Жизнь, Adar, прекрасная вещь

Когда короля вновь окутала тьма его покоев, когда он вновь увидел лунный свет, когда хриплое дыхание сына окончательно вернуло его к действительности, эльф взмолился всем святым, прося о помощи, и склонился к Леголасу. Ему вернули несколько минут жизни, это было видно, но принц был таким же мертвенно бледным, что лицо почти сливалось с белыми подушками под его головой. Грудь едва заметно колыхалась, изо рта вырывалось хриплое сбитое дыхание, глаза подернулись мутной пеленой боли, но он был жив. Пока. Трандуил быстро размотал намокшие от крови бинты, в который раз опуская тряпку в миску с алой от крови водой, отжал и что было силы прижал к ране, собирая кровь, стягивая пальцами кожу, зная, что причиняет сыну неимоверную боль, но лучше терпеть, чем умереть. Леголас слабо всхлипнул, но только дернулся от боли, больше не шевелился, все еще пребывая в коме. Рядом замерцал свет, и постепенно стал принимать форму - рядом сидела Остэ в своем нежно-зеленом платье. Серые глаза поблескивали в темноте, она склонилась над принцем, придерживая одной рукой шелковистые каштановые волосы, и тихо выдохнула в губы Леголаса облачко серебристого пара. - Что ты делаешь? - едва слышно прошептал Трандуил. Остэ, не глядя на него, пропела: - Твоему сыну нужны силы. Рана эта неведома никому, кроме Валар и Эру. Яд, которым его отравили, сжигает принца изнутри, терзает его светлый дух, грозя отправить в Пустоту. Трандуил почувствовал, что крупно дрожит. Не бывает такого яда, который отправил бы в Пустоту, где нет ничего и никого, кроме... - Яд околдован, - пояснила Остэ, касаясь прохладными руками лба принца, уже лежащего практически без дыхания. - Помоги, пожалуйста, нужно кое-что сделать. Владыка кивнул, и вала продолжила: - Нам нужно вывести весь яд из крови, подержи его, я все сделаю, - Остэ одернула на себе рукава платья и предупредила. - Держи крепко, ему будет очень больно. Он очнется от боли. И прошу, что бы ни случилось, слушай меня, а не свое отцовское сердце. Трандуил прижал запястья сына к кровати, держа как в тисках и кивнул, подавая знак Остэ. Она протянула руку к ране Леголаса, а в ее изящной ладони появлялся кинжал. Стоило узкому лезвию коснуться разорванной плоти, юного эльфа подбросило на кровати, и короля оглушило его диким криком. Он рвался так сильно, что приходилось удерживать его всем телом, не смотря ни на что. Из голубых глаз Леголаса текли слезы, он брыкался и бился в руках отца, но тот лишь сильнее сжимал тонкие запястья сына. Сердце сжималось от страха за жизнь принца, так хотелось отстранить Остэ, которая все еще безжалостно вгоняла лезвие кинжала в грудь принца. Время затянулось. Вопли эльфа уже давно превратились в слабые хрипы, на большее сил Леголаса не хватало. Наконец, Остэ стала осторожно вытаскивать окровавленный кинжал, выдыхая тоненькую струйку воздуха на рану. Над разорванной плотью стали кружить искорки света, воздух засеребрился, засиял, не хуже звезд на призрачно-черном небе. - Кровь чиста, можно перевязать рану. Яда нет, его больше не жжет изнутри, - тихо сообщила вала и вдруг обернулась. - Твоя очередь, Ирмо. Пока Трандуил бережно перевязывал рану сына дрожащими руками, рядом присел Ирмо, осторожно касаясь лба принца пальцами и тихо-тихо шепча: - Посылаю тебе исцеляющий сон. Спи, принц, восстанавливай силы духовные и физические. Король сжал в руке ладонь сына, прикрыв глаза. Он передавал свои силы Леголасу, чувствуя, что жизнь эльфа уже спасена, но пока ослаблена. Совсем недавно душа бродила по кромке пропасти под именем смерть, грозя сорваться вниз, оставить тело безжизненно лежать на кровати, но в последние мгновения принца удалось спасти. Теперь он спал, спал спокойно под чарами Ирмо. Даже дыхание восстановило свой привычный ритм, словно река потекла в родном русле. - Спасибо... - едва слышно выдохнул Трандуил, благодарно смотря на Валар. Те спокойно кивнули, но вдруг Остэ посерьезнела. - Крепись, великий король, ибо тебе придется пройти через еще одно испытание, - пропела она, взмахивая волосами, - Ты должен будешь выстоять, и все станет хорошо. - Я не понимаю, о чем ты... - начал было Владыка лесов, но Валар уже растаяли в воздухе, лишь голос Остэ эхом прозвучал в его голове: "Вспомни меня, когда придет время". Едва успели исчезнуть Валар, в дверь осторожно постучали. Трандуил поднял голову и приказал: - Войдите. Дверь, тихо скрипнув, приоткрылась, и в комнату скользнула глава Лихолесской стражи - Тауриэль. Она, грациозно и бесшумно двигаясь, подошла к королю и поклонилась. - Владыка, я сообщаю вам печальные вести. Отряд, что был с принцем перебит, часть эльфов захватили в заложники. На рассвете павших в бою предадут земле, а этой ночью в Лихолесье зазвучит плач о них, - сообщила эльфийка, откидывая за плечи огненно-рыжие волосы. Трандуил по привычке оглядел ее. Вся в зеленом, за спиной качается колчан со стрелами и лук, изогнутый дугой. Ученица Леголаса. Выглядит хрупкой, но на самом деле девушка дерзкая и сильная, острый язык так и норовит что нибудь съязвить. Королю не слишком по душе была Тауриэль, но приходилось ей доверять, так как Леголас связал с ней крепкую дружбу. - Благодарю, - кивнул Владыка. - Если не сложно, я доверил бы тебе все дела, пока я нахожусь рядом с Леголасом. Он тяжело ранен, а целителю я не могу доверить его жизнь. Справишься? - Никаких проблем, мой король! - легко согласилась Тауриэль, склоняясь в поклоне и разворачиваясь, чтобы уйти, но ее в последний миг догоняет тихий шепот короля, и на красивом лице девушки расцветает улыбка: - Спасибо... Всю ночь Трандуил проводит в благодарных молитвах к Эру и Валар, но он не сводит пристального синего взора со спящего глубоким сном сына.