Глава XIX - Стремление выжить
12 ноября 2017 г., 11:59
30 день месяца близнецов 2125 года по летоисчислению мира демонов Третий круг – Чревоугодие, вечные трясины голодного стража
Мир, никогда не видевший солнца, медленно погружался во тьму. Низкие клубящиеся небеса бросали вниз последние толики света. Топкие трясины укрылись в серой траве. Почти невидимые среди неё бочажки вовсе исчезли во мгле, слившись с огромными просторами безликих болот. Редкие высокомерия, плавно передвигая длинными похожими на стволы деревьев ногами, пересекали зловонные моря. Недосягаемые для большинства демонов, они брели над миром, не опуская головы. Дела мелких тварей, снующих в гнилых лесах и скрывающихся в затхлой воде, их не интересовали. Третий круг был для них большим шведским столом, на котором всегда можно найти вкусного низшего или парочку плавунов. А на худой конец, сгодится и голод. Но их было так тяжело ловить. Вечно прячущихся среди развалин величественных замков, когда-то принадлежавших миру по ту сторону грани. С наступлением ночи Чревоугодие оживало. Мириады чудесных огней зажигались над болотами, леса наполнялись стрёкотом полчищ мелких крогов. Эти маленькие духи, не признавались демонами за братьев. Слишком слабые, чтобы убить хоть кого-то, они существовали, словно в насмешку над силой. Перебираясь с ветки на ветку, в переплетении чахлых деревьев, эти существа годились лишь на прокорм голодов, да ловких могильников. Так они и жили: прячась днём и устраивая грандиозные концерты ночью. Если забраться подальше на восток, то можно увидеть множество разрушенных замков древности. Медленно пожираемые болотами, они служат пристанищем для многих демонов, не желающих бродить по топям и ощущать зловонье третьего круга. Там же, чаще всего, селились немногие лорды, что ушли из глубинных кругов. Кто-то был слишком слаб, чтобы соперничать с братьями, кто-то искал новых ощущений. Были и те, кто давным-давно был рождён в великих топях или мертвых рощах этого мира…мира, не ведающего солнца и настоящей свободы, живущего в тени голодного стража. Одни из покинутых руин, когда-то гордого замка, поглотила ночная тьма. Укутав его своим саваном, она скрыла множество ушедших в лету шпилей и грозных глаз бойниц. Они смотрели на болото подозрительным взглядом, словно обвиняя в своей обреченности. Ни одно из них не осветилось факелом или огнём костра. Погрузившись в темноту, замок казался ветхим и покинутым. Ни один демон, оказавшийся поблизости, никогда бы не подумал, что внутри кто-то есть. Небольшая стая плавунов тихо скользила сквозь затхлую воду. Не совсем плывя и не совсем летя, эти демоны просачивались через материю и пространство. Рассекая окружающий их мир, они могли проникнуть в скальную твердь или взлететь высоко над третьим кругом, однако эта стая решила приблизиться к одиноким развалинам незаметно. Издали почуяв странный запах, плавуны решили проверить, так ли пусты коридоры замка. Ведущий плавун заложил небольшой вираж, и стая закружила вокруг древних развалин. Рассматривая, когда-то прекрасное сооружение демоны всё сильнее ощущали чьё-то присутствие. Смрад, царивший над Чревоугодьем, здесь казался ещё удушливее и тяжелее. Чахлые деревца ближайшей рощи, что росли недалеко от замка, почти истлели. Не было ни крика могильника, ни шороха притаившегося в засаде голода, лишь гнетущая надрывная тишина. Обогнув руины полукругом, стая с избытком прочувствовала жуткую атмосферу этого места. Ведущий демон разумно заключил, что приближаться к стенам не только опасно, но и чудовищно глупо. Надеяться на какую-то добычу в этих местах,пожалуй, не стоило. Резко сменив направление, он повёл братьев к роще. Зыбкие силуэты плавунов быстро смешались с туманом и растворились среди ветвей. Когда демоны пропали из виду, Азраил недовольно поморщился. Стоя возле узкой бойницы, он наблюдал за ними с самого их появления. В последнее время дичь редко оказывалась в его угодьях, а неутолимый голод наоборот, наведывался всё чаще. Неожиданный визит целой стаи плавунов оказался большим сюрпризом, но рассекатели материи оказались на удивление прозорливыми. Словно что-то почувствовав, их вожак быстро увёл стаю, непростительно обделив принца ада пищей. - Жалкий слизняк, - чертыхнулся Азраил, отворачиваясь от бойницы. – Склизкий, противный и совершенно не вкусный, - нашёптывал демон, идя к любимому трону, чудом сохранившемуся среди развалин покинутого замка. Зло рыча, принц взобрался на него и удовлетворённо вытянул ноги. Поглаживая впалый живот, он ещё немного пожурил ненавистную стаю и провалился в беспокойный сон. Снились ему стаи низших, резво бегущие по полям Лимба. В прочем еда снилась ему всегда. Со дня слияния прошло больше полугода, но принц ада так и не смог восстановить свои силы. Жуткие раны, нанесённые всепожирающим огнём Грани миров, почти уничтожили его. Из последних сил он открыл переход и, как последний низший, еле передвигая конечностями, заполз в него. Жар схлынул на нет, но тело, которым он так гордился, было разрушено. Великий дар Создателя вернул Азраила практически с того света, но урон был катастрофическим. Сила покинула одного из великих сыновей, оставив на прощание только жизнь. Горделивый разум Азраила бился в сломанной и униженной клетке тела. Он испытал всю гамму чувств, многие из которых ощутил вообще впервые. Страх, боль, унижение, скорбь, презрение к самому себе, злость и ярость. Принц проклинал Создателя, вонючего светловолосого человека, слабаков демонов и весь мир, но больше всего гнусных слов и мыслей, конечно же, обратились к Грани миров. Неудержимая злость быстро переросла все остальные чувства, и обернулась испепеляющей ненавистью. Иногда ему казалось, что всё его существо подчинилось единственному чувству, а раны исцеляются только потому, что разум всеми силами стремится отомстить и для этого необходимо вылечится. Так и текли первые дни и недели. Постепенно раны и боль ушли. Властелин жизни воистину восстал из мёртвых, но это уже был не тот Азраил, что в своей гордыне замахнулся на славу самих первородных.Очнувшись от очередного бессильного беспамятства, владыка жизни поднялся на ноги и бесцельно побрёл по коридорам замка. Он не знал, где находится. Чувства подсказывали, что это третий круг, однако, как и почему он оказался именно здесь, не имел ни малейшего представления. Неуверенным шагом Азраил исследовал каждый уголок нового дома. Словно в насмешку над старой любовью к человеческим достижениям, это оказался огромный разрушенный дворец. Когда-то принадлежавший властелину людей, которого величали не менее чем королём или императором. Смеясь над самим собой горьким смехом, демон познал иронию случившегося. Когда-то гордый принц ада был низвергнут дочерью Создателя в великий дворец, ныне разрушенный временем. - Трупы к трупам. Такая у тебя справедливость? – тихо прошептал Азраил, вскинув голову к потолку. Слабый голос не породил даже эха и быстро растворился в высоте. Под гнётом всепожирающей ненависти владыка жизни познал голод. Он рос не по дням, а по часам. С каждым мигом становясь всё шире и глубже. Холодный могильный голод, как опухоль, поглощал всё его существо, подпитываемый ненавистью. Тело недавно пышущие жаром жизни, покрылось язвами и струпьями. Мощная стянутая огромными мышцами фигура истончилась. Некогда горячее дыхание стало промозглым и сиплым. Азраил, стремящийся к величию, быстро утопал в пепле всепоглощающей ненависти и зловонии великого голода отчаяния. Очень скоро наступил воистину судьбоносный день. Сила демона окончательно исказилась и дар Создателя начал своё чудесное преображение. Владыка жизни стремился утолить голод, и метастазы его воли выплеснулись наружу. Мир вокруг замка начал быстро умирать и растворяться, превращаясь в пищу. Гниль и тлён окутали дом Азраила. Демоны, забредающие в окрестности, исчезали. Роща всё отступала и отступала под тяжестью ударов смерти. Множество слухов ходило над болотами. Кто-то утверждал, что в пустом дворце на окраинах северных болот живёт беглый лорд из глубинных кругов. Другие говорили, что там обитают души людей и их надрывные завывания изредка слышны из высоких бойниц башен. Со временем слухи становились всё более изощрёнными, а слава удалённых руин разносилась над Чревоугодием. Рощи и топи вокруг одинокого дворца начали пустеть. Всё вроде бы было, также как и всегда, однако всё меньше голодов скрывалось поблизости. Высокомерия начали обходить гиблое место стороной, а стаи могильников больше не кружились над древними обрушившимися стенами. Полулёжа на троне, Азраил беспокойно дёрнулся и проснулся. Видение полей со стадами низших быстро развеялось, и демон прислушался к своим чувствам. Начало казаться, что он практически собственной шкурой ощущает присутствие поблизости еды. Кто-то снова оказался в его угодьях, и на этот раз добычу упускать было нельзя, ведь есть хотелось всё сильнее. Тягучим движением принц соскочил со своего любимого места и тенью растворился в сумраке замковых коридоров. Фамильяр Кристорона быстро подлетал к одинокому дворцу. Совершенно не догадываясь о планах его обитателя, он обогнул последнее деревце на своём пути и устремился через пустошь. Под ним разлилась затхлая поверхность болот, но маленький дух, рождённый по воли хозяина и обретший форму дракончика, даже глазом не повёл. Его вела единственная цель – доставить послание. Ничто в целом мире его больше не волновало. Даже когда быстро приближающийся дворец начал окутываться серым туманом, он ничего не подумал. Бесстрашно вонзившись в облако густой пелены,дракончик продолжил стремительно лететь, почти не отклоняясь от курса.Ничего не ведающий о планах поджидающего его монстра, он приземлился на одну из сохранившихся стен и замер, словно никогда до этого даже не помышлял о движении. Азраил изнывал от голода и вид маленького существа приземлившегося в его доме, мгновенно наполнил пасть слюной. Быстро скользя среди мглы, он приблизился к обеду. Тот сидел совершенно недвижимо и больше походил на статую, однако это не смутило демона. Он прекрасно ощущал тепло жизни маленького создания, и пусть оно претворяется мертвым или спящим, его так просто не провести. Хотя что-то в облике пришельца смущало. Из глубины поражённого голодом сознания поднялись странные образы. Могучие фигуры в сверкающей броне, сжимающие мечи или расправляющие острые когти. Это было странно, но он видел среди них и себя. Огромного красного великана пышущего истинным жаром жизни. Образ из прежней жизни так разжёг его чувства, что голод на миг отступил и Азраил понял кто перед ним. - Фамильяр? – удивлённо протянул принц, замерев в полуметре от маленького духа. Тот сразу же оживился и поднял головку на длинной изогнутой шее. Всё ещё не веря глазам, демон потянулся к нему. – Тебя создал брат, да? К… Кри… - смутившись, Азраил запнулся и отступил на шаг. Голод настойчиво требовал сожрать маленький шматочек мяса. Но интерес и воспоминание о брате словно бы вернули низвергнутого демона в его прежнюю жизнь. Как давно это было. Он был великим и гордым владыкой. Многие боялись его и сгибались под величием его свершений. А Кристорон всегда был неподалёку и помогал ему. - Кристорон, - выпалил принц в восторге. – Тебя создал Кристорон! Да, да, да, точно! – зачастил он. - Это точно был он, - ещё раз оглядев фамильяра, как будто только что увидел его, Азраил кивнул и продолжил. – Зачем ты явился сюда? У тебя есть послание от моего брата? Услышав вопрос, дух согласно кивнул и расправил крылья. Ему не нужно было произносить хоть что-то ведь сила позволяла ему общаться напрямую с сознанием демонов. Поэтому мило зевнув, фамильяр поведал Азраилу просьбу хозяина, не проронив ни звука. Закончив передавать образы, маленький дух, так сильно напоминающий дракончика, вновь расправил крылья и изогнул шею, интересуясь нужно ли передать что-то в ответ, или это не требуется. Бесстрашно заглядывая в глаза, отражающие лишь вечный холод и пепел. Слова брата нахлынули на Азраила словно цунами. Грань миров, смерть стражей кругов, люди из Ордена – всё это адской какофонией закружилось в голове. В центре этого вихря стоял один лишь образ. Хохочущая кукла, поднятая Гранью миров и издевающаяся над владыкой жизни. Её качающаяся голова, словно марионетка без нитей и огромный всепоглощающий рот издающий смех. Чёрная дыра этой ненавистной пасти всё росла и росла, пока не поглотила всё. - Гр-р-р-рань ми-и-иров-в-ф… - потоки слюны медленно растягивались, опускаясь всё ниже. – Ты всё ещё жива… - дыхание обдало фамильяра ледяной крошкой, от чего дракончик чуть поёжился, но продолжал вслушиваться в ответ. – Полгода страданий… - язвы нарывали синей сукровицей, тихо шипящей на шкуре, а вокруг сгущался голубой туман. – Я утолю голод тобой. О да! Наконец-то утолю! Азраил резко набросился на фамильяра, проглотив его почти целиком. Маленький дух не успел понять, что произошло, как уже оказался в брюхе у владыки, и непреодолимая жажда разорвала его тело на части. За считанные секунды дух был поглощен, превратившись в силу.***
Его имя известно в самых тёмных уголках мира демонов и даже среди эпоса людей. Цербер, именно так человечество зовёт духа олицетворяющего голод. Его история началась очень-очень давно. На заре создания или чуть-чуть попозже, первая сила возникла на великих горизонтах этого мира. Неотрывно связанная с его судьбой, она обрела очертания и уподобилась ему, признавая волю Создателя. И был её образ противен самой сути света и радости. Ощутив отвращение мира, сила исказилась в сладкой улыбке. Так обрела она первую голову. Великий змей высунул язык и вдохнул аромат новорожденных болот. Бескрайний простор ещё не населённый другими сынами силы показался сладок ему, и воспарил змей над пустотой на кожистых крыльях. Но был неутолим его голод и жажда. И захотелось ему видеть до самого края болот и различать любую мелочь. Так обрёл змей вторую голову, и стала та голова соколиной. Скоро мир вокруг забурлил от силы, и родились сыны её в великом множестве. Всех видел великий страж и всех хотел пожрать. Стал он метаться из стороны в сторону и хватать братьев и сестёр своих. Шло время, многие были проглочены и исклёваны, но не утихал великий голод. А потом пришли они - Великие сыны силы и обратили они против зверя когти и мечи. Разлился тогда в страже великий гнев, на обидчиков и на силу, что так обделила его. Издал зверь громогласный вой и бежал в укромную рощу. Долго зализывал раны грозный страж Чревоугодья, а мир всё ширился и наполнялся жизнью. Когда же зверь оправился от ран и вышел на просторы великие, то увидели все последнюю голову. То была волчья морда с клыками острыми и пастью бездонной. Вселил в сынов и дочерей страх великий образ стража, но иссяк его голод, и была дарована мудрость. Покинул зверь просторы бескрайние, скрывшись далеко на востоке среди глубоких болот. Стал он следить за миром родным и ждать. Так был создан страж Чревоугодья – злобный змей, зоркий сокол и ужасный волк и имя ему Цербер. Грань миров очнулась от воспоминаний и окинула взглядом тюрьму Создателя. Был ли этот мир так же велик, как дарованный стражу? Конечно же, нет. Перед Гранью лежал пологий склон единственного холма, покрытый вечно зелёной травой. Всё остальное она принесла сама. Воистину дочь Создателя переросла многих его сыновей, но её голод в отличие от них ещё не утих. Подняв руку, Грань представила своё грозное оружие и прекрасная катана возникла в ней словно по волшебству. Конечно же, магия была ни причём. Это сила демона наполнила образ реальностью и воплотила его в жизнь. Но всё же, как красиво это происходит. Мириады красных, жёлтых и фиолетовых искорок зажигаются вокруг и в считанные мгновенья создают шедевр несущий смерть. Мысль порождает желание, а желание укрощает силу. Простой принцип заложенный Создателем был красив и одновременно чудовищно несправедлив. Она бы создала всё по-другому. Она бы была лучше него во всём. Все эти люди, демоны, души с их глупой привязанностью к мясным мешкам и прочие создания отца. Они все были после. Её опередили лишь близнецы, давно канувшие в круговорот жизни и смерти, ставший тюрьмой для всех существ. Грань миров закрыла глаза и сосредоточилась на переполнявшей её тело силе. Она действительно хорошо постаралась. Мясной мешок этого глупого человека трещит по швам от потока, что бушует внутри. Последняя битва доказала, что сила полностью подчиняется только ей. Сумасшедшая душа больше не властна над ней. Она давно не беспокоит её своими мыслями и мерзким голосом в ушах. Но что-то всё же не нравилось дочери Создателя. Удивляясь сама себе, Грань почувствовала лёгкую тоску. Тонкое словно горный ручеёк, новое чувство медленно прокладывало путь сквозь мысли. Оно не поддавалось ни логике, ни здравому смыслу. Тоска бесполезна и даже вредна, если ты ненавидишь всё, что тебя окружает. И всё же именно это чувство возникло у Грани миров, пока она смотрела на катану в своей руке. Её изящные линии переливались фиолетовым светом, исходившим из сердцевины. Гарда, изукрашенная отцом неприхотливым узором, особенно бросилась в глаза. - Создал весь мир, а для меня пожалел красивого узора, - усмехнулась она. - Что это? Стебли? Или какие-то корни? Так много прекрасного есть… - Грань миров осеклась, не веря в то, что только что сама произнесла. Мысли яростным потоком закружились вокруг Виктора. Только он мог сморозить что-то подобное. – Прекрасное? Прекрасное?! Не смеши меня! Снова показал свой нос, а? – резко развернувшись на каблуках сапог, она осмотрела руины моста и деревню. Бросила взгляд на собственные ноги, плащ и локоны, достающие до середины груди. Неужели опять? Она снова потеряла контроль над телом. Всего на секунду, но она действительно считала, что в мире есть что-то прекрасное. В мире, который создал ОН! Этого просто не могло быть! Ураган эмоций с новой силой закружился в голове, и Грань миров некоторое время поносила душу и её любимого Виктора, попутно круша всё, что попадалось на глаза. Взмах катаной рассёк пост на две части, одна из которых тут же съехала по склону и опустилась на самый край холма. Поток щупалец обрушился на деревню, разнося милые домики в щепки. Не удовлетворившись этим, дочь Создателя накалила их, и среди обломков тут же вспыхнул пожар. Спустя пару минут, ураган стих, и Грань миров замерла посреди уничтоженной деревни. Вокруг бушевало пламя, ноздри щипало от едкого дыма и гари. Ветер подхватывал искры и языки пламени, унося их в бесконечную синеву. Недалеко от раздражённой Грани, прямо на земле лежали осколки стекла. Опустив на них взгляд, она отметила, как красиво, светятся искры подхваченные ветром. - Интересно, а как будут выглядеть искры от горящего трупа Цербера? Думаю, они будут ещё лучше, чем эти.***
30 день месяца близнецов 2125 года по летоисчислению мира демонов Четвёртый круг – Жадность, засада на склоне Обречённых гор
Неизвестно, как развернулась бы облава, если бы голод, медленно подбирающийся к жертве, не отвлёкся на темнеющее небо. Что именно привлекло его внимание останется тайной. Возможно, он неожиданно оценил красоту тонких желтоватых прожилок облаков среди чёрно-синей высоты небес. Может быть, просто удивился, что никогда особо не обращал внимания на то, что происходит вверху или увидел промелькнувшего могильника. Тем не менее, именно этот голод определил момент начала сражения. Засмотревшись вверх, демон неосторожно наступил на упавшую на землю ветку карликового дерева. Шанс такого события был неуловимо мал, так как сами деревца встречались не так уж и часто, что уж говорить о тонкой веточке. Возможно, именно поэтому маленькая ветка решила отыграться за всех своих немногочисленных родственников и сломалась с оглушительным, в полной тишине, треском. Резкий звук мгновенно привлёк внимания Аластора. Подскочив на месте, он сразу же развернулся в сторону шума. Всего мгновенье он смотрел на замерших от неожиданности демонов, успевших подобраться почти вплотную. Первым опомнился Журба-зен - предводитель стаи и по совместительству главный загонщик. Негромко рыкнув в гневе на подчинённого, он резко припал к земле и бросился на полукровку. Стремительный бросок вышел просто превосходным. Тугие узлы мышц мощно выстрелили, и гончая в считанные мгновения оказалась перед врагом. Пользуясь инерцией ускорения, она лишь чуть-чуть подкорректировала движение и взмахнула когтистой лапой. Широкие, мощные когти легко вспороли шкуру Аластора. Тонкие струйки крови взвились вверх. Капельки словно миниатюрные рубины блеснули в свете почти потухших небес и пали на сухой холодный камень уступа. Повинуясь инстинктам, полукровка быстро оттолкнулся от земли, только лишь заметив врагов. Он попытался отскочить в сторону, однако всё равно не успел. Тяжёлый удар пришелся вскользь, но даже так когти огромной гончей прочертили длинные полосы вдоль всего бока. Раны сразу же вспыхнули жуткой болью, а тело на миг одеревенело. Приземлившись в стороне от противника, Аластор не удержал равновесие, и чуть было не упал. Два ближайших голода тут же атаковали его, радуясь замешательству. Мозг выбрасывал в кровь всё больше адреналина, заставляя тело двигаться на пределе возможностей, а сила демона ускорила ещё в несколько раз. Почти на сверхзвуковой скорости демон переставил лапы и сумел-таки удержать равновесие. Текучим движением ушёл от острого хвоста одного из голодов и безумным пируэтом взвился вверх. Вихрь когтей огненным винтом пронёсся мимо второй кошки, оставив от её тела жуткие обрубки. Аластор уже понял, что это закономерный итог его охоты. Кристорон или его лорды решили избавиться от проблемы на корню. Небольшой отряд: голоды, играющие роль пешки тяжёлая артиллерия в облике прыгунов, окруживших склон со всех сторон. Они подошли тихо, и лишь чудо спасло его от мгновенной смерти в зубах жуткой гончей. Никогда прежде он не был так близок к смерти, как в следующие шесть минут битвы. Гончая атаковала стремительно и постоянно выбивала его из колеи. Голоды набрасывались при любом удобном случае, пытаясь застать врасплох. Иногда им это удавалось и раны с ужасающей скоростью покрывали тело полукровки. Реже демоны замертво падали на камни. С самого начала отдав себя на поруки инстинктов, Аластор словно тень уклонялся и просачивался среди казавшихся бесконечными лапами, мордами, зубами и хвостами врагов. Потеряв счёт времени, он пытался уследить сразу за тремя демонами, пытающимися его убить. Синий клинок рассёк лоб и, кажется, оторвал кусок уха, но всё-таки Аластор успел уклониться и тут же контратаковал. Ближайший голод уже отскакивал в сторону, когда огненный зигзаг пронёсся мимо его шеи. Радуясь, что вовремя отступил, он проводил когти бешеного демона взглядом и зашипел. Точнее попытался зашипеть, но вместо этого раздалось странное бульканье, а мир уплыл в сторону, завертелся и посерел. Едва почувствовав кровавую росу на когтях, полукровка снова был втянут в безумную пляску смерти. Пытаясь уйти с центра уступа, он пробился к краю. Два прыгуна злобно щёлкали волчьими челюстями, ожидая его на нижнем уровне. Распрощавшись с мыслью о лёгком бегстве вниз по склону, Аластор яростно атаковал гончую, как всегда, оказавшуюся ближе всех. Стремительный укол, нацеленный точно в середину её груди, лишь взъерошил густую шерсть на спине собаки переростка. Зато она ухитрилась вцепиться ему в ногу, намертво останавливая на месте. Тупая боль от раздробленной стопы, осталась где-то на задворках сознания, не сумев преодолеть барьер боевого ража. Полукровка бы даже не обратил на неё внимания, если бы его прыжок не прервался ударом о землю. Ликованию Журба-зена не было границ, когда он всё-таки вцепился в ловкого демона. Мгновенно поняв как близок к победе, он сжал челюсти с такой силой, что мгновенно услышал хруст костей. Враг был повержен. Его стремительный бросок, резко оборвался и теперь он распластался на камнях. Сразу три голода бросились на добычу, позабыв о хвостах и безопасности. С диким шипением они впились в жертву зубами и когтями. Тонкая и обманчиво хрупкая фигура бешено задёргалась, пытаясь сбросить с себя грызущих демонов. Журба-зен продолжал стискивать челюсти до боли в зубах. Сейчас, именно сейчас настал час его славы. Теперь лорд Зобак будет доволен им. Возможно весть о поимке и убийстве странного демона, устроившего настоящую охоту на патрули и дозоры, разнесётся над всем лагерем. Может быть, даже Кристоронпрознает о силе и величии Журба-зена. Резкая боль совершенно сбила с толку. Голова гончей словно бы раскололась надвое, или, по крайней мере, пошла трещинами. Перед глазами возникла непроглядная песчаная буря, а мысли вернулись к сражению. По-прежнему чувствуя в пасти, плоть врага, Журба-зен яростно встряхнул распухающей головой и потянул на себя. Никакого сопротивления или хотя бы веса полукровки не было. Быстро отступая назад, демон выскочил из, неоткуда взявшейся бури, и осмотрелся. Вокруг виднелись пара-тройка голодов. Чуть подальше, несли дозор прыгуны. Все его подчинённые с нескрываемым удивлением таращились на песчаный ураган, охвативший большую часть склона. Быстро соображая, гончая посмотрела вниз и увидела оторванную ступню полукровки. Выплюнув огрызок, она убедилась, что та раздавлена почти полностью, однако один край был опалён. - Он что отрубил собственную ногу? – пронеслось в голове. На каменную поверхность склона упали капли крови. Боль в голове сосредоточилась на правой скуле, а рубиновая жидкость продолжала спокойно капать вниз. Осторожно коснувшись раненого места, гончая обнаружила широко распоротую щёку, открывшиеся зубы с дёснами. В следующее мгновение из центра урагана донёсся истошный крик не то голода, не то прыгуна. За ним последовал новый вопль, и крики умирающих демонов слились в единый вой.***
Разлом открылся легко. Хлёсткое движение рукой идеально подхваченное катаной, и пространство перед Гранью миров провалилось само в себя. Огненный зигзаг быстро разросся до трёх метров и замер, подчиняясь силе создавшей его. Единственная заключенная тюрьмы Создателя сделала шаг и растворилась в пламени. Первым пришёл запах гнили и разложения. Следом перед глазами возникли необъятные болота Чревоугодья. Зигзаг разлома за спиной начал спокойно пульсировать подавляемый силой. Единственное правило тюрьмы должно быть исполнено. Разбитое на части существо обязано оставаться в ней, а значит, разлому следует поглотить заключенную. Однако Грань миров давно разгадала секрет, поэтому огромный запас её силы мгновенно начал сжимать портал, не давая ему привести приговор к исполнению. Надолго её, конечно, не хватит, но цель в каких-то пяти минутах стремительного бега. А значит время предостаточно. Отвернувшись от затхлых вод, Грань посмотрела на высокие деревья, стеной возвышающиеся за разломом. Роща стража скрывалась за ними, и запах его силы перебивал даже вонь болот, будоража кровь. Молнией сорвавшись с места, дочь Создателя устремилась к своей цели. Далеко на западе огромная буря шла в туже сторону. Голубая мгла неслась на восток, пожирая всё на своём пути. Растения вырывались с корнем и тлели на глазах, демоны разрывались на части, превращаясь в силу, кровь смешивалась с болотной водой, застывая ледяными кольцами. Азраил – владыка ледяной ненависти, стремился утолить великий голод.
Примечания:
Глава обновлена до редакторской версии
