Влюбись в меня снова.

Рания, Мунир и Хадижа уже два дня были дома. Саид был занят чем-то важным, постоянно говорил по телефону, перебирал какие-то бумаги и уезжал-приезжал по десять раз на дню. Рания не спрашивала у него, в чем дело, решив, что мужа в таком состоянии лучше не беспокоить. И он был благодарен ей за это, а также за то, что она постоянно чем-нибудь занимала все еще расстроенную Хадижу. Девочка уехала из Марокко, так и не попрощавшись с матерью. До этого инцидента она и не задумывалась, насколько они с мамой разные. Ее мысли прервала Рания: - Хочешь, сходим к Зулейке в гости, посмотрим, как она устроилась? - Нет, - скривилась Хадижа, - ты что, правда хочешь к ней? - Ну, вообще-то нет, но я слышала, что Саид нашел ей мужа и через неделю она выйдет замуж, правда, праздника не будет, только тихая церемония. Рания разбирала коробку со старыми платками, откладывая в сторону те, которые она еще наденет. В клубке разноцветных тканей глаза поймали темно-красную ткань, Рания вытянула платок и поняла, что он принадлежал Жади когда-то. Тот самый платок, что тревожил мысли Саида, пока Рания не забрала его, соврав, что Жади подарила его ей. Она надевала его всего лишь пару раз, но потом отложила. Перебирая прозрачную ткань, девушка подумала, что его можно отдать Хадиже, ведь это платок ее матери. - Хадижа, - позвала девочку Рания, - посмотри, какая красота. Это платок твоей мамы, смотри, - она протянула его, но Хадижа помотала головой: - Нет, Рания, он мне не нужен. - Ты уверена? - У меня есть много своих платков, зачем мне старый мамин? Рания понимала, что Хадижа еще обижается на мать. - Ну тогда возьми его, чтобы мы в следующий раз отвезли его в Фес. Зорайде отдаст его Жади. - Хорошо, - Хадижа небрежно забрала ткань и вышла из комнаты. Рания продолжила разбирать вещи. Вот этот платок светло-бежевого цвета она вообще ни разу не надевала, он ей не нравился, а красивые платки тогда забрала Хадижа, чтобы отдать своей матери. Что ж, подумала Рания, Жади больше не носить такую роскошную одежду, и не жить в большом доме, и новый муж не будет дарить ей столько золота, сколько дарил Саид. Словно услышав ее мысли, в комнату зашел Саид, держа в руках плоскую темную коробку для украшений. - Хабиби, - Рания улыбнулась мужу. - Это тебе, Рания, - он протянул коробку жене, прикоснувшись губами к ее лицу. – Я увидел это и подумал, что тебе очень пойдет. Рания открыла коробку и восхищенно ахнула: на бархатной поверхности лежало изящное золотое колье с ярко-бирюзовыми вставками. Она любила бирюзу, та ей очень шла. Приложив колье к шее, она с удовольствием посмотрела на Саида в отражении зеркала. - Саид, это прекрасно. Спасибо, мне очень нравится. - Наденешь его в конце недели, мы идем на ужин в честь удачного завершения сделки. - К кому? – заинтересовалась Рания. - К некоторым моим коллегам, и да, там будут Феррасы. - Хорошо, я оденусь покрасивее. Хадижа идет с нами? - Да, ей я тоже приготовил подарок. Рания кивнула, любуясь украшением. Когда Саид вышел, она задумалась: что сейчас чувствует Саид, зная, что скоро встретит Лукаса? Жади больше не принадлежит ни одному из них, значит ли это, что мужу будет все равно? В комнату ворвалась Хадижа: - Рания, посмотри, какая красота! – она держала в руках крупную золотую цепочку с небольшим изумрудом, но увидев украшение Рании, охнула: - Рания, вот это да! – она восхищенно смотрела на девушку. Та улыбнулась: - У тебя тоже очень красивое украшение, изумруды тебе идут. Ты придумала, что надеть на ужин в конце недели? - Нет еще, - покачала головой девочка. - Я тоже, но мы можем подобрать что-нибудь под украшения завтра, возьмем Латиффу и Самиру и сходим в торговый центр. Хадижа закивала: - И поищу что-нибудь к цепочке, у меня была пара браслетов, - она радостно убежала. Рания отложила колье и принялась причесывать волосы. В последнее время она предпочитала убирать волосы в прическу: гладкий низкий пучок открывал ее красивую шею, которую всегда украшал какой-нибудь очередной подарок Саида. Собрав волосы, она спустилась вниз: нужно приказать служанкам готовить ужин. *** Жади шла по рынку, проклиная жару. Рядом плелась служанка с полной корзиной продуктов. Стояла невыносимая духота, улицы практически опустели. Жади купила у торговца нужные специи и направилась к дому. Они с Лейлой договорились, что на рынок они ходят по очереди, и сегодня была очередь Жади. Дома она сняла платок, приглаживая непослушные волосы. - Ты уже начала готовить баранину? – спросила она у Лейлы. - Давным-давно, и все жду, когда ты принесешь специи. Тебя за смертью посылать, - недовольно покачала головой Лейла. - Ходи сама, если тебе не нравится, - ответила Жади, и, не дождавшись ответной реплики, поднялась к себе. Боже, как она устала! В доме Мехмета была всего одна служанка, и работать по дому приходилось гораздо больше, чем раньше у Саида или Лукаса. Да что там, у них она вообще практически никогда не работала по дому, и это сказывалось. Лейла презрительно окидывала ее взглядом, когда та плохо убиралась или не знала, как готовить то или иное блюдо, но ничего не говорила. «Аллах, скорее бы забеременеть!» - молилась Жади. Беременность освободит ее от части работы по дому, и вскоре у нее появится еще один ребенок, которому она сможет дарить всю свою любовь. Хадижа так и не пожелала с ней говорить, доведя Жади до слез. Зорайде уверила ее, что скоро обида пройдет, но Жади все равно очень переживала. Она понимала, что очень мало интересовалась жизнью Хадижи и ее чувствами, и теперь между ними лежала целая пропасть. Ей никогда не понять свою дочь. Жади решила навестить Зорайде, и, накинув платок, вышла из дома. Мехмет не запрещал выходить, но к ужину все должны были быть дома, и у Жади еще было время. Зорайде обрадовалась и тут же выпалила: - Саид выдает замуж Зулейку через неделю. Жади хмыкнула: - Я видела ее пару раз, когда забирала Хадижу от Саида. Дочка постоянно жаловалась на нее. Наверное, она рада, что Зулейка больше не живет с ними. - А с Ранией они, слава Аллаху, живут мирно. - Это меня и удивляет, Зорайде, - Жади стянула платок с волос. – Я боюсь, что Хадижа привыкнет к ней и начнет считать ее своей матерью. - Не говори глупостей, - покачала головой женщина. – Хадижа знает, кто ее мать, а с Ранией у них не такая уж и большая разница в возрасте, они скорее подруги. И это хорошо, рядом с Хадижей должен быть друг. - У нее есть Латиффа и Самира, - ревниво протянула Жади. - Они не всегда рядом, а Рания – постоянно, - ответила Зорайде. – Радуйся, что они больше не скандалят, иначе жизнь Хадижи в доме отца была бы ужасной. Жади ничего не ответила, смотря, как Карима подметает двор, тихонько напевая. - Карима, принеси нам чай с мятой, - велела Зорайде. Карима кивнула, отложив метлу. - Как у тебя дела дома? Вы не ссоритесь с первой женой? - Нет, Зорайде, - равнодушно ответила Жади. – Она меня почти не замечает, а я – ее. - А Мехмет? Хорошо к тебе относится? - Да, у нас все в порядке. Мне нужно поскорее забеременеть. - Ты уже не молода, Жади, - произнесла Зорайде. – Это может быть не так легко, как тебе кажется. Читай молитвы Аллаху, сходи к врачу, он скажет, что нужно делать, а я тебе дам рецепт одного травяного чая, чтобы ты пила его каждый день, он очень полезен. И сделай один обряд, я говорила о нем Латиффе давным-давно. - Да, она что-то такое говорила, - рассеянно пробормотала Жади. – Ты права, нужно сходить к доктору. Жади посмотрела в бассейн на свое отражение. Она все еще была красива, но уже виднелись морщинки, кожа была не такой гладкой и сияющей, как в двадцать лет. Она окунула пальцы в воду и закрыла глаза, чтобы не смотреть на рябь на воде. Солнце начинало садиться.