Новый мир: О бедных ликанах замолвите слово

Прошло два месяца с тех пор, как мальчики уехали в Хогвартс. Терпение Петунии медленно, но верно подходило к концу. Она отказывалась понимать, почему Хэллоуин дети должны проводить в школе, а не дома с семьёй. Невилл и Робин, вернувшиеся домой на второе полнолуние, слёзно умоляли позволить им доучиться хотя бы до рождественских каникул. Хотя причин оставаться в школе у них больше не было. Когда Северус рассказал Петунии о шляпе и передал ей письмо от сына, она схватилась за сердце и потребовала вернуть ребят домой сию же секунду. Каким-то образом Северусу всё же удалось уговорить её не торопиться и подождать хотя бы до утра. К утру Петуния остыла и сама поняла, что вела себя глупо, эту тему они больше не поднимали. Однако осадочек, как говорится, остался. Ещё никогда у сына не было от неё секретов. Впрочем, она не могла не понимать, что дети растут. Немного облегчило ситуацию то, что в поместье вернулись практически все его обитатели. Вместе с осенью на пустоши пришли несвойственные климату тех мест холода. Даже Мари и Ксенофилиус с детьми перебрались в Слизерин-мэнор, близнецы и Луна словно вернули жизнь в его стены. И всё же Петуния очень скучала по сыну. Аргус как мог поддерживал её, за это время они успели сдружиться. Петуния учила его тому, что умела сама, а он каким-то немыслимым образом заставлял оборотней вести себя прилично и не громить поместье. За соблюдением порядка Аргус следил строго, оборотни в его присутствии ходили на цыпочках, впрочем, стоило ему скрыться за поворотом, они тут же возобновляли безобразия. С неделю назад внезапно прекратились нападения псевдопожирателей. Это затишье напрягало Петунию, да и всех остальных тоже, но пока им ничего не оставалось, кроме как ждать дальнейших действий Грюма. Что это было делом именно его рук — уже никто и не сомневался, слишком уж похожий почерк. Грядущая ночь Хэллоуина не предвещала ничего хорошего. Праздновать в таких обстоятельствах Петунии не слишком хотелось, но близнецы и Луна с нетерпением считали дни до Хэллоуина. И взрослые не могли обмануть их ожиданий, они собиралась устроить настоящий праздник, с тыквами, призраками и всякой нечистью, в которую планировали нарядиться оборотни. На ужин даже обещали заявиться вампиры. Петуния бросила взгляд на часы, висевшие на стене библиотеки, отложила книгу в сторону и поднялась с кресла. Пора было заниматься делами. *** Волшебная атмосфера Хэллоуина с самого утра витала в воздухе. Вопреки обыкновению в этом году тридцать первое октября в Хогвартсе объявили выходным днём. Рона, к его великому сожалению, с самого утра прибрала к рукам Молли, как и остальных Уизли, обитавших в замке. Как сказала Молли — чтобы помогли с организацией праздника, но Гарри почему-то думалось, что она просто хотела провести этот день с семьёй. Впрочем, это сыграло им на руку. После завтрака ребята успели навестить Вальбургу, Миртл и Марлоу. А после обеда заскочили в гости к распределяющей Шляпе. Она как обычно была рада их видеть, но всё же посетовала, что не может присутствовать на ночном празднике. Гарри считал это несправедливым и очень надеялся, что однажды всё изменится, и тогда Шляпа сможет покинуть этот чулан навсегда. Но пока это было лишь их общими мечтами. В целом последний месяц прошёл ровно, если не сказать — скучно. Если бы не обещание Шляпе навещать её, то Гарри бы уже начал проситься домой. Судя по всему, остальные думали примерно так же. По крайней мере, разговоры о доме поднимались всё чаще. Других друзей в Хогвартсе ребята так и не нашли, одногодки избегали их, старшекурсники относилась с какой-то странной подозрительностью и тоже не шли на контакт. Разве что Джинни всё чаще участвовала в их исследовательских вылазках по замку. Гарри точно не знал, что у той случилось с Грейнджер, а расспрашивать как-то смущался. Но последнее время Грейнджер всё больше замыкалась в себе, просиживая целыми днями в библиотеке или в спальне девочек. Ремус, как и обещал, достал для неё каталоги. Не проходило и недели без того, чтобы очередная серьёзного вида сова не притаскивала Грейнджер очередную тяжеленную посылку. Даже Ремус уже признал свою ошибку и пожалел о том, что так нагрузил мозг двенадцатилетней девчонке. На вечерние посиделки к профессору Грейнджер всегда ходила с ними. Вот и сегодня, услышав за ужином, что они намереваются навестить его перед праздничным пиром, она увязалась за ними. Рон, Джинни и близнецы к этому времени тоже вырвались из железной хватки матери. Ремус как обычно принял их радушно. За последний месяц на этих посиделках никто больше не заводил каких-то серьёзных разговоров. Даже Грейнджер чаще всего молча слушала, изредка уточняя заинтересовавшие её детали нескончаемых рассказов профессора Люпина. Близнецы тоже не пытались поднимать серьёзные темы. По их поведению Гарри даже не мог понять, действительно ли они читали те газеты, которые выпросили у Грейнджер, или просто засунули куда-то и забыли. Но в этот раз Грейнджер удивила Гарри. — Профессор, — заговорила она, когда все устроились на своих привычных местах. — Знаете, мне кажется, я разгадала ваш секрет. Справившись с удивлением, Гарри перевёл взгляд с неё на Ремуса, но тот не выглядел обеспокоенным. — Если так, то у тебя на это ушло не слишком много времени, — спокойно заметил он, делая глоток из своей чашки. — И на чём же я прокололся? Глаза Грейнджер удивлённо расширились, словно такой реакции она не ожидала. Оглядевшись по сторонам, она застыла в нерешительности. — Ну что ты… я думаю, здесь все свои, — подбодрил её Ремус. — Мне кажется, вы оборотень, — выпалила Грейнджер, краснея до кончиков ушей. Ремус улыбнулся ещё шире, демонстрируя удлинившиеся клыки, и кивнул. Джинни испуганно пискнула, спрятавшись за Рона, тот ощутимо напрягся, но не спешил ничего предпринимать. А вот близнецов, казалось, эта новость воодушевила. Они заговорщицки переглядывались между собой. — А ещё я думаю, что вы напрямую связаны с этой вашей коалицией, — продолжила Грейнджер, когда поняла, что есть её за сообразительность и дерзость никто не собирается. Близнецы прекратили переглядываться и синхронно уставились на Ремуса. — Я хочу покинуть школу и присоединиться к вам, — уже менее уверенно закончила Грейнджер. Гарри злорадно отметил, что в этот раз самообладание Ремусу всё же изменило. Он как-то неуверенно покосился на Гарри, но тот лишь злорадно ухмыльнулся и показал ему язык. Что не укрылось от Грейнджер. — Так вы все в этом замешаны, да? Тем лучше, значит, мой возраст не будет помехой. — Это не совсем так, — заговорил Тилли, поскольку остальные явно не знали, что ей ответить. — Дядя Ремус просто друг семьи, наш друг. А к делам коалиции мы не имеем никакого отношения. Мы же дети. — Вот! — недовольно воскликнула Джинни, явно теряя терпение. — Дети! Они это понимают. Почему это понимают все, кроме тебя? Почему, Гермиона? Почему ты не можешь быть просто ребёнком? Учиться, развлекаться, дружить? Джинни отпихнула от себя Рона, в которого сама же и вцепилась ещё недавно, вскочила на ноги и выбежала из кабинета. — Мы присмотрим за ней, — Фред проворно выскочил вслед за сестрой. — И проследим, чтобы она не болтала лишнего, — Джордж смущённо улыбнулся и тоже вышел. В кабинете повисло неловкое молчание. — Дядя Ремус, — наплевав на конспирацию, Гарри подёргал Ремуса за рукав. — Как-то неловко получилось, — неуверенно крутя в руках чашку, заметил тот. — Гермиона, почему ты не хочешь оставаться в школе? — Я освоила всю учебную программу этого года за два месяца, — Грейнджер выглядела решительно, она словно и не заметила этой вспышки Джинни. — Я не хочу тратить время на то, что возможно никогда мне не пригодится. — А чего ты хочешь? — устало и как-то обречённо спросил Ремус. На этот вопрос у Грейнджер ответа не нашлось. Она уставилась на свои руки, сцепленные в замок, и замолчала. — Вот видишь, ты даже не знаешь, что коалиция может предложить тебе. И чем ты можешь быть полезна для нас. Может, твоя подруга всё-таки права? Детство — оно ведь не будет длиться вечно. Может, стоит ловить момент, пока это ещё возможно? — голос Ремуса отчего-то стал печальным. — Я хочу… — Грейнджер подняла голову и упрямо уставилась на него. — Я хочу добиться чего-то. Стать кем-то! Кем-то важным, а не просто ещё одной магглокровкой, отучившейся в Хогвартсе и навсегда ушедшей в мир магглов, потому что в магическом мире ей места не нашлось. — Этого не случится, я тебе обещаю, — Ремус смотрел на неё очень серьёзно. — Ты можешь присоединиться к нам уже сейчас, более того мне даже придётся на этом настаивать, ну либо использовать заклинание забвения... Однако любой член коалиции скажет тебе, что у детей должно быть детство. — Так я действительно могу стать членом коалиции? — казалось, Грейнджер услышала лишь первую часть его фразы. — Подопечной коалиции, — поправил её Ремус. — Это нужно в первую очередь для того, чтобы любители поковыряться в чужих мозгах не смогли добраться до твоих воспоминаний о сегодняшнем разговоре. — Я так понимаю, нас это тоже касается, да? — мрачновато поинтересовался Рон. — Не думаю, что твоих братьев так уж пугает подобная перспектива, — лукаво усмехнувшись, ответил ему Ремус. — Впрочем, вы с сестрой можете выбрать второй вариант. Мне кажется, в её случае так будет лучше. — А если я соглашусь… стать подопечным, то вы перестанете скрывать от меня… ну… всякое? — теперь уже Рон смотрел на Гарри. Тот виновато улыбнулся и кивнул. — Не думайте, что я не вижу, — немного обиженно продолжил Рон. — Я, конечно, тупой, но не настолько, чтобы не замечать, что вы постоянно что-то от меня скрываете. — Извини, — Гарри действительно стало немного стыдно. При всей своей эмпатии, которой он так гордился, Гарри никогда не замечал того, что их новый друг куда лучше понимал происходящее, чем им всем казалось. — Ладно, проехали. А насчёт Джинни… — Рон на мгновение задумался. — Мне кажется, вы правы, профессор. Она… я думаю, она не захочет. Просто из вредности. — Не из вредности, — Грейнджер вновь уставилась на свои пальцы. — Я вела себя последнее время не самым лучшим образом. Меня иногда немного заносит, когда я вижу что-то… когда вижу цель перед собой, ну или мне кажется, что вижу. Я вела себя по отношению к ней… плохо. Мы ведь подруги, а я забыла об этом. Ну или она думает, что я забыла. Ремус кивнул. — Я думаю, тебе нужно поговорить с ней как можно скорее. Тилли пойдёт с тобой и проследит, чтобы вас не подслушали. Постарайтесь пока не попадаться на глаза Дамблдору. Я свяжусь с нашими друзьями, думаю, до праздничного пира мы успеем поставить вам всем защиту. Если Джинни не захочет — не настаивай, просто приведи её сюда, чтобы я мог подправить ей память. Это не навредит ей, я обещаю. Гермиона кивнула и поднялась на ноги. — Простите меня, — тихо произнесла она. — Я иногда совершенно не думаю о последствиях… — Если видишь цель, — мягко улыбаясь, закончил за неё Ремус. — Самое главное, что ты понимаешь это. Всё утрясётся, не переживай. Просто будь осторожнее в следующий раз, ты ведь очень рассудительная девочка. Гермиона кивнула и направилась к выходу. Тилли вскочил и пошёл за ней. — А мы что будем делать? — неуверенно спросил Рон. — Предлагаю подогреть чайник, — так же неуверенно ответил Ремус. — Кажется, у меня ещё где-то оставалось печенье. *** Джинни уже пожалела, что вспылила и повела себя совсем как ребёнок. Впрочем, её утешала мысль, что она и есть ребенок. И в отличие от Гермионы она понимала это. От братьев удалось отвязаться только на пороге их с матерью комнат. Джинни пообещала, что будет держать язык за зубами, и захлопнула дверь перед их носами. Сейчас ей не хотелось разговаривать ни с кем. Разве что с Томом. Она прошла в свою комнату, запрыгнула на кровать и, просунув руку под подушку, застыла в нерешительности. С Томом за этот месяц они общались всего несколько раз, Джинни как могла тянула с ответом на его предложение. Том не проявлял нетерпения или раздражительности, и всё же Джинни чувствовала, что он не забыл о том их разговоре. Она вздохнула и нащупала гладкие страницы приоткрытой тетради. Комната завертелась. — Ты сегодня рано, — заметил Том, спрыгивая с подоконника. — Что-то случилось? Джинни показалось, что он искренне встревожился. — Не то чтобы… Гермиона хочет покинуть Хогвартс, — ответила она, обходя Тома и залезая на его любимое место. Джинни вдруг почувствовала, что вся робость, опасение и недоверие отступили куда-то, не ушли, но потеряли смысл. За столько времени Том ни разу не пытался причинить ей вреда, какой смысл бояться дальше. — Мне казалось, что ей нравится учиться, — Том опёрся плечом о невидимую стену, примыкавшую к оконной раме, и смотрел на Джинни сочувственно. — Она говорит, что школьная программа слишком лёгкая, ей не интересно, — Джинни с надеждой посмотрела на него, сама не зная, чего ожидает. — Ну… на самом деле так и есть, — казалось, Том призадумался. — Ещё в моё время так было, а они с каждым годом всё облегчали и облегчали программу. Так что в этом я с ней согласен. — А если я… ну… если мы сможем помочь тебе покинуть это место, ты будешь учить нас обеих? Может быть, тогда она захочет остаться. Том думал долго, Джинни успела снова накрутить себя. — Сейчас меня можешь видеть только ты, — наконец заговорил Том. — Я опасаюсь, что даже если у меня получится выбраться отсюда, Грейнджер всё равно не сможет меня видеть. Разве что... если вы вместе проведёте ритуал, то возможно... только возможно, что я буду видим для вас обеих. Впрочем, даже если не выйдет, ты всегда сможешь передавать ей мои слова и учить правильным движениям палочки вместо меня. — А этот ритуал… ты уверен, что мы сможем? Том протянул руку и легонько коснулся её волос. Джинни собиралась было отстраниться, но внезапно что-то произошло. Что-то очень странное. Она словно почувствовала чужеродное присутствие в своей голове, в своих мыслях. Это длилось всего мгновение, но когда Том убрал руку, Джинни с удивлением осознала, что багаж её знаний порядком потяжелел. — Видишь? Ничего сложного, — Том улыбался. — Я передал тебе все свои знания об этом ритуале. Теперь ты можешь провести его, но будет лучше, если Грейнджер тебе поможет. Так вы поделите затраты магической энергии на двоих. Ей достаточно повторять слова и движения за тобой. А если ты запнёшься — я помогу, направлю. — А когда мы… и как… — Джинни растерянно смотрела на него, перебирая в памяти чужие воспоминания. — Я думаю, лучшего момента, чем ночь Хэллоуина и придумать нельзя. Сама магия придёт нам на помощь. Нужно только выбрать правильное место, где никто нам не помешает. — Братья показали нам с Герми несколько заброшенных классов, там мы можем спокойно практиковаться в магии, не опасаясь быть пойманными. Том покачал головой, прерывая её. — Не подходит. Но не волнуйся, я знаю одно такое место… оно подойдёт нам идеально. Там сосредоточена вся магия этого замка. Возможно, там ты даже сможешь меня видеть в процессе ритуала... и не только меня. — А… — Джинни вдруг снова стало страшно. — А можно я сначала расскажу об этом Герми? — Конечно, — Том снова улыбнулся, открыто и искренне. — Хотя мне кажется, она может обидеться на тебя за то, что ты скрывала от неё меня. Вы ведь подруги, а у друзей обычно не бывает тайн друг от друга. Джинни поняла, что он прав. Предсказать возможную реакцию Гермионы было сложно. — Да и времени остаётся не так много, — Том бросил взгляд куда-то в пустоту. — До полуночи осталось всего ничего, а вам ещё нужно добраться до ритуального зала. Может, будет лучше, если мы расскажем ей всё потом? Вместе. — Я не уверена, что она согласиться тащиться непонятно куда и делать там непонятно что без каких-либо объяснений, — Джинни невесело усмехнулась. — А ты проверь. Попроси её довериться тебе. Если она действительно твой друг, то согласится. Джинни неуверенно кивнула. — А где это место? В этот раз постороннее присутствие в её разуме ощущалось не так ярко, Джинни просто смотрела глазами Тома. Они быстро-быстро бежали по коридорам Хогвартса, поднялись на третий этаж, зашли в неработающий туалет девочек. Их внимание задержалось на раковине. Изображение укрупнилось, приблизилось. Неприметная змейка зашевелилась под их взглядом. Слова, шипящие и словно извивающиеся… как змеи. — Я должна повторить это, чтобы открылся проход? — догадалась Джинни. — А вдруг у меня не получится? — Получится, тебе нужно только поверить в себя. Поверить в нас. — Мне нужно найти Гермиону, — Джинни спрыгнула с подоконника. — Не забудь взять тетрадь с собой. И палочку. Она улыбнулась и нетерпеливо закивала. Очнувшись на своей кровати, совершенно дезориентированная, Джинни не сразу поняла, что сработали оповещающие чары. Кто-то стоял под дверью и активно в неё барабанил. Мелодичный перезвон магической сигналки разносился по всем комнатам просторного жилища. Джинни вскочила с кровати, нащупала ногами домашние тапочки и, не особенно заботясь о том, правильно ли их надела, побежала открывать. За дверью стояли Гермиона и Тилли. — Ой, — сказала Джинни, не зная, что ещё добавить, Тилли на этом празднике жизни явно был лишним. — Джинни, я хотела извиниться перед тобой, — твёрдо глядя ей в глаза, заговорила Гермиона. — Я очень виновата… — Нет, — Джинни замотала головой и улыбнулась ей самой доброжелательной улыбкой, на которую только была способна. — Это я должна извиняться, прости меня. Ведь мы подруги, и как подруга — я должна верить тебе и разделять твои интересы. Гермиона удивлённо заморгала, забыв прикрыть рот. Джинни перевела взгляд на Тилли и немного робко спросила: — Мы могли бы с Герми поговорить наедине? Нам очень многое нужно обсудить. Тот чуть помедлил, но всё же кивнул. — Я не думаю, что тут вас кто-то подслушает, защитные чары здесь огого какие. — Мама накладывала, — не без гордости подтвердила Джинни. — Мы запрёмся и никого не пустим. — Хорошо. Но не забудьте, что перед праздником вам ещё нужно успеть заглянуть к профессору Люпину, мы будем ждать вас там. Джинни закивала, схватила Гермиону за руку, затащила в комнату и закрыла дверь. — Ты правда на меня не сердишься? — заинтересовано оглядываясь по сторонам, спросила та. — Ну если только немножко, — не стала скрывать Джинни. — Но на себя я сержусь сильнее. Я должна была гораздо раньше рассказать тебе обо всём, ещё когда только познакомилась с ним… — Познакомилась с кем? — непонимающе переспросила Гермиона, возвращая своё внимание к Джинни. — Я тебе потом всё расскажу, обещаю. У нас осталось всего… — она бросила взгляд на часы, висевшие на стене в гостиной, — всего три четверти часа. Даже меньше, если мы хотим успеть на праздник. Джинни снова открыла дверь и высунула голову в коридор. Никого не было видно, лишь эхо удаляющихся шагов указывало на то, что Тилли действительно ушёл. — Подождём ещё немного, — Джинни снова прикрыла дверь. — Ты ведь мне доверяешь? Гермиона помедлила и неуверенно кивнула. — Этот замок… он удивительный! — продолжила Джинни, присаживаясь на корточки и переобуваясь. — Ты не представляешь, как много здесь самых разных волшебных вещей и мест. Завязав шнурки на старых потрёпанных ботинках, она поспешила в свою комнату, Гермионе ничего не оставалось, как пойти следом. Вытащив из-под подушки палочку и тетрадь Тома, Джинни помахала ею перед носом Гермионы. — Я нашла это вскоре после приезда сюда. Мне показалось, что её обронил профессор. Квиррелл, вроде бы… который преподавал вам маггловедение. Гермиона кивнула. — Здесь есть информация о том, как призвать для нас наставника. Понимаешь? Тебе не придётся уезжать из Хогвартса, мы найдём себе учителя здесь! — Она принадлежала кому-то из основателей? — Гермиона сверлила взглядом тетрадку. — Хотя нет, она же маггловская… явно маггловская. Можно я посмотрю? Джинни протянула ей тетрадь с некоторой опаской. Гермиона полистала пустые страницы и с недоумением уставилась на подругу. — Его могу видеть только я, — Джинни смущённо улыбнулась. — Но он сказал, что если мы проведём ритуал вместе, то ты тоже его увидишь. — Ритуал? — Гермиона нахмурилась. — Но ведь это не шутки… не манящие чары или что-то подобное. — Я ведь родилась в семье магов, ты помнишь? Для нас это так же просто, как… — Джинни нахмурила носик, — как наколдовать стакан воды. Вот увидишь, я научу тебя. Гермиона нервно облизала губы. Было видно, что новые знания манят её. — А нас не исключат за это? — наконец спросила она. — Но ты ведь ещё полчаса назад сама хотела покинуть Хогвартс, — Джинни весело рассмеялась. — Не бойся, никто ничего не узнает. Я покажу тебе одно секретное место… — Его тебе тоже показали Фред и Джордж? — было видно, что Гермиона всё ещё сопротивляется соблазну, но уже готова сдаться. — Мне показали, да, — ответила полуправдой Джинни. — Пойдём, у нас осталось мало времени. До заброшенного туалета девочек они добрались незамеченными. Гермиона всю дорогу молчала, за что Джинни была ей очень благодарна. Нужную раковину она нашла не сразу, пришлось счищать грязь с давно неиспользовавшихся поверхностей, пока на одном из кранов не обнаружилась нацарапанная крохотная змейка. Джинни сосредоточилась и прошипела то странное слово, которому научил её Том. Кран вспыхнул ослепляющим светом и начал вращаться. Раздался скрежет, и Джинни отшатнулась от раковины. Умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, оставив после себя чёрную дыру. — Пойдём, не бойся, — Джинни поманила Гермиону за собой. — Я видела, как он прыгал туда, это не опасно. И первой шагнула в тёмную пасть неизвестности. *** Миртл мчалась вперед, не разбирая пути. Лишь бы не опоздать, лишь бы с ними ничего не случилось. Просочившись в Выручай-комнату, она с облегчением увидела, что Вальбурга ещё там, хотя Марлоу уже куда-то ушёл. Вероятно, отправился на праздник в Слизерин-мэнор. — Ты должна найти его... рассказать ему! — Миртл резко замолчала, глядя на озадаченное лицо Вальбурги и понимая, что они теряют драгоценное время. — Я должна! Она попыталась сосредоточиться на связи с Хогвартсом, но сделать это было не так-то просто, Миртл казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Глубоко вздохнув, она приняла решение и нырнула в картину Вальбурги. Всё вокруг словно померкло, а потом вспыхнул свет. Яркий, ослепляющий, он шёл отовсюду, заполняя собой пустоту. Миртл инстинктивно зажмурилась. Несколько мгновений спустя, а может быть и целую вечность, она услышала ласковый смех, почувствовала биение чьего-то сердца, только более медленное, чем её собственное. «Я смогла?» — хотела спросить она, но у неё не было голоса. И тела тоже не было, даже того призрачного, что принадлежало ей столько лет. Прислушавшись к своим ощущениям, Миртл осознала, что за биение сердца она приняла пульсацию чьей-то магии. «У тебя получилось, смотри», — немного растерянный, но всё же довольный голос. Миртл изо всех сил пожелала открыть глаза, и мир вокруг начал заполняться красками. Она увидела встревоженную, но вместе с тем радостную Вальбургу. Увидела кромку запретного леса, около которого та стояла. Около которого они стояли. Миртл хотела осмотреть свои руки, но не почувствовала их. «Кажется, у меня нет тела», — неуверенно подумала она. «Так создай его, глупенькая. Теперь ты можешь всё». Миртл растерянно осмотрелась, у неё не было уверенности, что она могла всё. Но вспомнив о цели своего визита сюда, она вновь испытала страх за этих девочек. «Молодец, продолжай». Миртл удивлённо уставилась на подругу, не понимая, о чём та говорит, ведь она ничего не делала. «Просто сядь в моё кресло». По мановению руки Вальбурги рядом с ними появилось удобное кресло. Отбрасывая последние сомнения, Миртл опустилась в него, представляя себе, какое оно наверняка удобное и мягкое. Мгновение спустя она действительно почувствовала его, провела ладонью по подлокотнику и с удивлением уставилась на свою руку. «Вот видишь, нельзя сидеть в кресле, не имея тела. А ты сидишь, значит, оно у тебя есть. Посмотри туда…» Миртл послушно взглянула в ту сторону, куда указывала Вальбурга. Там, словно в огромном окне, размером практически во всю стену, она увидела Выручай-комнату. Вот только сейчас Хогвартс казался каким-то ненастоящим, а всё вокруг наоборот — реальным. — Так вот как ты себя чувствуешь здесь, — удивлённо воскликнула Миртл, вспоминая, что у неё есть голос. — Ты хотела что-то сделать, — напомнила Вальбурга, протягивая ей руку. — Я должна найти Тома, должна ему рассказать! — Миртл снова почувствовала, что сердце начинает биться быстрее. — Пойдём. И декорации сменились. Но Миртл некогда было разглядывать их или анализировать свои ощущения. Она повернулась к «окну» в реальный мир и не смогла сдержать радостного вскрика. На неё уставились по меньшей мере две дюжины глаз, в другое время Миртл бы смутилась, но сейчас она была слишком рада тому, что удача им улыбнулась. — Том, я всё вспомнила, вспомнила! Я вспомнила! — вновь затараторила Миртл, глядя прямо в глаза Тому, сидевшему за столом среди остальных. — Они идут туда, как ты тогда! Мы должны остановить их! Они идут в тайную комнату. В твою тайную комнату! Том удивлённо захлопал глазами и отложил вилку. — Через туалет на третьем этаже? Как тогда? Миртл быстро-быстро закивала. — Кто они? Ты знаешь их? Как им удалось открыть вход? — Кажется, одну из них зовут Джинни Уизли... Миртл не успела договорить, звон ещё одной вилки, упавшей на стол, привлёк её внимание. Такой же рыжий мужчина, как и все Уизли, смотрел на неё круглыми от страха глазами. — Всё потом, потом! — опомнилась Миртл. — Ты должен найти их! Вдруг там опасно... Но её внимание вдруг привлекла сидевшая за столом девочка с совершенно белыми волосами и таким же белым лицом. Глаза малышки менялись, словно затуманивались. Всего мгновение и зрачки полностью исчезли. Девчушка шумно вдохнула воздух, привлекая к себе внимание остальных, и произнесла слишком взрослым для своего возраста голосом: — Ксавьер, пришло твоё время исполнить наш договор. Какой-то мужчина вскочил на ноги и испарился, даже не прощаясь. — Луна, что происходит? Сначала Ильвис куда-то сбежал, теперь это. Мы должны забрать детей из школы! Сейчас же! — в голосе женщины, сидевшей во главе стола, звучали истерические нотки. — Нельзя! — выкрикнула девочка, её голос изменился, стал детским. — Всё так, как должно быть. Тётя Туни, не волнуйтесь, скоро всё закончится. Женщина посмотрела на неё недоверчиво, и медленно кивнула.