Стокгольмский синдром

Вот уже месяц, как Егор и Тимур живут в новом доме, который предоставила им Лиза. В каком они городе, Егор не знал, но и спрашивать не стал. Ему было плевать, где они находятся, главное, что они вместе. Тимур всерьез взялся за него, стараясь обучить основным приемам каратэ и еще нескольким штучкам. Маркин также практиковал стрельбу из пистолета, что в первый день таких тренировок привело Егора в жуткий восторг. Но первая попытка попасть в «десятку» в мишени, которая находилась не так уж и далеко – всего в десяти метрах, провалилась. Но Егор не расстраивался, тренируясь каждый день и не по два или три часа, а по пять или шесть, если не больше. И уже через полмесяца таких интенсивных тренировок, шестнадцатилетний парнишка, толком не прицеливаясь, мог попасть точно в цель. С рукопашным боем, правда, дело обстояло куда хуже. Тимур по силе превосходил его во много раз, его умение укладывать соперника на лопатки просто поражало. Егор готов был поддаваться, лишь бы ощутить тяжесть навалившегося сверху тела. После той памятной ночи между ними не было никакой близости. Максимов мечтал о горячих губах, грубых руках и неумелой ласке в любую свободную минуту, позже проводя кучу времени в ванной. Он представлял, что это не его руки властно обхватывают твердый ствол, а длинные и музыкальные пальцы Тимура ласкают его плоть. В такие моменты сознание уплывало от Егора в эротические дали, весело махая ручкой. А подросток и рад был попрощаться с ним хотя бы на полчаса. Проблемы, которые навалились к концу месяца, ощутимо давили на него. Тимур не говорил о том, что их дела куда хуже, чем есть на самом деле, но Егор и сам прекрасно понимал это. Частые отлучки Маркина из дома тревожили и волновали мальчишку. Он всегда боялся, что момент, когда блондин натягивает высокие на шнуровке ботинки, последний и Тимур больше не вернется, оставив его одного в неизвестном месте. Неизвестность действительно пугала, охватывая все естество Егора. Он каждый раз сдерживался, чтобы не обнять мужчину, не зная, как тот на это отреагирует. Он мысленно прощался с Тимуром, когда тот переступал порог. И вот к концу месяца эти отлучки участились, а Маркин все реже возвращался домой в то время, о котором оповещал перед своим уходом. Сегодня был последний день месяца. Апрель радовал глаза Егора своим буйством красок и оживающей природой. Он сидел на новой кухне и пил кофе после бессонной ночи. Тимур ушел вчера днем и до сих пор не вернулся. Егор не знал, что и думать, успокаивая себя лишь тем, что Маркин – человек сильный, умный и хитрый, что не раз спасало ему жизнь. Дома было тихо и Егор не смел нарушить эту тишину, открыв хотя бы форточку. Он сделал глоток горячего кофе и прислушался. Или ему показалось или рядом с домом кто-то был. Сквозь тонкий слой стеклопакета доносились голоса и хлопки, какие обычно издавал пистолет, из которого стрелял Егор. Вспомнив про оружие, он метнулся в свою комнату, где хранил боевой ПМ*. Вооружившись, он вышел в коридор, приближаясь к двери. Он ожидал, что увидит кого-то, но то, что этими кем-то окажутся люди в камуфляже стало полной неожиданностью для подростка. Он наставил дуло пистолета на человека, что бежал позади Тимура, который пытался прорваться сквозь дождь из пуль к Егору. Большой двор дома стал настоящим стрельбищем. Егор закрыл глаза, нажимая на курок. Его слегка повело назад от отдачи после выстрела, но сила эта была очень мала, чтобы свалить его с ног, но вот тот, кому предназначалась пуля, успел лишь что-то крикнуть, тут же падая. Пуля попала прямо в лоб, найдя себе пристанище между глаз незнакомца в черной маске. Тимур был близок ко входу в дом, как шальная пуля просвистела прямо рядом с его виском. Дыхание Максимова сперло, ноги подкосились и единственное, что его удерживало в вертикальном положении – это косяк двери, в который он вцепился мертвой хваткой. Второй рукой он все еще держал на прицеле остальных участников захвата. Три квалифицированных бойца шли напролом, целясь в Тимура. То, что Егору с ними не справиться было ясно с самого начала, но он попытался, выстрелив второй раз. Пуля пролетела с огромной скоростью, попадая прямо в грудь одного бойца. Но он не упал и даже не остановился – бронежилет – подумал Егор. Никто из незнакомцев не целился в грудь или голову Маркина, они старались попасть по ногам, что не удавалось из-за быстрого бега Тимура. Видимо, кому-то из парней надоело играть в кошки-мышки, и он выстрелил в спину безоружному блондину. Егор что-то кричал, несясь навстречу Тимуру. Ему было плевать, попадет ли он под обстрел. Для него время остановилось, все вокруг двигалось как в замедленной съемке. Он ничего не видел, его глаза застилала пелена из слез. - Не-е-ет!!! – Держа на руках задыхающегося Маркина, и выл, как одинокий волк, который наконец-то встретил своего человека и тут же его потерял. *** Аркадий и Маргарита сидели словно на иголках. Именно сегодня они узнают, вернется ли их любимый сын домой. Они ждали этого дня с нетерпением. Они жутко соскучились по Егору, истосковались по его заразительному смеху. Они сидели в полицейском участке, слушая по рации то, что передавал командующий группой бойцов, которые участвовали в захвате похитителя и по совместительству убийцы. Когда Марго узнала, в чьи руки попал ее сын, то рухнула в обморок. Картинки, что появлялись в ее сознании и тревожили ее душу, были ужасны. Аркадий отнесся к этому более спокойно, не падая в обмороки и не крича на стражей правопорядка, чтобы они как можно скорее освободили его сына. Он знал, что эти люди – профессионалы и сами прекрасно знают, что делать. Не зря же они столько медлили, успокаивая и заставляя родителей Егора поумерить свой пыл и сидеть на своих пятых точках ровно. И вот сейчас, когда настал тот самый час, когда оставалось меньше дня до их встречи с сыном, они жутко волновались. Аркадий больше думал о том, насколько его сын изменился, каким он стал. Маргарита больше волновалась о физическом и душевном состоянии Егора, накручивая себя этим. Наблюдая за нервозностью жены, Максимов-старший отправился к дежурному, спрашивая, где в отделении можно получить горячий напиток – кофе. Молодой сержант сообщил, что Аркадию придется подняться на четвертый этаж и попросить кофе у секретарши генерала – Светочки. Светочка отыскалась быстро. Когда кофе был готов, Аркадий достал из внутреннего кармана пиджака небольшую фляжку, добавляя в пузатую кружку пару капель коньяка. Выпив импровизированное успокоительное, Марго была приятно удивлена: руки перестали трястись и потеть, зубы наконец-то могли перестать стучать, а в голове стало непривычно пусто. *** - Егор… - Марго не решалась подойти ближе к незнакомому ей подростку, осматривая парнишку на расстоянии вытянутой руки. Парень поднял низко опущенную голову, жестко смотря на людей, что окружали его. Мужчина и женщина, стоящие к нему ближе остальных, несомненно были его родителями, но он не спешил кидаться в родные объятия. Ресницы Егора слиплись от высохших слез, губы, искусанные и пораненные, выглядели ужасно, волосы были замараны чем-то красным, жутко напоминающим кровь. Он не мог поверить, что Тимура больше нет. Он и не верил. Когда его, сопротивляющегося и истерично кричащего, оттащили от раненого Маркина, он надеялся, что тот еще дышит. И эта вера не покинет его до тех пор, пока он не увидит Тимура и неважно - живым или мертвым. - Мам? – голос Егора звучал хрипло. Он сделал шаг навстречу к Марго. Маргарита не сдержалась, кинулась обнимать истрепанного парнишку. Она плакала от счастья, осознавая, что ее ребенок наконец-то вернулся, он наконец-то с ней, наконец-то рядом.