Новый мир: О бедных ликанах замолвите слово

— Дорогой наш кузен… — голос Беллатрикс звучал как-то подозрительно ласково. Сириус понял, что пора бежать. Однако с другой стороны коридора к нему с доброй улыбкой приближалась Андромеда. С настолько доброй, что желание удрать стало просто непреодолимым. И Сириус даже попытался. Но, как оказалось, под парализующим заклинанием особенно не побегаешь. — Дорогой наш кузен… — повторила Андромеда слова сестры, цепко хватая неподвижного Сириуса под руку. На другой его руке повисла Беллатрикс и кто-то из них снял заклинание. — Дорогой наш кузен… — произнесли они уже хором. — Да, девочки? — неуверенно протянул Сириус, прикидывая, сможет ли он убежать перекинувшись в пса. — Я всегда к вашим услугам, вы же знаете. Но вот именно сейчас у меня, к сожалению, совсем нет времени… — Как же так, неужели ты не найдешь немного времени, чтобы навестить свою почтенную матушку? — Девочки, ну право слово… — заскулил Сириус. — Я обязательно займусь своей мохнатой проблемой, как только у меня будет свободное время. — Конечно, займешься, — ласково улыбнулась Беллатрикс. — Кричер! — Беллочка, лапочка, солнышко… ты не можешь так со мной поступить, — Сириус мысленно заорал домовикам, однако получил лишь легкий ментальный отклик, кажется, над ним посмеялись. — Меда, дорогая, ты же не можешь позволить Белке так поступить с твоим любимым кузеном? — Кричер, перенеси нас в особняк на Гриммо, — попросила Андромеда материализовавшегося перед ними домовика. Кричер задумчиво оглядел их веселую компанию, ненадолго задержав взгляд на Сириусе, скорчившем умоляющую физиономию. — Можешь сразу же возвращаться сюда, — правильно истолковала его сомнения Беллатрикс. — Только перенеси нас к портрету тетушки Вальбурги. Выполнив поручение, Кричер поспешил смыться. — Регулус! — загрохотал возмущенный женский голос. — Как смеешь ты… эй, куда это он? Сириус, блудный сын, ты вернулся… Но зачем ты притащил с собой этого предателя? Голос, принадлежавший висевшему в прихожей мрачного особняка портрету, стал тише и уже не резал слух. — Здравствуйте, тетя Вальбурга, — Беллатрикс и Андромеда наконец отцепились от кузена и присели в реверансе. — Племянницы… — женщина на портрете недоумённо огляделась, будто пытаясь понять, что она вообще тут делает. — Почему вы не в школе? Учебный год ещё не закончился… Сёстры переглянулись и виновато уставились на Сириуса, во взгляде которого отчетливо читалось «а я вам, идиоткам, говорил, что это плохая идея». — Тётушка, почему вы называете Регулуса предателем? — спросила Андромеда. — Он знает, — бескомпромиссно ответила Вальбурга. — Он очень сожалеет о том, что произошло, — Беллатрикс попробовала зайти с другой стороны. — Тогда пусть вернется и скажет об этом сам. Недовольный Кричер вернулся на мысленный зов. — Регулус, — обратилась к нему Андромеда, усиленно делая не слишком понятные знаки. Кричер обречённо вздохнул. О заскоках портрета хозяйки он знал намного больше, чем ему бы хотелось. — Кузина? — вопросительно протянул он, подыгрывая Андромеде. — Скажи матушке, что ты очень сожалеешь о том, что произошло. — Я сожалею… матушка, — Кричер склонился перед портретом в почтительном поклоне. — Хорошо, очень хорошо, — пробормотала Вальбурга. — А теперь будь хорошим мальчиком и выпей свое зелье. — Какое зелье, тётя? — спросила Беллатрикс. — А вы что тут делаете, вертихвостки? — Вальбурга снова принялась подозрительно оглядываться. — Тётушка, вы говорили о зелье, — терпеливо напомнила Андромеда. — Регулус, ты вернулся? — взгляд нарисованных глаз вновь остановился на Кричере. — А почему ты в таком непотребном виде? Говорила я тебе, твоё непослушание не доведёт до добра. Сириус почувствовал, что начинает медленно сходить с ума. Он опустился на пол, опёрся спиной о стену и закурил. То ли атмосфера дома способствовала, то ли сама ситуация была настолько абсурдной, но мозг отказывался работать в привычном режиме. — Сириус! — казалось, Вальбурга перешла на ультразвук, в этот момент она больше напоминала гарпию, чем человека. — Что за маггловские привычки?! — Простите, матушка, — Сириус покаянно склонил голову, но сигарету не выкинул. — Фу, — высказалась Беллатрикс, ни разу до этого не застававшая кузена за курением. — Простите, кузина, — невозмутимо отреагировал Сириус. — Регулус, ты вернулся! — снова загрохотал голос. — Тётушка, мы это уже проходили, — Андромеда утомлённо прислонилась к стене, ей тоже было нелегко находиться в этом доме, — давайте дальше по тексту. — Регулус? — неуверенно произнесла Вальбурга. — Да, матушка, — пробурчал Кричер. — Ты выпил свое зелье? — Нет, матушка… оно закончилось. — В кладовке всегда хранится запас, будь хорошим мальчиком и выпей его. И проследи, чтобы твой брат выпил. — Я выпью, — пробормотал Сириус, — вот только домой вернусь и выпью. Возможно, даже напьюсь. — А зачем нам нужно принимать это зелье? — спросил Кричер. — Чтобы чары злого колдуна развеялись, — женщина на портрете преобразилась, добрая улыбка осветила нарисованное лицо, совершенно меняя образ. Сириус недоуменно переглянулся с кузинами, такого взгляда у Вальбурги при жизни не видел никто. — Мальчики мои, мне так жаль, — Вальбурга продолжала улыбаться, но улыбка её стала печальной, — но так нужно, это не моё решение. Вероятно, я за него ещё поплачусь, но так надо. Это спасёт весь наш род. — Спасёт от чего, тётя? — спросила Беллатрикс. Улыбка померкла. — Беллатрикс, почему ты не в школе? — Твою мать… — выругался Сириус. — Матушка, в какой кладовке наше зелье? — Кричер знает. Кричер! — Да, хозяйка, — домовик поменял внешность. — Кхм… а Регулус… — Вальбурга в недоумении замолкла. — Он скоро вернется, матушка, — Сириус тяжело вздохнул, — прикажи Кричеру принести наше зелье. — Кричер, нужная коробка в главном хранилище на третьей полке, слева от входа. Домовик исчез. Через пару минут он появился снова, уже в человеческом обличии и с коробкой в руках. — Регулус, ты вернулся? — Матушка, — Сириус достал из коробки флакон с темно-синей, почти чёрной жидкостью, — нам нужно выпить это зелье? — Да, сын мой, — на лице Вальбурги снова расцвела улыбка. — Осталось совсем немного, к семнадцати годам вы сможете перестать принимать его. — Я перестал принимать его раньше? — спросил Кричер. — Регулус? — казалось, Вальбурга только увидела его. — Что ты здесь делаешь, предатель? Как смел ты снова появиться в этом доме, после того как отринул свой род! — Пойдемте отсюда, — Сириус развеял окурок и поднялся на ноги, — иначе я точно свихнусь. — Дурдом на выезде, — подтвердил Кричер. Одной рукой он держал коробку с зельями, а вторую положил на плечо Сириуса, который уже прижимал к себе кузин. Переместившись в мэнор, все синхронно выдохнули, будто задерживали дыхание. — Тяжело, — пробормотала Андромеда, она практически повисла на кузене, ноги её не держали. — Мне кажется, или она вампирит? — удивленно спросила у хмурого Кричера Беллатрикс. — Есть такое, — подтвердил тот. — Странный портрет. — А почему ты такая свеженькая? — возмутилась Андромеда, глядя на сестру. — Думаю, это из-за Азкабана, — высказал предположение Сириус. — Честно говоря, мне почти неудержимо хотелось перекинуться в собаку. — Я тоже думаю, что из-за Азкабана, — поддержала его Беллатрикс. — Годы общения с дементорами выработали у нас своего рода иммунитет к подобной магии. — Можно мне отправиться в наш мир? — Кричер выглядел не лучшим образом. — Сначала перенеси Меду в её спальню и отнеси зелья в лабораторию, — попросил Сириус. Но взглянув ещё раз на побледневшую физиономию Кричера, передумал. — Давай сюда зелья, сам отнесу. Быть может, на нашего карманного зельевара наткнусь. Перенесешь Меду и свободен. Беллатрикс отправилась с сестрой. Однако в лабораториях никого не оказалось. Сириус позвал Ильвиса и поинтересовался: — Северус в поместье? — Забегал ненадолго, взял у Августы ещё крови и снова отправился в Хогвартс. Дамблдор сегодня весь день в школе, Северус опасается отлучаться надолго. — Что он с этой кровью делает? — недоуменно спросил Сириус, не надеясь особо на ответ. — Литрами берёт ведь. Ответа и не последовало, Ильвис только пожал плечами. — У нас тут есть одно зелье, было бы неплохо определить, что это за фигня, — Сириус указал на коробку. — Но сам я в зельях полный ноль. — На первый взгляд состав мне не знаком, — Ильвис задумчиво рассматривал содержимое одного из флаконов на свет. — Есть идеи или зацепки? — Нас с братом заставляли это пить до семнадцати лет. Точнее это почему-то надо было пить до семнадцати. Но, честно говоря, я совершенно не помню, чтоб хоть раз его принимал… — Сириус призадумался. — Может быть, матушка просто спятила, я не знаю… — Посмотрим, что можно сделать. Ты паршиво выглядишь, — заметил Ильвис. — И чувствую себя так же, — Сириус вздохнул, нервно зарываясь пальцами в волосы. С каждой минутой он чувствовал себя все хуже. — У тебя сильное магическое истощение, — после недолгого осмотра констатировал Ильвис. — Шёл бы ты к оборотням, они у Никки в комнате какой-то фильм смотрят. От них подкачаешься, у тебя вроде сформировалась связь со стаей. — Подкинешь? — попросил Сириус. — Я, кажется, не в состоянии сам дойти. Ильвис переместил его в южное крыло и постучал в дверь Никки. — Открыто, — заорал кто-то сквозь дружный смех. — Опять шайтанские комедии смотрите? — пробурчал Сириус, вваливаясь в комнату. — Эй, ты чего? — Рик быстро подскочил и подхватил его. — Ощущаешься как труп. — Труп и есть. Походу с иммунитетом Белка погорячилась… скорее просто отсрочка. Белка… — Сириус пытался собраться с мыслями, — гляньте как там Белка, она у Меды… — Превращайся, — скомандовал Рик, помогая ему опуститься на ковер между оборотнями. — Кто может, тоже превращайтесь. Рик перекинулся первым и лег рядом с отрубившимся псом, делясь с ним своей силой и своим теплом. Ильвис переместился к покоям Андромеды и постучал, но ему никто не ответил. Тогда он переместился прямо в комнаты. Сёстры крепко спали, просканировав ауры обеих, Ильвис обнаружил такое же истощение, как и у Сириуса. Оставив с Беллатрикс и Андромедой Эмми, он ещё раз проверил Сириуса, чтобы удостовериться, что тому помощь не нужна. Оборотни справлялись своими силами, поэтому Ильвис направился в библиотеку. — Что-то вас тут дофига, — опустившись на свободный стул, он принялся рассматривать обложки книг, которыми был завален весь стол. — Ментальная магия… а я думал, вы местом силы занимаетесь. — Неа, — Джон покачал головой, не отрываясь от книги, — появилась задачка поинтереснее. — Мы решили доработать концепцию меток, — пояснил Том. — Мои старые метки имели множество занятных функций, включая базовый щит ментальной защиты. Новичок-легилимент такой щит не пробьет, хотя от профессионала он не спасал. Впрочем, профессионалы такого рода по улицам пачками не ходят. — Сейчас мы думаем о том, чтобы поставить щит посильнее, который защищал бы носителя не только от легилименции, но и от других направлений ментальной магии. Например, от Империо, — Петуния оторвалась от книги. — Основная проблема, с которой мы столкнулись, это необходимость питать метки. Такие щиты потребляют достаточное количество силы носителя, чтобы сделать непрерывное их использование невозможным. — Вы, кажется, забыли о том, что носителями меток будут не только маги, — Ильвис ухмыльнулся. — О, чёрт… — Том выругался и уткнулся лбом в стол. — Нам придётся искать альтернативный источник, менять магическое плетение… — Можно настроить подпитку меток от общей сети, — задумчиво предложил Питер. — Если каждый носитель будет отдавать немного своей силы, то теоретически… — Питать метки могут домовики, — сжалился над столом Ильвис, когда Том вознамерился пробить лбом столешницу. — Мы с Эмми связаны с Каспаром, и через него сможем тянуть силу из остальных. — Как Дамблдор? — нахмурилась Петуния. — Эта идея мне категорически не нравится. — Не так, — возразил Ильвис, — добровольно и понемногу, утечка будет сразу восполняться. И к тому же, мы всегда можем вернуться в свой мир, чтобы восполнить резервы. — Каспар не возвращался, кстати? — Том снова воспрянул духом. — Нет пока. И Кричер тоже сбежал. Что-то Блэки там сегодня натворили, сейчас валяются в отключке с магическим истощением. Кричеру тоже досталось. — Что случилось? — Ничего серьезного, только истощение, — Ильвис поспешил успокоить взволнованных магов, — отлежатся и будут как новенькие. С Андромедой и Беллой сейчас Эмми, а Сириус с оборотнями. Надо бы предупредить Рудольфуса и Нарциссу. — Нарцисса после завтрака чрезвычайно таинственно шушукалась с сёстрами, — заметил Питер. — А Руди вроде собирался позаниматься с детьми. Ильвис закрыл глаза и сосредоточился на обитателях мэнора. Рудольфус и Рабастан действительно находились с детьми в учебной комнате, в которую эльфы переделали один из неиспользуемых залов поместья. Нарцисса обнаружилась в зимнем саду в компании Августы. — Ладно, это потом, — решил Ильвис, открывая глаза. — Там Сириус откуда-то притащил какое-то зелье. Попросил определить, что это такое и для чего. Северуса нет, может кто-то хочет мне помочь? Питер и Ремус с готовностью вскочили на ноги. Зелья они любили, а вот ментальная магия явно не была их сильной стороной, и они уже начали жалеть, что поддались на уговоры Тома помочь ему в изысканиях. — Дезертиры, — пробурчал Том. Ильвис перенес их в лабораторию и указал на коробку. — А я его уже видел, — удивлённо сказал Ремус. Распечатав флакон с зельем, он принюхался к содержимому. — Оно могло испортиться, — Ильвис на всякий случай отошел подальше. — Я бы на твоем месте не был так беспечен. — Сириус пил его при мне неоднократно, — отмахнулся от его опасений Ремус, переливая небольшую часть зелья в чистую пробирку. — И на флаконы наложены чары стазиса, вряд ли оно испортилось. — Мало ли, — Ильвис предпочитал перестраховаться. — Я тоже вспомнил, — Питер взял в руки другой флакон, но открывать не стал. — Сириус пил его раз в месяц… — Перед полнолунием, — припомнил Ремус. — Когда я пил волчье… — Точно… и нам это не казалось странным? — Не казалось, — Ремус всё больше мрачнел. — Он пил его до семнадцати лет? — уточнил Ильвис. — Нет, в шестнадцать он сбежал из дома и, кажется, тогда прекратил его принимать, — неуверенно ответил Питер. — Честно говоря, я не помню и не вспоминал об этом никогда. Только вот сейчас зелье увидел и вспомнил. — То же самое… — Ремус удивлённо оторвался от манипуляций с пробиркой и задумался. — И Сириус больше никогда о нём не вспоминал. — Он сказал, что вообще не помнит ничего об этом зелье, — Ильвис нахмурился. — Все страньше и страньше, — пробормотал Питер. — Может быть, стоит всё-таки позвать Северуса? — неуверенно предложил Ильвис. — На составляющие это зелье мы можем разобрать и сами, — возразил Ремус. — А когда Сев освободится, тогда уже и будем коллективно думать, что из этих составляющих можно приготовить. *** — Итак, — Северус поставил перед двумя семикурсниками клетку с десятком белых мышей и несколько флаконов с кровью. — Только сейчас и только у вас есть реальный шанс после школы продолжить обучение у меня. Насколько я знаю, вы оба собираетесь дальше учиться на колдомедиков. И вы прекрасно понимаете, что протекция мастера зелий и звание его учеников может здорово облегчить вам жизнь. Равенкловец радостно закивал, слизеринец подозрительно нахмурился. — Гордон, поменьше скептицизма во взгляде, — посоветовал Северус. — Я сейчас говорю совершенно серьезно. — И что нам нужно для этого сделать, сэр? Достать луну с неба или синтезировать философский камень? Равенкловец втянул голову в плечи, ожидая, что сейчас грянет гром. Конечно, всей школе было известно, что своим подопечным профессор Снейп спускает многое. Но и о его взрывном характере тоже все прекрасно знали. — Нет, — ответил Северус на удивление спокойным голосом. — Всего лишь создать противоядие для неизвестного яда животного происхождения. — Неизвестного яда или неизвестного животного? — деловито уточнил слизеринец. — Неизвестного яда неизвестного животного происхождения, — Северус усмехнулся. — В этой лаборатории вы найдете всё необходимое для работы. Если понадобится что-то сверх того, что тут есть, сообщите мне. Мы обсудим вашу идею, и если я сочту её перспективной, то предоставлю вам то, что вы просите. И даже не думайте совершить какую-нибудь глупость. Пока вы находитесь здесь, за вами неотрывно будут следить. В подтверждение его слов у стены начала «проявляться» человеческая фигура, будто неохотно скидывая с себя чары невидимости. — Хватит стену подпирать, — недовольно пробурчал Северус, — иди сюда. Наблюдатель «проявился» окончательно и неторопливо приблизился к магам. Приветливо кивнув подросткам, он уселся на ближайший стол. Северус тяжело вздохнул и продолжил объяснения: — Это Эльдар, он будет вашей нянькой на время проекта. Если вам срочно понадобится со мной связаться, просто попросите его. Когда закончится кровь или мыши, тоже сообщите ему. Количества яда в образцах недостаточно для того, чтобы отравить человека, однако я надеюсь, что вы всё-таки не станете забывать о мерах предосторожности. — Сэр, можно спросить? — неуверенно произнес равенкловец. — Это и был твой вопрос? — язвительно поинтересовался Северус под тихий смех Эльдара. — Я хотел спросить, почему вы дали нам именно это задание. И почему вы дали его именно нам. — Вообще-то, я подумывал дать его близнецам Уизли, их мозгового вещества вполне хватило бы на решение этой задачки… и на то, чтобы не задавать глупых вопросов. — Северус хочет сказать, что порой взрослые мыслят шаблонами, — улыбаясь, заговорил Эльдар, — и это мешает нам объективно оценивать ситуацию. Вы — лишённые пока ещё навязанных вам стереотипов и готовых решений — возможно, найдете какой-то совершенно новый подход к поставленной перед вами задаче. Главное помните, что если у вас получится, вы спасёте человеческую жизнь. — Это лишнее, — Северус бросил недовольный взгляд на Эльдара. — Обычно вы от меня этого не услышите, но сейчас я считаю, что здоровая конкуренция в данной ситуации скорее навредит. Я не навязываю вам своего мнения, но если вы решите работать вместе, то и награду получит каждый из вас, невзирая на личный вклад в это дело. Если вы согласны взяться за этот проект, принесите клятву о неразглашении и можете начинать. — А если мы не согласны? — уточнил слизеринец. — Тогда я сотру вам память, и можете катиться на все четыре стороны, — невозмутимо ответил Северус. Студенты принесли клятву и с энтузиазмом взялись за дело. *** Вернувшись аккурат к ужину, Люциус отметил удивительный феномен — за столом было крайне малолюдно. — А где все? — поинтересовался он. — Я думал, вы меня ждёте. — Амос уже поведал нам о вашей встрече с министром магглов, — усмехнулась Петуния. — Ну вот, я так не играю. А Нарси где? — Она с сестрами, Тед и Рудольфус с ними. — А что случилось? — встревожился Люциус. — Толком непонятно. Нарцисса сказала, что Белла и Андромеда сегодня готовили грандиозную гадость кузену. — Решили вымыть его противоблошиным шампунем, но он притопил их в ванне? — в столовую вошёл Северус. — Они навестили матушку Сириуса, а вернулись с полным магическим истощением, — посмеиваясь, пояснил Том. — Я встретил Кричера в нашем мире, — заговорил вернувшийся Каспар. — Он считает, что портрет Вальбурги... или что-то ещё тянуло из них энергию. Не смертельно, но неприятно. — Они хоть что-нибудь узнали? — полюбопытствовал Люциус. — Тоже непонятно, — покачал головой Питер, — они притащили с собой какое-то зелье. Мы разобрали его на составляющие, но определить что это за фигня, сами не смогли. — Гляну после ужина, — пообещал Северус. — А что там с премьер-министром? — О… — обрадовался Люциус. Но его перебил материализовавшийся в зале Эльдар. — Сев, ребята на сегодня закончили, — сказал он, — я запечатал лабораторию. А ещё тебя ищет Дамблдор. Подбросить? — Давай, — Северус вздохнул и поднялся из-за стола. — Извини Люц… — Вот так всегда, — пробурчал Люциус. — Ничего, — Амос рассмеялся. — Оборотням расскажешь после ужина, я к ним ещё не ходил. — А у тебя как? — Закинул удочки насчёт земли и забежал в регистрационную палату, уточнить, не поменялись ли правила регистрации организаций. Последние несколько лет я не слишком следил за маггловским законодательством, — Амос нахмурился и продолжил: — Петти, я думаю, что учредителем лучше выступать тебе, поскольку ты официально существуешь в маггловском мире. Даже если мы сейчас сделаем Тому документы, при проверке информации по официальным каналам могут возникнуть вопросы, так как у него нет никакой истории в маггловском мире. А на создание этой истории уйдёт немало времени. — Ну вот, опять я в пролете, — пробурчал Том. — Хорошо, — Петуния проигнорировала его ворчание. — Когда мы сможем приступить? — Хоть завтра, — ответил Амос. — Я уже снял необходимую сумму с маггловского счета, можно запускать процесс. — А что насчёт благотворительности? — спросил Люциус. — Я планирую сначала обсудить это с премьер-министром, — ответил Амос. — Возможно, придется переводить взнос анонимно. Посмотрим, что он посоветует, да и сумму назовёт именно он. — Ты думаешь, он действительно нам поможет? — Люциус хмуро уставился в свою тарелку. — Я несколько знаком с маггловской политикой, приходится держать руку на пульсе… — Не знаю, — честно ответил Амос. — Я предпочел бы не касаться всего этого и десятиметровой палкой, но у нас просто нет выбора. Либо он нам помогает, либо… — Либо мы сажаем на его место своего человека, — договорил Люциус. Амос поморщился. — Такое развитие событий было бы крайне нежелательным, и ты это понимаешь. Все эти политические игры, даже с вмешательством магии, могут затянуться на долгие-долгие годы. У нас нет столько времени. — Может, стоило его припугнуть? — Он не похож на человека, которого можно заставить что-то делать угрозами, — покачал головой Амос. — Как не паршиво это признавать, но сейчас наше будущее зависит от него и его партии. — Вы слишком унылы, — вмешался Том. — Фортуна не любит унылых, расслабьтесь и всё будет хорошо. — Том прав, — неожиданно поддержала его Петуния. — Если сейчас от нас ничего не зависит, зачем напрягаться? Может, всё разрешится само собой. А если нет, то… попробуем Империо. Все маги шокировано уставились на неё. — Кажется, на Петунию вы тоже плохо влияете, — рассмеялся Каспар. — Идея, конечно, неплохая, — наконец справился с удивлением Амос, — но с этим тоже могут возникнуть проблемы. — Вот мы и говорим, — Том усмехнулся, — расслабьтесь. Будем решать проблемы по мере их появления. *** — Садись, мальчик мой, — Дамблдор был в своем репертуаре, — давно мы с тобой не разговаривали по душам. Начало настораживало, а внимательный взгляд Дамблдора нервировал. Северус мысленно возблагодарил создателя за то, что Тому удалость уговорить его повременить со снятием метки. Стоило немного присмотреться к Дамблдору и становилось ясно, что легилименцией он не пользуется. В головах своих жертв он копается каким-то другим способом. И Северус не был уверен, что без защиты метки Волдеморта, он справился бы с этими ментальными атаками самостоятельно. — О чём вы хотели поговорить, Альбус? — Тебя не было в школе… — Дамблдор замолчал, давая коллеге возможность оправдаться. — В лес ходил, подснежники собирал, — огрызнулся Северус. — Простите, Альбус, но эти тупоголовые детишки меня вконец достали. Мне нужен отпуск. — Я знаю, Северус, я знаю. Но сейчас не время… — Зачем вы меня позвали? — Как ты знаешь, у нас снова проблемы с преподавателем защиты… — Дамблдор уныло смотрел на вазочку с лимонными дольками. Северус вздохнул, закрыл глаза и посчитал до десяти. Три раза. Потом ещё два раза с десяти до одного. И только тогда Дамблдор продолжил: — Я поговорил с Квиринусом, он согласился в следующем учебном году занять место преподавателя ЗоТИ. Найти замену на маггловедение гораздо проще, чем на защиту… Но я ведь хотел поговорить с тобой о другом. В скором времени мне придется на продолжительное время покинуть школу. Левая бровь Северуса непроизвольно поползла вверх. В прошлый раз Дамблдор не потрудился поставить его в известность. — И я бы хотел оставить тебя своим заместителем. Вторая бровь составила компанию первой. — Я польщён, Альбус. Но почему не Минерва? — Видишь ли, — Дамблдор тяжело вздохнул и закинул в рот лимонную дольку, — сегодня я разговаривал с Корнелиусом, и мне очень не понравилось его настроение. Ты же слышал о том безобразии, что произошло на последнем заседании палаты лордов? Боюсь, что они на этом не успокоятся. — Что вы имеете в виду? — Северус заинтересовался. — Сегодня министр намекнул мне, что Люциус Малфой намерен провести некоторые перестановки в Хогвартсе, и кадровые в том числе. Он всё ещё член попечительского совета, у меня есть все основания полагать, что у него получится. — Он собирается пересмотреть преподавательский состав? — Не только, мальчик мой, не только… Он планирует пересмотреть всю учебную программу, преподавательский состав, и даже критерии отбора учеников. — То есть? — Он хочет, чтобы в школу начали брать оборотней и других представителей магических меньшинств. Эта фраза про меньшинства, из уст доброго светлого мага Альбуса Дамблдора, особенно позабавила Северуса. — Ты ведь помнишь, чем закончилась моя попытка пойти навстречу этим существам? Северус помнил. Встреча с перекинувшимся Люпиным в визжащей хижине была не из тех, что быстро забываются. Однако, подумав об этом, Северус вдруг поймал себя на мысли, что не испытывает больше страха или неприязни. Ни к Люпину, ни к оборотням в целом. Очень сложно испытывать страх перед теми, кто утром после полнолуния, всё ещё пребывая в меховой шкуре, встречая тебя в коридоре, бегает за тобой как собачка и пытается обслюнявить. Обычно этим увлекаются Никки, Свен и Эван, им доставляет особое удовольствие злить Северуса. Неприязнь — возможно, да и то не к оборотням, а к их полнейшему отсутствию манер и такта. Но не страх. — Северус, ты меня слушаешь? Северус не слушал. Он мечтал о том, что однажды тоже станет анимагом, а его форма будет больше и слюнявей, чем у Блэка и даже Долохова. — Да-да, Альбус, — Северус тряхнул головой, отгоняя нелепые фантазии. — Так вот, Минерва — она слишком… добрая. — А я злой? — Ты разумный, мальчик мой. Ты не позволишь министерству навязывать тебе и школе что-то, что посчитаешь неприемлемым. — Что вы хотите этим сказать? — Северус боялся поверить неожиданной удаче. — Как долго вы будете отсутствовать? — Скорее всего, вернусь к началу следующего учебного года, — Дамблдор закинул в рот ещё одну лимонную дольку. — И вы хотите сказать, что я должен буду… воевать с попечительским советом вместо вас? — Боюсь, что так… Северус, тщательно контролируя свое лицо, размышлял над тем, что бояться директору однозначно стоит. Эта его отлучка была более чем кстати. — Я понимаю, это неожиданно и неприятно для тебя, — Дамблдор истолковал его молчание по-своему, — но подумай сам… Минерва не сможет отказать попечительскому совету, когда они начнут давить на жалость и совесть. А ты сможешь. — Я смогу, — послушно повторил Северус, с трудом сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. — Когда вы уезжаете? — На следующей неделе. Это здорово походило на бегство, но Северус понимал, что Дамблдор не из тех людей, которые прячут голову в песок. Наоборот, такие как Альбус, предпочитали контролировать всё и вся. И если сейчас он покидает Хогвартс, причем на столь долгий срок, значит причины у него на то очень веские. — Вас не будет в Англии? — внезапно дошло до Северуса. — Именно так. Боюсь, что там, куда я собираюсь, магия волшебников не работает. И даже Фоукс не сможет мне помочь. Так что я появлюсь только к сентябрю. — Вы же не в Азкабан собираетесь? — подозрительно спросил Северус. — Ну что ты, мой мальчик, — рассмеялся Дамблдор, — разумеется, нет. Существует множество мест и более странных, чем Азкабан. Кабинет директора Северус покидал с двояким чувством. С одной стороны, это была огромная удача, более чем за полгода они могли успеть провернуть многое. Но червячок сомнения всё-таки точил его изнутри. Ведь если Дамблдор уезжает так надолго, значит это кому-нибудь нужно.