Всё построено на лжи

Закон 12: Сопротивление бесполезно. Война проиграна ещё до начала сражений. POV Итачи. Холодный металл ножа гуляет по моей руке. Я не мазохист, но ради забавы могу и позлить того, кто сейчас, замерев в томительном ожидании у меня в голове, ждёт дальнейшего разворота событий. Лезвие проходит по бинту, не так давно скрывающего кровавый порез, который я сделал, чтобы доказать «Джокеру», что я не слабак и могу запросто совершить суицид, чтобы ни я, ни он не обременяли и без того разлагающийся мир, который давно гниёт, как зловонный труп от людских пороков. «Самоубийство для слабаков», - обязательно вякнет кто-нибудь, почёсывая подбородок и попивая горячий чай, уютно устроившись на комфортном диване в собственном доме. Забавно, но в праве ли это говорить тот, кто не испытал того, что любой заключённый в этом бездонном болоте, которое ежедневно всё глубже затягивает в себя, что даже собственное подсознание, породившееся от отчаяния, бессильной злобы и неоправданных мечтаний, сжирает тебя изнутри, изощрённо оставляя разум на потом, чтобы узник мог понимать, что творит, но был не в силах остановить процесс поглощения. Судить легко, а испытать сможет не каждый, да и суицид для меня - это своего рода роскошный подарок судьбы, который госпожа Фортуна не собирается мне предоставлять... «Какие унылые мысли посетили твою баранью башку, - протянул у меня в голове «Джокер», - не уж то малышка Элли совсем отчаялась?» Нож слегка оцарапал мою кожу, оставляя алые бусинки выступать из свежего пореза. «Всё-всё, я молчу, и заканчивай портить моё имущество», - ворчит вторая личность, пока я с тоской смотрю, как капли крови медленно скатываются к локтю. Меня, если честно, раздражал не столь ненавистный голос моего «соседа» по телу, как его, так называемые, «игры», где он Великий и Ужасный волшебник Изумрудного города, под которым имелась ввиду эта проклятая и забытая богом тюрьма, а я слабая и беззащитная маленькая девочка, которая попала в лапы к «Джокеру». Искажение фактов, а также моральное уродство, которое частенько проявлял этот подонок, давно перестали меня волновать, до того момента, как я понял, что взгляд моего подсознания пал на самое дорогое, что было у меня за стенами этого ада, но оказавшееся здесь из-за той ошибки, ранее которую совершил и я. Да, мой брат. Мой маленький глупый Саске, появившийся в самом эпицентре этого зловонного смрада. «Неужели, наш Итачи не рад видеть братишку? А вот твои действия в душевой говорят об обратном! - влез в мои мысли «Джокер», тем самым заставляя меня сильнее сжать рукоять холодного оружия и поднести его к вене. - Что-то я совсем разболтался... пойду посплю». Угомонив ненавистного врага, обитающего не только в моём теле, но и разуме, немой угрозой, я, решительно встав, направился к выходу из камеры, которая меня якобы должна была сдерживать. Какая святая наивность, учитывая то, что в тюрьме не существует места, где можно запереться и спрятаться. Обязательно у кого-нибудь, не считая охраны, которая, скорее всего, находится здесь для вида элитной тюрьмы, окажутся ключи от «бункера», где вы лелеяли надежду спастись от неминуемого уничтожения. Как я уже и повторял много раз, надежду нужно оставлять за стенами сей обители зла, иначе участь следующего висящего в петле в одной из кабинок туалета будет принадлежать тому, кто не послушается дельного совета. Дойдя по мрачному коридору до единственной пыльной и тусклой лампочки, я остановился и перевёл взгляд направо, где кто-то старательно прятался. Ну, что за идиот? Он думает, что у меня близорукость, что я дальше собственного носа ничего не вижу? - Дейдара, выходи, я не любитель играть в прятки, - грубо произнёс я, нарушая тишину, стоявшую до этого момента. - Мм, Итачи-сан, - протянул подрывник, неохотно покидая, - всё-таки заметили меня. - Это было нетрудно, учитывая то, что часть твоих волос, видневшаяся из-за стены, учтиво указывала на своего хозяина, - ответил я и перешёл сразу к делу, - ты сделал то, что я просил? - Естественно... хм, но зачем Саске нож? По Вашему приказу его никто не тронет, - недоумённо пробормотал Тскури, откидываясь всей спиной на кирпичную стену позади себя. - По моему приказу, - акцентировал я внимание на этих словах, - а я не могу каждый раз быть рядом с братом, когда «Джокер» задумает очередной спектакль. - Он всё равно вас вскоре поглотит, Вы сами говорили, - невозмутимо напомнил Дейдара, ковыряя ногтем кусок стены, словно речь шла не о моём существовании, а об убийстве мухи, - а значит и Саске конец. - А разве я говорил, что он будет здесь, когда «Джокер» полностью возьмёт контроль над моим телом? - позволил я себе усмехнуться, ощущая бешенство, нарастающее у меня в голове от второй личности. «О, да, «Джоки», злись и кусай локти, я не позволю тебе выйти на волю, а также погубить моего отото, - произнёс я про себя, понимая, что «Джокер» мигом после этих слов перетянет управление телом к себе. Однако тот молчал и не собирался ничего предпринимать, что было само по себе удивительно. - Кажется я понял, что Вы имеете ввиду, - после небольшой паузы хмыкнул подрывник, - рискованно, но того стоит... - А кто сказал, что мальчишка доживёт до того, как случится «обмен»? - внезапно хохотнул «Джокер», против моей воли. - Сомневаюсь я в этом, Элли!.. - Заткнись, - прошипел я под конец, прикрывая себе рот, под зевок со стороны Тскури. Для всех боссов и их помощников, это обычное дело - наблюдать меня в таком состоянии, поэтому все давно перестали удивляться. - Всё, - вздохнул я, когда внутренняя борьба прекратилась, и я снова взял контроль в свои руки, - он больше не вылезет... «Какая святая наивность, - нудил «Джокер» у меня в голове. - Я могу в любой момент отобрать у тебя последние минуты твоего никчёмного, обречённого на гибель существования, рано или поздно, Итачи». Я проигнорировал речь второй личности и решил объяснить суть нашей встречи Дейдаре: - Я не видел Саске уже неделю, с ним всё нормально? - Я удивлён, что ты ещё ползаешь, жалкая развалина, - прокудахтал «Джокер» под смешок со стороны помощника Сасори. - По моим подсчётам, ты уже должен был сгнить, угнетаемый моим превосходством! - Заткнись, - шикнул я, сжав руки на голове. - Или это любовь-морковь придаёт тебе силёнки к жизни? - перешёл на зловещий полушёпот маньяк во мне, от чего Тскури, стоящий на почтительном расстоянии, вздрогнул и вжался в стену, словно слова были обращены к нему. – Тогда, быть может, мне пора наведаться к нашему обожаемому братишке и вырезать из него кусок другой плоти? Или органы? Я вот слышал, что Пейну нужна почка... - Замолчи, выродок! - выкрикнул я, видя те ужасные картины представляемые ненавистным соседом по телу. - С Саске всё нормально, хоть он почти не выходит из своей камеры и не хочет принимать пищу, - влезла в разговор появившаяся из неоткуда Конан в убранстве а-ля «Джокер», которое и придумало моё второе я, для поддержания в тюрьме версии, что главный босс этого смрада всесилен и может находиться где и когда угодно, и даже в нескольких местах одновременно. Эдакая шалость и игра в двойников сделала своё дело, и теперь этот трус и ублюдок выглядит чуть ли не самим сатаной в глазах заключённых и охранников. - Снова ты... - скривился Дей, и «Джокер» поддержал его сторону, не вслух, конечно, но я явственно ощутил прилив негативных эмоций со стороны своего больного разума. Я даже могу предположить, чем вызван этот конфликт. Хоть именно я в момент заключительной арки по «травле» моего отото вырубил девушку ударом по затылку, но лишь потому, что я хотел увидеть родные глаза моего Саске и не более. Зато межличностный конфликт «Джокера» и Конан идёт сравнительно недавно, с появлением моего брата, так сказать. Именно эта девушка прилагала все свои усилия для спасения брата от меня самого, и только ей я по-настоящему могу доверять здесь, хоть и девиз сей тюряги: «Доверяй только себе. Каждый сам за себя». Чем же тогда недовольна вторая моя личность? Наверное, как мой враг иногда высказывается: «Баба - причина гибели корабля», во что он и свято верит, старательно пытаясь избавиться от синеволосой девушки, да и то, что она мне помогает уже само по себе, по мнению «Босса тюрьмы» заслуживает наглядной смерти, чтобы другим неповадно было. Дейдара же терпеть не может тех, кого уважает Сасори, и я в том числе, однако мне, хоть и с хорошего межрёберного удара он и может помочь. - Присматриваешь за ним? - пробормотал я, видя положительный кивок головы со стороны женщины. - Спасибо. - Жалкая шлюха, - выругался «Джокер», - я прослежу за тем, как твои останки будут пожирать крысы... «Заглохни», - рявкнул я про себя и с мстительным удовольствием отметил, как вторая личность, скрипя зубами от негодования и бурча ругательства себе под нос, невольно подчинилась. - Мне нужно идти, я почти закончила приготовления к твоему плану, Итачи, - надев венецианскую маску, пробормотала Конан, и неспешно пошла вглубь мрачного коридора, где то и дело слышались чьи-то завывания, не то ветра, не то кто-то попался под швабру Гаары, что уже более правдоподобно в данном месте. - Хм… может, я всё же пойду, а то у меня дела-дела, - привлёк к себе внимание Дейдара, пока я подумывал о том, что пора раскрыть карты перед братом, который, по слухам, совсем одичал, но ещё в «крысы» не подался. - Какие у тебя могут быть дела? - нахмурился я, потерев лоб. - Ты всего лишь жалкая пешка в этой партии, поэтому не причитай, а делай, что велят, - бросил я эти слова сжавшему губы в тонкую нить Тсукури. «Не нужно было с ним так резко, - слишком поздно подумал я, глядя, как небольшие ладони парня, сжавшись в кулаки трясутся от ярости, которую он не решается выразить, - и мне нужно отдохнуть... нет, нельзя, если я засну, то не смогу остановить «Джокера» от очередной попытки добраться до Саске...» «Я всё равно его заполучу... и он будет извиваться в предсмертных судорогах, когда я распорю живот и перережу горло... а когда жизнь будет погасать в его невинных глазках, я разрешу тебе это лицезреть, ха-ха-ха! - рассмеялся этот ублюдок, занимавший мой разум. - Я сотру это самоуверенное выражение лица с твоей рожи, и ты поймёшь, что лучше мне покориться!..» Не став ждать дальнейших провоцирующих слов со стороны «Джокера», я пробежал мимо недоумевающего Дейдары прямо к коридору, где была лестница на верхние этажи. Туда, где мне уже нет места. Каждый мой шаг сопровождался гулом и адскими взглядами из темноты. Даже сейчас они за мной следят. Боссы подземелий. Их глаза сверкают пустым огнём или бешенным пламенем, но ни один меня не остановит. Они все трусы. Все, как «Джокер». Только и могут пакостить и кидаться словами, и лишь немногие могут довести дело до конца. - И куда ты собрался? - резкий голос Мастера Потрошителя раздаётся впереди, и сквозь поглощающую всё живое темноту я вижу человеческие черты того, кто давно перестал быть человеком. Это всего лишь тело, а внутри ничего нет. Только пустота и яд, который поражает всё, к чему прикасается этот Босс седьмого этажа. -Тебя не должно это волновать, - произнёс я тоном закоренелого маньяка и хищно улыбнулся. За два года ада и не такому можно научиться здесь. - Ты решил навестить Саске, да? - не сводил с меня взгляда Акасуна, будь на моём месте другой, он бы давно упал замертво, но я уже досконально изучил этот мёртвый взгляд, который способен потрошить человека не прибегая к оружию. Страшная способность, как и тот, кто её использует. - Я не люблю повторять одно и то же, - проговорил я, ощущая, как злость закипает во мне и рвётся наружу. Она хочет уничтожить Сасори, раскроить ему череп о бетонные стены и вонзить острый нож в его тело, чувствуя, как тёплая кровь течёт из раны и заливает одежду... - Ты ведь не хочешь, чтобы она пострадала? - усмешка, появившаяся на губах убийцы, ничуть меня не пугала, но то, что я увидел позади Сасори, заставило меня сжать зубы и незаметно полезть в карман брюк за кинжалом. Эти гады, не знавшие пощады, схватили Конан, и теперь шантажировали меня тем, что Гаара с елейной улыбкой водил гаечным ключом по виску девушки, . - Даже так, - оценивал я ситуацию и одновременно подавлял хохот «Джокера», которой так и распирал меня изнутри. Похоже, я недооценил жестокость этого гада. Готов убивать своих чужими руками, лишь бы не пустить меня к брату, однако сам при этом остаётся волком в шкуре невинной овечки. Мразь. «Ну, же, Элли, зачем идти к Саске? С ним же всё хорошо, никто его не трогает, - ворковал этот безумец, наслаждаясь отчаянием, охватывающим меня с головой, но всё же я нацелено достал нож, показывая тем, что я готов пронзить им любого, кто рискнёт подойти ко мне или навредить Конан. - Лучше спаси девчонку и не делай глупостей, сделай дяде «Джокеру» приятно!». - Я тебе не марионетка, которую ты можешь вертеть, как хочешь, за ниточки, - прошипел я, не сводя глаз с врагов, которые заметно присмирели заметив мою решительность и отказ сидеть в этом «болоте», - ... но ты же не хочешь, чтобы и братик пострадал? - усмехнулся «Джокер», прервав меня. Я отступил на шаг назад, когда рядом с Сасори появился бледный Пейн с Саске на руках, который, судя по всему, был без сознания и, скорее всего, не по своей воле. Сволочи... никто не смеет трогать или приближаться к моему брату. - Не делай глупостей, Итачи, - протянула вторая личность, заметив, как я до крови в ладони сжал лезвие оружия и уже вижу то, что никто ещё не мог рассмотреть в глазах красноволосого убийцы. Страх. Он пропитывает каждую клеточку его тела, медленно заставляя хозяина вздрагивать и учащённо дышать. Он не выживет против меня, но и рисковать не станет. И он это понимает. Этого он и боится. Падший ублюдок. Ничтожный мусор. Просто никто. «Если ты вернёшься к себе в камеру, - послышался в голове противный голос, - они отпустят бабу и Саске... наш отото очень испугается, если злые дяди захотят навредить ему. - трагично пропел «Джокер» и азартно прибавил: - Он ведь такой хорошенький, а нежная кожа на его белоснежной шейке так и просит, что бы её порезали, давай так и сделаем?!» Я покорился и еле заметно кивнул, позволяя тем самым моей тёмной стороне взять верх надо мной. Ощущение не из приятных, но ради родной крови я не пожалел бы и жизни, если бы мне, конечно, позволили её отдать. -О, ребятки! - вырвалось из моего рта против моей воли, а перед глазами всё поплыло, лишая меня зрения. Последнее, что я смог увидеть, перед тем как всё поглотила тьма, это как мальчик приоткрыл глаза и сонно, совсем наивно-детским взглядом глянул на меня. - Давайте устроим шоу!