Салазар и Тайная Комната

       На следующее утро Салазар открыл глаза и тут же испугался, что проспал. Августа могла уже прийти в себя, могла всё рассказать, могла что угодно сделать! Так он и думал, пока быстро одевался и вылетал в гостиную Слизерина.        Но оказалось, что мальчик даже раньше пришёл. Большие часы на стене показывали половину пятого. Если Империус ещё держался, то до прихода Августы оставалось около получаса.        Салазар перевёл дух, опустился в кресло у давно потухшего камина и прикрыл глаза. У него зубы стучали от холода, но Слизерин не спешил накладывать на себя согревающие чары или зажигать огонь.        Он анализировал вчерашний вечер. Это же надо было наделать такое количество чудовищных ошибок! Что, если Миртл всё-таки успела его разглядеть? Что, если Империус спадёт в самый неподходящий момент, скажем, на уроке трансфигурации? Что, если так же МакГонагалл или другие профессора, повидавшие ужасы войны, без труда догадаются, что какой-то дилетант наложил на Рэйнолс Непростительное? Что, если в ответ на вопросы, где она была, девочка ответит, что помогала первокурснику Платту найти помещения Слизерина, а ей ответят, что Платт весь вечер не выходил из гостиной факультета? Что Салазару вообще делать с Августой? Нельзя же вечно держать её под Империусом! Когда узнают Люциус и Рабастан, они в один голос скажут, что надо убить презренную полукровку. Но Рэйнолс столько раз выручала его… Убийство - это слишком.        Поддерживало только одно - всё делается исключительно ради Тёмного Лорда. Салазар не помнил, когда чувствовал себя таким уверенным и сильным. Он знал, что может всё. Он верил в это. А тот странный сон… Из-за насыщенности событиями мальчик не вспоминал его целый день, но теперь понимал, что это было неспроста. Вообще всё выглядело так, словно Темный Лорд вложил ему в голову свои собственные воспоминания нарочно в это время…        Салазар хлопнул себя по лбу. Ну конечно! Это всё Драко! Вернее то, что двоюродный братец ему передал! Значит, можно было с самого начала не сомневаться, что всё увиденное во сне - правда.        Когда, наконец, в гостиную вошла Августа, Салазар записывал в свой дневник всё, что сделал вчера. Увидев бледную девочку на лестнице, он наскоро сунул блокнот в карман и подлетел к ней. - Где ты была вчера вечером? - с ходу воскликнул Слизерин. - Помогала первокурснику Ярдли Платту найти дорогу до Слизерина - он потерялся в подземельях.        Салазар просиял. - Ущипни себя за нос.        Августа послушно сделала и это. - Ох, слава вам, Мерлин, Моргана и Сатана, - прошептал слизеринец. - Дай мне свою волшебную палочку, - потребовал мальчик.        Августа послушно протянула ему деревяшку. Салазар огляделся по сторонам, и когда убедился, что никого нет, прошептал «Империо». - Укуси себя за запястье. До крови.        Рэйнолс, не меняясь в лице, поднесла руку ко рту и вцепилась зубами в кожу. Когда показалась кровь, Салазар приказал остановиться. - Замечательно. Просто замечательно. Теперь слушай дальше. Сегодня в полночь ты придёшь сюда так, чтобы никто не заметил. А сегодня веди себя так, словно ничего не произошло. О том, что мы разговаривали до занятий, ты забудешь. Если кто-то спросит, почему ты такая странная сегодня, скажешь, что Блэк скотина и подшутил над тобой. Всё понятно? - Что говорить, если спросят, как именно подшутил? - без выражения уточнила Августа. - Скажи, что сделал вид, будто поддался на твои увещевания и изменился, а потом посмеялся, что ты поверила. Между прочим, даже правда. А теперь иди к себе, поспи до семи, приведи себя в порядок, и делай всё то же, что обычно. И на, забери свою волшебную палочку. - Когда девочка уже развернулась к лестнице, Салазар её остановил. - Подожди. Ещё кое-что, если твою палочку проверят на совершенные заклинания, ты скажешь, что практиковала Империус на кошке Филча, а потом убила её стихийной магией.        Слизеринка кивнула, после чего спустилась к комнатам девочек и пропала за дверью.        Салазар облегчённо вздохнул. Затем решил, что всё-таки будет лучше, если Люциус всё узнает. В случае чего он тогда сможет быстрее помочь. До начала занятий Слизерин начертал записку «Нужно срочно поговорить» и отправить её с Ависом в Малфой-менор. Только бы Люциус быстрее нашёл способ с ним связаться!        Когда мальчик возвращался в подземелья Слизерина, он издалека услышал шум голосом и успел порядком испугаться. Но, как оказалось, зря. Хотя воображение красочно нарисовало ему то, что и кому могла рассказать Августа, к ней происшествие не имело никакого отношения. Зато на подходах к гостиной Салазар наткнулся на МакГонагалл, Слагхорна и Филча, рыдающего над чем-то, что он держал в руках. Чем-то оказалась миссис Норрис.        Слагхорн был вторым человеком после Лонгботтома, который очень странно относился к Салазару. Ещё в прошлом году мальчик понял, что зельевар отчетливее всех видит в нём Тома Редда. Он избегал мальчика и старался никогда не замечать его. Впрочем, Салазара это ни капли не расстраивало. Пусть лучше его не замечают в упор, чем бдительно следят.        Когда Слизерин остановился перед профессорами и Филчем, все трое посмотрели на него и каждый по-своему. Макгонагалл - слегка удивленно, Слагхорн с обычным ужасом, даже с большим, чем обычно, Филч - сквозь него. - Здравствуйте, - вежливо поприветствовал их Салазар. - Ой, а что случилось с миссис Норрис!? - он ахнул и в испуге округлил глаза. - Блэк, идите отсюда, и не смотрите на кошку, - МакГонагалл очнулась первой и, положив руку на плечо мальчика, повела его к входу в Слизерин.        За спиной мальчик услышал голос Слагхорна: - Вы заметили, заметили? Как он изменился! - Да чёрт с ним, - прорыдал Филч. - Моя дорогая… Нет…        Когда МакГонагалл подвела мальчика к входу в гостиную, они остановились. - Почему вы встали в такую рань, Блэк, и откуда вы шли? - строго спросила она. - Из совятни. Люпин недавно говорил, что убьёт моего сокола, я боюсь за Ависа, - Салазар снизу вверх посмотрел на волшебницу.        Как он и ожидал, её взгляд немного смягчился. - Идите спать, мистер Блэк, у вас ещё есть больше часа до завтрака. И не бойтесь за свою птицу, Люпин ничего ей не сделает. - Да, директор, - улыбнулся Салазар, после чего исчез за отодвинувшейся стенкой.

***

       За что Салазар любил своего крестного, так это за креативность и особенный подход к каждой проблеме.       Во время завтрака, стуком трости чеканя каждый свой шаг, в Хогвартс нагрянула проверка из Министерства, с бумажкой от Попечительского совета и печатью замминистра Магии.        МакГонагалл даже как-то устало посмотрела на сияющего Малфоя, полами длинной черной мантии подметающего пол Большого зала, и отодвинула от себя незаконченный завтрак. Пэнси Паркинсон, семенившая рядом с аристократом, тоже не внушала директору Хогвартса симпатии.        Салазар отметил, что девушка пытается стать повыше любыми способами - каре было объемным и прибавляло ей пару драгоценных дюймов, каблучки, как всегда, были внушительными, она вытягивала шею, но всё равно едва доходила Люциусу до плеч.        МакГонагалл встала со своего высокого места, обошла стол и поравнялась с крестным Салазара. Они перемолвились парой фраз, после чего директор с крайне недовольным видом повела проверку в свой кабинет. - Что-то зачастили к нам из Министерства, - заметила Адель негромко. - Так радуйся, что из Отдела по защите прав и безопасности бывших Пожирателей Смерти и их семей, - усмехнулся Яксли. - Помнишь, Сид, когда мы учились на третьем курсе, пожаловала Гермиона-Грязнокровка-Грейнджер и устроила ревизию в подземелье Слизерина?        Салазар, с непроницаемым видом поглощающий свою овсянку, отвлёкся на Финеаса, который дотронулся до его руки, чтобы привлечь к себе внимания. Слизерин просто повернулся в его сторону, но Нотт тут же боязливо одёрнул руку, наткнувшись на взгляд Салазара. - Ой, извини, не надо было тебя трогать, да? - пискнул он. - Да что с тобой? - Салазар вздёрнул одну бровь. «Что, если он что-то видел или слышал!?" - Ну, ты же теперь как Темный Лорд, - смущенно улыбнулся Финеас. - А так я просто хотел спросить, не знаешь ли ты, что тут делает мистер Малфой... - Вот-вот, - Стюарт перегнулся через стол, чтобы Нотт его лучше слышал. - Ты думаешь, Темного Лорда, скажем, Долохов, хватал за руки во время собраний?        Финеас мучительно покраснел и замотал головой. А Салазар с ужасом понял, что Стюарт не шутит, а говорит серьёзно. - Что вы, ребята? - оторопел он. - Ну, знаешь ли, надо соответствовать имени Темного Принца, - на полном серьёзе произнесла Джессика. - Не нужно сравнивать меня с Тёмным Лордом, - резко произнёс Салазар. - Никогда этого не делайте. Я рядом с ним ничто. Что насчёт нового имени… - Он понизил голос. - Оно для тех, кто когда-нибудь захочет поддержать меня в борьбе против грязнокровок. - А если мы уже готовы? - на полном серьёзе спросила Лафингтон. - Без шуток, Салазар, мы все видим, каким становится наш мир, и все слышим разговоры родителей, что раньше всё было иначе. - И мы хотим жить в мире, где чистая кровь - пропуск в высшие слои общества, - подхватила Белвина. - А не то, из-за чего тебе плюются в спину.        Салазар медленно кивнул. - У нас будет этот мир. - Мой Принц! - подобострастно пробормотал Ярдли, бешено закивав головой. - Дааа, а Блэк у нас не мелочится… - засмеялся Максимилиан.        Неизвестно, чем бы это закончилось, так как Платт уже, кажется, был готов рвануть к старшекурснику через стол, чтобы загрызть его за мнимую насмешку, но тут в зал вернулась Минерва МакГонагалл, а за ней и мистер Малфой с мисс Паркинсон. - Почему его можно увидеть с твоей кузиной чаще, чем с законной женой? - поинтересовался Рассел Лаки у Белвины. - Следи за языком! - обиделась та. - Я попрошу немного внимания, - громко произнесла директриса Хогвартса, и все взгляды в зале устремились на неё. - Глава совета Попечителей в лице мистера Малфоя и замглава отдела Министерства Магии по защите прав и безопасности бывших Пожирателей Смерти и их семей мисс Паркинсон, как всегда, чрезвычайно бдительны и ревностно исполняют свои обязанности, поэтому после завтрака я попрошу не расходиться нескольких добровольцев с каждого факультета, дабы ответить на вопросы наших гостей и рассказать им немного о школьной жизни.        Мисс Паркинсон тем временем шмыгнула за стол Хаффлпаффа и стала задавать третьекурсникам какие-то вопросы, а Люциус совершенно беззастенчиво уселся за Гриффиндорский стол между двумя старостами и стал что-то записывать за собой в блокнотик.        После завтрака от львиного факультета остались только старосты, от Рэйвенкло несколько незнакомых Салазару девочек-старшекурсниц, которые, хихикая, косились на мистера Малфоя весь завтрак, хаффлпаффцев набралось побольше - около пяти человек, которые с интересом пялились на проверяющих, а Слизерин задержался едва ли не в полном составе - почти у каждого была жалоба на притеснения со стороны студентов, а то и профессоров. В толчее Салазар успел отыскать Августу и шепнуть, что ей необходимо поговорить с мистером Малфоем. - Прошу прощения, - спохватился Люциус, когда заметил, что пока его окружала толпа школьников, МакГонагалл едва не ушла. - Было бы замечательно, если бы мне предоставили отдельный кабинет на какое-то время, а так же кабинет для мисс Паркинсон. И ещё, если это возможно, не могли бы вы оказать нам ещё одну услугу и распорядиться на счёт завтрака? А то мы всё в делах, не успели ещё и откушать, - Люциус обезоруживающе улыбнулся.        От гриффиндорцев до Салазара донеслось «что он себе позволяет, поганый чистокровка» и «перед ним директор Хогвартса, а не домовой эльф». - Пройдёмте, мистер Малфой, - сухо ответила Минерва МакГонагалл, поджав губы.        К ярости Салазара, прямо перед его крестным внезапно вырос Локонс. - Мой кабинет близко отсюда, прошу! Прошу! Я берусь оказать помощь Министерству! Вот помню однажды я вёл вече некромантов на Сахалине, так вот… - Профессор Локонс, - Люциус поудобнее перехватил трость и легонько толкнул профессора ЗОТИ набалдашником в грудь, отстраняя его с дороги. - Позвольте мне заниматься моим делом, а сами занимайтесь своим. Знаете ли, я вообще за разделение труда. Так эффективнее. Поэтому мы с мисс Паркинсон постараемся как-нибудь обойтись без вашей щедро предложенной помощи, - Малфой опять улыбнулся и последовал за директором, которая всё же повела школьников и проверку в кабинет Локонса.        Пока вся толпа двигалась по коридору, возглавляемая МакГонагалл и Малфоем, Салазар успел втиснуться в первый ряд учеников и устроиться аккурат за мисс Паркинсон и профессором Локонсом. -…захочет поговорить со мной после дел? Я мог бы дать ему пару замечательных советов как лучше ухаживать за волосами или рассказал бы, какой закон можно ввести в Министерстве! - воодушевленно говорил Локонс. - Вы знаете, что за час Мистер Малфой успевает просмотреть несколько докладов своих сотрудников, получить аудиенцию у министра магии и поприсутствовать на слушание в Визенгамоте? - поинтересовалась Пэнси холодно. - Я молчу про то, что за час на его счетах появляется пара сотен золотых галлеонов.        Потом Салазара стали теснить старшекурсники, и он не расслышал продолжения разговора, так как между ним и взрослыми вкрячились несколько школьников. - Надеюсь, дальше вы справитесь без меня, - прохладно заявила МакГонагалл. - Профессор Локонс поможет вам в случае загвоздок. Вот кабинет, а дальше по коридору - учительская, которую может занять мисс Паркинсон. - Благодарю, - вежливо произнёс Малфой. - Спасибо! Девочки, за мной! - звонко заявила Пэнси, и старшекурсницы Рэйвенкло разочарованно вздохнули, провожая тоскливыми взглядами статного блондина. - Я попрошу входить по одному и не шуметь, - громко произнёс Люциус, когда перед ним остались одни мальчики. - Мистер Яксли, всецело полагаюсь на вашу сознательность, так же и на остальных старост. Я хотел бы сначала разобраться с меньшинством, оставив Слизерин на потом, - и аристократ исчез за дверью кабинета.        Локонс сунулся было за ним, но через несколько минут подался обратно, в дверном проёме мелькнула трость, которой преподавателя выставили, и твёрдый голос позвал: - Первый, пожалуйста.        Первым оказался тот самый староста Гриффифиндора, который в Большом зале успел обсудить с подругой Малфоя.        Школьники распределились в очередь перед кабинетом, и Салазару показалось, что с мистером Малфоем хотят побеседовать около сорока человек. Мальчик смог занять место примерно в середине, да и то благодаря буйному нраву Ярдли, оказавшегося рядом и расчищающего место, вопя «дорогу, дорогу Салазару». На силу угомонив чересчур громкого первокурсника, Салазар огляделся и понял, что с его курса больше никого нет. Очевидно потому, что второкурсники Слизерина отличались необычайной сплоченностью и их редко обижали. - Ты что хочешь сказать мистеру Малфою, Ярдли? - поинтересовался Салазар. - Мари-Виктуар Уизли смеялась над тем, что у меня дергался глаз на травологии, а Тедди Люпин подставил подножку на лестнице. А ещё Маклагген стукнул меня по голове древком метлы. И один из Гарри, не помню фамилию, назвал косым чёртом, когда я плюнул ему в лицо. - Эээ… - протянул Салазар. - Думаю, это можно было бы сказать и мне, у мистера Малфоя и так много работы… - Правда? - просиял Платт. - И что бы ты сделал? Ты бы за меня заступился? - Конечно, - хмыкнул Слизерин. - Скажем, отрастил бы зубы Уизли, сжёг бы Люпину волосы или сбил бы Маклаггена с метлы… Да и Гарри бы, даже всех, наказал бы. - Спасибо, Мой Принц! - как всегда, и не думая снижать голос, рявкнул Ярдли в лицо Салазару.        Половина очереди обернулась, кто-то из хаффлпаффцев покрутил у виска, а Яксли согнулся в приступе хохота, повиснув на плече Селвина. - Блэк, ты меня в гроб вгонишь! - простонал староста, когда немного отдышался. - Знавал я одного принца в африканском племени заклинателей дождя, - встрял Локонс, который крутился по коридору с умным видом, делая короткие замечания. - В Африке дожди раз лет в сто, - процедил Салазар. - Да, и то только благодаря мне! - улыбнулся Златопуст Локонс.        Тем временем из кабинета вышел гриффиндорский староста. - Ужас какой-то! Как будто я на допросе в стане Реддла побывал! - ругнулся он.

***

       Когда дошла очередь Салазара, он уже успел уговорить Ярдли отправиться на урок, понимая, что едва ли Люциус вытерпит слишком… активного Платта. - Следующий, - донеслось из кабинета.       Салазар протиснулся в дверь. - Наконец-то… - вырвалось у Малфоя.        Люциус встал, захлопнул за племянником дверь, наложил на неё звукоизолирующие чары и надежно запер. - Что случилось? - Люциус не стал церемониться.        Салазар решил не тратить время и изложить всё кратко и доступно. - Вчера я убедил Августу Рэйнолс поговорить с Миртл, узнал, где Тайная Комната, но Рэйнолс догадалась, что я не просто так её ищу и поняла, что я Наследник. Я завёл её в самые дебри подземелий и наложил на неё Империус. Не волнуйтесь, сносный! И её палочкой! Я всё в тот вечер делал её палочкой! Я заставил её вогнать щепку под ноготь, и она это сделала! А ещё я убил свидетеля…        Люциус, как стоял, так и упал в кресло. - К-какого свидетеля? - спросил он, бледнея. - Кошка Филча, миссис Норрис. Я её устранил.        Мистер Малфой прислонил ко лбу металлический набалдашник трости и прикрыл глаза. - Месяц в школе… - простонал он. - Прошел только месяц… - А что мне было делать? - оскорбился Салазар и решил добавить кое-что ещё. - Зато я видел во сне, как родился. Я словно был отцом. Я колебался, держа палочку над собой новорожденным, а потом мама зарыдала и стала меня умолять. А ещё до этого убил двух целителей, но уже после того, как буки повырывало ветром. А потом так получилось… Ну в общем теперь друзья называют меня Темным Принцем.        Люциус Малфой уронил руку с тростью и нервно улыбнулся левым краешком губ. Он долго молчал, глядя прямо перед собой. - Хоть никого не убил, - вынес вердикт крестный, и волевым усилием поднялся с кресла, приходя в себя. - Нам нужно будет поговорить, но это позже. Сейчас необходимо срочно решить вопрос с Августой Рэйнолс. Пора мне поработать, - Люциус повёл плечами, снял все заклиная с двери. - Эй, любезный! Да, да, вы, наш несравненный профессор! Мне немедленно нужна мисс Паркинсон, и скажите ей, чтобы по дороге нашла мисс Рэйнолс, тут особый случай.        Люциус опять прикрыл дверь, не дожидаясь ответа Локонса. - Рэйнолс… Полукровка, верно? История с её отцом тогда здорово разозлила Беллу. Представь себе, разгар войны, а тут чистокровный маг и едва ли не маггла обзаводятся ребенком. Ох, она даже доклад тогда сделала на примере Рэйнолсов! А как читала, ммм! Я всегда недурно умел докладывать, но жара Беллы не хватало. Это была её особенность - всегда говорить выразительно, с чувством.        Салазар молча слушал. - Но не будем терять время, его и так мало, - заключил Люциус. - Расскажи мне, что ты уже сделал. - Малфой опять наложил заглушающие чары. - Я почти уверен, что нашёл вход в Тайную Комнату, - повторил Салазар. - Надо только проверить… Если кто-нибудь отвлечёт Миртл, я попробую туда зайти. Но с василиском в сто раз сложнее! Всё говорит о том, что Ужас Слизерина мертв. Везде написано, что жаба должна высидеть куриное яйцо. И маг, заставивший её это делать, должен уметь заклинать змей. Что это значит? Парселтанг? И неужели достаточно Империуса?        Малфой сокрушенно покачал плечами. - Вот тут я ничего не могу тебе сказать, Салазар. Это за гранью моих возможностей - создание василиска, Тайная Комната, парселтанг… Это те дебри магии, куда я никогда не совался, потому что знал, что не смогу, что заблужусь. Я не могу тебе ничего сказать, извини. - Ничего страшного, я справлюсь, - Салазар посмотрел на крестного проницательными глазами, а глубине которых что-то затаилось.        Люциус напряженно вгляделся в его лицо. - Салазар, на досуге пересмотри свой альбом с фотографиями, - посоветовал он. - К чему вы это сказали? - напрягся мальчик. - Ты становишься слишком похожим на Него. Тебе не мешало бы что-нибудь перенять от Беллы. Ладно, я… Остальные видят эти глобальные перемены в тебе.        Салазар кивнул. Он только сегодня несколько раз услышал, что что-то в нём кардинально изменилось. Да и сам в зеркале видел не привычного себя - хмурого, неулыбчивого, с настороженным взглядом исподлобья, а какого-то незнакомого мальчика, очень похожего на него. Все черты лица будто заострились, в нём появилось что-то слегка пугающее, а уж взгляд карих глаз с красным отливом и вовсе потяжелел, и в нём было что-то надменное, властное и жестокое.        Тем временем в дверь постучали, и Люциус отворил её. Это мисс Паркинсон привела Августу, которая безучастно смотрела прямо перед собой.        Пэнси провела девочку в кабинет и прикрыла за ними дверь. - Мистер Малфой! - шепотом закричала она, когда маг наложил на дверь чары. - Это сложный случай! Мне кажется, что тут либо память стерта, либо наложен Империус, и довольно неуклюже. Видимо, какой-то неумеха-грязнокровка сделал это с бедной девочкой из-за каких-нибудь ссор. Надо тщательно разобраться! Ужас, каким косоруким сквибом нужно быть, чтобы наложить такой Империус? Она похожа на робота, не понимаю, почему ещё никто не заметил! А глаза? О, совершенно пустые, она даже не поворачивает их, только голову, и почти не моргает! За милю видно, что что-то не так! Я хотела сама снять заклинание, но подумала, что в делах касательно разума и памяти вы специалист и…        Салазар зло уставился на коллегу дяди, и та поежилась. Вот тебе и раз, неприятно слышать о себе, что ты неумеха-грязнокровка и косорукий сквиб, тем более, когда ты сын таких родителей… - Спасибо, мисс Паркинсон. Я разберусь, - кивнул аристократ. - Вы можете идти и работать дальше. - Да, но, Мистер Малфой, надо всё выяснить… - упрямо начала девушка. - Довести это до сведения декана факультета и директора, заявить в прессу, вы представляете, какой это будет скандал? Первая полоса Пророка - новое нападение на слизеринку, жестокий Империус, наложенный на двенадцатилетнюю девочку! Можно будет и Скитер привлечь! Я уже вижу заголовок - «Дети святых - безжалостные монстры» или «Дети героев войны хуже Пожирателей»! - самозабвенно трещала Пэнси. - Мисс Паркинсон, в этом нет необходимости. - Они же все будут в полной зависимости от вас! У нашего отдела будет такой шанс взять их всех в кулак… - Пэнси Паркинсон с восторгом смотрела на мистера Малфоя снизу вверх. - Никто ничего не узнает. Мы не будем сообщать в Пророк или любую другую газетенку. Никто не должен знать, ясно? - твердо и с расстановкой произнёс Люциус, стальным взором пронзая подчиненную.        Пэнси удивленно на него уставилась, не понимая, почему её начальник добровольно отказывается от такого шанса подмять под себя школу. - Но, мистер Малфой… - жалобно начала она, волнуясь из-за того, что Люциус, возможно, не совсем верно понял ситуацию. - На девочке едва ли не Империус! - Вот именно, - многозначительно процедил аристократ. - Идите и работайте дальше, мисс Паркинсон. Надеюсь, вы ни с кем не успели поделиться своими наблюдениями?        Волшебница покачала головой, всё ещё глядя на мужчину огромными глазами. - Но почему? - Я не обязан отчитываться в своих действиях, - прохладно сказал Люциус. - Но сейчас это вопрос жизни и смерти. Никто не должен знать, вы поняли меня? - Да, - Пэнси кивнула, потупившись. - Тогда идите. Поговорим об этом позже.        Люциус тут же забыл о девушке и повернулся к слизеринке. Когда Паркинсон вышла и заклинания были восстановлены, Малфой посадил девочку на стул и наклонился над ней. - Как тебя зовут, дитя? - осторожно спросил он. - Августа Рэйнолс, - ответила она, глядя прямо перед собой. - Сколько тебе лет? - Двенадцать. - Ты совершенно здорова? - Да.        Салазар с интересом наблюдал за работой Люциуса. Не каждый день увидишь в деле того, кто при отце считался лучшим мастером по Империусу и стиранию памяти. - У тебя никогда не было проблем с памятью? - продолжал Люциус. - Нет, - все так же без тени выражения отвечала Августа. - Тогда почему ты не помнишь то, что дела сегодня ночью? - Сегодня ночью я была в своей спальне и спала. - А до этого? - Помогала первокурснику Ярдли Платту отыскать дорогу до гостиной Слизерина. - И где же ты встретила Ярдли? - поинтересовался Люциус. - В подземельях. - Где именно? - уточнил Малфой.        На лице Августы появилась толика сомнения, в глазах наконец-то промелькнула искорка разума. - В подземельях, - повторила она. - На каком ярусе? В котором часу? Что на нём было надето? Что он тебе сказал? Кто был в гостиной, когда вы вернулись? - резким, как кнут, голосом спрашивал Люциус, впившись пронзительным взглядом в карие глаза Августы.        Салазар почти видел своего крестного в мантии Пожирателя Смерти на допросе какого-нибудь грязнокровки. На круглом личике Августы явно читалось непонимание и мучительное раздумье. А в раскосых глазах наконец-то появилось какое-то выражение. Августа поморщилась, словно у неё сильно заболела голова. - Смотри, - Люциус протянул руку к Салазару, подзывая его к себе. - Смотри на неё, она борется с заклинанием, - блондин, как обычно, положил руку на плечо мальчику, и оба стали разглядывать Рэйнолс как какой-то экспонат. - По человеку всегда видно, когда он пытается скинуть с себя Империус. Когда он старается пробудить свою волю, ему очень больно. Не как от Круциатуса, конечно, но тоже приятного мало. Империус - необыкновенное заклинание. Темный Лорд всегда считал самым действенным Аваду Кедавру, Беллатриса полагала, что чего-то можно добиться только с помощью хорошей боли от Круциатуса. Но мне кажется, что они были неправы, рассуждая так. С помощью Империуса можно подчинить волю человека, взять контроль над его эмоциями, заставить делать всё, чего бы ты ни пожелал, управлять его телом, как марионеткой. Под Империусом мать убьёт собственного ребенка, а русалка утопится, Империус может всё. - Негромкий голос Малфоя звучал очень убедительно, и Салазар не мог не подумать, что его крестный прав - во многих случаях Империус эффективнее. - Она же сейчас придет в себя? - не без волнения спросил Салазар. - Разумеется, - с невозмутимым видом сказал мистер Малфой. - Не сама, конечно, но с моей помощью. И чуть позже.        Люциус вынул волшебную палочку из трости и стал колдовать над Августой Рэйнолс. Он пристально глядел ей в глаза, будто бы что-то высматривая, время от времени странно косясь на Салазара и произнося «Обливейт», направляя палочку на слизеринку. Затем он зашептал что-то вроде того, что Салазар вчера говорил Августе, когда придумывал, где они были. Но Малфой подошел к этому более основательно. Нашептал девочке всё, что только можно было, вплоть до того, что якобы она споткнулась на лестнице. - А это зачем? - не понял Салазар. - Если жертву будут расспрашивать авро… Кто угодно, то такие нюансы быстрее убедят их в том, что с её памятью всё в порядке, - пояснил Люциус. - Мало кто утруждает себя такими мелочами, как сказать жертве о том, что в определенное время солнце за окном было оранжевым, на стене она заметила царапину, а потом долго размышляла о задании по трансфигурации. Это тебе на заметку, на будущее.       Мальчик кивнул, мысленно сделав ещё одну отметку. Всё-таки Люциус был полон важных советов… Но вот что странно. В этот день Салазар не чувствовал огромного восхищения крестным, как обычно. То есть, конечно, он был рад его увидеть и ещё больше рад, что тот смог помочь, но… Взгляд Малфоя теперь не казался невыносимо острым, в фигуре не замечалось какой-то необыкновенной стати, а в облике - величественности. Даже глядя на то, как Малфой колдует, и как над Августой изящно порхает его волшебная палочка, зажатая в холеных тонких пальцах, Салазар думал о том, что в воспоминаниях его отец даже волшебную палочку поднимал в сотню раз более эффектно и устрашающе. Одним словом, если раньше его образцом для подражания и восторга был Люциус, теперь его вытеснил образ Темного Лорда.        Пока мальчик обдумывал это, Люциус закончил с Августой и наложил на неё что-то, от чего девочка задремала в кресле. - Через несколько минут она очнётся и пойдёт на занятия, словно ничего и не было, - заметил он. - И будет совсем ничего не помнить!? - с сомнением воскликнул Салазар, не веря, что так легко избавился от Августы Рэйнолс.        Мистер Малфой немного оскорбленно на него взглянул. - Твой отец доверил мне наложить Обливейт и Империус на Пия Толстоватого, министра магии, наверно, что-то я умею. И, кстати, кое-что она будет прекрасно помнить. Например, что после занятий вчера она зашла в туалет для девочек и немного поговорила с приведением рэйвенкловки, затем встретила тебя в одном из коридоров, вместе вы пошли в Слизерин, на лестнице она едва не упала, бедняжка, потом вам показалось, что в подземельях кто-то плачет и вы пошли на звук, думая, что это заблудившийся первокурсник, но оказалось, что это было лишь одно из приведений. Тогда вы вернулись в гостиную. А что касательно того, что девочка спала на полу… У неё разыгралась мигрень, только и всего. И сегодня весь день мучила голова, оттого она и казалась такой странной. Когда очнётся, будет думать, что пришла сюда жаловаться на Стюарта Забини и его шуточки, и мигрень довела её до обморока.        Салазар с уважением покивал мистеру Малфою. Конечно, до отца ему было, как флоббер-червю до дракона, но всё-таки Люциус не мог не вызывать уважения, и Салазар отдавал должное всем его талантам. - Спасибо! - с чувством сказал мальчик. - Я не знаю, что делал бы без вас! - Не стоит благодарности, - улыбнулся аристократ. - Ты и сам справился неплохо. - Скажете тоже… Столько ошибок наляпал… - пробубнил мальчик. - Нет, нет, ты сделал всё, что мог, и в лучшем виде, - убедил его мистер Малфой.        Тем временем Рэйнолс начала шевелиться, и вскоре открыла глаза. Слегка рассеянно огляделась по сторонам, но вроде бы уже что-то соображала. - Ну наконец-то, мисс! Мы уже стали волноваться! - Люциус произнёс это так искренне, будто обращался к Салазару или Скорпиусу. - Что со мной было? - пробормотала слизеринка. - Обморок, к сожалению. Надеюсь, вам уже лучше? - Салазар в этот момент понял, что ему до крестного ещё расти и расти, так виртуозно лгать он едва ли умел. «Люциус, мой скользкий друг», - пронеслось в голове.        Тем временем Малфой довёл немного рассеянную Августу до двери и выпроводил. На тот момент Пэнси уже закончила с девочками и Люциус отправил оставшихся слизеринцев к ней. - А вот теперь мы можем поговорить, - произнёс аристократ. - Начнём по порядку. Твой сон - правда. В Лестрейндж-холле всю буковую аллею в ту ночь разворотило. Ты мог бы ещё увидеть придуманный твоим сознанием мираж, в котором твой отец делал этот выбор, но про буки ты не мог знать… Это очень необычно, то, что ты это увидел во сне. Но я полагаю, что это то, что тебе передал Драко, продолжает проявляться. Пока больше ничего такого не было? - Иногда мне кажется, что он действительно рядом со мной… - очень медленно прошептал Салазар. - Когда в подземельях я накладывал проклятье на Августу, когда проверял, хорошо ли оно наложено… Словно кто-то взял меня за руку и направлял мою палочку… - задумчиво проговорил мальчик. - И мне кажется, мне постоянно кажется, что он со мной! - тут слизеринца прорвало и он сбивчиво зашептал. - Как будто он стоит за моей спиной, нашептывает мне на ухо все мои мысли, а когда я поднимаю его палочку… О! У меня такое чувство, словно во мне просыпается какая-то невероятная, неизмеримая сила! Я чувствую, что могу всё, и границ нет совсем!        Некоторое время Люциус помолчал, словно подбирая слова. - Это неудивительно, - в итоге произнес он. - Нам всем очень не хочется расставаться с близкими людьми… А вещи, объединяющие нас с ними, всегда очень дороги… - Откуда вам знать? - фыркнул Салазар. - Я пережил две войны, - горько усмехнулся Малфой. - Я лишился многих друзей и близких. Да и, в конце концов, когда-то и я потерял отца из-за драконьей оспы. Мне тогда тоже казалось, что он постоянно рядом. Я был готов поклясться, что слышу не стук ставень, а удары его трости о пол менора. Да и палочку я использовал его, ту, которая передавалась в нашей семье, пока не… Пока не оказалась у меня. Как ты сам? - Малфой явно захотел сменить тему. - Что чувствуешь после вчерашнего? Каково было причинять человеку боль? - Люциус наклонился к Салазару и внимательно вгляделся в его глаза, словно очень боялся услышать какой-то ответ. - Никак, - пожал плечами мальчик. - Просто необходимость. Жалости нет, восторга тоже. - Это хорошо. Белла после Азкабана стала… Странно относиться к пыткам, я боялся, что это могло передаться тебе. Но я видел в голове Августы, что в прошлые рождественские каникулы ты был к ней добр. Как ты смог после этого?        Салазар не понимал, чего от него хотят. Зачем Люциус задает все эти странные вопросы? Что за глупости? - Она мне никто. Да, когда я хотел этого, я с ней общался, но что с того? Я умею расставлять ценности. И прежде всего наше дело. Моя миссия. Если бы надо было бы её убить, я бы убил.        Люциус покивал с таким видом, будто другого и не ожидал, словно доволен. - И ещё один вопрос. Как вообще у тебя… На душе. Есть какая-то тяжесть? Что-то гнетет? Что-то пугает? Вдумайся, не торопись с ответом.        Салазар опустил глаза и подумал с минутку. - Пожалуй есть кое-что… - нехотя и неуверенно начал он. - Но я не уверен… Нет, вздор!        Но Люциус покачал головой. - Лучше сказать. Хотя бы чтобы я был спокоен. Тебе предстоит сложная задача, ничто не должно мешать.       Салазар сделал глубокий вздох. - Понимаете, я очень уважаю отца, он мой кумир, я готов ради него на всё, я понимаю, что всем обязан ему и что мой долг вернуть ему власть, я отдам ему свою жизнь, если будет надо, но… Я его… Он… Он меня пугает… - выжал мальчик.        К его удивлению мистер Малфой ободряюще улыбнулся. - Ничего. Это у всех так. Иначе нельзя. - А мама? Она тоже боялась? - Конечно. Хотя и меньше многих, - кивнул Люциус. - Я бы даже сказал, что первое время боялась и любила почти в одинаковой мере. Но потом второе как-то разрослось и почти вытеснило первое. Полагаю, с возрастом страх у тебя если не пройдёт, то хотя бы ослабнет. - Они оба помолчали несколько минут. - Ещё что-нибудь хочешь сказать? - Наверно, нет. Нет, - честно ответил Салазар. - Разве что я не знаю, что мне теперь делать с Миртл. Вы же понимаете, что она своими глазами видела Тома Реддла в школе, если она меня увидит, мало того, что поднимутся слухи с новой силой, так ведь она же ещё никогда не даст мне спокойно открыть Тайную Комнату, если вход в неё в туалете. - Ты можешь её спугнуть, - посоветовал Люциус. - Как? - фыркнул Салазар. - Она призрак, она меня не боится, что я могу ей сделать? - Значит, подумай, кто мог бы ей что-нибудь сделать, - загадочно проговорил Малфой, выразительно глядя на крестника.        Салазар несколько секунд размышлял. - Пивз! - Именно.        Через некоторое время они были вынуждены распрощаться, так как время поджимало. Пожав руку мистера Малфоя, Салазар отправился на уроки, дабы не вызывать сомнений, и покорно отсидел зелья, на которых Слагхорн, как всегда, делал вид, что не замечает слизеринца, потом ЗОТИ, где его напротив замечали слишком часто, и трансфигурацию, на которой МакГонагалл была не в духе из-за нахальности проверки. Едва дождавшись звонка, Салазар быстро кинул друзьям, что у него есть кое-какие дела и ходить за ним ни в коем случае нельзя. Конечно, все долго упирались, но в итоге мальчик смог уговорить даже Стюарта. Намного сложнее было объяснить так, чтобы никого не обидеть, что ему понадобятся всего два человека. После долгих споров были избраны Джессика и Финеас, как самые хрупкие и невинные на вид.        Когда остальные пошли в подземелья Слизерина, Салазар объяснил ребятам, что нужно делать. Разумеется, не сказав, зачем. Но Джессика, помня июньские события, не спорила и не задавала вопросов, а Финеас то ли стеснялся, то ли доверял Салазару слишком сильно. Блэк, Нотт и Лафингтон довольно долго шатались по школе, прежде, чем им повезло. - Наверняка мы первые студенты, которые сами его искали, - шепнула девочка. - Не отвлекайся, - прошипел Салазар.        Салазар притаился за лестницей, а двое слизеринцев неспешно пошли по коридору, не обращая внимания на полтергейста, старательно разбирающего рыцарские доспехи. - Нет, правда, я очень рада, что она наконец-то воспрянула духом! - ангельским голосом проговорила Джесс, так правдиво изображая добрую и отзывчивую девочку, что Салазар сам едва не поверил в то, что она милая простушка. - Просто пока что её никто не расстраивал, вот она и не ревет, - авторитетно заявил Фин.        Пивз замер и прислушался. - Я слышала, что она теперь собирается измениться и больше не рыдать из-за насмешек, - заметила Джесс. - Да, она уже несколько дней в отличном настроении, никто не может испортить! - И не говори, мне кажется, чтобы её сейчас расстроить, надо минимум выгнать её из туалета и прогнать по всей территории замка, осыпая насмешками… - Да, и долго не давать уединиться в туалете, - подытожил Нотт. - Миртл сейчас слишком хорошо держится.        Дальше Пивз уже не слушал. Он бросил наплечник доспехов и с радостным визгом, хихикая от восторга, понёсся на второй этаж. Салазар бросился следом, едва поспевая за ним и стараясь не быть замеченным. К счастью, все мысли Пивза уже занимала несчастная Миртл, так что ему было не до второкурсника, он даже не замечал Салазара, который несся следом.        Мальчик притаился в той же нише, в которой стоял, когда Августа разговаривала с привидением, и стал ждать. Пивз же, не тормозя, влетел в туалет, заливаясь смехом, похожим на собачий лай. - Прыщавая! Прыщавая! Как всегда тут одна? И никто и не зайдёт? - с хода начал атаку полтергейст. - Отстань! - яростно воскликнула Миртл. - Этой мой туалет, убирайся отсюда! - Твой туалет! - Пивз опять засмеялся. - Ты тут купаешься в туалетах с какашками, поэтому такая прыщавая! И к тебе никто никогда не приходит, зануда! И всем на тебя плевать! Никто не помнит, как ты умерла! Потому что всем на тебя пле-вать!        Ещё спустя несколько минут подобных изречений Миртл не выдержала и серым размывчатым пятном, которое Салазар даже не смог толком разглядеть, бросилась вон. За ней, улюлюкая, кинулся полтергейст. Салазар вышел из своего укрытия и, не медля ни секунды, прошёл в туалет, не обращая внимания на табличку «Туалет не работает».        Какой это был унылый и обшарпанный туалет! Под длинным, в разводах и пятнах, зеркалом тянулся ряд треснутых каменных умывальников. В мокром полу отражались тускло горевшие огарки свечей; краска на дверях кабинок облупилась и кое-где висела хлопьями, у одной дверь болталась на единственной петле.        Так, где же она могла видеть Ужас Слизерина?.. Туалет не казался достаточно большим, чтобы вместить в себя пятидесятифутовую змею. Да и вообще должен же он был как-то попасть сюда незамеченным. Едва ли такое гигантское существо беспрепятственно ползало по замку.        Салазар стал обследовать каждый миллиметр туалета. Но ничего зловещего не было в кабинках, не нашлось колдовства и на зеркалах, и на стенах не виднелось каких-нибудь древних рун. Одним словом, обычная туалетная комната, потрепанная временем и войной. Неужели всё было зря? Как же обидно!        Салазар даже почувствовал легкую головную боль от обиды. Он опять не знал, что ему делать дальше. Мальчик подошёл к первой попавшей раковине, чтобы намочить ладонь и прислонить ко лбу. Взялся за кран, и… заметил — на медном кране нацарапана крохотная змейка.        Салазар едва не вскрикнул от радости. - Откройся, - прошипел он.        Из уст Салазара вырвалось странное шипение, кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Еще мгновение — умывальник подался было вниз, но затем вернулся на место и всё стало, как было. - Почему? - прорычал мальчик.        И тут он вспомнил, что после войны Поттер и МакГонагалл что-то сделали, чтобы спрятать комнату надежнее. И как он сразу не догадался? Скажи он об этом Люциусу, тот бы ещё смог снять заклинания, но ему самому нельзя было и думать над этим… «Кровь!» - пронеслось в голове.        А ведь и правда, в его жилах текла кровь Салазара Слизерина, основателя змеиного факультета. И кровь Лорда Волдеморта, его наследника. Что, если… В конце концов, он будет долго жалеть, если не попробует…        Салазар достал отцовскую волшебную палочку и, не колеблясь ни секунды, повёл ею над левой ладонью, рассекая её.        Его кровь закапала в раковину, окрашивая её в алый цвет. Салазар с замиранием сердца следил за тем, как несколько капель сбежало к стоку и исчезло в нём… но ничего не произошло. Мальчик понуро развернулся к выходу, но тут же за его спиной раздался скрежет.        Резко обернувшись, Салазар увидел, что умывальник погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск — вот только куда?        Салазар ждать не стал. Сперва осторожно повис на пальцах над трубой, а потом разжал их.        Полет в трубе был похож на скольжение с крутой горы — бесконечной, темной, покрытой слизью. Мимо пролетали отходящие в стороны рукава, но ни один не был таким широким, как главный канал, который, извиваясь, круто уходил вниз. Скоро Салазар не сомневался, что летит глубоко под замком, ниже всех подземелий и старался не думать о том, как ему выбираться.        Полет когда-то кончится, забеспокоился Салазар, вообразив, как он упадет на землю. Но труба вдруг изогнулась под прямым углом, выпрямилась и оборвалась. Салазара выбросило из нее с влажным чмоканьем, и он приземлился на мокрый пол во тьму каменного тоннеля высотой в человеческий рост. — Люмос, — шепнул Салазар волшебной палочке, и на кончике у нее вспыхнул неяркий огонек.        Он двинулся дальше по мрачным лабиринтам. Шаги по мокрому полу разносились под сводами подобно гулким шлепкам.        Гонимая лучом света, тьма отступала, открывая все те же влажные, облепленные илом стены. В волшебном свете тень слизеринца казалась фантастическим чудищем.        В тоннеле царила мертвая тишина. Первым неожиданным звуком был хруст — Салазар наступил на что-то, оказавшееся крысиным черепом. Салазар направил на него луч света — весь пол был усеян костями мелких животных.        Но если мальчика что-то и пугало, то только то, что он не сможет выполнить задание отца. И это придавало ему сил.        Тоннель поворачивал снова и снова, каждый нерв у Салазара был напряжен до предела. Он хотел, чтобы тоннель побыстрее кончился, и волновался увидеть то, что его ожидает. Наконец миновав еще один поворот, Салазар увидел перед собой гладкую стену, на которой вырезаны две свившиеся в кольца змеи с поднятыми головками, вместо глаз у них блистали огромные изумруды.        Салазар подошел вплотную. В горле у него пересохло. В этот раз нет необходимости силой воображения оживлять змей — глаза у них и без того горят живым блеском. Салазар знал, что делать. Расправил плечи, и глаза-изумрудины, смотревшие на него, замерцали ярче. — Откройтесь! — приказал Салазар низким, тихим шипением.        В стене появилась щель, разделившая змей, и образовавшиеся половины стен плавно скользнули в стороны.        Ещё один наследник Салазара Слизерина шагнул в Тайную Комнату, как и Том Реддл много лет назад.