Ночные стражи "Испытание судьбы"

      Эрон(Орик) сидел на старой деревянной балке, торчавшей из стены замка, сложенного из многовековых массивных камней, покрывшихся за столь долгое время мхом и лишайниками, из трещин прорастали маленькие кусты и клочки травы, занесённые в эти щели очень давно. Занималось утро и поле, среди которого возвышался древний замок ловило на себе последние лучи бледного света уходящей в другой мир луны. Им дали время до утра, что бы немного отдохнуть перед первой тренировкой, новобранцы расселись в нишах, чтобы немного вздремнуть и лишь Эрон не спал, он думал свою думу, сидя на небольшой высоте, откуда было видно весь зал, где должно начаться обучение, виднелся лес, медленно переливающийся от первых лучей восходящего солнца. Он не хотел вспоминать прошедшее и решил отказаться от старого имени и взять то, которое он придумал, ему нравилось, как оно звучало, не так по-детски, каким ему казалось имя Орик, но он не знал, как оно пишется.       – Эрон, отныне меня зовут Эрон, совсем другая сова, без прошлого… - прошептал он себе под клюв.       Яркие лучи солнца слепили глаза и освещали золотым светом лицевой диск, быстро его согревая. Маленькие перья колыхались на лёгком утреннем ветерке, заставляя их переливаться и блестеть. Скоро должна была начаться первая тренировка, Эрон посмотрел на когти и пошевелил пальцами, содрав когтями небольшой слой гнили и дерева прогнившей снаружи деревянной балки, они ярко блестели, отливая золотом и серебром, казалось, что их видно даже в том лесу, они как маяк, указывающий куда лететь сове. Каждое вкрапление выражалось ярким рельефом, Эрон снова был поглощён разглядыванием узора, выведенного золотом и серебром на всей поверхности его боевых когтей. Вот тут, как ему показалось, летела сова, в лапах её был непонятный длинный предмет, совсем не похожий на когти. А вот тут, где коготь крепится к другому сегменту узор становится похож на огромную скалу, а рядом летели большие и непонятные птицы, несущие длинные, но острые палки.       — Солдаты, подъём! — пробасил Зверобой, пролетев прямо над головой Эрона. — Болотка, хватит разглядывать когти! Снимай их и отдай оружейнику, он отнесёт их на склад! — жёстко говорил он, кружа под остатками потолка, сквозь зияющую дыру которого внутрь проникали солнечные лучи, оставляя в воздухе пыльный и жёлтый след.       — Но это мои когти! — возмутился Эрон, прыгнув с деревянного насеста на небольшой каменный выступ, задрав голову на летающую сипуху.       — Меня это не волнует, не чистый, когти должны уйти на общий склад, все твоё теперь наше! — Зверобой засмеялся и кинул камнем в ещё спящего новобранца, одного из тех трёх, что недавно стояли рядом с Эроном, когда их впервые привели сюда.       — Нет! Они мои! — вскрикнул Эрон, распушив перья.       — Это приказ! — грозно закричал зверобой, неожиданно спикировав на Эрона и столкнув его с каменного выступа прямо на каменный пол. Удар был не сильный, но Эрон поперхнулся и, откашливаясь, поднялся на лапы, чиркнув когтями по полу, злобно смотря на амбарную сову, севшую на тот самый каменный насест. Эрон опустил голову и открутил два болта, вынимая из боевых когтей свои лапы, грусть нахлынула на него, он уже успел к ним привыкнут и не хотел расставаться, они стали словно его частью, он не мог отойти от них, а сами когти быстро побледнели в тени зала и стали невзрачными.       Оружейник подошел к ним и схватил лапами, взмахнул крыльями и издал тяжёлый сиплый звук, удивлённо посмотрев на когти, которые он смог поднять всего на пару метров и снова сел на пол.       — Что такое? — Зверобой сел рядом и оттолкнул сипуху от когтей, взявшись за них сам. В воздух поднялось много пыли, когда он взмахнул своими крыльями, нужно заметить, что он был довольно крупный, и смог быстро поднять когти в воздух.       — Как ты с ними летаешь, парень? — удивлённо спросил Зверобой, повиснув в воздухе и разглядывая когти.       — Спокойно, а что-то не так? — возмущенно пробубнил Эрон.       — Ну они же тяжёлые...       — Привык — соврал он. «Тяжёлые? Они же ничего не весят!» — подумал он, смотря на то, как грузно улетел Зверобой, неся в лапах его когти. Почему для них они оказались такими тяжелыми, эта мысль поселилась в его голове, ведь он спокойно летал с ними, не чувствуя их веса, тем более, он сражался в них с воронами! Теперь Эрон еще больше задумался о странном прошлом этих когтей, ведь они не только были тяжёлыми для других сов, но ещё и убили ворону, не нанеся ей не единого ранения, а незаметный зелёный свет, однозначно это не простые когти!       — Можешь не переживать за них, парень, не думаю, что кто-нибудь сможет с ними летать, так что у тебя есть шанс заслужить не только имя Чистого, но и когти, — процедил Зверобой, вернувшись обратно в зал.       — Так точно! — кивнул Эрон. «Но это только мои когти, я уже заслужил их!» — воскликнул он про себя.       — А теперь, вы все, построиться в шеренгу! — скомандовал Зверобой, оценив всех трёх сипух взглядом. Четверо сов начали метаться рядом, не понимая, что от них потребовали.       — Идиоты! В шеренгу - значит линией! — сетовал он. Новобранцы кивнули и встали рядом в шеренгу, напротив Зверобоя. Они переглядывались и взволнованно сжали перья, только Эрон стоял спокойно, осматривая каменные стены, большие разноцветные полотна, с изображением существ, не похожих на сов, без крыльев и перьев. Разглядывал фрески и большие окна, в которых стояли разноцветные витражи, создававшие рисунки из мозаики цветов. Зал был уже полностью освещён солнечным светом, проникающим через дыру в потолке и пустые окна, поросшие травой.       — Вы находитесь здесь, потому что вам была дана особая чистота, данная самим Глауксом, чтобы властвовать над другими совами, он дал всем вам силу, чтобы побеждать тех, кто решил поставить себя выше сов Тито Альба. Вы здесь для того, чтобы оправдать свою чистоту и стать войнами, чистейшими войнами, чтобы нести свою чистоту во все уголки совиного мира, чтобы вернуть былое могущество сипух Тито, чтобы мы снова властвовали над другими! — гордо и возбуждённо читал свою речь Зверобой, смотря в широко раскрытые глаза трёх сипух, что полностью обратились в слух, в их глазах играл огонёк возбуждения, сразу видно, что речь подействовала на них. — А ты, хоть и не рождён чистым Тито, можешь заслужить этот статус и стать наравне со всеми чистыми сипухами! — повернулся он к Эрону и посмотрел на него.       — О да! Я заслужу! Я буду стараться! — возбуждённо проговорил он, раздув перья и чуть ли не прыгая на месте.       — Очень хорошо, скажу тебе по секрету... — Зверобой подошел ближе и прошептал на ухо. — Верховный Тито возложил на тебе некоторые надежды, нам очень нужен такой способный воин, как ты. — Эти льстивые слова стали словно бальзам, смягчивший волнение и разжигающий ещё больший огонь внутри Эрона. В его кровавых глазах заиграл такой же огонь, что и в глазах тех сипух и Эрон злорадно улыбнулся.       — И так... — тут повисла тишина, разрываемая чирканьем когтей о каменный пол, расхаживающего взад и вперёд Зверобоя. — Сегодня ваша первая тренировка, в дальнейшем я научу вас сражаться лучше Стражей, что бы вы могли убивать их, потому что они отвергают очевидную чистоту Тито! — грозно и возбуждённо говорил Зверобой, а новобранцы издавали клекочущие звуки, поддерживая своего учителя, все они злобно смотрели на него и слушали.       — А теперь, деритесь! — лукаво посмотрел зверобой, скомандовав и сев на высокий камень, стоявший посреди зала.       — Но, разве вы не будете нас учить?! — воскликнула одна сипуха, а остальные поддерживающе закивали, переглядываясь между собой.       — В этом вся задумка! — ехидно брякнул Зверобой, а совы взволновано переглянулись, и лишь Эрон издал громкий боевой клич, побежав на одного Тито. Сипуха ничего не успела сделать и, громко и сипло крича, покатилась по полу, поднимая в воздух пыль и перья. Остальные испуганно посмотрели на упавшую сову и на Эрона, но снова, в мгновение, Эрон подбежал к другой сипухе и ударил головой под крыло, от чего та подлетела в воздух и упала спиной на камень, тихо вскликнув.       — Ты чего творишь! — вскликнула последняя сипуха и в тот же момент покатилась прямо под лапы к Зверобою, остановившись лапами вверх. В воздухе летала пыль и много разных перьев.       — Отлично, Эрон, ты смог просто выполнить приказ и напасть на тех, кого ты не знаешь, но будешь с ними учиться, — похвально сказал Зверобой, помогая встать сипухе, что упала ему под лапы. Эрон тяжело дышал, перья его быстро поднимались и опускались, а в глазах полыхало пламя. Остальные новобранцы злобно смотрели на него, поднимаясь и отряхивая перья.       — Что нужно, чтобы нанести точный удар? — спросил учитель, осматривая всех.       — Злость? — спросил один Тито       — Точность? — другая сипуха.       — Реакция? — тихо спросила третья.       — Именно! Вы должны уметь не только быстро летать, но и быстро избегать удар, чтобы, потом, стремительно контратаковать противника! — медленно говорил Зверобой, сжав в воздухе лапу, затем резко замахнулся и ударил новобранца, от чего тот вскликнул и отпрыгнул. — Вот пример плохой реакции. Сегодня я научу вас уходить от ударов, — сказав это, он снова сел на свой камень.       — Ты, - учитель показал крылом на Эрона, - раз ты отличился, то ты первый. Попробуй меня ударить! — он ехидно посмотрел на Эрона, который быстро поднялся под потолок, начав медленно кружит вокруг Зверобоя, сидящего на камне в центре. Эрон оценивал обстановку, и заметил, как солнце медленно восходило из-за стены, и скоро должно было светить прямо в зал.       — Чего ты тянешь? Не бойся! — нервно крикнул Зверобой, вращая головой, наблюдая за полётом новобранца.       Дождавшись момента, Эрон подлетел к дыре и начал снижаться к Зверобою, который приготовился отразить удар и, когда Эрон приблизился на расстояние удара, свернул в сторону, и солнце бросило свои ослепительные лучи прямо в глаза учителя, заставляя его закрыть газа, вскрикнуть и потерять контроль над ситуацией. Эрон быстро зашёл ему сбоку и нанёс удар, скинув с камня, но Зверобой был обучен и подготовлен, поэтому расправил крылья и плавно сел на пол, потерев лапой бок.       — Очень неплохо, ещё никто не проявлял такие знания вначале обучения! — возбужденно бубнил Зверобой, подойдя к Эрону. — я бы даже не ожидал, что ты учтёшь восход и применишь стратегию пикирования с солнечной стороны. Скажи, ты где-то учился? — спросил Зверобой, смотря в довольные глаза болотной совы.       — Меня никто не учил, я сам тренировался! — гордо соврал Эрон, посмотрев на свою лапу.       — Эту травму ты получил в сражении? — Зверобой кивнул на обожжённую лапу Эрона.       — Да, я был вынужден схватит лапой уголь, — грустно ответил Эрон, опустив голову.       — Это достойная травма, ты должен гордиться ей. Боевые ранения украшают сову.       Остальные новобранцы ревностно смотрели на Эрона и перешёптывались. Дальше началась тренировка, Зверобой показывал, как правильно контратаковать, когда на тебя пикирует противник, показывал это новобранцам на практике, но только Эрон схватывал всё на лету, оттачивая боевые навыки. Он закручивался с учителем в боевом танце, показывая, как он усвоил очередной удар, остальные сипухи тоже не оставались в стороне, у них получалось уже лучше. Зверобой рассказывал им, как правильно поворачивать хвостовое оперение, чтобы замедлить скорость и зайти противнику в тыл, приближаясь к нему спереди.       Солнце уже приближалось к горизонту и тренировка должна была скоро закончиться, Зверобой похвалил Эрона и приказал ему следовать за ним, он хотел сообщить Нире и Верховному Тито, что Эрон оправдывает все ожидания и станет отличным воином, что должно было очень порадовать Ниру и её мужа, что благоприятно скажется на их отношении к Зверобою, который хотел показать себя отличным учителем.       Зверобой распустил новобранцев, отправив их за другим Чистым, который покажет им, что делать и где они будут спать, а сам повёл Эрона к правителям. Они ушли в высокий коридор, на стенах которого висели картины, изображающие древних жителей этого замка, висели золотые светильники, на которых редко помещались ёмкости с углями, подобные тем, что Эрон видел в Сант-Эголиусе. Они шли не долго и Зверобой приказал Эрону ждать около прохода в огромный зал, где жили Нира и Железный Клюв. Эрон весь обратился в слух.       — Да дорогой, скоро он станет нашим, когда мы заманим его в треугольник! — злорадно шептала Нира, перебирая перья на грудке своего мужа.       — С его помощью мы усилим могущество и сможем шантажировать дерево, — тихо ответил Верховный Тито.       — Кхм... Генерал Клудд... — начал Зверобой. «Клудд? Это же имя птенца знакомой моей матери! Неужели он стал предводителем чистых!» — удивился Эрон.       —...вы просили доложить вам о успехах в обучении и в частности нового новобранца в лице болотки! — отчеканил Зверобой.       — Да, я помню это. Есть успехи? ¬¬– спросил Верховный Тито.       – О да! Этот парень, он прирождённый воин! Он на первой тренировке показал высокое мастерство! ¬– Расхваливал Зверобой Эрона.       ¬– Очень хорошо! – воскликнула Нира. – Он будет отличным воином!       – Не сомневаюсь, ваше чистейшество! – склонил голову Зверобой.       – Я хочу лично поговорить с ним ¬– злорадно сказал Клудд, исподлобья смотря на своего Первого заместителя.       – Я позову его – отчитался Зверобой и поспешил удалиться, переводя дух и проводив Эрона в зал, в котором на небольшом постаменте сидела Клудд и его подруга жизни Нира, обе совы пристально смотрели на Эрона, который, в свою очередь, сжал перья и во всю демонстрировал страх и волнение, но ничего не мог с этим поделать. В воздухе витала зловещая тишина, никто не начинал разговор, даже Зверобой ожидал слова Верховного Тито, а сам ушёл в тень, поодаль от Эрона, стоявшего посреди зала перед правителями. Потолок был не такой высокий, как в зале для тренировок, но он был целым. Зал являлся чистым и тёмным помещением, освещаемый искусственными фонарями и редкими окнами, в нишах лежали различные книги, когти, а так же кости и остатки древней цивилизации.       – Очень хорошо, что ты боишься. Испытываешь страх в моём присутствии! – медленно и зловеще начал Клудд, смотря на Эрона грозным и злорадным взглядом. Нира повернула свой белоснежный лицевой диск, который даже в темноте этого зала был светлый, как луна, и ехидно улыбнулась.       – Это правда? – начала Нира, испепеляя Эрона своим взглядом.       – Да… - робко прошептал Эрон.       – Громче! Чистый не должен мямлить! Он смел и отважен! Ты же хочешь стать им! – Верховный Тито сорвался и громко и грозно прокричал, его голос эхом отражался от стен, от чего Эрон еще больше сжался, но после собрался с духом и распрямился.       – Да, это чистая правда! Я совершил стратегический манёвр пикирования с солнечной стороны! – отчитался Эрон, окаменевший его желудок дрожал, а сердце колотилось, он знал, что сипухи отлично слышат это.       – Ты уже владеешь основными навыками ведения боя, поэтому, дальше ты будешь проходить специальную подготовку, после которой будет проведён ритуал. Скажи, у тебя есть живые родственники? – злорадно спросил Клудд, спланировав к Эрону и начав ходить вокруг него, осматривая каждое пёрышко и каждый шрам, которых было не так и много.       – Нет, ваше чистейшество, все мертвы либо от сов Сант-Эголиуса, либо от когтей Стражей! – чётко ответил Эрон, он медленно успокаивался и привыкал.       – Тогда для тебя мы проведём особый, специальный ТРОЗ, – вернувшись на свой насест к Нире, переглянувшись с ней и обменявшись взглядами.       – После его успешного прохождения, ты заслужишь прав носить звание Чистого воина, а дальше, если ты продолжишь отличаться, то можешь рассчитывать на повышение в Элитный Отряд Чистых! – сказал Клудд, повернув маску к Эрону, – а теперь иди, ознакомься с замком, можешь выпить, сегодня наши принесли много сока, он так пьянит, – Клудд усмехнулся и на его лице появилась редкая улыбка, – а мы дальше обсудим, план по захвату великого и мудрого Эзилриба и не только план, ¬– после этих слов, на лицевом диске Клудда, видневшегося сквозь шлем, показалось игривое выражение лица, после чего он начал тереться о Ниру, а та приказала Зверобой покинуть зал и оставить их наедине, что Зверобой покорно выполнил, выпроводив Эрона из зала.       – Я люблю тебя, Клудд… – дальше стали доноситься воркующие звуки двух сипух, разбавляемые тихим хохотом и курлыканьем, последнее, что было слышно, из зала.       – Ох уж эти голубки, – вздохнул Зверобой, взглянув на Эрона с намекающим взглядом, – очень любят доказывать друг другу свою любовь, странно, что до сих пор у них не появилось яйцо.       – Они давно вместе? – спросил Эрон, вспомнив Эланиссу, сердце его стало дрожать, и накатила грусть.       – Давно, ещё до переворота и смены власти, но это другая история. Очень страстная пара, – сипуха усмехнулась и полетела по залу, сказав, чтобы Эрон следовал ровно за ним и что они полетят в главный тронный зал, где как раз просыпались маленькие сипухи, которых забирали из семей, часто вместе с родителями, у которых не оставалось выбора, кроме как податься в армию Чистых.       Влетев в главный зал, Эрон опешил, он увидел очень знакомую картину – много совят стояли внизу, только им было разрешено переговариваться. Мимо них ходили старшие сипухи, которых было очень много и они занимали все насесты и балки. Доносились плачи, всхлипы, хохот, грязные шуточки про мокрогузых, которых Чистые терпеть не могли, считая их последними не чистыми существами во всём совином мире. Эрон сел на свободную деревяшку, неаккуратно торчавшую из стену и стал смотреть на совят. Зверобой удалился по своим делам, приказав завтра утром явиться в тот же зал, для следующих тренировок.       Усталость медленно накрывала Эрона, отгоняя все мысли, даже мысли о побеге, но они разрушились, когда он заметил постоянный патруль и стражу, и вывод, который Эрон сделал заключался в том, что просто так от сюда не сбежать, да и не очень то ему это хотелось. Совы, сидевшие на соседних камнях и насестах пренебрежительно косились на болотную сову, их удивляло то, что среди армии Чистейших сипух Тито Альба появилась не чистая болотка, но Эрону было всё ровно, он видел цель и планировал её достичь невзирая на реакции остальных, в итоге даже они будут его бояться и уважать. Особое впечатление произвели слова Верховного Тито о том, что его могут произвести в Элитный Отряд Чистых. Как он понял, это отряд лучших воинов за всё время существования Чистой армии, желание попасть в него сразу же зародилось внутри Эрона.       Скоро он уснул, не дослушав последний анекдот про Стражей, которые рассказывала сипуха, сидевшая поодаль от Эрона. Впервые за долгое время, сон у него был спокойный и без кошмаров, поэтому следующий день настал для него очень быстро и с самого утра он ожидал прибытия остальных новобранцев и учителя.       Вторая тренировка заключалась в навыке ведения боя, с которым Эрон очень быстро справился, а после её окончания, в этот раз она закончилась раньше, Зверобой преподал индивидуальный урок, направленный на оттачивания навыка пикирующей атаки.       – Понимаешь, Эрон, когда падаешь с большой высоты и набираешь высокую скорость, то увеличивается шанс навредить самому себе при ударе по врагу. Именно эту ошибку ты совершаешь, ты стараешься разогнаться быстрее, но не учитываешь это, я не говорю, что так делать нельзя, наоборот, это позволяет нанести сокрушительный удар и убить почти сразу, но для этого нужно уметь совершить удар не навредив себе, я научу тебя этому, но пока рано, сейчас твоя цель – совершение вращения с последующей петлёй и признанием жертвы, – инструктировал Эрона Зверобой. На эти тренировки ему разрешили надевать свои когти, Зверобой не мог понять, как этот юноша способен летать с такими тяжёлыми когтями, но сам Эрон не чувствовал их веса и спокойно наносил удары по небольшой совуколке, закрепляемой на палке на одной из разрушенных стен замка.       Эрон отлично усваивал всю особую программу тренировок, каждый раз, после общих занятий, Зверобой учил его различным тактикам, ударам, стратегиям, тому, что по стандартной программе новобранцы ещё не должны были изучать. Так прошло несколько дней, за это время Эрон стал сражаться наравне с любым Чистым, несколько раз его приглашали к Верховному Тито, где Зверобой хвалил Эрона, за что он получал привилегии. Впереди оставалось несколько тренировок и особый ТРОЗ, Эрон не понимал, что значила эта аббревиатура, но от отчётливо осознавал, что это было связано с убийством, и это не пугало его, он был абсолютно готов.