Там, где вороны низко летают

Я не видел Анну четыре месяца. Почти сразу после нашей с ней прогулки отец отправил ее в интернат для девушек. Я знал, что, несмотря на свою покорность, Анна не хотела уезжать. Когда в тот же вечер отец пришел к нам в комнату и, запинаясь, пытался что-то объяснить, сжимая в руках клочок мятой бумаги, которая, стало быть, была заявлением, я не видел в его глазах и грамма правды. Кажется, Анна тоже это понимала, но ничего не могла сказать. Отец говорил, что это не на долго, что они должны оплатить какие-то счета. Потом он говорил, что мы должны куда-то уехать, а ее взять с собой мы не можем и оставить одну, соответственно, тоже. Я не мог долго слушать его ложь и изо всех сил побежал к маме. Я надеялся, что она поможет нам и остановит отца, но она ничего не сделала... Дед наотрез отказался даже выслушать меня, аргументируя это тем, что он очень занят. В тот момент я стоял посреди гостиной и из моих глаз ручьем текли слезы. Я ненавидел весь мир. Весь мир был против нас. Против меня и Анны. Никто ко мне не подошел. Мама, словно не замечая меня, что-то готовила на кухне, дед читал газету и курил свою трубку. Отец по-прежнему оставался наверху. Анна была там же. Я чувствовал себя привидением. Будто бы меня убили и никто теперь меня никогда не увидит. Вытирая на ходу слезы, я побежал наверх к Анне. Она собирала вещи. - Анна, не уезжай! - я кинулся ей на шею, крепко, что есть сил, прижимая к себе. - Кай, что случилось? Успокойся, Кай! - она сильно обняла меня, и я чувствовал, как бьется ее сердце. - Они хотят разлучить нас навсегда! Они хотят отнять тебя у меня! - из глаз снова покатились слезы и я ничего не мог сделать. Анна, крепко обнимая меня, опустилась на колени. Тогда я оказался выше нее. Я что есть сил держал ее, уткнувшись носом в хрупкую шею. Ее волосы щекотали мне глаза и нос. Я вдыхал ее теплый запах, ловил каждое ее дыхание. Я не мог представить что будет, когда она уедет. - Я не брошу тебя, мальчик Кай... - тихо прошептала она. Я слышал, как дрожал ее голос, как менялось ее дыхание и как кровь застыла у нее в руках. Я думал, что если мы простоим так хотя бы еще минуты две, наши тела сплетутся и мы навсегда станем одним целым. Наше прощение прервал отец. Его томные шаги, под которыми всегда скрипели половые доски, постепенно приблизились к нашей комнате. Дыхание Анны горячо обожгло мою щеку и оставило на ней самый нежный в моей жизни поцелуй. Анна вскочила с пола, нежно отстраняя меня от себя. Она взяла в руки чемодан и легко, словно порхая, вылетела из комнаты. Я будто каменный стоял возле кровати, до сих пор ощущая на себе руки Анны. Ее нежный поцелуй грел мою щеку. С тех пор внутри меня будто бы что-то оборвалось. Я часто отказывался есть, сидел у себя в комнате, или же наоборот - гулял где-то весь день. Меня не раз пытались отвести к врачу, но ни разу моя болезнь не подтверждалась. У отца был знакомый врач психотерапевт и однажды родители все-таки отвели меня к нему. На удивление моих родителей, врач сказал, что ничего страшного со мной нет - просто легкая депрессия, вызванная потерей близкого друга. Мне выписали какие-то таблетки (которые я позже прятал под матрас), прогулки по свежему воздуху, и посоветовали купить мне домашнее животное. Последнему, скажу честно, я все-таки был очень рад. Как оказалось, мое здоровье было очень важно матери, и на семейном совете было решено купить мне пушистого котенка. В тот же день мы отправились в зоомагазин. Выбирать особо было не из чего, поэтому мы взяли маленького серенького беспородника. Его местом определили угол возле моей кровати. Мама дала мне старый полосатый плед, который я свернул в виде неглубокой норки и положил поближе к стене. Рядом мы поставили две маленькие тарелочки с молоком и водичкой. Так как котенок был еще совсем маленьким, нужно было много раз кормить его из бутылочки, чем я и занимался каждые три часа в день. Мама хотела скорее дать котенку кличку, но я остановил ее, убедив, что имя мы придумаем когда вернется Анна. Этот факт немного расстроил родителей. Через неделю мой Котенок уже подрос и с радостью гонялся за мной по всей комнате, пытаясь укусить за пятки. Я очень полюбил его и часами напролет гладил его, сидя на подоконнике. Котенок рос очень ласковым, но признавал только меня. Маму он еще как-то переносил, а вот на папу даже шипел... Я много рассказывал ему про Анну. Казалось, что Котенок все-все понимал и так же, как и я, с нетерпением ждал ее возвращения. Шло время. Дни перетекали в недели, а недели уходили в месяца. Постепенно я стал забывать как было плохо без Анны. Котенок занимал все мое время и я, как заботливый родитель, всячески ублажал моего ребенка. Послеобеденное время - пора кормить котенка. Его рыба, которую мама специально варила в отдельной кастрюльке, хранилась в чулане. От меня требовалось только достать нужное количество рыбы и разогреть до комнатной температуры. Так было и в этот раз. Я взял миску моего Котенка, и, прикрыв за собой дверь комнаты, направился вниз к чулану. Дверь была открыта и я быстро, поскольку там было довольно холодно, положил малышу порцию и поспешил на кухню. Из-за особенного строения нашего дома столовая и кухня соединялись между собой аркой, а в гостиную можно было попасть как из столовой, так и из кухни; кладовка была в маленьком коридорчике, который вел от гостиной до лестницы наверх. То есть, мой путь до кухни проходил через гостиную, но не затрагивал столовую. Когда я шел к плите, я слышал родительские голоса из столовой. Сначала я не особо вслушивался в слова, ведь с детства меня приучали не подслушивать чужие разговоры, но, услышав имя Анны, я не мог не заинтересоваться. Я поставил миску Котенка на пол и сел рядом, прислонившись к стене столовой спиной. Голоса их были тихими, словно они боялись, что их кто-то услышит. - Ты думаешь, нужно сказать? - мама говорила тихо, как-будто боялась произнести новое слово. - Нужно, конечно... Но ему только сейчас полегчало, он начал забывать ее. - А если он узнает это не от нас? Он же возненавидит и меня, и тебя! - Тише... Вдруг услышит... Все равно лучше подождать... В моей голове перемешались мысли. Вдруг я представил что сейчас делает Анна, где она, что с ней? Почему родители не хотят рассказывать мне? О чем они молчат? Все более страшные мысли приходили мне в голову. Я взял в руки неразогретую миску и тихо, чтобы никто не услышал шагов, поспешил наверх. В комнате меня ждал маленький Котенок. Как только я открыл дверь, он метнулся к моим ногам. Я поставил холодную тарелку на пол возле батареи и сел. Котенок уткнулся носом в холодную рыбу и непонимающе посмотрел на меня. По моим щекам снова текли слезы. Я очень боялся. Мне было очень страшно. Я сидел, обхватив колени руками и тихо скулил, уткнувшись в свои руки. Котенок ближе прижался ко мне, согревая своим теплым маленьким тельцем. Тогда я понял, что больше никогда я не увижу Анну, и у моего котенка никогда не будет имени...