Каникулы братцев Ди

Эйс поморщился во сне и перевернулся на другой бок, накрываясь одеялом с головой. Но звук, разбудивший его, и не думал пропадать или хоть на чуточку становиться тише. Снова поморщившись, мужчина рывком откинул одеяло, сел на постели и обвел комнату раздраженным взглядом. Та оказалась совершенно пуста. Брюнет нахмурился и перевел взгляд на кровать, в которой сейчас сидел. Луффи в ней не оказалось. Все еще не понимающий, что же происходило этим утром, Портгас кое-как выбрался из постели и подошел к столу, где валялся его телефон. Взглянув на дисплей, парень с удивлением обнаружил, что умудрился проспать даже время своего обычного подъема, не говоря уже о времени, когда он просыпался в доме деда, спустя столько времени снова, пусть и ненадолго, поселившись здесь. Эйс усмехнулся и снова перевел взгляд на измятую постель. Луффи, значит, решил его не будить и дать выспаться… или просто унесся первым занимать ванную? С него ведь станется. Мужчина взъерошил пятерней темные волосы, а затем понял, что это был за звук, который вывел его из царства Морфея в реальный мир. Он подошел к окну и распахнул ставни, позволяя музыке дождя и прохладе дня наполнить его бывшую детскую. Портгас оперся о подоконник ладонями и полной грудью вдохнул напитанный влагой воздух. Дождь значит? Несмотря на свой огненный темперамент и в целом довольно веселый нрав, мужчина любил дождь. Любил наблюдать за тем, как прозрачные капли воды стучат по крышам и мостовым, по тропинкам и тротуарам. Как они отбивают веселую чечетку, ударяясь о зонты прохожих или же с радостным плюхом скрываются где-то в глубине успевших набежать луж. Ему нравилось слушать музыку дождя, сидя где-нибудь под навесом и читая книгу или попивая кофе. Хотя последние привычки он нацеплял не так уж и давно от своего хорошего друга Марко, над чем неустанно любил подтрунивать второй, не менее хороший, друг Сач. А еще Эйсу нравилось, как под влиянием дождя неуловимо изменялся мир. Он мог быть уныло-серым, тоскливым и совершенно лишенным красок. Но и в то же время, каким-то кристально-прозрачным, звенящим и очень хрупким. Мир в такие минуты так был не похож на себя, что в голове волей неволей рождались весьма странные и просто нереальные мысли. Почему-то дождь не ввергал мужчину в отчаяние и тоску. Вовсе нет. Дождь всегда дарил ему надежду, что этот мир совсем не такой, каким он хочет казаться. Потоки воды, обрушивающиеся с небес на землю, словно смывали весь налет лживости и фальши, оставляя поднебесной лишь истинную оболочку, позволяя ее жителям совсем ненадолго, лишь на минуты и доли секунд увидеть настоящий мир. Дождь всегда дарил ему надежду, что все в этом мире может быть таким, каким бы он только пожелал. Вот только сегодня, сколько бы Эйс ни вслушивался в мелодию дождя, сколько бы ни вглядывался в сплошную стену воды, сегодня он не мог с уверенностью утверждать то, что было для него обычной истиной. Сегодня дождь таил в себе тревогу. И чем дольше мужчина стоял перед распахнутым окном, тем сильнее возрастало в нем это ощущение. В какой-то момент Портгас словно вынырнул из забытья. Он недоуменно нахмурился, не понимая, что могло так сильно на него повлиять, а затем, еще раз бросив взгляд за окно, старший из братьев Ди фыркнул и направил стопы в святая святых, коей становилась ванная комната по утрам, оставив ставни распахнутыми настежь. * * * – Деда, да нет же! Не так! Тебе надо жать на зеленую кнопку, тогда и будет удар, вот смотри! Эйс прислонился плечом к дверному косяку в гостиную и с усмешкой взглянул на деда и Луффи, которые играли, точнее, пытались играть, в Теккен. Не успел мужчина сполна насладиться более чем комичным зрелищем, как его заметили. – Эйс, иди, замени меня! – воскликнул Гарп. – Твой брат никак не угомонится, хотя и знает, что из меня хороший игрок только в шоги*. – Так это я тебе обязан долгому сну? – усмехнулся Портгас, проходя в комнату и забирая у старика геймпад. – А ты неужто понадеялся на милосердие со стороны мелкого? – хохотнул дед, скрываясь в кухне. Но не успели братья даже начать новый раунд, как Гарп вернулся, неся в руках поднос с завтраком для своих дуралеев. – Вот просидели тогда дома, а теперь уж и не выйдете никуда, – беззлобно проворчал старик, ставя снедь на журнальный столик, откуда одну из пиал мигом умыкнул младший представитель семейства. – Да ладно тебе, – миролюбиво заметил Эйс. Подхватывая свою тарелку, прежде чем до нее добрались бы загребущие ручонки брата. – Дома тоже полезно посидеть, да и у тебя, как я вижу выходной, а значит, оно стоит того. – Подхалим, – только хмыкнул Гарп в ответ на слова внука. – Ну и, чем тогда планируете заниматься весь день – дождь-то, похоже, зарядил до вечера, если не до завтрашнего утра. – О, – расплылся в улыбке Портгас. – В первый вечер мы посмотрели далеко не все фильмы старины Брюса, а там недалеко и до похождений Джеки. На этот раз Гарпу крыть было нечем. * * * Нестерпимое ощущение того, что сегодня должно произойти что-то важное, к вечеру многократно усилилось. Эйс был словно ожидающий бурю человек, сначала лишь чувствующий влагу в воздухе, а затем и увидевший черные волны туч, несущиеся откуда-то с запада. Он еще не мог точно сказать, чем были вызваны эти ощущения, но смутные предчувствия беды, не могли оставить его в течение всего дня. Брюнет вздохнул, провел пятерней по растрепанным и слегка влажным после душа волосам и толкнул все же дверь, ведущую в их с братом спальню. Младший Ди предсказуемо обнаружился в его постели. Луффи уже спал – к пятому дню совместного проживания в одной комнате разрешение брата на сон под одним одеялом ему больше не требовалось. Портгас подошел к постели и присел перед ней на корточки, отводя с любимого лица непослушную прядку волос. Какого же было удивление Эйса, когда сильные руки младшего неожиданно обвились вокруг его шеи и притянули к себе. Старший сдавленно охнул и едва успел подставить локти, чтобы не рухнуть на младшего всем весом своего тела. – Лу, ты что творишь? – возмутился было он, пока не сообразил, что именно делает младший братишка. Тот же прижался губами к крепкой шее в отнюдь не целомудренном движении, обдавая кожу горячим влажным дыханием, а рукой зарылся в темные волосы, заставляя бежать волны желания и толпы мурашек по загорелой коже. Почувствовав, что от этой близости его разум мутнеет куда быстрее, чем обычно, Эйс снова возмутился и попытался отстраниться, но Луффи держал его хоть и мягко, но крепко. – Эйсу, – тихо позвал он, и от этого тона Портгас почувствовал, как сердце забилось чаще, а кровь забурлила в венах. – Эйсу, ты ведь тоже хочешь этого… Янтарные глаза пытающего совладать с охватившими его эмоциями старшего Ди шокировано распахнулись. Ему не послышалось? Луффи, его маленький братик действительно сказал то, что услышал Эйс? Или это такой дурной сон, где уже спустя мгновение все осыплется грудой сверкающих в адовом огне, пожирающем его душу, осколков? Это не могло быть правдой. Эйсу всегда казалось, что он достаточно хорошо скрывает свои эмоции. Не мог Лу знать, не мог догадываться, не мог видеть, не мог… не мог ответить взаимностью на такие неправильные чувства. Но тому, по всей видимости, было абсолютно плевать на все терзания и все многочисленные «нет», которыми Портгас отгородился от брата. Он, продолжая одной рукой удерживать его за шею, подтянулся немного выше, провел влажную дорожку языком от уха до краешка губ, не решаясь отчего-то поцеловать старшего по-настоящему. – Нет, Луффи! Ты не должен этого делать! – Эйс судорожно сглотнул, пытаясь унять дрожь в руках от пока еще вполне невинных действий братца. – Мы не можем… Ты не понимаешь… – Мне уже давно не десять лет, Эйсу, – непривычно серьезным тоном отозвался вновь Монки, немного отстраняясь и заглядывая в янтарные глаза напротив. – Это скорее ты слишком уж много думаешь и колеблешься… С этими словами младший брат впился в губы старшего поцелуем, проникая в его рот юрким язычком и принимаясь ласкать его со всем пылом и страстью, пока тот не успел одуматься и снова закрыться от него. Но Портгас, поддавшись на несколько коротких мгновений столь желанным прикосновениям, поразительно быстро совладал с собой и отстранился от Монки. – Это ничего, Эйсу, ведь ты же мой брат… – мягко с щемящей сердце надеждой в голосе и во взгляде карих глаз, произнес Луффи, вглядываясь в полускрытые темнотой черты лица Портгаса. – Вот именно! Ты мой брат и поэтому мы не можем!.. – обреченно прошептал старший, опуская взгляд. – Глупости! Все мы можем… – горячо воскликнул Луффи, хватая его за плечи и пытаясь растормошить и снова заставить взглянуть на себя. – Ты ведь тоже этого хочешь? – Я… – растерянно отозвался Эйс, и в душе Монки вспыхнула искорка надежды, но тут Портгас вскинул голову. Тонкие губы его были плотно сжаты, брови сведены к переносице, а в глазах полыхал огонь мрачной решимости. – Не на одних желаниях держится этот мир, Луффи! – твердо произнес он, отнимая руки младшего брата от своих плеч. – Как бы я ни хотел, я не могу… прости… Эйс поднялся с колен, развернулся и вышел из комнаты, оставляя Монки одного. Еще парой мгновений спустя до слуха его донесся еле слышный, но прозвучавший для него словно пистолетный выстрел, хлопок входной двери. Эйс ушел из дома. * * * Темнота ночи сменилась серыми сумерками, должными обозначить наступление нового дня, так похожего на предыдущий в своей унылости. Вот только на этот раз не было слышно барабанящих по крыше и карнизу дождевых капель, играющих любимую ими песнь весны. Как не было рядом и сопящего, удерживающего его в теплых объятиях старшего брата, чье дыхание обдавало кожу щекочущим теплом, а помятая во сне физиономия вызывала невольную нежную улыбку. До самого утра больше похожий на прежнего упрямого мальчишку мужчина просидел на кровати Эйса, скрючившись, обхватив обеими руками ноги и уткнувшись носом в коленки. Но сколько бы он его не ждал, тот и не думал возвращаться. Не склонный к самобичеванию и унынию Луффи упорно гнал от себя тягостные мысли, считая минуты, а затем и часы, ожидая, что дверь вот-вот откроется и в нее крадучись прошмыгнет Портгас. Но сколько бы он не тешил себя иллюзиями, этого не происходило. Под утро Монки задремал, но когда проснулся, все оставалось по-прежнему. Хотя… Луффи резко сел, оглядываясь вокруг, а затем сорвался с места, в два прыжка оказываясь у шкафа. Мужчина распахнул дверцы и замер, отказываясь верить в то, что он увидел. Словно в трансе брюнет развернулся и, минуя ванную комнату, отправился вниз, туда, где ожидал и в то же время боялся найти еще одно подтверждение своей догадке. На кухне из-за плотной завесы серых облаков, сквозь которую солнце пробиться было не в силах, царил полумрак. Однако, сложенный вчетверо небольшой листок бумаги отчетливо выделялся на темной поверхности обеденного стола. Монки развернул его дрожащей рукой и вчитался в текст, до боли закусив губу и нахмурив брови. – Эй, мелкий, а где Эйс? – спросил вошедший в кухню и щелкнувший выключателем Гарп спустя какое-то время – Луффи при всем своем желании не смог бы точно ответить на вопрос, сколько он так вот простоял посреди помещения, сжимая в кулаке прощальную записку от брата. Брюнет сильно вздрогнул, плечи же его поникли еще сильнее, на вопрос деда он ответил тихим и совершенно безжизненным голосом. – Уехал… ____________________________________________ * Шоги – японская настольная логическая игра шахматного типа.