С песней в сердце

      - Фили на меня не обиделся? - Кили встревожено посмотрел сначала на Ори затем и на дверь, за которой скрылся светловолосый гном.       - Не думаю, - Ори почесал затылок. - Тем более, что мы гномы очень ценим семейные связи и крепкие отношения. Фили тебя понял вот и все. Просто... - Ори колебался, стоит ли это говорить.       - Что? - Кили практически уткнулся носом в его нос.       - Я думаю, ты напоминаешь ему о его младшем брате, - печально вздохнул Ори, опустив глаза.       - У Фили был брат?! - Кили изумленно приоткрыл глаза. - А где он сейчас?       - Никто не знает, - грустно отозвался Ори. - Сам я мало помню то время и лишь по рассказам знаю принцессу Дис. Говорят, однажды она вышла прогуляться в окрестностях горы вместе с завернутым в одеяло сыном... как же его звали? Вот имени я его не помню, но не о том речь. Так вот, - Ори глубоко вздохнул. Видно было, как он волнуется, а тут еще Кили смотрел на него своими внимательными карими глазами... такими знакомыми глазами... Ори помотал головой, пытаясь вспомнить страницы истории рода Дурина: - В тот день на гору напали легионы орков. Наши отбили атаку, но орки успели захватить рабов, среди которых были и Дис с малышом. Король Торин тут же собрал отряд в погоню за врагами. Они настигли орков, но... сестре короля уже ничем нельзя было помочь... С того момента, как в Эребор принесли ее залитое кровью, сплошь истерзанное тело, сердца королевской семьи не знали покоя. Находиться в крепости им было тяжело, и время от времени они уезжали из горы в иные земли, сражались и побеждали, только, сдается мне, их печаль и боль потери никуда не делись. Они лишь притупились от времени, быть может, потеряли свою остроту, но глаза Фили всегда вспыхивают ненавистью, стоит ему только взглянуть на орков, и он бесстрашно бросается в самую гущу сражения. Из юного принца получится прекрасный воин.       Кили слушал Ори, приоткрыв рот. Его рассказ заставил малыша глубоко задуматься. Он уже по-новому взглянул на истории Фили о его битвах с орками. Его мать тоже погибла от рук этих жестоких тварей, и он мстил им за эту потерю. Сердце Кили тоже жаждало мести, но отец считал это дело недостойным, а вот Фили наверняка бы понял его чувства, потеряв мать и брата. Брата...       - Ори, - тихо проговорил гном. - Ты говорил, что орки захватили мать Фили и его младшего брата, а что стало с ним? - Кили сам не мог понять свои чувства, но некое внутреннее провидение подсказывало малышу, что он столкнулся с чем-то очень важным, с некой сокрытой временем тайны... А Кили не любил тайн, он любил ясность во всем, и тем более ему не нравилось, что вся его жизнь так и полниться тайнами. Тайнами, которые могут означать скрытую до поры боль и невосполнимую потерю чего-то очень дорого и близкого.       - Никто не знает, - покачал головой Ори. - Младшего сына Дис объявили погибшим, но возле тела принцессы ребенка не было, на поле боя его тоже не было... Младенца вообще нигде не было! Он как сквозь землю провалился. Его долго искали, надеясь на чудо, но так и не нашли ни тела, ни следов его пребывания. Наверное, тут не обошлось без магии, но чего не знаю, того не знаю... Фили же до сих пор надеется, что его братишка жив, и, наверное, не один Фили...       Ори бросил на Кили такой странный внимательный взгляд, что тот непроизвольно поежился. Может быть, и он видел в нем пропавшего брата своего друга, но это невозможно. У Кили есть семья, отец, и никогда не было брата, хоть он и мечтал о нем. Мечтал о старшем брате, который бы разделял его мечты о горах и принимал участие в общих проказах и шалостях. С братом ему было бы наплевать на неприязнь, которой обливали его некоторые сородичи отца.       - Знаешь, я, пожалуй, лучше пойду в комнату, - проговорил Кили, устав от этого взгляда. Кроме того, ему нужно было подумать.       - Конечно же иди, - засуетился Ори. - Мне вот тоже пора. Старый Балин просил зайти в библиотеку и взять копии некоторых свитков, которые мы делали вчера.

***

      Кили медленно шел в соседнее крыло здания. Ори уже, наверное, в библиотеке, или на полпути к ней (Кили точно не знал, и где находиться-то эта библиотека.), но его взгляд не отпускал малыша, как и взгляд Фили... он словно прожигал его изнутри. Что-то неведомое раньше закрутилось в голове, далекие, размытые картинки, навеянные песней, приведшей к нему этого странного гнома... Снова гора, но не такая спокойная, как в первый раз. Там, вдали, слышались крики и лязг оружия, затем все покрыла пелена... красная, как кровь. Кили невольно вскрикнул от ужаса и привалился к стене, тяжело дыша. Кровь всегда означала чью-то смерть, всегда несла с собой ужас и боль, но где-то во тьме был и слабый луч света. Искоркой он промелькнул в детском сознании и обратился в тихую песнь. Кили слышал слова, слышал мелодию - ту, что сам недавно напевал. Все это не могло появиться само, все это в нем уже было, вот только кто и когда вложил в его сердце эту песню? Новая загадка, новый вопрос и еще одна тайна. Как же ненавидел Кили тайны, покрывавшие всю его жизнь темным, как ночь, полотном. И спросить было не у кого, заговорить с отцом об этом мальчик не решался, он хотел разобраться во всем сам. Стайки вопросов надоедливыми пташками всю жизнь преследовали его беспокойный дух, зовущий его в горы, побуждающий уйти прочь из леса навстречу неизвестности, которую гном боялся. Странное чувство страх: он и побуждает к действию и сковывает своими тисками одновременно.       Малыш тяжело вздохнул. Кончится ли время тайн? От размышлений Кили отвлек странный звук, доносящийся из их комнаты. Ну что там еще? Предчувствуя неладное, гном бросился в комнату. Увиденное там заставило малыша подсознательно вспомнить, кто он на самом деле.