Кровь к крови, пепел к пеплу

*** Я сижу на полу среди проводов, экранов и подключённых к ним сложных агрегатов. Вокруг меня разбросаны начерченные мной на листах схемы и диаграммы, на основе которых и запущена вся эта система хитроумных механизмов. Я увлечённо щёлкаю по клавишам, нарушая стоящую вокруг тишину. Я готовлю что-то грандиозное. Что-то, что изменит мир. Миры? На одном из экранов начинает мигать зелёный индикатор, похожий на радар. Я приближаю изображение. На мониторе появляется снимок планеты красно-оранжевого цвета. Параллельно на соседнем экране открывается изображение голубой планеты. Я выставляю значения, и потихоньку на сообщающихся между собой мониторах прорисовываются связующие линии — невидимые кабели взаимодействия этих двух круглых миров. Наладить общение двух планет — вот в чём заключается моя безумная идея. Я работаю над сверхсекретным проектом, который позволит мне стать не просто учёным, а первооткрывателем нового мира. Я знаю, что моя планета более развитая, и, раскрыв некоторые секреты нашего существования, мы сможем помочь голубому миру сделать технологический прорыв. В свою очередь, представителям нашей планеты будет очень интересно пообщаться с людьми. Я смело ударяю по клавишам, предвкушая результаты моей работы — межкосмического объёдинения двух планет. … Какой-то шум… Перед глазами всё плывёт… Громкие голоса сбиваются в глухой гомон, чьи-то руки сковывают мои движения, меня куда-то грубо тащат, я падаю на пол… Светлая лампа на потолке светит мне прямо в лицо. Сильный удар. Я теряю сознание. *** Дэвид просыпается весь в поту. Ему одновременно и холодно, и жарко, всё тело пробирает мелкая дрожь, а дыхание никак не может выровняться. Ощущение чужих рук на запястьях всё ещё не даёт Дэвиду покоя. Он пытается прийти в себя. Дурацкий сон. *** Мэрилин потягивает сочный апельсиновый сок через трубочку, плескаясь в горячей пенистой ванне. Неожиданно дверь распахивается, и в неё входит полностью обнажённый Дэвид. Не теряя ни минуты, мужчина опускается в ванну, располагаясь рядом с Мэрилином, и просовывает свою ласкающую руку между его голых ног. Наклонившись ближе, Дэвид шепчет магу на ухо: — Ты ведь хочешь стать моим, правда? *** Мэрилин просыпается весь в поту. Ему одновременно и холодно, и жарко, всё тело пробирает мелкая дрожь, а дыхание никак не может выровняться. Ощущение рук Дэвида в паху всё ещё не даёт Мэрилину покоя. Он пытается прийти в себя. Дурацкий сон. *** — Господин Мэрилин, — обращается к Верховному главе Освальд, стоя на пороге роскошной комнаты предводителя Братства. — В вашем кабинете вас ожидают гости. Это два неизвестных господина, они сказали, что желают поговорить с вами об одном из ваших подопытных. Я сказал, что попрошу вас спуститься. — Два неизвестных господина, говоришь? — с сомнением повторяет Мэрилин. — Ну-ну… *** Мэрилин проходит в свой кабинет, где его ждут два подозрительных гостя. Оба одеты в одинаковые чёрные наряды, напоминающие широкую тунику и шаровары наёмников или стражей, с декорированными нарукавниками и наголенниками, прикрытые сверху балахоном, затянутым широким поясом. — Чем обязан? — заговаривает Мэрилин, оглядывая незнакомцев. — Господин Мэрилин, — спокойным, твёрдым тоном начинает один из них. — Мы пришли по делу. Нас интересует один из ваших подопытных. Давайте не будем тратить драгоценное время и перейдём сразу к делу: вы отдаёте нам своего узника Дэвида — насколько мы знаем, он представился вам так — а мы вносим маленькое пожертвование во имя развития вашего Братства, — первый незнакомец ещё не успевает договорить, а второй уже кладёт на стол большой мешок золотых монет. Оба довольно щурятся. И, кажется, никто не сомневается, что это и есть то самое предложение, от которого нельзя отказаться. Но Мэрилин так не считает. Он отрицательно качает головой. — Прошу прощения, джентльмены, но я вынужден вас огорчить. Я никому не отдаю своих подопытных. Они — основа моих экспериментов. Заменить подопытного — это равносильно тому, чтобы сорвать эксперимент. А сорвать эксперимент — эту уничтожить месяцы или даже годы трудоёмкой работы. Поэтому Дэвид, раз уж он попал сюда, останется узником моего замка. И мне абсолютно всё равно, зачем он вам понадобился. Моё решение окончательное и бесповоротное. — Мэрилин, постойте… — снова заговаривает мужчина в чёрном. — Давайте не будем усложнять друг другу жизнь. Если для вас так важны эксперименты, мы оплатим вам самые дорогостоящие ингредиенты и поставим вам самых свежих и юных подопытных, которые наверняка придутся вам по вкусу. Нам нужен Дэвид. И цену за него назначайте любую, какую попросите. Мы готовы на уступки. — Нет, вы меня не поняли, — снова повторяет свой ответ алхимик. — Я не собираюсь отдавать вам моего подопытного. А теперь немедленно покиньте мой замок. Мэрилин выкрикивает имена стражей, стоящих за дверью, и, когда они входят в кабинет, просит, чтобы они проводили незваных гостей к выходу. Незнакомцы, явно недовольные решением мага, уходят прочь. *** Дневник. Запись шестая. Вчерашний вечер был полон сюрпризов. Юный брат Брайан подарил мне незабываемую податливость своего тела, приласкав меня в своей келье и подарив мне себя прошедшей ночью. Конечно, чтобы не быть замеченным, я пробыл в его комнате не до самого утра. Я дождался, пока юноша уснёт, взял его связку ключей и вернулся в свою камеру, заперев себя через прутья решётки. Забавно, но эти ключи до сих пор у меня. Я спрятал их в тёмном углу, где я обычно храню дневник. Надеюсь, что сегодня вечером именно Брайан принесёт мне ужин. В любом случае, думаю, он обязательно найдёт способ забрать у меня эту связку ключей. Когда я вернулся за решётку, я тоже попытался уснуть… И мне снова снился странный сон. О нём я сейчас и напишу… *** Герберт, одетый в парадный костюм стража, подходит к тюремной камере Дэвида и открывает решётку. — Выходи, — командует он узнику, чинно задирая голову. — Что такой довольный? — интересуется Дэвид. — Не знаю, что у вас там с Верховным Главой происходит, но сегодня он собрался вывезти тебя на прогулку… И я удостоен чести сопровождать пленного… то есть, тебя. Хотя Освальд говорил мне, что вчера Мэрилин был на тебя зол… Может, он хочет от тебя избавиться? — Хватит сплетен, Герберт, — безразлично произносит Дэвид, выходя из камеры. *** Мэрилин усаживает Дэвида в лодку и прощается со стражем. Дальше своё маленькое дневное путешествие они продолжат вдвоём. Герберт пытается спорить, утверждая, что прогулка по воде с осуждённым преступником может быть опасной, но воля Верховного главы непоколебима, как и его авторитет, поэтому страж уступает и остаётся на берегу. — Нравится свежий воздух? — довольно интересуется Мэрилин, заводя мотор лодки. — Как давно я не был на улице… — Дэвид смотрит в небо, глубоко вдыхая и умиротворённо улыбаясь сам себе. — Спасибо за этот день, — говорит он Мэрилину. — Я подумал, что смена обстановки поможет нам наладить отношения… К тому же, мы сможем побыть вдвоём… Здесь неподалёку есть уединённое место, давай устроим там маленький пикник для двоих? — Пикник? — улыбается Дэвид. — Мне казалось, мы не взяли с собой еды. — Вкушать можно не только еду, — охотно отвечает Мэрилин. — Но и друг друга. — Хочешь, чтобы я пожирал тебя взглядом? — смеётся абсурдности диалога Дэвид. — Вовсе не обязательно… — на полном серьёзе отвечает Мэрилин. Молодые люди снова погружаются в безмятежное молчание, окутанное тёплым ветром. *** Высадившись на берегу, Мэрилин и Дэвид поднимаются по пологому склону, по направлению к раскинувшейся впереди поляне. В руке алхимик несёт тонкий свёрнутый плед для «пикника». Солнечные лучи ласкают своими теплыми прикосновениями, ветер щедро одаривает своим свежим, прохладным дыханием, а безоблачное небо, похожее на прозрачное озеро, вовлекает в свою бесконечную глубину. — Давай остановимся здесь, — подаёт голос Мэрилин, когда они с Дэвидом оказываются посреди зелёной благоухающей травы. Маг разворачивает покрывало и постилает его поверх мягких листьев. — Ложись. Дэвид опускается на приятную узорчатую ткань, закрывает глаза и с улыбкой на лице подставляет своё лицо солнцу. Мэрилин любуется своим спутником какое-то время, а потом, словно опомнившись, тоже ложится рядом. — Дэвид, расскажи мне о себе, — просит алхимик. Дэвид вздыхает. Улыбка пропадает с его лица, но его глаза по-прежнему закрыты. Промолчав с полминуты, мужчина открывает глаза и, уставившись в небо, медленно заговаривает: — Ты сам мне про меня уже всё рассказал… зачем ты спрашиваешь? Я… осуждённый на смертную казнь преступник… хладнокровный убийца, если хочешь… который всю свою жизнь грешил и разрушал, — Дэвид сам не знает, зачем это говорит, но понимает, что больше ему сказать просто нечего. — И это всё правда? — печально произносит Мэрилин. Не дожидаясь ответа, он продолжает говорить, словно пытаясь оправдать Дэвида в своих рассуждениях. — Но ведь было, наверное, что-то в твоей жизни, чем ты дорожил… Кто-то, кого ты любил… — Не знаю, — Дэвид поворачивается на бок и пристально смотрит алхимику в глаза. — Скажи, зачем ты меня сюда привёл? — Чтобы узнать правду о тебе, Дэвид. Сегодня в моём замке были гости. Двое мужчин, которые искали тебя. И, я тебе честно скажу, вид у них был далеко не как у миротворцев. Мне кажется, они хотели, чтобы я отдал им тебя, чтобы убить тебя. — И, учитывая, что мы сейчас здесь, я смею сделать вывод, что ты им меня не отдал? — сомнительно щурится Дэвид. — Или у тебя пока есть время на размышления? — Мне не о чем тут размышлять. Я никому тебя не отдам. Ты мой. Мой… подопытный, — упрямо вскидывает головой Мэрилин. — Твой? — Дэвид улыбается. Мэрилин игнорирует эту высокомерную улыбку и продолжает свою речь. — Я хочу знать, кто ты, что этим людям нужно от тебя, и насколько это всё может быть опасным… Мне не понравились эти люди. Они не похожи на твоих друзей, скорее, на врагов. Я боюсь, что они могут вернуться. И я не уверен, что в следующий раз я смогу тебя защитить. — Мне приятна твоя забота, — Дэвид медленно моргает, всем телом наслаждаясь согревающим солнечным теплом. — Но я правда не знаю, кто эти люди. — Прошу тебя, расскажи мне всё, как есть, — просит Мэрилин. — Я пойму. Я хочу тебе помочь. Лицо Дэвида уже не такое безмятежное. Он напряжённо о чём-то думает. Мэрилину кажется, что его подопытного мучают сомнения. Маг настойчиво продолжает просить: — Попытайся вспомнить, Дэвид. Может быть, до твоего ареста кто-то тебе угрожал, или… — Мэрилин… — мужчина останавливает мага лёгким прикосновением указательного пальца к его губам. — Хочешь знать обо мне правду? Я не помню, кто я. Не помню, что я здесь делаю. Я вообще ничего не помню. Я даже не Дэвид! Я даже не знаю, как меня на самом деле зовут… Я никто. Это признание даётся Дэвиду тяжело. Он приподнимается на пледе и, обхватив свои колени, утыкается ими в лицо. — Эй, тише-тише, — Мэрилин не знает, как поддержать своего узника, как его успокоить. Он обхватывает Дэвида за плечи и прижимает к себе. — Всё будет хорошо… Дэвид. Дэвид впервые кажется Мэрилину слабым. Даже когда они только познакомились, и измождённый узник еле держался на ногах, он всё равно казался магу полным внутренней выдержки и храбрости. А сейчас в его объятиях согревается беззащитный, хрупкий человек. Словно маленький потерявшийся ребёнок. Мэрилин вдруг думает о том, что только что ему была оказана честь видеть Дэвида слабым. Значит, мужчина ему доверяет. Или, возможно, он его даже… Мысли Мэрилина прерываются тихим шёпотом Дэвида, который оказывается настолько оглушительным и ясным, что занимает всё пространство мыслей алхимика. — Я люблю тебя, — говорит Дэвид. Мэрилин крепко обнимает прижимающегося к нему мужчину, а затем озвучивает просьбу: — Спроси меня, хочу ли я стать твоим, — просит Мэрилин. Дэвид удивлённо поднимает на мага голову, не покидая его объятий, внимательно смотрит ему в глаза и, прочитав там только ответную любовь и желание, спрашивает: — Ты хочешь стать моим, правда? Эти слова очень похожи на утренний сон Мэрилина, когда ему приснился обнажённый Дэвид. Только в реальности это в тысячу раз лучше. — Хочу, — коротко отвечает Мэрилин, целуя Дэвида в щёку.- Я готов принять условия твоего эксперимента… И я готов принять тебя в своём теле… — Тогда… не будем терять времени? — решительно произносит Дэвид, приближаясь к желанным губам.