Никогда не отпущу тебя
9 июля 2014 г., 17:39
- Я найду его, - Фили и сам не знал, откуда у него взялась такая уверенность. Он просто знал это и все. Глаза гнома горели мрачной решимостью. Он чувствовал непривычное спокойствие вокруг этой какофонии, вызванной бегством Кили. Принц глубоко вздохнул: Кили вырос среди эльфов и, наверное, поэтому научился так быстро бегать, но не о том речь. Куда он мог убежать? Этот вопрос и волновал сейчас едва ли не половину Эребора, с утра поставленную на уши. Ноги сами несли Фили по узким улочкам мимо взволнованных сородичей. Голова раскалывалась, шум, топот множества ног эхом разносились по подземному королевству, и гному захотелось глотнуть свежего воздуха и в тишине подумать, куда мог деться брат. Свежий воздух... А что если? Принц вдруг отчетливо вспомнил, как, желая остаться в одиночестве, выбирался наружу и отправлялся на вершину горы. Он не знал, почему именно сейчас давнее воспоминание посетило его, но оно дало хоть какую-то зацепку. Фили был почти уверен, что брат его там, снаружи на вершине горы. Точно! Туда и следует отправиться.
***
Кили не помнил, как выбрался из-под горы. Сильный порыв ветра немного остудил голову, и гном очнулся, обнаружив себя в какой-то расщелине. Юноша устало опустил голову на колени. Все внутри него сжималось в тугой комок, не позволяя дышать, случайно услышанные слова вновь и вновь продолжали греметь в ушах. "Если найдется его настоящая семья, я буду только рад этому... И вот она нашлась..." Настоящая семья, настоящая семья, настоящая... Ему хотелось заплакать, но слезы не шли, в душе образовалась сосущая пустота, а к горлу подкатил ком. Гном судорожно сглотнул и вдруг услышал короткое: "Кили!". Он узнал голос, доносящийся до него словно через туман. Юноша поднял голову и, поймав взгляд голубых глаз, злобно прорычал: - Ты знал?! В этом вопросе было все: злость, обида и недоверие. Но все эти чувства перекрывало одно - ноющая в груди и мешающая свободно вздохнуть боль. Мир, в котором он привык жить, единственный мир, который он знал, рухнул от одной только фразы, и сейчас Кили чувствовал себя потерянным, затравленным и очень одиноким. Будущее представлялось юноше безрадостным, неизвестным, а все вокруг чужим и призрачным. Все и было для него призрачным все эти годы, а сорванная маска, обнажающая правду во всей ее ужасающей красе, не несла в себе ничего, кроме боли и растерянности. - Знал?! - Кили повторил свой вопрос, смутно соображая, говорит ли он это сам, или горькие слова кричит его истерзанное сердце. К чести Фили, тот не отвел взгляд. - Знал о чем? О том, что ты гном? Прости, но это было ясно с самого начала. - Тогда почему? - Кили чувствовал, как в нем до упора натянута некая струна, которая уже готова лопнуть. - Почему ты не сказал мне?! В глазах его было столько невыносимой боли, что Фили стало стыдно. "А действительно, почему?" - невольно подумал он и тут же ответил: - А ты бы поверил мне? В самом деле, его сходство с гномами и различия с эльфами были очевидны. Ответ на вопрос, который Кили не осмеливался произнести вслух, всегда был рядом, достаточно было просто раскрыть глаза и оглядеть этот мир, чтобы все понять. Но Кили сам не делал этого, потому что в глубине души не хотел всего этого знать. Фили осторожно сделал шаг в его сторону. - НЕ ПОДХОДИ! - почти дикий вопль заставил его замереть. Сердце колотилось почти у самого горла, принц глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Нужно найти способ вытащить его оттуда. Принц в отчаянии напряг память, чтобы вспомнить, как это проделывал отец или дядя Торин, но в голове юного гнома образовалась пустота, а рядом с ним сидел, скрючившись, его младший брат. Еще один маленький робкий шажочек. - Я сказал, не подходи! - Кили затравленно уставился на него. Было видно, как напряглись мышцы, и тяжело вздымалась и опадала грудь. - Как ты вообще меня нашел?! - А ты даже не представляешь, насколько мы похожи, правда? - несмотря на переполнявшую сердце жалость, Фили нашел в нем место и для радости. Маски сорваны, правда налицо, а значит больше не нужно ничего скрывать, и Фили чувствовал себя непривычно свободным. Наконец-то, можно сбросить оковы лжи и говорить прямо, как же долго он мечтал об этом. - Насколько ты похож на нас? Слова резали больнее ножа. - Это неправда! - Кили чувствовал, как задыхается, чувствовал, как непрошеные слезы застилают глаза, чувствовал, что дрожит, и понимал, что пытается отстраниться от слов. - Все это не правда! Слышишь, ты! Неправда! - Нет, - прошептал Фили, глядя на брата с состраданием. - Это единственное, что является правдой... Тот не отозвался. Слова застревали в горле, и темноволосый гном чувствовал накатывающий приступ тошноты, перед глазами все поплыло... - Кили? - Фили осторожно убрал упавшую на лоб темную прядку. На лицо против воли наползла слабая улыбка. - Ты ведь не собираешься остаток дней просидеть здесь? - Отойди от меня! - Кили явно не собирался так быстро идти на контакт. Принцу оставалось только подавить тяжелый вздох, когда его младший брат резко вскочил и молниеносным движением достал стрелу и натянул лук. Острый наконечник оказался совсем близко от его груди. Кольчуги на гноме не было и если... Впрочем, Фили не хотел задумываться, что будет "если". Он не верил, что Кили выстрелит, хотя лихорадочный блеск в карих глазах пугал его. "Только не отступать, только не показывать, что ты боишься. Ты наследный принц Эребора, а это твой брат. Но кем ты будешь, если испугаешься собственной родни?" Фили старался не думать о том, что брат вовсе не считает его родным. Они были друзьями, да, но дружеская привязанность - это одно, а кровная близость - совсем другое. Фили не представлял, как заставить Кили увидеть в нем и брата тоже, но знал, что нужно попытаться. А для начала убедить его убрать оружие. - Опусти лук, - гном старался, чтобы голос его прозвучал спокойно и ровно. Главное не смотреть на стрелу. "Смотри в глаза, - тихо сказал он себе. - Смотри в его глаза, какими бы жуткими они не казались". Кили в ответ только хрипло выдохнул и поднял лук повыше, сильнее натягивая тетиву. Фили сглотнул и с глубоким вдохом накрыл дрожащие пальцы брата своими. - Успокойся, слышишь меня, все наладится, я обещаю, ты привыкнешь... Слова лились почти бессвязным потоком, мысли гнома путались, и ничего не имело значения, кроме темных глаз напротив. Казалось, весь мир отступил или ушел на второй план. Впервые брат был к нему близко как никогда прежде, и впервые смятение в его глазах боролось со странным выражением, которое Фили пока не мог понять. Еще один робкий шаг навстречу. Одновременно Фили медленно опускал своей рукой руку Кили, лихорадочно вцепившуюся в лук. Кили же весь напрягся, не решаясь опустить лук, но... и выпустить стрелу тоже. Рука задрожала сильнее и, наконец, медленно начала поддаваться. Где-то сквозь сон он слышал голос Фили, почти не различая слов, а тот продолжал что-то говорить и осторожно подступать все ближе. Рука Кили опустилась, и, сам не зная как, но он резко разжал пальцы, тяжело и прерывисто вздохнув. Лук и стрела упали на землю, но юноша даже не заметил этого. Он просто смотрел. Смотрел в голубые глаза напротив. Слишком близко, Фили подступил слишком близко, а Кили слишком поздно сообразил это. Попытка отшатнуться провалилась, потому что принц, невзирая на отчаянное сопротивление, сжал его в своих крепких объятиях. - Пусти! - со злостью прошипел младший. - Нет, брат, - тихо и до странности мягко послышался ответ. - Больше никогда, слышишь? Я никогда не отпущу тебя! Однажды я уже совершил эту ошибку, но больше этого не повторится, клянусь тебе. Кили резко дернулся, пытаясь освободиться, потом еще... И, в конце концов, сдался. - Ты же меня сейчас задушишь! - Кили сам не знал, чему собственно он улыбался, но на душе неожиданно потеплело, и он улыбался. Дрожал, но улыбался. Странное чувство, противоречивое и пока непонятное ему самому. Юноша и не знал, что одновременно может быть и плохо и хорошо. Горечь еще не прошла, он понимал, насколько теперь все измениться, но где-то очень глубоко в сердце уже закралось что-то похожее на облегчение. Время тайн прошло.
