Mama, I'm in love with a criminal

- Дом, милый дом! – распахиваю ветхую дверь заброшенного двухэтажного квартирного блока в самом бедном районе Берлина. Искать кого-то в этой разрухе не придет в голову даже самому чокнутому полицаю. Именно на это я и рассчитываю. - Пиздец, – оптимистично заявляет Стэнли, кинув на пол сумку. Вековая пыль тут же поднимается в спертый воздух. Оглянувшись, отмечаю, что все могло бы быть еще хуже. Какой бы трухлявой не была эта квартира, она не ограждена решеткой. - Мы ограбили ювелирный магазин для того, чтобы жить в заброшенном доме. Где нет даже кроватей. Великолепно. Заебись, Трюмпер! Ты гений! - друг пинает лежащую на полу банку из под пива, и она с грохотом летит в дальний угол комнаты. - Заткнись! Это временно. И давай, скажи мне, что ты не знал, на что идешь! – рявкаю и, развернувшись на пятках, прохожусь по комнате. Все действительно не так плохо. Везде пыль, порванные обои, и нет мебели. Окна целые, но покрыты таким слоем грязи, что через них совсем ничего не видно. Это помещение вполне сможет послужить нам убежищем на некоторое время. - Нужно обойти здание и убедиться в том, что здесь никого нет, – бросаю на пол свой рюкзак и вынимаю оттуда фонарь и свой старый добрый Магнум. Не дай бог тут сейчас кому-то оказаться. Злость от того, что мой чертов план провалился, накатывала волнами. А когда я злой – лучше не попадаться мне на глаза. - Останусь здесь и хотя бы разведу костер. Если уж нам тут придется провести пару дней, то я предпочту провести их со светом и едой, – друг, смирившись, начал выкладывать еду, которую мы захватили из нашей квартиры перед тем, как оставить ее на растерзание отряду полиции. - Без проблем, - пожав плечами, выхожу из комнаты и спускаюсь по полуразрушенной лестнице, держа оружие четко перед собой. Прислушиваюсь к каждому звуку, будь то шорох или движения Стэна наверху. Но, кажется, здание пустует. Расслабившись, медленно прохожу вдоль стены, на которой еще висят какие-то детские рисунки. Сколько лет назад люди покинули это здание? По городу разбросано много похожих объектов и каждый обладает своим характером. Кто здесь жил? Как все было у этих людей? Был ли у детей, рисовавших эти картинки цветными карандашами папа или он бросил малышей, как и меня в детстве бросили? Вспомнив отца, чувствую яростную потребность выпить. Никогда, блять ему не прощу то, что он сделал. И если в этой жизни я его встречу, то точно не отвечаю за своё поведение. - Трюмпер! – слышу пронзительный голос Стэна и резко разворачиваюсь с пистолетом. Что за? Быстрыми шагами направляюсь обратно. Ворвавшись в комнату, направляю пистолет на единственного человека, являющегося источником шума. - Ты сдурел? Убери пушку нахер! - друг поднимает руки. - Не орать. Иначе я тебя застрелю, – с рыком убираю пистолет, – это последнее место, где мы можем спрятаться. И если ты все запорешь своим ором, я клянусь, я воткну дуло тебе в рот и выстрелю. А затем буду наблюдать, как твои маленькие мозги стекают по противоположной стене. И тогда меня посадят не только за кражу, а еще и за убийство педофила. - Все, все. Успокойся. – Илнетс в попытке примирения смотрит на меня щенячьим взглядом. Как же давно мы с ним в банде. Вряд ли я забуду тот день, когда мы познакомились. Сентябрь, пятнадцатое – мое первое преступление, побег и ночь, которую я провел, со страхом прячась за мусорным баком. Именно тогда ко мне и выполз странного вида парень и спросил, что я здесь делаю. Грязная кожаная куртка практически полностью укрывала его тощее, костлявое тело. Бегающие глазки что-то выглядывали во мне. Как позднее оказалось – признаки совершеннолетия. Стэнли Илнетса не интересовали мужчины. Ему нужны были мальчики. Маленькие, сочные, беззащитные дети. Пожалуй, это была единственная черта, которую я ненавидел в друге. Но в тот день мне больше не на кого было положиться. И я отдал свою судьбу в руки этого темноволосого сероглазого парня. - Ладно, прости…- я совсем на нервах сегодня. Подцепляю из лежащей в кармане пачки сигарету и чиркаю зажигалкой. Смотрю на приготовленные Стэнли книги, которые он, видимо, притащил из других комнат. Наклонившись, поджигаю бумаги и сажусь на пол. - Вот ведь влипли, - Илнетс присаживается рядом и с тоской смотрит на огонь, который постепенно охватывает какие-то старые деревяшки, – А ведь планировали зажить на полную катушку… - Все еще нормализуется. Нам нужно просто отсидеться тут некоторое время. А потом свалим в Мексику, или еще куда-нибудь, - беру из своей сумки бутылку коньяка. Наконец-то я могу успокоить свою с утра гудящую голову.