Сводный

На календаре суббота. За окном ярко и так нетипично для ноября светит солнце. Пробиваясь через листву, лучи его создают весёлый переливающийся эффект по всей комнате. Пританцовывая в объятьях этих прыгающих солнечных зайчиков, я думала о том, с чего бы начать мою месть за вчерашний инцидент. К счастью, у Влада выходной и он отсыпался после работы у себя в комнате. У меня есть достаточно времени, чтобы сделать что-нибудь эдакое, что заставит братца думать о своих поступках. «С чего бы начать?» – подумала я, находясь в гостиной, где было предостаточно вещей Влада: некоторая его одежда, небрежно висевшая на кресле, планшет лежал тут же, на кресле, на подзарядке, рядом с креслом в футляре лежала его гитара. Пожалуй, единственное, что мне нравилось во Владе, так это его любовь к музыке. Но он никогда не показывал свою игру, хотя, по словам дяди Макса, был неплохим гитаристом и даже выступал в группе. И тут мне в голову пришла безбашенная, и как окажется потом, очень плохая идея. «Ага! Подрезать струны на его инструменте! От такого он точно перестанет пререкаться со мной, если, конечно, не хочет, чтобы я испортила и другие его вещи». Уж не знаю чем я думала в тот момент, но кусачки уже были в моих руках и нагло изрезали струны его электрогитары. Теперь совершённое не отменить. Оставалось лишь ждать, как отреагирует на это Влад. Наш герой не заставил себя ждать, несмотря на то, что минут 30 назад, когда я заглядывала в его комнату, он сладко спал, сейчас он уже был тут как тут во вполне бодром состоянии. А я, к счастью, уже успела удрать в свою комнату. Но только сейчас до меня дошло, насколько жестокую вещь я совершила. Я, в прямом смысле, надругалась над невинным инструментом. Я ведь и сама занимаюсь музыкой, но собственной музыкальной утвари никогда не было, потому что "дорого". Приходилось довольствоваться арсеналом музыкальной школы. И зная любовь Влада к музыке, я понимала, что меры в моём наказании не будет и я получу по полной. А ведь можно было просто испачкать чем-нибудь его одежду – тоже не худший вариант мести. Теперь наверняка заставит меня покупать ему новые струны или чего хуже – расскажет маме и отчиму. Вряд ли он усвоит урок, скорее начнёт придумывать козни для меня, так и будем мстить друг другу всю жизнь. Вздохнув, я крепко обняла подушку и ждала, что из всего этого выйдет. Из-за нетерпения и какого-то внутреннего страха за свой поступок было не по себе. Совсем не могла сосредоточиться на чтении книги, а музыка заглушалась от собственных мыслей о содеянном. «И всё же плохо всё это… Мамы дома нет – гуляет. Дядя Максим на работе. Мало ли что он мне сделает, когда увидит, что я натворила». На этой мысли я услышала, как открылась дверь в мою комнату. И тут сердце замерло. Казалось бы, я должна быть спокойной, обычным тоном заявить Владу, что не знаю ни о какой гитаре, но утихомирить свой страх я не могла и по одному лишь взгляду можно было понять, что я замешана в этой пакости. – Вероника… А ты ничего не хочешь мне сказать? – Тихим и подозрительно спокойным голосом произнёс сводный. Где-то полминуты я молча сидела и боялась повернуться к нему. Сердце бешено колотилось, а в голове только и слышался один и тот же вопрос «Зачем я это сделала?!» Наконец, повернувшись к Владу лицом, я как можно более спокойным и невинным голосом произнесла: – Хах, о чём ты? – по одному выражению моего лица было видно, насколько я волнительно и наигранно сказала эту фразу. Хоть я и пыталась притвориться невиновной, в глазах и дрожащем голосе читался явный страх. – Думаю, ты понимаешь о чём я. Лучше признаться сразу, что это ты, – Влад ухмыльнулся, – и зачем же ты это сделала? Неужели в отместку за вчерашнее? Я промолчала. Всё было действительно так и кроме меня испортить его инструмент никто не мог. Опустив голову, я виновато вздохнула. – Ты даже не представляешь, сестричка, что тебя за это ждёт.