Mama, I'm in love with a criminal

- Ричард! - со злостью прихватываю парнишку за грудки. Кажется, это входит в привычку. Такими темпами я поседею раньше времени. – Я тебе уже четко сказал, что никаких отношений с тобой иметь не буду. Перестань меня… провоцировать! – последнее слово вырывается случайно и полностью перечеркивает мой монолог, чем, конечно же, решает воспользоваться мальчишка. - Если бы ты не допускал мысли обо мне, мои провокации бы не удавались! Признай, что ты хочешь меня поцеловать! – ребенок вырывается из моей хватки, едва не порвав кофту. И тут мою крышу срывает. Резко прижимаю мальчика к кирпичной стене, подняв его руки над головой. Коленом развожу его ноги и ехидно улыбаюсь, заметив тень испуга в карих глазах. - Значит, ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал? – шепотом произношу, прижимаясь губами к его уху? – А ты не боишься, что я увлекусь, и зайду чуть дальше? – прижимаю колено к его промежности сильнее. Ричард сглатывает и дергает руками, пытаясь освободиться. Не выйдет, приятель. Прохожусь губами по тонкой шее, втягивая носом запах его тела. Такой приятный детский аромат. Кажется, я начинаю понимать Стэнли и от этого ненавижу себя еще больше. Смесь злости, похоти, нежности и доверия, с которым Ричи расслабляется в моих руках, просто сносит крышу. Резко прижимаюсь к его губам, слегка кусая, и тут же слышу своё рычание. Мальчик всхлипывает и приоткрывает рот, приглашая, открываясь, чем я пользуюсь, проникая языком во влажную глубину. Не контролирую свои руки, скользящие по хрупкому телу, заползающие под кофту мальчишки, ласкающие маленькие соски. Языком пересчитываю его белые зубки, скольжу по нёбу и наконец, отстраняюсь, прикусив напоследок нижнюю губу. С трудом отрываюсь от мальчика, перебарывая желание снова накинуться на это хрупкое создание, которое теперь еле стоит и пытается отдышаться. Что блять это было? Улавливаю момент, когда силы совсем покидают ребенка и подхватываю, придерживая, чтобы он не упал. Ричи благодарно обнимает меня. Зрачки подростка расширены, и глаза кажутся совсем черными из-за накатившего возбуждения. Думаю, я сам сейчас выгляжу не лучше, вдобавок ко всему со стояком, грозящим порвать джинсы. Черт возьми. Это был натуральный секс языком. Подхватываю ребенка на руки и дохожу до ближайшей лавочки. Устроив Ричарда головой у себя на коленях, достаю из кармана уже слегка подмятую пачку. Наручные часы показывают, что времени у нас осталось всего полтора часа, прежде чем Стэн вооружится гранатометом и отправится на поиски своих друзей. Возрадовавшись тому, что в кармане есть зажигалка, прикуриваю и глубоко затягиваюсь. Мальчик не подает признаков жизни, поэтому я решаю дать ему отдых в пять минут, а заодно решаю разобраться в себе. Итак, сенсация дня. Джейсон Трюмпер, он же новоиспеченный Йорг Мюллер - педофил. Может все-таки это заразно? Смысла отрицать того, что мальчишка мне нравится, просто не было. Любые доводы мог опровергнуть мой не желающий успокаиваться член. А считается ли человек педофилом, если его совратил ребенок? Мысль о том, что это вряд ли можно считать педофилией меня успокаивает. Неосознанно поглаживаю парнишку по волосам, одновременно аккуратно отодвигая от своего стояка, чтобы не дай бог не выглядеть старым извращенцем. - Я тебе нравлюсь, - приподнимает голову мальчишка и улыбается. - Да ла-а-адно, блять? - делаю изумленное лицо. Вот удивил, так удивил. Затягиваюсь еще пару раз и выкидываю окурок на землю. Природа мне простит. - Идем. У нас остался всего час с лишним на магазин. Напомни мне, чтобы я купил цепи и веревки, чтобы связать тебя и отложить в сторонку, - с улыбкой аккуратно поднимаю ребенка со своих колен и встаю. Ричард не заставляет себя ждать и вскакивает с таким рвением, будто не он пять минут назад сползал по стене в полуобморочном состоянии. Идти в центр было бы слишком рискованно, несмотря на наличие у нас новых паспортов поэтому мы ограничились небольшими магазинами все в том же криминальном районе. Все, что было украдено в других частях города, немедленно свозится сюда. При желании, найти можно абсолютно всё - от айфона до Дольче и Габбаны и прочей лабуды. «Рынок», а именно так и называли скопление контрабандных магазинчиков, вызвал у Ричарда просто щенячий восторг. Мальчишка бегал от одной витрины к другой, почти облизывая стекла. - Пап, а ты купишь мне айфон? – ребенок смотрел на меня умоляющим взглядом, готовый, если понадобится пустить слезу. - Нет, - я покачал головой, отходя от электроники, и выискивая взглядом что-то из одежды. И дело совсем не в цене данного устройства. Просто мы не пользуемся телефонами. Так гораздо безопаснее, ведь любую сеть могут прослушать. А мне совсем не хочется, чтобы нас поймали потому, что моё чадо решило позвонить в телевикторину. - Зачем тебе он? – вздыхаю, увидев расстроенные потухшие глаза мальчика. - Ну, там такие крутые игрушки! А что я буду делать в полете? А потом? Тогда я буду доставать тебя! – Ричи сложил руки на груди и обиженно засопел, вызвав у меня легкую усмешку. - Я куплю тебе psp. Как тебе такой вариант? – подвожу парнишку к витрине, где красуются новенькие приставки, нагруженные нестандартным и броским дизайном. - Что правда? – подросток бросается на стекло, едва его не разбив, и начинает тыкать в приставки, выкрикивая «эту, нет! Вон ту! Нет, нет вот эту вот!». Приходится потратить еще двадцать минут на то, чтобы выбрать игры и приставку, после чего я быстренько волоку счастливого сына к отделу с одеждой. - Хочу это! – Ричи тыкает пальцем в ярко красную толстовку Gap, – А еще вот эти джинсы, - вытащив из стопки узких рваных штанов нужный размер, прикладывает к себе. – И пару футболок, - откинув джинсы в мою сторону, мальчик побежал к стойке с разноцветными тряпками. А я чувствую себя каким-то мужем, или, по меньшей мере, отцом пятнадцатилетней девушки. Мальчишка так радуется, что у меня закралось ощущение, что его никогда не водили по магазинам. Впрочем, что он говорил о родителях? Кажется, что они наркоманы. Ну, тогда все предельно ясно. Из примерочной Ричард-Майкл гордо выходит, облачившись в слегка узковатые светло-синие джинсы, пестрящие рваными участками, красную толстовку и классически черные Конверсы. За спиной у него красуется рюкзак какой-то скейтерской фирмы Вэнс, если я не ошибаюсь. Если бы существовал прибор, измеряющий уровень счастья в человеке, то при приближении к Ричарду, он бы взорвался. - Можно? – подойдя ко мне, он нерешительно показывает ценник, и, кажется, даже не рассчитывает на положительный ответ. - Да. Без проблем, - киваю в сторону полок. – Что-нибудь еще? Нижнее белье? Или ты его не носишь? – с улыбкой приподнимаю бровь, а пристыженный мальчишка тут же бросается к полкам с боксерами и плавками всевозможных цветов и размеров.