе. Саске, конечно понимал, что в будущем ему придется работать в подобном месте, но это казалось, произойдет еще так не скоро, что и заморачиваться не стоило. Шикомару остановился возле обшарпанной двери, выкрашенной, как и все в этом убогом заведении, в белый цвет. Ручки не было, и Учиха совсем растерялся, пытаясь понять, как они попадут внутрь. Дверь открылась сама, Шика даже не успел постучать. В образовавшемся проеме показалась голова пожилой женщины, с растрепанными волосами в ярком цветастом халате. - Ну, наконец-то, - пробурчала она, отходя в сторону и давая пройти парням, - быстрее не мог? - Простите, - отозвался Шика, лениво потягиваясь, - бежал, как мог. - Бежал он. – Продолжала бурчать женщина. – Можно подумать, мне делать больше нечего, как тебя караулить, у меня еще полы на втором этаже не мыты! А это кто? Уборщица, а, по всей видимости, это была именно она, наконец, закончила изливать свое негодование на Шику, и теперь переключилась на Учиху. - Это Саске. – Представил Шикомару, махнув рукой в сторону брюнета. – Он сегодня вместо Цубаки. - Новенький значит. – Бурчала женщина, прокладывая дорогу вперед, где ожидало еще несколько таких же дверей. – И чего дома не сидится? Его хоть не вывернет на изнанку, а то мне лишние часы работы ни к чему. Ходят тут всякие, топчут, а я убирай. Она еще много сетовала на свою работу и неблагодарных врачей, но ее никто не слышал. Последняя дверь оказалась позади, запертой и Саске, наконец, оказался в коридоре с палатами. Отовсюду слышались крики и стоны. Шика быстро провел его по запутанным лабиринтам, остановившись возле одной палаты, где их поджидал священник и врач, судя по белому халату. Врач был уже в возрасте, голова покрылась серебром, но выглядел он весьма бодро, подтянутый и аккуратный. Священник оказался молодым мужчиной, лет двадцати семи, тридцати, шатен с приятной внешностью. - Так значит вон он какой, Саске. – Улыбнулся священник, рассматривая Учиху. – Когда Цубаки говорила о молодом парне, я представлял себе совсем другого, ты превзошел мои ожидания. Саске лишь пожал плечами. Этот тип ему не понравился, и внешность его или сан не имели значения, просто внутри ставился барьер на общение с ним. - Я отец Джон, - продолжал священник, - Это доктор Эдвардс. - Здрасте. – Уныло выдохнул Учиха, обращаясь к врачу, тот ответил кивком головы. - Ну, я пойду. – Махнул рукой Шика и исчез в коридорах. - Итак, - неожиданно заговорил доктор, обращаясь к Учихе, - тебе будет интересно знать, почему мы вызвали священника. Медицина в наше время способна вылечить почти все психические расстройства, но есть такие, где мы бессильны. Пациентка, молодая девушка пятнадцати лет, на восьмом месяце беременности. По симптомам, лечащий врач диагностировал расстройство личности и определил ее сюда. Нами было предпринято лечение в полном объеме, но эффекта терапия не дала, вследствие чего, нами было принято решение обратиться в церковь за консультацией. - Подождите. – Вымученный бессонными ночами мозг Саске не сразу улавливал информацию, и ему приходилось напрягать все силы. – То есть для вашей клиники это обычная практика? - Абсолютно. – Согласно кивнул врач. - И, есть результаты? – Все еще не верил Учиха. - Больше, чем ты можешь себе представить. – Улыбнулся врач. – Сейчас сам все увидишь. И еще, лучше молчи, не говори с ней или с ним, так будет лучше. Саске согласно кивнул, давая понять, что принимает правила бредовой, на его взгляд, затеи. Доктор Эдвардс открыл перед ними дверь палаты, отступая в сторону.

***

Итачи потянулся, переводя взгляд на свистящий чайник на плите, возмущенно твердивший о том, что он давно вскипел. Старший Учиха еще раз перевернул все полки, кофе так и не нашлось. Саске пьет только чай, огромное количество разнообразных сортов которого захламляло целый шкафчик. Обреченно вздохнув, ему все же пришлось довольствоваться заменой. Пакетик ароматного напитка полетел в чашку, щедро заливаемый кипятком. Он устал, сил даже передвигаться по дому не было, не то, что идти на работу. Все тело ломило так, словно его пинали всю ночь напролет. Усталый взгляд скользнул на холодильник, выцепив записку оставленную братом. «Интересно, какие дела появились у него в столь раннее время?» - Размышлял брюнет, вертя в руках клочок бумаги, исписанный корявым размашистым почерком, что давало понять, что писавший спешил. Стук в дверь отвлек его от напряженного размышления, и Итачи едва не выронил чашку. Отставив ее в сторону, медленным гордым шагом он направился встречать незваного гостя. Цубаки ежилась от пронзительного порыва ветра, погода будто взбунтовалась и не хотела подарить обитателям мегаполиса даже намека на тепло. Взгляд Учихи лениво скользнул по ее фигуре, словно ожидая объяснений, отмечая заклеенную пластырем щеку. - Простите, что потревожила, - начала девушка, пытаясь привести растрепанные ветром волосы в порядок, - Саске дома? - Саске? – Итачи задумался, окончательно проснувшись и матеря брата всеми известными ему нецензурными выражениями. И чего он так завелся. – Нет, Саске ушел. У него срочные дела. Пожал он плечами, словно сам сомневался в сказанном. Цубаки обреченно вздохнула, точно мир готов был разверзнуться прямо у нее под ногами. - Может, я могу помочь? – Неожиданно для себя предложил Итачи, отчетливо понимая, что брюнетка уйдет, если не задержать ее. - Я не знаю. – Неуверенно заговорила она, но в глазах мелькнула надежда. – Мне неловко, просто, Саске обещал помочь, но, наверное, забыл. Это сущая мелочь и я сама в состоянии… - Не стоит. – Прервал поток ее фраз Итачи. – Мне не сложно. К тому же, заняться совершенно нечем. - Я была бы вам безмерно благодарна, Итачи, вы мой спаситель! – Воскликнула девушка. Учиха виновато опустил глаза, словно нашкодивший ребенок. Как же странно это наверно выглядело со стороны, но брюнет не думал об этом в тот момент, все существо ликовало. Итачи предложил ей подождать в доме, чтобы не мерзнуть на улице, пока он собирается. Хотя долго ждать не пришлось. Спустя пару минут они покинули жилище Викторианской эпохи, оставив кружку сиротливо остывать на кухонном столе. Здание университета приветствовало своей непривычной тишиной и пустотой. Нигде не было видно студентов, снующих по обширным коридорам в ожидании следующих лекций. Небольшая очередь из солидно одетых профессоров столпилась возле входа в публичную аудиторию. Именно туда Цубаки и потащила Учиху. Протиснувшись сквозь толпу, девушка уверенным шагом направилась в сторону маленькой подсобки за сценой с притаившейся в углу трибуной. - Я могу поинтересоваться, к чему такое общество? – Спросил Итачи, хранивший до этого времени упорное молчание. - Это полная ерунда. – Отмахнулась Цубаки. – Профессор Ёширо устраивает ежегодную лекцию о том, как нас дурят, опираясь на незнание. Это своего рода ритуал, из года в год приходят одни и те же люди, слушают, аплодируют и уходят, а я сиди здесь и смотри на мониторы. - И что в них должно произойти интересного? – Итачи определенно нравилась перспектива провести несколько часов с ней наедине. - Кто знает. – Пожала она плечами. – Любые колебания я должна записывать. Вот почему, я просила помочь Саске, я не могу в одиночку уследить за всеми сразу. - О, это просто невыполнимое задание. – Ухмыльнулся Учиха. - Мне просто скучно сидеть тут одной. – Честно призналась Цубаки, невинно хлопая ресницами. – Вы же не обидитесь и не оставите меня на растерзание старой техники. - Какой я буду после этого мужчина, – Продолжал улыбаться Учиха, поддерживая игру, - если брошу беззащитную девушку на произвол судьбы в столь сложный период ее жизни. - Благодарю. – Наконец ее лицо озарила улыбка, чистая и наивная, совсем как у ребенка, от которой хотелось обнять весь мир. Итачи снял куртку, бросив ее на спинку потертого кресла, осматривая аппаратуру прошлого века. Он уже давно не видел таких раритетов. - А в чем суть сегодняшнего выступления? – вновь поинтересовался он, пытаясь понять, стоит ли обращать внимание на слова, доносящиеся со сцены. - О мистике, призраках и гипнозе. Много всего, но это не интересно. Самое значимое будет в конце. - Ты меня заинтриговала. – Протянул Итачи, неожиданно оказавшись возле нее и смотря в глаза. Девушка не знала, куда себя деть под этим взглядом. – И что же ожидает нас? - Спиритический сеанс. – Ответила Накохара, прекрасно понимая, что суть его фразы была направлена в другое русло. – Мы станем свидетелями появления духа в нашем материальном мире. - Звучит здорово. – Понизив голос, проговорил Итачи, делая шаг ближе. - Я принесу кофе. – Улыбнулась Цубаки, чувствуя, что ее щеки заливаются краской. Быстро развернувшись, она скрылась за дверью.