Изгоняющий Дьявола

Дверь кабинета открылась и Цубаки подняла голову, отрывая взгляд от монитора компьютера. Шика лениво улыбнулся, проходя в помещение, и развалился на стуле. Девушка снова вернулась к своему занятию, работы было много, и она не могла позволить себе отвлекаться. - Ну, что у тебя. – Довольно быстро пробегая пальцами по клавиатуре, спросила она, даже не взглянув на него больше. - Странный он, - зевнул Шика, закинув руки за голову, и потянулся, - отец Фредерик. Вытащил меня посреди ночи, потянул к Учихам, заставил лезть в окно, и совать мешок с лягушками под кровать, а потом заставил их ловить. Зачем, спрашивается? Да еще целое шоу разыграл. - Это его метод. – Безразлично ответила девушка, продолжая набор текста. Цубаки не была удивлена, отец Фредерик часто проделывал этот трюк, и когда-то она сама помогала ему в этом. Старый священник считал, что большинство демонов в головах людей, и с этим сложно было не согласиться. Зачастую, после такого грандиозного спектакля, люди успокаивались и больше их ничто не беспокоило. Вот только зачем он сделал это сейчас? Или он посчитал ее некомпетентной в данном вопросе? Накохара всегда отличалась здравомыслием и смотрела на вещи трезво, прекрасно оценивая всю сложившуюся ситуацию. – Саске поверил? - Сложно сказать. – Пожал плечами Шика, пару раз качнувшись на стуле, чуть не упав, и принял более нормальное положение. – Но удивлен был сильно. - Я представляю. – Тяжело выдохнула Цубаки, закрывая лицо ладонями. – Это плохая затея. Через его броню и так сложно пробиться и открыть взгляд на вещи, которым нет рационального объяснения, если это пошатнет его веру в мои слова, мы проиграли. Но что там с надписями? - Ах да! – Шика зарылся в карманах куртки, извлекая на свет бумажный конверт, и бросил его на стол. – Я сделал снимки. Накохара быстро развернула конверт, рассыпав глянцевые снимки по поверхности стола. Ее глаза лихорадочно метались, перебегая от одного к другому, а на лице застыло немое выражение шока. - Эй, Цубаки. – Окликнул ее Шика, наблюдая как медленно меняется выражение ее лица, но девушка лишь шикнула на него, призывая молчать. Она была поражена до глубины души, открывающимися перед глазами истинами. О таком можно было только услышать, но чтобы столкнуться лично? Нет, Цубаки определенно не хотела в это верить. К горлу подступил ком, норовя выскочить наружу, и она с большим трудом подавила его. Поднявшись с места, так ничего не сказав обеспокоенному Шикомару, который провожал ее встревоженным взглядом, Накохара вылетела из кабинета, едва не сбив с ног медленно бредущего по коридору студента. Ей хватило нескольких десятков минут, чтобы найти старинные книги в хранилище университетской библиотеки и перспективы, открывающие перед ней, не радовали. Это будет сложно, куда сложнее, чем она могла представить. Все может закончиться весьма плачевно, а ведь она обещала, что станет спасательным кругом и поможет выбраться. Она рассеяно смотрела себе под ноги, когда, вернувшись, открыла дверь кабинета. - Слушай, Шика, мне нужно… Цубаки осеклась. Парня не было на месте, обычно он так не поступал, и согнать его с насиженного места, было не простой задачей, а теперь исчез, даже не предупредив. - Похотливая сука! – Резкий голос за спиной заставил ее вздрогнуть и бумаги полетели из рук на пол. Ёширо просто пылал от гнева. Его пухлые щеки покраснели от крайнего возмущения, и потряхивали от напряжения. - Сколько можно таскать сюда своих кабелей! – Почти ревел он, от чего девушке захотелось испариться. - Профессор, это не то, о чем вы подумали. – Сейчас ее голос звучал тихо и неуверенно. Этот человек пугал ее и явно собирался сделать что-то не очень хорошее, так что Накохара благоразумно посчитала, что лучше не провоцировать его. - О чем я подумал! – Возмутился Ёширо, размахивая руками для большей убедительности. – Сначала Учихи, теперь этот! Ты спишь со всеми подряд? Саске вообще знает, что кроме него ты развлекаешься с его братом, или вы прекрасно устроились втроем?! Цубаки задохнулась от возмущения. Что за ересь несет этот пропитый старик? Что на него вообще нашло, но собраться с мыслями она не успела, получив сильную пощечину. Профессор был разозлен до предела своего терпения, и удар был куда сильнее, чем в прошлый раз. Она рассеяно хлопала ресницами, пытаясь сдержать наворачивающиеся на глаза слезы. - Устроила бордель! – Продолжал негодовать Ёширо, приближаясь к ней ближе, что заставляло девушку отступать, пока она не уперлась спиной в стену. Очередь жестких ударов по лицу, выбила из груди весь воздух. Она всхлипнула, не в силах больше терпеть боль, но это только раззадорило профессора и дало ему превосходство. Сейчас она была одна, беззащитна, в полной его власти, и на помощь никто не придет. Накохара дернулась с места, пытаясь скрыться, но он схватил ее за волосы, вырывая заколку с прядями длинных волос, и повалил на стол, обхватив шею руками, как тиски. Цубаки брыкалась и пыталась сбросить его с себя, но ничего не получалось, а воздух испарялся из легких, и перед глазами начинала плыть пелена. Дверь с грохотом распахнулась, сильно ударив ручкой по стене, и Цубаки перевела встревоженный взгляд в ее сторону. Там был Итачи, чертовски злой и до не приличия сексуальный. Как же он нравился ей таким необузданным и властным. Но в следующую секунду что-то изменилось, лишь немного, но этого оказалось достаточно, чтобы его глаза загорелись красным пламенем, и теперь Цубаки боялась его больше, чем обезумевшего профессора. Ёширо словно не замечал Учиху, продолжая вдавливать ее в поверхность стола. Итачи резко сорвался с места, одной рукой хватая профессора за шиворот рубашки в шотландскую клетку, а другой за горло, перекрывая доступ кислорода, и с нечеловеческой силой впечатал его спиной в стену. Ёширо простонал и сполз на пол, но Учиха не остановился, он даже ничего не сказал, просто поднял его на ноги и прошелся кулаком по ребрам. Профессор взвыл и закашлялся, сплевывая кровь. Цубаки подпрыгнула с места, в голове еще кружилось, а горло болело, но она бросилась к нему. Схватив Итачи за руку, она пыталась оттащить его от профессора. - Итачи, не надо, прошу! – Он повернулся к ней, но это было плохим знаком. Глаза Учихи сузились и сильные пальцы в мгновение обвили ее шею, поднимая от пола. - Итачи. Итачи. – Хрипела она, переходя на шепот и, кажется, он ее услышал. Ёширо воспользовался замешательством и трусливо сбежал. Лицо Учихи прояснилось, и он разжал пальцы, а после и глаза приняли привычный таинственный черный цвет. Он словно проснулся и теперь с ужасом озирался по сторонам, отступая назад, пока не уперся спиной в стену. Он снова выпал из реальности, провалился в черный омут, который затягивает его, и чуть не убил ее. Цубаки все еще кашляла, но на ее лице не было страха или презрения, чему Итачи сильно удивился. Она подошла к нему, присев рядом на корточки, но, когда ее рука потянулась к нему, он дернулся. - Эй, все в порядке. – Успокаивающе шептала она, смотря ему в глаза. – Я твой спасательный круг, помнишь? О, да, Итачи помнил и больше всего боялся этого. На его губах расплылась кривая усмешка. - Да кому ты нужна! У Цубаки был шок от его слов, она не мгла поверить, что слышит это. Слышит от него, человека, который говорил, что не сможет отпустить. Она отдернула руку, наблюдая за тем, как он откровенно смеется над ней. - Ты такая дура! – Продолжал он. – Я наговорил тебе всего, что ты хотела слышать, лишь бы затащить тебя в постель, а ты поверила! Я не хочу тебя больше знать. Он поднялся с места и ушел, даже не посмотрев на нее. А Накохара продолжала сидеть на полу, пока до ее мозга, наконец, не дошло все, что произошло и на глаза не выступили слезы. Но она даже не думала их сдерживать. Ей было больно, словно сердце вырвали из груди, и эту пустоту ничем не заполнишь. *** Саске спускался по лестнице в кухню, в надежде выпить горячего чая. Ему стало лучше, но не намного. В любом случае этого было достаточно, чтобы передвигаться по дому самостоятельно, поскольку брата все равно не было. Проходя через прихожую, он заметил краем глаза свое отражение в зеркале и остановился. Саске не мог понять, что привлекло его внимание, но когда взгляд полностью обратился к отражающей поверхности, он заметил позади себя брата. Итачи стоял в тени дверного проема, ведущего в коридор. - Нии-сан. – Позвал Саске, разворачиваясь, но тут же отпрыгнул в сторону, как от открытого пламени, хотя именно такими были глаза Итачи, смотрящие на него. «Вот черт»! – Пронеслось в голове у Саске, прежде чем он успел понять, что брат стремительно приближается к нему и бросился бежать. На улице было темно и сыро, а Саске был босиком и в домашних штанах, без майки. Промозглый ветер пробирал до костей, и младшему Учихе приходилось прилагать все силы, чтобы не свалиться. Слабость еще не прошла, и ноги не слушались и Саске понимал, что завтра все будет намного хуже. Но это завтра, если выживет, а в этом он сейчас сильно сомневался. Саске молился, впервые в жизни, но не Богу, а Шикомару, чтобы тот увидел в свои камеры, разбросанные по всему дому, что произошло. Он лихорадочно пытался сообразить, что делать дальше и вспомнить все советы, которые давала Цубаки. Он плохо видит. Саске свернул в неосвещенный переулок в надежде сбить его со следа. У него язык не поворачивался назвать его братом. Итачи никогда не стал бы пытаться его убить. Но как Саске не прибавлял хода, он кожей чувствовал его горячие дыхание за спиной. Освещенная земля. Кладбища по близости не было, да и что греха таить, Саске мчался совершенно в противоположную сторону. Что-то громко стукнуло позади и у него сердце ушло в пятки, а потом темная тень промелькнула над головой. Он нервно сглотнул, но не остановился. Младший Учиха посмотрел множество ужастиков, чтобы понять, как себя не нужно вести. Впереди показался шпиль церкви, и он рванул туда. Массивные двери с громким скрипом открылись, и он выдохнул с облегчением. Устало опустившись на скамью, он мог думать только об одном: «Спасен». - Саске? – Этот голос показался ему знакомым, и он перевел взгляд, увидев идущего к нему по проходу отца Джона. – Что ты здесь делаешь? Что-то случилось? - Там… Он… - Пытался объяснить запыхавшийся парень, активно жестикулируя, но никак не мог отдышаться. - Кто? – Удивленно спросил священник, подходя к нему в плотную и положив руку на плечо. – Да у тебя жар! Саске только кивнул головой, давая понять, что и сам это знает. Но добавить что-то еще не успел. Дверь слетела с петель, словно картонная, и в проеме показался Итачи. Саске нервно сглотнул и попятился назад. Глаза брата буквально выжигали в нем дыру, сверля кровавым огнем. - Матерь Божья. – Протянул священник, отправляя Саске себе за спину и делая пару шагов назад. Итачи резко сорвался с места, Саске даже не успел заметить, когда его руки превратились в когтистые лапы, да и отец Джон тоже. А в следующую секунду тело священника разорвало надвое. Горячая липкая кровь разлилась по полу церкви и подобралась к босым ногам Саске, он тут же бросился вглубь церкви, забившись под алтарем. Ему некуда было бежать, и парень это понимал. Кто не играл в догонялки со смертью, тот не поймет, но в недрах души Саске теплилась надежда на то, что все обойдется. Алтарь с грохотом разлетелся на мелкие щепки, и он выскочил из своего укрытия, как раз в тот момент, когда когти прошлись в сантиметре от его горла. Цепочка, подаренная Цубаки, о которой Саске и думать забыл, Сорвалась с шеи и звонко брякнув, упала на пол. Кулон раскололся, и сильные пары эфирного масла заполнили все пространство вокруг. Итачи схватился за голову и простонал, что больше напоминала вой дикого животного. На долю секунды Саске показалось, что в глазах брата мелькнула тень раскаянья, но он не был уверен. Итачи исчез так же быстро, как и появился, и только после этого парень облегченно вздохнул. Трясущимися руками, от переизбытка адреналина и пережитого шока, он нашел в кармане мобильный, удивляясь, как не потерял его по дороге. После пары гудков трубку сняли, и этот голос был самым родным на данный момент. - Саске, в чем дело? – Обеспокоенно спросила Накохара. – Ты где? - Цубаки, - он произнес ее имя почти благоговейно, - я, он, вот черт. Больше он ничего не успел сказать, поскольку перед глазами потемнело и Саске потерял сознание, падая на деревянный пол церкви.