Всё построено на лжи

Закон пятый: Умей властвовать над ситуацией и не позволяй ей проявлять власть над тобой. Flashback. Этот голос... - Эй ты, мальчик-гений, - ворчу я, выжидая, когда же, наконец, на меня обратят внимание, - я тебя уже двадцать минут жду, может быть, соизволишь хотя бы кивнуть, чтобы я знал, что ты слышишь меня? Ноль эмоций. Зачем они вообще нужны, когда достаточно одного косого взгляда. Я тебе надоел. Раздражительный маленький брат. А ведь мне просто нужно твоё внимание. - Ты обещал, - начинаю я нудить над ухом аники, который только перелистнул страницу книги, совершенно игнорируя моё присутствие, - не притворяйся, что меня здесь нет! - Не кричи, ты разбудишь маму, - Итачи кивком указывает на мать, лежащую под капельницей. Она недавно уснула, после очередного приступа. Нужно быть потише, если я не хочу доставить лишних хлопот. - Но ты обещал, - шепчу я, вдыхая аромат одеколона, исходящий от нии-сана. У тебя отличный вкус, братец. - Саске, ты сам видишь, что обстоятельства не позволяют мне сходить на твоё награждение, - отстраненно протянул парень, погружаясь в книгу. - А отец... - начинаю я, но жест руки останавливает меня. Снова. Почему? - У нас с ним разные приоритеты на отдельные проблемы и вещи, - холодно отвечает Итачи, - а теперь будь добр, закрой дверь с другой стороны. - Почему ты никогда не выполняешь свои обещания? - скрипнув зубами, шепчу я. Губы предательски дрожат. Не плачь, будь мужчиной. - Потому что я никогда их не даю, - короткий взгляд томных аметистовых глаз, и я, склонив голову, в немом повиновении выхожу из комнаты. Наглый лжец. Я никогда тебе не доверял... но всегда надеялся, что когда-нибудь всё будет иначе. *** Я в очередной раз перевернулся на неудобной жесткой кровати. Всё тело ныло из-за дискомфорта. Но делать нечего, не на полу же спать. Вдобавок эти сны. Как они мне надоели. С тех пор, как я оказался здесь, мысли о брате стали навязчивой идеей, не покидавшие меня ни на минуту. Все нужно с ним сравнить. А как поступил бы он? А он бы сделал так? А если нет, то почему? Бред. Я просто схожу с ума. Мне мерещится везде голос Итачи, я воображаю его повсюду, не говоря о том, что у меня даже начали возникать стыдливые, но все же согревающие душу мысли, что этот мерзавец «Джокер», каким-то мистическим образом «вуаля» мог бы оказаться моим нии-саном. Глупо так считать, конечно. Ну, а что остаётся? Логическая цепочка о личности этой сволочи давно зашла в тупик, а размышления о том, что этот маньяк-извращенец просто выбрал себе в качестве новой жертвы меня, настолько очевидна, что даже смешно. К тому же, должно же у меня быть хоть какое-то утешение в этой скверне пороков. Пусть это будет брат. Мертвый брат. Призрак. Полтергейст. Неважно, пусть даже так, но зато будет. Приведение. Хм, звучит не ободряюще в темной камере со скрипящей кроватью и покошенным стулом, на котором мне постоянно кто-то мерещится. Завывание ветра за окном радости не прибавляет, а крики и стоны, раздающиеся с разных этажей, но слышимые даже здесь, заставляют содрогаться и вспоминать вчерашний день. «Это так больно, - закрывшись с головой пледом, думаю я, - неужели так всегда? Мм, ну, если хорошенько вспомнить под конец было даже ничего, не считая того, что у меня кровь пошла. Прости меня, Ками-сама, о чём я только думаю? Это противно, гадко, аморально и, вообще, так не должно быть, хоть и кому-то нравится», - в голову невольно приплыл образ Дейдары, стонущего под Сасори. «Так, всё, остановись, разыгравшаяся фантазия, а то я не смогу на них смотреть, не краснея, как кисейная барышня», - перевернувшись на бок, говорю себе я и невольно отмечаю, что в камере стало подозрительно тихо. В фильмах ужасов, именно в такие моменты вылазит какая-нибудь жуткая рожа или маньяк со смычком от скрипки, которым пиликает на венах и нервах жертвы. Взор, как ни странно, приковывает стул, слишком громко скрипнувший, для своего обычного покачивания на ржавых ножках. Ему тоже страшно одному стоять здесь день и ночь. А потом неделю, месяц, год, век. Не удивлюсь, что так оно и было, стульчик явно не из двадцать первого века. Скрип кровати. Ещё немного - и она развалится, это уж точно. Вы только гляньте на эти покосившиеся столбики. А на железном листе, вместо привычного матраса, невозможно заснуть. На моём теле живого места нет, да ещё и какие-то камни под простыней. «Нужно их убрать, - решаю я, вставая с «роскошного ложа» и шаря рукой по гладкой поверхности в поиске инородных предметов, - а это что ещё?» Рука нащупала бумажный клочок, который и был причиной моих неудобств. «Принцесса на горошине» - отличное прозвище для моего величества. Разворачивая замерзшими от вечного холода пальцами бумажный комок, я разобрал какую-то надпись, но не смог её прочитать из-за отсутствия у меня фонарика, поэтому пришлось выбраться из теплого пледа и подойди к окну, из которого неумолимо дул холодный ветер. «Всё ради тебя. Ради тебя. Ради тебя... - прочитал я первые строчки и, глянув на продолжение, понял, что до конца бумажки идут только эти слова, - бред какой-то. Написал бы ради кого, хотя бы», - поёжился я, поворачиваясь обратно к кровати и замирая на месте. Как ему это удается? Он не мог проникнуть сюда без ключа, но тогда бы я услышал скрип петель, а так полная тишина. Всматриваюсь в темную фигуру в обыденном костюме узника и с маской на лице. Отчего ему в своей комнате не сидится? - Что тебе нужно? - стараясь не выдавать сковывающего меня по рукам и ногам страха, который накатил на меня при виде «Джокера», шепчу я. Аура убийства. - Мне холодно, ты же меня согреешь, - скучающим голосом протянул парень. Я заметил, что это был не вопрос, этот ублюдок явно не собирается уходить, пока не получит то, что хочет. - Отвали, - холодно отвечаю я, отворачиваясь к окну, чтобы продолжить исследовать записку. Ноги еле слушаются. Сложно двигаться. - Играешь в Мисс Марпл? - насмешливость в вопросе брюнета очевидна, но я пропускаю колкость мимо ушей. Надоело. Надоело бояться его. Единственное, что привлекло мое внимание в этой фразе, это имя любопытной старушки-детектива, являющейся героем книг Агаты Кристи. «Ещё один любитель таинственных загадок и расследований», - фыркнул я про себя, вспоминая, как Итачи часто просиживал за разными детективами вечера, совершенно забывая, что у него есть обязанности старшего брата. - Или в Шерлока Холмса? - издёвки убийцы становились всё раздражительнее, учитывая, что именно расследованием я сейчас и занимался. - Ну, что же, поведай доктору Ватсону, что удалось тебе выяснить. - Соблюдай субординацию, док, - вконец разозлившись, отвечаю я, - и проваливай из моей камеры! - Вспомни лестничную иерархию, а потом уже задирай нос, - ледяной смех и «Джокер» в секунду оказывается около меня, - Шерлок Холмс. От такой близости с маньяком у меня подкосились колени, но я успел ухватиться за стену и отвернуться, чтобы не видеть эту сраную маску, которая уже который день не даёт мне покоя. Почему он просто не может взять и сдохнуть? Облегчил бы стольким людям жизнь. - Почему вы отворачиваетесь, Холмс, - эротический шепот, и теплые руки обхватывают меня за талию, - мне сказали, что вы вновь прогуляли обед и ужин, почему? - Не хотел, - хватая ртом воздух, вымолвил я, - отпусти меня! - Лжешь, - рука брюнета залезла мне в штаны, - я вижу, что ты очень голоден. - Перестань, - выгнулся я, касаясь спиной груди «Джокера», - хватит... - Вы так напряженны, Холмс, что-то не так? - рука маньяка начала гладить моё достоинство сквозь белье. Я не выдержал этой мучительно-сладкой пытки и застонал, под одобрительный шепот «Ватсона». - Я смотрю, вам нравится моя ласка, мне продолжить? - Нет, - прикусив губу, внемлю я голосу разума, - не надо. - Есть причины? - низ маски приподнялся, показывая губы, которые тут же начали скользить по моей шее, склоняя меня всё больше на сторону похоти. - Есть, - отпрянул я от желанного тела. Я не такой, как он. Для меня ещё существуют моральные принципы. - Кто? - ух ты, какой вопрос. Прямо в десятку, с первого слова. Гений, бля. - Не ваше дело, док, - вырвавшись из плена босса братвы, хмыкнул я. Мне удалось противостоять, но это ведь не конец? У него по любому припрятана козырная карта в рукаве. Странно, что я уже не так боюсь его, наверное, этому виновна постоянная напряженность, которая не оставляет меня уже четвертые сутки. «Джокер» же рыком притянул меня обратно и вжал в стену. - Повторим вчерашнюю процедуру, а то ты немного охамел, - полуулыбка украсила губы брюнета. Я, совершенно забыв про бумажку, раскрыл ладонь, и она выпала из моей руки. - Записка, - пробормотал я, собираясь поднять бумагу, но незнакомец сделал это раньше меня и, пробежав глазами по строкам, что-то презрительно фыркнул, а потом добавил: - Твоё? - Нет, я это нашёл, - забрал я клочок бумаги из руки брюнета. - И многое тебе это дало? – смешок - и руки юноши сжали мои ягодицы. Я вскрикнул, вчерашняя боль дала о себе знать. - Убери лапы! - оттолкнул я от себя извращенца и, подбежав к кровати, забрался на неё с ногами. - О, ты сразу зовёшь меня в кровать, а предварительные ласки? - нахально спрашивает убийца, убирая выбившуюся из всей прически прядь на её законное место. - Я тебя не боюсь, - зло отреагировал я, - ищи себе другого мальчика на побегушках. - Мне не нужен помощник, к тому же, для этого нужно не только уметь ублажать босса, - подметил парень, поправляя маску на лице, а потом смотря в окно. - Солнце всходит. - Надеюсь, ты забьешься обратно к себе в конуру и больше не выползешь, - буркнул я, укутываясь в плед. - Я вернусь за тобой, не беспокойся, - очередное мгновенное перемещение и брюнет лежит на мне, вдавливая меня в железный лист. - Слезь с меня! - предпринимаю я попытку высвободится, но ничего, кроме глухого смеха, приглушаемого маской я не получаю в ответ. - Ублюдок, как же я тебя ненавижу! - А что тебе даёт ненависть? Она только поглощает твои жизненные силы, не давая двигаться вперед, - лезвие серебрянного кинжала проходит по моим губам. Он тоже носит оружие, вот только я его не видел, до этого момента. Стало как-то не по себе. Одно дело, когда до тебя домогаются только словами, другое, когда при этом ещё присутствует лезвие ножа. - Почему ты молчишь? Мне развязать тебе язык? - кинжал спускается к месту на шее, где измеряется пульс. - Не запугивай меня, всё равно у тебя ничего не получится, - шепчу я, глядя в прорези на маске и надеясь увидеть там отблеск человеческих глаз. - Зачем мне что-либо делать, если ты уже испуган, - нож коснулся моей щеки, делая неглубокий порез. Не сильно больно, но достаточно неприятно, чтобы поморщится, - ты дрожишь, надеясь, что я увижу, какой ты «храбрый» и не трону тебя. Сердце пропустило один удар. Он прав. Он абсолютно прав. Я судорожно выпустил воздух из лёгких. Кружится голова. Может быть от голода, а может быть из-за этого гада, лежащего на мне, словно так и нужно. - Тяжело, - бормочу я, - ты меня раздавишь. - Не преувеличивай, то, что ты задохнешься, никак с моим весом не связано, - безразличие к моей жизни было настолько велико, что чувствовалось в каждом слове. Если ему настолько на меня плевать, зачем тогда он устраивает весь этот цирк? - Пожалуйста, - пересиливая себя, как можно жалостливое всхлипываю я, - ты хочешь довести меня до слез? Молчание. «Джокер» сваливается с меня, ложась рядом. Прокатило? А учитель драмкружка всегда говорил, что из меня никудышный актёр. Ну и кто кого? Одной фразой обезвредил шизофреника с ножом. Где мой «Оскар» за лучшую мужскую роль в этой трагедии? - Может, еще и оставишь меня в покое? - шмыгнув носом, лепечу я, не поворачиваясь к маньяку, лежащему рядом. На мое удивление, незнакомец послушно встал и, открыв решетку, вышел из камеры, не забыв запереть меня, чтобы я никуда не ушел. «Что это с ним? - перевернувшись на живот, размышлял я. - По-моему, он вообще сам не свой, сегодня он был почти что копией Сасори - скучным, нудным и неинтересным... Не было ни прежнего страха, ни приятно ноющего ощущения внизу живота, которые возникали при его прошлом появлении. Да, он поприставал ко мне, но это словно было так, для вида... из-под палки. Не говоря уже об этой ролевой игре в Холмса и Ватсона. К тому же, он сам мне говорил, что слезы на него не действуют, тогда почему он перестал лезть ко мне? Что-то здесь не так, моя интуиция твердо говорит, что это был не мой «Джокер», но глаза и тело отрицают это. Может, у него что случилось? Привстав с кровати и сев на её край, я невольно задумался о том, что такое находится на девятом этаже? Ну, про преступников я уже знаю, а что ещё? Что могло так изменить за сутки хладнокровного убийцу, в зануду и любителя похотливых игр? Может, мне и вправду пора начать играть в мисс Марпл, а то здесь слишком много неувязочек. Посидев в такой позе ещё пару минут, я посмотрел в окно, где начинало розоветь небо, предвещая начало нового трудного дня. Потянувшись и зевнув, я, обернувшись в плед, заметил то, на что ранее не обращал внимание. Какие-то иероглифы, выгравированные на стене, прямо рядом с кроватью. Присев на колени, чтобы разобрать надпись, я прошептал: «Живи... Саске». Очередная загадка. Кто-то тайком пробрался ко мне в комнату, чтобы это старательно написать на стене, или это здесь было ещё до моего появления? Кто бы это не сделал, он явно знал или меня, или моего тезку. Я ничего не понимаю в этом месте. Стоит мне хоть немного начинать разбираться в происходящем, как оно внезапно становится совершенно другим. Но для чего это все? Отойдя от стены, я подхожу к решётке. Закрыто. Как и следовало ожидать от этого подонка. - Чёрт! - эмоции дают волю, и руки сжимают железные прутья, - Почему это происходит именно со мной? - Ты чего разорался? Хочешь разбудить всех раньше времени? - появившийся из неоткуда Дейдара скептически смотрит на меня, похоже, сомневаясь в моей вменяемости. - Дей? О, выпусти меня! - крикнул я. - Этот «Джокер» снова приходил ко мне, я не хочу больше его видеть! - Момент, - начал рыться в карманах на мастерке парень, - сейчас ключи найду. Говоришь, «Джокер» приходил... мм, зачем? - А ты как думаешь? - буркнул я, отворачиваясь, чтобы блондин не видел мои алые щеки. - О чём разговор был? - бубнил что-то парень, ковыряясь с ржавым замком. - О том, что и всегда, - откинул я плед на кровать, - хочет, чтобы я под него лёг. - Всмысле? - удивился парень, открывая дверь в камеру. - Приставал? Сегодня? К тебе? - Ну... да, - кивнул я, глядя на кусающего губы подрывника, - и вчера тоже. - Мм, вот как, - хмуря брови, протянул юноша, - ладно, не обращай внимание, пошли лучше поедим, а то у тебя уже лицо зеленое. - Мне это послышалось? - потряс я головой. - Ты предлагаешь мне поесть в столовой? Слушай, ты с ума сошел, или у меня уже галлюцинации? - Да нет, я действительно зову тебя на завтрак, - непонимающе протянул Тскури, - а что такое? - Значит, мы оба сошли с ума, - вынес я вердикт, стуча пальцами по решетке, - хотя нет, крыша съезжает в одиночестве. - Не глупи, Саске, я же не говорю, что мы будем есть варево этой слоноподобной женщины, - фыркнул Дейдара, беря меня под локоть и ведя за собой, - все нормальные заключенные ищут себе пропитание в другом месте. - И каком? - Кафе! - торжественно поднял вверх указательный палец перед моим носом Дей. - Запоминай, кафе - здоровая пища, столовка - гроб на тарелочке. - Откуда в этой дыре кафе? - недоумевал я, шагая за блондином, который, заметив кого-то в толпе чертей, кинулся к ним. - Эй, постой! Я не рискнул идти на самоубийство, учитывая то, что я ещё не отошел от вчерашнего в душевой. А Дей же хладнокровно пошёл в самую кучу местных «гопников». Камикадзе. Человек, осознано идущий на смерть. Идиот, короче говоря. Раздался нечеловеческий вопль, и из толпы брызнула кровь, заляпавшая стены коридора. Она медленно стекала по стене, заливая своим алым цветом потускневшую и кое-где облупившуюся краску. Ноги подкашиваются. Страх? - Ну, вот, - слышится позади меня недовольный говор, - мне теперь и здесь стены мыть. Сраные ублюдки. Всех перережу к чёрту! Повернув голову, вижу худого паренька в черном запачканном халате, который был в некоторых местах порван, а на пришитом красными нитками кармане прицеплен бейджик с коротким словом «Уборщик». Короткие красноватые волосы в тон швабре, по которой струятся капельки красной жидкости. Мать моя женщина, роди меня обратно. - А ты чего вылупился, срань мелкая? Давно не получал? - озлобленное лицо смотрело на меня, испепеляя взглядом. - Я размажу твой череп и приготовлю себе суп из твоих мозгов! - швабра приблизилась ко мне на опасное расстояние. - Да ты ниже меня, - сказал мой неугомонный язык, а глаза искали то, чем можно защититься. - Ты покойник! - удар в живот концом деревянной палки и я сгибаюсь, падая на пол. Больно. Прямо в солнечное сплетение. А я-то думал, что обслуживающий персонал на стороне обиженных и оскорбленных. Как же я ошибался. Свист проносится близко к моей голове, но новый удар попадает мне по руке. Дикая боль проходит по нервным окончаниям, донося до мозга факт, что я несу большие ранения. Плохо. Не могу сфокусироваться. Перед глазами всё плывет. - Это Гаара! Всё бежим! У него швабра! - доносятся недалеко вопли чертей. - Вон он уже одного замочил! - Не уйдете! - взревел уборщик и кинулся за убегающими узниками, которые прятались от него, как от смерти. Но от безумной богини не уйдёшь, как и от него. Взмах допотопным оружием и губы паренька озаряет сумасшедшая улыбка. Убил. С одного раза. Наповал. Может, мне всё-таки поговорить с «Джокером», а то у меня странное предчувствие, что я сегодня умру. Слишком большое, чтобы быть просто бредом, и слишком реальное, чтобы быть наваждением.