Когда тебя нет

POV Гарри. Пот с моего лба бесконечными потоками скатывался по вискам, противно оседая на губы. Все, что я ожидал сейчас – отличную такую пощёчину, или две, но даже этого мне было мало. Для того, чтобы прийти в чувство, мне было необходимо как минимум миллион пощёчин, отвесных таких, точно таких, как мои слова – скользких и мерзких, словно новорожденные слизняки. В ушах все гудело, и мне было чертовски страшно даже взглянуть на Рейчел, что там говорить о ее спокойствии и прежнем отношении ко мне. Мое сердце разбивалось об легкие и с каждой минутой все сильнее; я был уверен, что оно разорвется на куски и не оставит мне часть себя хотя бы малость. Но все, что я получил в ответ – это тишина. Мертвая тишина, которая отвечала на все вопросы и заглатывала их, точно с головой. Я краем глаза бросил взгляд на Рей, которая была тише любой тишины и громче даже самой сильнейшей боли, которую я только мог себе представить. Это было словно падение в бездну с края земли. Словно у земли вдруг образовался край. Её тело в миллиметре от меня стало совсем чужим, как будто и не было моим вовсе. Она не чувствовала ломоты или боли в костях, но и костей своих она тоже не чувствовала. Только биение моего сердца, ставшего вдруг чрезмерно огромным. Мы оба затерялись каждый в своих мыслях, и пропасть между нами была чуть больше, чем непреодолима. Мне казалось, что Рейчел растворяется в этой тишине. Я не чувствовал ее спокойного дыхания, я не чувствовал ее рук на своей захолодевшей коже, я не чувствовал ее желания, но самое страшное было то, что я не чувствовал ее. Она словно оторвалась на меня и стала слишком неземной, чтобы оставаться реальной. - Рейчел, я знаю, что я виноват и что я… - слова застряли поперек горла, и режущая, непреодолимая боль вдруг внезапно сковала мою трахею. Звук выдался хриплым и тупым, и, блять, лучше бы его не было вообще. Вуд спокойно подняла очарованные ночной пеленой глаза и посмотрела на меня сквозь приспущенные ресницы. Даже в этом проклятом разочаровании она была гораздо больше, чем божественно-прекрасной, и мне хотелось сдохнуть просто потому, что она все еще была… Была рядом со мной, когда мне бы следовало провалиться сквозь чертову, мать ее, землю. Не держи меня больше. - В следующий раз. – спокойно произнесла она, продолжая исследовать потухшим взглядом мое лицо. – В следующий раз, Гарри. В этот момент Рейчел натянула на себя помятую майку и, перекинув спутанные волосы через одно плечо, медленно встала с кровати, тихо усмехнувшись самой себе. Тусклый свет луны приятной полосой скользнул по ее спине, на которой при каждом движении Вуд колыхались хрупкие ребра под ее тонкой кожей. Я глубоко втянул воздух носом и позволил себе немного – всего лишь посмотрел на ее тело еще раз – и этот самый момент, я клянусь, стоил мне дороже самой вечности. - Ты… - Да. – резко перебила она меня грубым тоном и обернулась ко мне лицом, сморщив брови. – Я.

3 Doors Down – She Don't Want the World

- Ты уходишь. – моя рука застряла в воздухе, указав на дверь и, казалось, вся сила нескончаемой боли в этот момент задержала ее в пустоте. Рейчел, немного помедлив, полностью развернулась ко мне и сложила руки у себя на груди, принимаясь одним пальцем гладить свою кожу на ладони. «Убери руку, это должен сделать я.» - захотелось сказать мне, но поток воздуха вновь осадил мои слова, так и отшвырнув их прямо в легкие. - Вовсе нет. – сухие губы Рейчел дрогнули в нервной улыбке. – Я просто исчезаю. Я резко опустил взгляд, сердце решило сыграть со мной злобную шутку – я чувствовал, как оно окончательно развалилось на кусочки и все, что осталось от него, это мое бессилие, хотя в моих кулаках кипела кровь – я был несчастен и разбит. И я сам это разрушил. Все, что я чувствовал в этот момент – невесомость, которая окутывала меня своим присутствием. Если я никогда раньше не знал, что такое одиночество, пожалуй, сегодня состоялась чудесная ночь, для того, чтобы наконец-таки попробовать его. Вместо ночи любви я получил ночь нескончаемых пыток, и я был единственным человеком на Земле, кто заслужил их сполна. Это был я и я окончательно и бесповоротно остался наедине с самим собой. Прикосновение Рейчел привело меня в чувство. Она осторожно запустила руку в мои волосы и пропустила их сквозь свои холодные пальчики. Я наклонил голову, и моя щека тут же коснулась ее запястья; мне казалось, что Рейчел гладит меня по коже вместо того, чтобы ударить меня, как следует. - Ты, прекрасный подарок жизни, ты, лежавшая со мной кожа к коже, когда твое дыхание сплеталось с моим, ты, сделавшая меня более светлым, и более несчастным, и более тоскующим, и более твоим, ты, нежная, бледная, влюбленная, научившая меня любить беспокойные ночи и хранить твой сон, ты... существуешь ли ты еще вообще и появишься ли ты все-таки вновь? – я лениво приоткрыл глаза, боясь осознать то, что Рейчел исчезла на моих глазах. Но она стояла рядом, и ее руки были в моих волосах, и моя щека лежала на ее запястье и я, такой обожженный мгновением и любящий каждую минуту этой ночи, и осознающий, как все это больно и прекрасно одновременно, как это достойно даже самых недостижимых слез, все это было у меня и у нее, и все это проваливалось в целую пропасть, размером с целую вечность. - Я ничья. – произнесла Рейчел в душной комнате и закрутила прядь моих волос на свой пальчик, больно потянув меня при этом. Когда эти слова проникли в мой мозг, меня захлестнуло разочарованием, мое сердце окончательно рухнуло, осколками разрезая мои легкие. Она никому не принадлежала, и даже мне. Больше всего на свете я боялся сказать «моя», но и не мог позволить этим словам занять свое место. Я приоткрыл рот, но Рейчел тут же выпустила меня из своих рук и сделала уверенный шаг назад. - И я, Стайлс, больше не хочу. Она оставила меня посреди этой проклятой комнаты, комнаты, в которой рухнули все наши желания и вся наша жизнь, к которой мы стремились так долго. Я не чувствовал своих рук, глаза резало дотошной духотой, взгляд устремился в пустоту и я сам устремился в никуда. Вместо Рейчел, я слился с моей болью, мы с ней - одно целое, мы пульсируем вместе, в такт бешеному ритму сердца, которое, кажется, ожило и сейчас выпрыгнет из заполненной болью груди. Я закрыл глаза и окончательно сорвался – уход Рейчел был сильнее меня и теперь я окончательно и бесповоротно понял, что теряю ее, только теперь уже навсегда.

* * *

В пасмурное утро труднее всего оказалось открыть глаза. Мои глаза, затуманенные и обессиленные, не желающие видеть этот дождь за окном и ищущие лишь Рейчел в этом доме, мои глаза, тусклые и потухшие, мои глаза – и даже они подводили меня. В пересохшем горле болезненно пульсировало, я чувствовал себя пересохшей рыбой, которую выбросило на берег и теперь она – ничтожество, она никому не нужна и ее сожрут дикие звери, как только доберутся до ее хрупкого позвонка. - Рейчел? – единственное, что смог произнести я, закашлявшись от собственных слов. Конечно, она отозвалась. Она, прекрасная и безразличная тишина. Не знаю, какие силы заставили меня сползти с кровати, но если бы не стена, которая каким-то совершенно тайным образом не оказалась рядом с моим плечом, я бы рухнул прямо на пол и я клянусь, мне было бы абсолютно наплевать. - Рейчел. – вновь окликнул ее я, спотыкаясь на ходу об свои собственные ноги. Да что со мной, в конце концов. Изнутри меня потряхивало так, словно я проболел ангиной тридцать лет и получил осложнение на свои мозги, которые беспощадно решили атрофироваться. Я даже не соизволил натянуть футболку, мне было необходимо найти Рейчел в этот момент и убедиться, что она здесь, она не ушла и я не один, но с каждым моим последующим окликом мне казалось, что она отдаляется от меня все дальше. - Рейчел, мне просто необходимо убедиться, что ты здесь и что ты… - я постучал указательным пальцем по закрытой двери ее комнаты и тут же принялся топтаться на месте. - …и что ты не хочешь, например, сока или что-нибудь еще и… В этот момент я резко распахнул дверь и сделал уверенный шаг вовнутрь. Передо мной точно каменная стена рухнула и чуть не втоптала меня в землю своим появлением. Кровать Рейчел была идеально застелена, и не было ни одного намека на то, что она вообще была здесь. Меня мгновенно бросило в жар, и я застрял на месте, боясь пошелохнуться. Дождь за окном бил по подоконнику со страшной силой, а мне казалось, что он бьет меня по лицу, словно приводя в чувство. Я не знаю, сколько раз я произнес ее имя за последние пять минут. Я влетал в каждую комнату и тысячу раз повторял «Рейчел, Рейчел, Рейчел»… На языке крутилось лишь ее имя, в пальцах отдавался ток от ее кожи, в голове всплывали ее слова, а в ушах, точно трелью, отдавал ее голос. Рейчел. Она была тем ангелом, который приручил демона, той душой, что поймала его и удерживала с такой силой, с какой я не сталкивался никогда прежде. Моя Рейчел. Меня кидало в жар и в холод, я, ищущий ее в каждой комнате, пытающийся найти от нее хоть волосок, я, такой чокнутый и просто ненормальный, дышащий через раз и убитый напрочь, так нуждался в ней, как не нуждался никто прежде, это был и я был так жалок. - Ну пожалуйста… - произнес я еле слышно, заглядывая в ванную комнату и не обнаружив там ничего, кроме пустоты. Я подошел к ее полотенцу и тут же потрогал его. Сухое, как будто только что занесли с ветра и пересушили напрочь. Запах Вуд витал повсюду, и я ехал по этому запаху, совершенно теряясь в своих мыслях. Я был потерян. Ни одна мысль в моей голове не приводила к хорошему концу, все рушилось до идиотизма, до желчи, до всего, что только можно было выблевать, засунув два пальца в рот. Если бы я только мог, если бы я мог вернуть тот момент, если бы нужные слова пришли на ум и если бы я не был таким идиотом, как бы все могло быть? Ты так убог и жалок, Стайлс. И она выиграла, так и оставив тебя ни с чем. Я медленно спустился на первый этаж, даже не дав себе шанса лишь подумать о том, что Рейчел там. Конечно, ее не было. Стоял лишь холод и безнадежность, они смотрели на меня с середины зала, и я махнул им рукой, мол, привет, ребята, мы с вами одни и мы так ничтожны. Я не чувствовал себя. Вновь и вновь я возвращался к мысли, что я чертовски зависим. Я был зависим от Рейчел, и я целиком и полностью отдаю ей это право – разбивать меня как следует. Я разбил ее, теперь она наносит мне ответные удары, и я глотаю их, даже не запивая. Подобрав валяющуюся на полу толстовку, я лениво надел ее на себя и подошел к окну, подняв опущенные жалюзи. Сквозь них больше не сочилось утреннее солнце, дождь волнами накатывал на ветровое стекло. Пальмы посередине улицы качались и сгибались, угрожая сломаться. Но они не сломаются. Они были достаточно крепкие, чтобы выдержать. И я мечтал быть таким же. Сделав глоток апельсинового сока из кружки Рейчел, я продолжал смотреть на опустевшую улицу, медленно переводя взгляд на идеально-выстриженный газон возле дома. Капли дождя смешивались с землей, все вокруг было серым и умершим, на миг даже показалось, что жизнь остановилась, и ей больше не было здесь места. Заметив краем глаза, что шезлонг возле бассейна свалился на газон от сильного ветра, я заставил себя выйти на улицу и, черт побери, поднять этот гребаный шезлонг. «Сделай хоть что-нибудь, докажи себе, что в тебе есть силы, слабак» - процедил я самому себе сквозь зубы, выходя из дома и попадая под стену проливного дождя. Меня словно ведром окатили, в одну секунду одежда вымокла напрочь, и я так мечтал, чтобы меня смыло отсюда хотя бы на минуту. Завернув за угол, я застыл на месте, оступившись от неожиданности и вновь запутавшись в своих ногах. В глазах застряли капли от дождя, мир прекратил свое существование, и ничего больше не оставалось, как пойти ему навстречу. Мое излюбленное «Рейчел..?» получилось сухим и нелепым, как будто я совсем не репетировал это сто тысяч раз около пяти минут назад наверху, в комнате Вуд, ванной, гостиной, второй гостиной и еще в какой-нибудь комнате, я не знаю, в какой. - Какого черта ты тут делаешь? – это получилось смелее и жестче. Кулаки сжались, зубы стиснулись, в груди запылал огонь – я был зол и счастлив одновременно. Рейчел стояла в одном летнем платье, которое еле прикрывало ее тело, его как будто не было совсем. Она смотрела в бассейн, сложив руки на груди, и, казалось, ее не интересовало ничего, кроме несчастной воды в этом не менее несчастном бассейне. Быстрым шагом я подошел к Вуд, и тут же развернул ее к себе одной рукой, собираясь высказать все, что я только думаю о ней, но слова вновь и вновь рушились, так и не успев начаться. В эту минуту произошло то, к чему я так долго готовился, но именно сейчас я не был готов получить это. Рейчел со всего размаху зарядила мне по роже, а затем, когда я приложил ладонь к разгоряченной щеке, добавила по второй, со всего маху заехав мне по лицу. Кровь в жилах закипела и я, точно по привычке, сжал кулаки. Черти внутри меня ожили мгновенно, заряд – на миллион. - Скажи спасибо, что я меньше тебя в три раза, иначе бы я утопила тебя в этом бассейне и места живого от тебя не оставила. – на одном дыхании произнесла она, отходя от меня на один шаг назад. Я вспыхнул со страшной силой, мускулы на руках тут же заиграли, мне хотелось врезать самому себе, добавить от Рейчел, от Метью и от еще кого-нибудь, лишь бы доставить ей удовольствие, лишь бы показать ей, что я сдаюсь, и она целиком заслужила это – смотреть на то, как я проваливаюсь перед ней. Но мне не было больно физически. Я был истощен морально, я не знал, что говорить. И я бы с удовольствием нацепил камень себе на шею, чтобы прыгнуть в бассейн, но Рейчел была сильнее меня в этот момент, и я ничего не мог ответить ей. Совсем. Она стояла напротив и смотрела на то, каким жалким я был перед ней, словно дворовый пес, которого выпнули из будки и отправили на прогулку в этот ливень. - Ты будешь проклят просто потому, что это ты. – со злостью процедила она, толкнув меня рукой в грудь. Я пошатнулся от ее прикосновения, которое оставило рану где-то в самом центре. – Ты разбил меня так, как не разбивал никто, ты посмел дотронуться до меня, когда я собственной матери не разрешала себя трогать, ты тот, кого я меньше всего хочу видеть, я ненавижу тебя, Стайлс, я хочу, чтобы ты провалился и сразу же сдох. С каждым словом напор от Рейчел становился больше, она смело шла вперед, когда, наконец, не прижала меня к бетонной стене дома. Я медленно поднял глаза на нее и губы тут же расползлись в улыбке: даже в этот несчастный момент, в этот момент, когда я терял все, она была небесно-волшебной, она была самой лучшей для меня, и я готов был сделать для нее все, что только мог, если бы она только знала, что происходило у меня внутри. - Я жила прекрасной жизнью, все то убожество, от которого ты уворачивался – все это было моей жизнью, пока не появился ты. – она брезгливо поморщилась, оглядев меня с ног до головы. – Пока я не согласилась пойти на твой чертовый показ, который у меня поперек горла сидит, пока ты все не разрушил! У меня от тебя кишки заворачиваются, мне хочется выблевать тебя изнутри, Стайлс. Ты влюбил меня в себя, а теперь... Я не верю ничему, что касается любви; я больше ничего не чувствую. Я открылась тебе, всё выразила, показала себя, и ты забрал это с собой. – глаза Рейчел блеснули и она опустила голову, резко выдохнув воздух на свою кожу. - Мне холодно, Гарри. Мне холодно и одиноко. Ты доказал мне, что влюбленность и ты – это далеко не для меня. И я хочу уйти, потому что ты – это пустота, которая всегда со мной. Ее слова пульсировали в моих висках, я был уверен, что бледность моего лица испугала Рейчел. Мы словно поменялись местами и мне было совсем не жаль. Мне было не жаль себя, мне было жаль ее, и жаль только потому, что она встретила меня. Все это изначально было ошибкой, и я понимал это, понимал только потому, что осознавал – это тот самый конец, который так приятно щемит сердце и обливает его сладким сиропом, от которого уже тошнит. - Ты похожа на меня. – произнес я и прикоснулся затылком к ледяной стене, устремив взгляд в хмурое небо. - Я импульсивный и вспыльчивый, я любил быть один и не подпускал к себе ни одну больше, чем на час, а если подпускал, то это было ошибкой, но ты единственная, кто проник внутрь меня. Ты ведешь себя, словно ненавидишь меня в один момент, а в другой - словно я нужен тебе. – я опустил глаза на Рейчел и она тут же отвела свои, точно не желая видеть меня совсем. - Но я чертовски влюбился, Рей. Когда ты рядом, мне не нужны ни выпивка, ни деньги, ни показы, ничего. Я спятил, я абсолютно спятил и так происходит всегда, когда тебя нет. Всё, что мне нужно - это ты. Ты - та, о ком я все время думаю. Ты - та, о ком я все время мечтаю. Ты – это все, что я хочу. Вуд сделала еще один шаг назад, отдаляясь от меня все сильнее и сильнее. Я отпускал ее всем сердцем, я разрешал ей уйти и мысленно просил ее об этом, лишь бы не слышать больше всех «красивых» слов, что она могла бы мне сказать. - Может быть, этой осенью я наконец-то буду достаточно хороша для кого-то. – Рейчел улыбнулась, и ее улыбка в этот момент стоила мне, наверное, целой жизни. - Может быть, в 2015 ты поймешь, что ты всегда и была. – ответил я ей, взглянув на нее. Ее глаза отталкивали меня от себя; мне чудилось, что каждый ее вздох разрушал меня все сильнее. Когда в груди совсем не осталось места для моей нескончаемой боли, которая тянулась к сердцу, я стиснул зубы и внутри меня вновь проснулся дикий зверь, который в любой момент был готов разорвать любого в клочья. Я боялся, что она станет моей добычей. - Уходи, Вуд. – со злостью в голосе сказал я, впившись своими глазами в ее горло. – Сейчас. Рейчел безнадежно опустила глаза и разочарованно покачала головой. Еще никогда в ее взгляде не было столько смертельного разочарования и жизни одновременно. - Вуднесс, запомни уже. – саркастически заявила она и вновь сделала шаг назад. – Только уж раз ты меня отпускаешь, мы оба знаем, что расстаемся навсегда. - Рейч… - Я прощаю тебя. – перебила она меня, медленно отходя назад. – Я прощаю тебя, Гарри. – она улыбнулась мне, и если я бы я мог умереть в эту минуту – у меня была бы самая прекрасная смерть. - Потому что эти капли, это небо, этот мир - это все для тебя, но я прощаю тебя, потому что прощение идет от слова "прощай". С этими словами она ушла, ушла легко и просто, как уходят люди, вздохнув в последний раз. Я остался один, среди этого уродского шезлонга с дурацким орнаментом и бесконечным ливнем. Я остался один и все, что мне оставалось, это слиться с той самой бесконечностью, которая обратилась в тяжелую истому. И я растворялся в этом, окончательно осознав, что Рейчел… Она ушла. Я медленно повернул голову в сторону дороги, посреди которой все дальше и дальше отдалялся ее силуэт. Я стоял до тех пор, пока совсем не потерял ее в этом сером ливне. Я потерял ее в самом себе. Я потерял ее.

«…Ты – моя, даже если я тебя никогда не увижу».

POV Рейчел. Любовь кажется тебе приятной игрой, но это игра с огнем — гибельная игра, особенно для человека с деревянным сердцем. - Давай, Рейчел, еще разок. Вся наша жизнь – чреда мгновений. И ты не проживаешь их до конца. - Повыше голову, Рей. Ты проглатываешь их, не прожевавши. А потом давишься, выплевывая обратно. - Ты умница. Любовь не бывает вечной. - Работаем без перерыва! Просто потому, что люди не вечны. - Пару снимков и ты свободна, крошка, давай. Я стала непредсказуемой стороной его жизни, загадкой, переменной величиной, неподвластной его контролю. - Рееей, ну в чем дело! Что с твоим лицом?! И хотя я дарила ему мгновения спокойствия, смятение, в котором он пребывал без меня, при мне становилось в десять раз хуже... - Добавьте ей румянца! ...он с трудом справлялся со своим гневом. - Вуднесс, может, врача? В один день я перестала быть его загадкой и исключением, превратилась в слабость. - Ладно, пять минут. Которая обернулась лишь потерей. - Эй, мадам! – ко мне подбежала Иви, принимаясь взбивать мои волосы в своих руках. – На тебя лица нет. Ты что, заболела? Я посмотрела на нее так, как смотрят на психически-нездоровых людей. Вроде и жалость пробивает, а вроде бы и наплевать хочется. - Ты скажешь сегодня хоть слово? – настойчиво спросила Иви. – Последняя съемка и мы улетаем, ау, деткааа?! - Да, я помню. Я… - Тыыыы..? – выпытывала из меня каждое слово Иви, надоедая своим присутствием. - Я помню! – настырно повторила я, отпивая из своей кружки приличный глоток крепкого кофе. – Я не спала целую ночь, и я… плоховато соображаю. Отмахнувшись, я поправила подол длинного платья и сложила руки на поясе. Софиты загорелись в одну секунду, ослепляя глаза. Я немного нахмурилась, ухмыляясь уголком губы, и резко повернула лицо в сторону камеры, оскалив свои зубы. - Выходи за меня, Рейчел! – восхищенным голосом выкрикнул фотограф и сделал как минимум три тысячи фотографий за одну сотую секунды, вдохновленный удачной шуткой и всеобщим смехом на площадке. Съемка закончилась спустя несколько часов, я была выжата, как лимон. Напоминалка на телефоне показала, что рейс через пару часов, а это значило, что, несмотря на усталость, я могла позаниматься в зале и еще тысячу раз напомнить себе о своем жалком существовании. Встав напротив большого зеркала, я натянула перчатки на ладони и нахмурила брови. Если бы я имела право находиться одной среди тренажеров, я бы налепила лицо Стайлса на эту несчастную грушу и изуродовала бы ее одной рукой, но мы не в детском саду, хотя я была бы не против. Я самая большая лицемерка из всех, всем говорю держаться, что в конце есть свет, и что в конце все будет хорошо до тех пор, пока ты продолжаешь ждать. Я всегда говорю людям, чтобы они верили, я внушаю в них надежду, я говорю, что им нужно продолжать пытаться, потому что еще слишком рано сдаваться, что на свете есть столько всего, ради чего стоит жить. А еще есть я. И я еле держусь. Открыв глаза, я снова ударила по груше, разминая руки и полностью погружаясь в этот совсем никчемный вид спорта. Я не знала, как они делают. Я просто долбила по груше с такой силой, с какой ударила бы создателя своей жизни. - Ты явно ошибся, выбирая меня. – вырвалось из моей груди и я с новой силой ударила по ней, отступая назад. - Рейчел! – окликнула меня Иви, заходя в зал. – Ты спятила? Одним движением я сбросила перчатки на пол и обернулась, улыбаясь своей новой «подруге». - 2 минуты и я вся твоя. - Не моя, а этих несчастных секьюрити в аэропортах! – заметила Иви, показывая на время на своих часах. – Ты же не хочешь опоздать на этот чертов рейс? Покачав головой из стороны в сторону, я вновь повернулась к боксерской груше и аккуратно обхватила ее, восстанавливая дыхание. Прикоснувшись лицом к тому месту, по которому я била сильнее всего, в сердце неприятно заныло. - Я отпускаю себя ради тебя. – произнесла я еле слышно, впиваясь руками в боксерскую грушу. - И я совсем не боюсь. Распахнув глаза, я грустно улыбнулась и отошла на видимое расстояние, не отрывая взгляда от заветного места. - Ты меня поймаешь. Оглянув тренажерный зал в последний раз, я захватила бутылку воды и быстрым шагом направилась прочь.

* * *

Париж… Листая календарные листы, сезоны года, города и судьбы людей, мы остаёмся собой. И от себя никуда не убежать: ни в осень, ни в Париж, ни в любовь. Но я убегаю от тебя. Я убегаю от себя, от тебя и от нас. От нас ничего не осталось, и я, собравшись с духом, взлетаю. Сердце мое, я так тебя люблю! Закрываю глаза и мечтаю вдохнуть свободу, мечтаю остаться и отпустить тебя, мечтаю обрести себя. Жизнь моя, я так тебя люблю. Покажи мне себя, обернись ко мне и обними меня. Я проживу без тебя, и после этого тебя обязательно кто-нибудь полюбит...

…даже если это снова буду просто я.

POV Гарри. Мгновения, ведущие к главным. Иногда тебе кажется, что все проваливается. Жизнь рушится, все идет к черту. Но ты, стиснув зубы, продолжаешь идти, хмуришься, упираешься, и вырываешься вперед. Это финиш. И если раньше ты умел проигрывать, сейчас ты – впереди. Ты лучший и ты доказал всем, что можешь все. Жизнь – как взлетная полоса. Сначала тебе чертовски страшно, затем ты набираешь скорость и в конце взлетаешь, отпуская боль прямо в окно. «К черту все!» - думаешь. «Мы молоды и прекрасны, и весь мир у наших ног». – вновь подумаешь, да не скажешь. - Ты куришь? – Метью недовольно косится на меня и чуть ли не крутит пальцем у виска. – Слушай, Стайлс, ну и идиот же ты! - Я только пробую. – процедил я сквозь зубы, держа сигарету между зубов. На улице нескончаемый ветер, поэтому мне приходится поднять воротник и вновь затянуться дымом. Неплохая такая проба. - Ты еще очки со лба спусти, богатым солнце ярко светит. – продолжает бубнить Метью, щурясь от ветра. – Слушай, ну и угораздило ведь тебя! Я опускаю очки со лба на глаза и девушка, проходящая рядом, кажется, сворачивает шею в мою сторону. Расправляю плечи шире и улыбаюсь ей. Привет, конфетка, ну и убогая же ты. - Ничего не угораздило. – с важным видом заявляю я, пялясь по сторонам. – Я ебашил в зале чуть больше, чем всю ночь, и единственное, о чем я мечтаю, это развалиться на кровати и не вставать миллион дней. - Ну а птицу-то эту зачем ты взял? – Метью снова начинает недовольно мычать, однако сует палец в клетку Питтэ и она тут же цапает его. Доигрался. Я не отвечаю ничего, просто молчу и сжимаю зубы. - Стайлс! – заорал Метью, пихая меня в бок. – Мы смотримся как придурки! Я медленно поворачиваю голову в сторону этого чокнутого и кручу пальцем у виска. - Сам такой. – обижается он. - Это ты такой, придурок! – ржу я прямо ему в лицо. – Стоишь тут посреди дороги и орешь как потерпевший. - О, да. – Метью закатывает глаза к небу и всем видом показывает, что он не такой. – Зато ты, наверное, выглядишь лучше с этой придурошной птицей в золотой клетке, с поднятым воротником, сигаретой в зубах и очками на полрожи, когда сегодня ПЕРЕМЕННАЯ облачность. - Местами осадки. - В виде проливных соплей в твою сторону, урод. Пропускаю слова мимо уха и, докуривая свою сигарету, швыряю ее в мусорку. Попадаю прямо в цель, и с этого момента у меня внутри все немеет от одного представления, насколько я хорош. Метью плетется сзади, когда мы входим в здание, переполненное народом и снова что-то мычит себе под нос до тех пор, пока я торжественно не вручаю ему клетку прямо в руки. Обойдя очередь стороной, я подхожу к кассе и улыбаюсь лучезарной улыбкой девушке в белой блузке. - Мистер Стайлс! – восторженно заявляет она и берет мой паспорт, продолжая улыбаться мне, как идиотка. - Мисс… - нихрена не вижу ее имени на бейдже, уж слишком темно здесь. Замешкавшись, я, наконец, понимаю, что это из-за моих дурацких очков на носу и тут же поднимаю их на лоб. – Ааа, Мисс Морган, ну что за встреча! Вижу ее впервые, блять. Девушка что-то быстро печатает в своем компьютере и снова улыбается, подняв глаза на меня. - Куда на этот раз? Я прикусываю нижнюю губу и мечтательно прикрываю глаза. Тепло разливается по моим жилкам, мне хочется побыстрее уехать, уехать надолго, чтобы вернуть себя самому себе, чтобы забыть все, что пережито и вновь вдохнуть воздух полной грудью. Есть единственный город, который может дать мне все это. Я открываю глаза и снова улыбаюсь, уверенно произнося прекрасные слова, от которых все вокруг расцветает: - В Париж!

* * *

Играй, как можешь, сыграй, Закрой глаза и вернись. Не пропади, но растай, Да колее поклонись. Мое окно отогрей, Пусти по полю весной. Не доживи, но созрей И будешь вечно со мной.