Ночные стражи "Испытание судьбы"

      Орик летел между деревьев в густом лесу, вращая головой в разные стороны. Лес был зловещим и темным, неба не было видно и только бледный свет луны проникал сквозь переплетения ветвей огромных деревьев. Он маневрировал и огибал толстые стволы, поросшие мхом и грибами, изгибал крылья, переходил на бреющий полёт. Пролетая мимо огромного дупла, он увидел два больших красных глаза, следящих за ним, присмотревшись вдаль ему показалось множество приближающихся красных точек, и до него донёсся звук взмахов крыльев, перемешивающих воздух. Желудок сжался и чуть не упал на землю, когда перед взором Орика, из тьмы, под лунный свет вылетели черные совы, состоящие из темного тумана, не пропускающего свет и оставляющего темный шлейф в воздухе. Орик быстро развернулся и полетел куда глаза глядят, он не знал, что это за твари, но они невероятно пугали его, заставляя дико взбаламучивать воздух крыльями, набирать скорость и смотреть вперёд не оглядываясь. Он летел уже долгое время и не решался посмотреть назад, чувствуя желудком холод. Мыслей в голове не было, только цель – улететь подальше от этого места. Маневрируя между деревьями, он увидел странный солнечный свет, вдалеке, словно разрезающий тьму. Набравшись смелости Орик полетел на него, надеясь, что туда преследователи не сунутся. Свет становился всё ближе, а перья стал обволакивать теплый морской бриз, стал чувствоваться запах воды. Влетев в свет, глаза были ослеплены и на секунду Орик закрыл их продолжая лететь вперёд. Теплый воздух ударил в лицевой диск, заставив поморщиться и открыть глаза. Желудок встрепенулся, а крылья потеряли чувствительность, перед глазами Орика возвышалось гигантское дерево, переливающееся золотом и растущее на одиноком острове. Он оглянулся назад, но за его спиной была лишь бескрайняя водная гладь, отражающая блеск дерева, тихо волнующаяся от порывов ветра. "Великое Дерево? Но откуда, я же в был вчера в Сант-Эголиусе?" – думал про себя Орик и после этих мыслей всё, что он видел стало расплываться и превращаться в тот же туман, из которого состояли те странные птицы. Орик моргнул и перед глазами, словно пелена, появился чёрный туман и красные глаза, смотрящие прямо на Орика, словно прямо в самый желудок.       – Просыпайся голубчик, смотри, что я тебе принесла, – ласково сказала Тётушка, погладив крылом по лицевому диску спящего беспокойным сном Орика, стараясь разбудить. Он лениво открыл глаза и слегка вздрогнул, увидев уродливый шрам на лице белой полярной совы, медленно поднимаясь и моргая глазами, отгоняя от себя мысли об этом странном и страшном сне       – Сегодня ты работаешь в инкубаторе, будешь наседкой и высиживать яйца, заодно следить за порядком, не можем же мы ставить юношу на уровне птенцов, – ласково и улыбнувшись сказала Тётушка и направилась к выходу, поглядывая на Орика, – иди за мной, – скомандовала она и вышла из пещеры. Осмотревшись по сторонам и встряхнув головой, Орик пошел следом за Тётушкой. Выйдя из пещеры, он поднял голову, под сводом каньона пролетели две совы, в боевых когтях и шлемах, они осматривали каньон с высоты и переговаривались. Ржавые когти незаметно блестели от падающих на них редких солнечных лучей, а шлемы отсвечивали и оставляли на каменном потолке солнечный зайчики. Орик смотрел на них и пытался услышать о чём говорили совы, он знал, что это Виззг и Ищейке, но ничего не мог разобрать, то и дело доносились разные всхлипы и стоны, сопровождающиеся скрежетом когтей о камень и ударами, заглушавшими остальные звуки и не дававшие Орику сконцентрироваться на двух совах.       – Эрик, не стой столбом и иди за мной, – в голосе Тётушки послышалось недовольство и она, стараясь скрыть хмурость, смотрела на Орика.       – Да... Извините, Тётушка, я иду, – он посмотрел на неё и опустил глаза, покорно направляясь за ней.       Они зашли в тоннель, и если бы совы не обладали отличным зрением в темноте, то ничего не увидели в этом тоннеле. Пройдя до середины, Орик заметил несколько ответвлений в стороны, в конце одного виднелось небо, голубое, цвет которого он уже забыл, пока жил в каньонах Сант-Эголиуса. В другом ответвлении стояла сова, со шлемом на голове и смотревшая на него красными глазами. Они шли дальше и всё четче стали доноситься звуки дыхания сов в абсолютной тишине. Тётушка отошла от входа и показала на него своим крылом, указывая Орику, куда идти. Он посмотрел на неё, затем сглотнул и, слегка вжав шею, зашёл внутрь большого зала, с несколькими ярусами, на которых восседало огромное множество совят разных семейств, но больше всего было сипух, желудок его немного дрожал. Почти все совы насиживали яйца и смотрели в одну точку, своими пустыми взглядами. Некоторые поднимались, чтобы перевернуть яйца, толкая их своими клювами и снова начинали греть. Некоторые дремали, другие ходили вокруг гнёзд, сделанных на скорую лапу, и проверяли состояние яиц.       – Твоя задача позаботиться о яйце, которое тебе выдадут и следить за порядком, я приду потом, – Тётушка, коротко проинструктировав Орика, развернулась и ушла обратно в тоннель.       – Номер 2-1, очень хорошо, для тебя готово место, – бесчувственная сова смотрела в одну точку и говорила эти слова словно заколдованная, затем показала крылом на свободное гнездо и отправилась дальше следить за яйцами. Орик молча посмотрел на яйцо, лежавшее в том гнезде и направился к нему. Оно было совершенно обычное и, не разбираясь в семействах сов, можно было с трудом определить, кому оно принадлежит, Орик наклонился и осторожно сел на яйцо. «Я разве похож на самку, чтобы насиживать яйца?» – сетовал про себя он и смотрел за происходящим в инкубаторе. Совы сидели, а остальные следили за ними, абсолютная скука и тишина, только редкие цоканья когтей по камню. В такой обстановке сон неумолимо надвигался на Орика, он, сначала, прикрыл глаза, надеясь просто вздремнуть, а потом провалился в сон.       Держась на потоках теплого ветра, он расправил крылья и планировал над морской гладью, отражающей яркий солнечный свет. Ветер дул ему в спину тёплыми потоками и лететь прямо не составляло труда. Спустившись ниже Орик увидел своё отражение в воде, оно искажалось от мелких волн и летело с такой же скоростью, а под ним было небо, точно такое же, как и над головой самого Орика. Полёт был не долгим, за все время, Орик не разу не взмахнул крылом, его просто несло воздухом, словно с какой-то целью. Вдалеке показалась полоска земли, приближающаяся все быстрее. Поначалу он не придал особого значения увеличению своей скорости, но, когда полоска земли, недавно бывшая на удалении от него быстро и со свистом пролетела под ним, и Орик летел уже над землёй, он принял попытки остановиться и приземлиться. Впереди начали приближаться деревья, с могучими стволами, совсем недавно они были такой же полосой, как и земля, но начинали приближаться всё быстрее и быстрее. Орик не мог двинуть крыльями и сменить направление. Земля быстро мелькала под ним, а воздух свистел всё сильнее. Желудок его окаменел, а зрачки расширились от страха. «Я сейчас врежусь!» – вскрикнул про себя и снова начал пытаться повернуть или остановиться, но всё было безуспешно, он словно летел по колее, с которой нельзя свернуть. Деревья, тем временем, были уже почти рядом и можно было разглядеть листья и ветки. С резким свистом вокруг него мелькали их стволы, но к счастью ни один его не зацепил. Продолжая лететь по широкой аллее, Орик немного успокоился и перестал сопротивляться, он смотрел по сторонам и пытался что-либо увидеть, но из-за скорости он не успевал ничего заметить, пришлось смотреть вперед. Пролетев довольно много лиг прямо, вдали небо стало светлеть и наливаться золотом и становиться всё ближе и ближе. Через несколько секунд, деревья словно расступились, открывая его взору огромное дерево, отражающее солнечный свет и возвышающееся на одиноком острове, среди моря. Орик не мог снова поверить своим глазам, чтобы убедиться, он посмотрел назад и желудок его словно выпал из тела прямо в воду. Сзади его преследовала тень с красными светящимися глазами. Тень летела так же быстро, но не догоняла Орика, за ней тянулся длинный черный шлейф такого же тумана, не пропускающего свет и быстро рассеивающийся в воздухе. Орик опешил и попытался начать махать крыльями, чтобы оторваться, но они всё еще не слушались его, он повернул голову вперед и в мгновение ударился об ветку дерева, в глазах потемнело, а тело перестало что-либо чувствовать.

***

      Орик открыл глаза и увидел ясное небо, проглядывающееся сквозь листву на могучих ветвях Великого Дерева. Лучи солнца игриво падали на его лицевой диск и слепили глаза. Вокруг не было слышно ничего, кроме звуков морского бриза, как будто это дерево никто не населял, а Стражи давно покинули его. Моргнув несколько раз, Орик начал вставать, но внезапно нахлынувшая резкая боль в крыле, заставила его упасть обратно. Крыло невыносимо ныло, и боль становилась сильнее, в конце концов заставив Орика вскрикнуть. Он повернул голову и сердце его чуть ли не вырвалось из груди, а желудок застыл, на месте крыла торчали ошмётки мяса и остаток кости, торчащий прямо из его тела. Орик снова закричал со всей силы, боль разрывала его тело на части, заставляя ворочаться. Он лежал в луже крови, которая уже перестала сильно течь, но испачкала всю траву и перья. Орик поднес голову к ошмёткам мяса, чтобы рассмотреть ранение ближе, но боль снова его прервала и он положил голову обратно, снова залившись совиным криком, а из глаз потекли слёзы. Сердце неистово колотилось, от чего, из раны, периодически стекало немного крови. Орик оттолкнулся лапами и отполз назад, волоча остаток крыла за собой. Пытаясь сдержать боль, он проверил второе крыло, оно было на месте, пострадало только второе крыло, которое лежало в стороне, от которой тянулся след из крови по земле.       Он продолжал кричать до того, как, откуда-то приземлилась одна сова, состоящая из тумана, но с зелёными глазами, она рыдала и ходила вокруг Орика, что-то бубня себе под клюв и размахивая крыльями. Но когда оттуда же прилетела ещё одна тень, с теми самыми красными глазами, он отпрыгнула в сторону и прижалась спиной к корню дерева. Сова с красными глазами посмотрела на Орика, а затем начала кричать на вторую сову грубым голосом       – Почему он?! Скажи мне, почему он! – сова подошла к корням и испепеляла вторую своим красным взглядом, но та просто испугано курлыкнула и сжала перья, уменьшившись в несколько раз, – Чем я хуже?! – вскрикнула туманная сова, которая оказалась самцом. Он сдерживал гнев, и казалось, что готов ударить вторую сову. Крыло снова заныло и Орик издал совиный крик, корчась от боли.       – Ты! Ты во всём виноват! Я убью тебя! – с этими словами, сова с красными глазами издала боевой клич и ринулась на Орика, взмахнув крыльями, она ударила Орика прямо в грудь и, мгновенно рассеявшись, испарилась, как и вторая сова и всё, что было вокруг. Орик резко открыл глаза, дыхание его было сбито, а желудок дрожал. «Ничего себе кошмар, Глаукс, за что мне такие сны?!» – подумал про себя Орик и стал оглядываться, широко раскрыв глаза. Вокруг ничего не изменилось, совы сидели на яйцах, а остальные следили за их сохранностью.       Орик уже не мог уснуть и просто сидел, и наблюдал за происходящим, как совята машинально переворачивали яйца, а другие совы ходили и проверяли их, искали повреждения. За всё оставшееся время рабочего дня не произошло ничего страшного и не вылупился не один птенец. Орик очень надеялся, что не увидит, как в этот мир приходит птенец, который обречён жить в этом ужасном месте. «Странно, почему я перестал думать о мести, неужели мне она уже не нужна?» – этот вопрос он часто задавал себе. Действительно, за то длительное время, с момента, когда он покинул орлов, желание мести сильно угасло, Орик не понимал, с чем это связано, часто он объяснял это взрослением, но одно он знал точно – он должен сбежать, но, сначала, он должен выяснить, что с Эланиссой и попытаться сбежать вместе.       Время медленно шло, а солнце медленно уходило за горизонт. Совы тихо копошились, кто-то спал, а кто-то смотрел в одну точку, не двигаясь и моргая только третьим веком. В зал зашла Тётушка, неся в клюве несколько мышек. Пройдясь по рядам, она разложила их перед клювами некоторых совят и ворковала над птенцами, расхваливая их, после чего она подошла к Орику и, улыбнувшись, положила перед ним сочную полёвку.       – Это для нашего юного болотного совёнка, тебе нужно набираться сил, – любезно пододвинув когтем полёвку, Тётушка перепорхнула на насест, где сидела сова и о чём-то с ней заговорила. Орик посмотрел на полёвку, немного удивившись такой любезности, но совершенно не отказался, полакомиться свежим мясом. Он схватил тушку клювом и заглотил целиком, после чего, мускульный желудок начал свою работу. «А приятное чувство.» – усмехнулся он про себя и стал смотреть на Тётушку, которая спустилась вниз, к выходу и ожидала его. Он немного подождал, но, когда она позвала его, то пошёл за ней следом. Они вернулись назад тем же путём и Тётушка оставила его спать, ласково попрощавшись.       Сон никак не приходил, тело было полно сил и Орик решил отправиться на разведку. Осторожно выйдя из своей пещеры, он пошёл обратно к тому месту, где очнулся после недавних событий. Он проходил коридоры, поворачивал в них, пока не наткнулся на группу совят, идущих из той ему на встречу. Желудок его сжался, а сердце стало стучать. Уходить было не куда, совята уже заметили его, но даже не открыли клюва, просто прошли мимо, продолжая свой путь. Орик удивился, и пошел дальше «Может и стража такая же, хм…» – подумал Орик и увидел вдали вход в пещеру, которую охраняли два часовых, стоявших как статуи. На их головах были шлемы, сквозь которые виднелись белые зрачки. Орик сразу понял, что они были зомбированы и ничего не смогут ему сделать, поэтому смело двинулся вперёд. Он прошел мимо этих двух сов, и почти ушел в пещеру, как одна заговорила:       – Туда можно только по разрешению, – грубо и холодно сказал часовой, не двигая головой.       – Эм… Я исполняю приказ Ищейке, мне требуется пройти внутрь, чтобы осмотреть пещеру, – холодно ответил Орик, надеясь, что это сработает. Часовой промолчал, а потом добавил       – … Если это приказ Ищейке, то я не в праве препятствовать его выполнению.       Орик вздохнул и продолжил идти, сердце его колотилось, как бешеное. «До чего же они тупые!» – усмехнулся он про себя и прошел в пещеру, запачканную и измазанную кровью, на полу которой, горстками рассыпаны непонятные крупинки, блестящие от редкого лунного света.