Универ-работа-босс

POV Максим Это было ужасно… Я оглушил Андрея и тот рухнул на пол. Арт! Оборачиваюсь, мой взгляд падает на рассеченную рубашку любимого, которая быстро начинает окрашиваться в красный цвет. Арт дотрагивается рукой к ране и глупо смотрит на окровавленную руку. Я не понимаю, что произошло. Он начинает бледнеть, ноги его подгибаются – сейчас упадет. Я быстро подхватываю его, и мы оседаем на пол. Мне так страшно! Сердце бешено стучит, меня трясет. Нужно успокоиться, взять себя в руки, но я не могу. Ору, чтобы вызвали скорую. К нам подбегает Александр, в последнее время они сдружились с Артом. Саша пытается забрать из моих рук Арта. Я не отдам, не отпущу. Кричу на него, чтобы отстал, оставил нас в покое. Но он спокойно и ласково говорит мне, что знает, что делать и сможет помочь. Он отбирает у меня мое солнце, отрывает подол своей рубашки и пытается замедлить кровотечение. Я не могу оценить правильность его действий, мой мозг затуманен, я склоняюсь над Артом, дыхание которого начинает сбиваться. Ты только держись, малыш, проносится у меня в голове. Я провожу рукой по его волосам. - Мне не больно. Все хорошо, - говорит Арт. И его глаза закрываются. Я начинаю орать на Сашу. Почему я ничего не могу сделать. Я беспомощен. Ничтожество не способное помочь, самому любимому человеку. Появляются люди в белых халатах с носилками. Они действуют быстро. Укладывают Арта и вот мы уже в машине. Я не знаю, почему мне разрешили поехать вместе с ними, я же не родственник. - Какая у него группа крови? – задает мне вопрос фельдшер-девушка, пока ее напарник, что-то вкалывает Арту в руку. Группа крови? Я не знаю. Никогда даже мысли не возникало, чтобы узнать. Девушка по моим растерянным глазам все понимает. Она склонятся над Артом и шарит по его карманам, достает из внутреннего кармана пиджака мобильный. - Было бы хорошо, если бы вы узнали это как можно скорее. Я киваю и беру телефон, пытаюсь смотреть в экран, а не на бессознательное лицо любимого. Быстро нахожу «МАМА» и начинаю звонить. И что я ей скажу? Да и кто - Я? Чужой! Только мы знаем, что значим друг для друга, а все остальные? А если бы Андрей встретил Арта в какой-то подворотне и там пырнул, я бы, наверное, вообще узнал об этом как начальник, который потерял сотрудника. Блять, мы были слишком беспечны. Наконец слышу голос на той стороне: - Сынок, у меня хорошие новости, меня наконец-то повысили. Нужно за это выпить, - она такая радостная, сейчас я все разрушу. - Здравствуйте, это Максим Петрович, начальник вашего сына, - я даже не знаю как зовут твою маму, почему Арт, - на вашего сына напали и ранили, нам нужно знать его группу крови. Немного помолчав, она ответила: - Первая положительная, какая больница? Поражаюсь ее выдержке. Никакой истерики и слез. Быстро осведомляюсь у медиков о том, куда нас везут. - Первая городская. - Вы бы не могли побыть пока там, а когда я приеду все мне рассказать. Я буду через 30 минут. Пожалуйста. – А вот и материнские нотки боли и печали в ее голосе. - Да, конечно, я ни за что не уйду. Двери скорой открываются. Арта достают на носилках и быстро увозят в сторону больничных дверей. Я бегу следом, петляю по коридорам, пока передо мной не закрывается дверь и высокий мужчина не преграждает мне путь: - Вам придется подождать здесь. Врачи поговорят с вами, когда закончится операция. Он уходит, оставляя меня в полном одиночестве. Вот так я уже минут двадцать прокручиваю в своей голове этот сюжет, сидя на стуле возле операционной. Постоянно задаваясь вопросами: почему я допустил все это, почему не заслонил, почему не уберег? Что будет, если я потеряю его, если он оставит меня? Я же просто умру. Арт - мое все. Солнце не может потухнуть! Быстро отгоняю эти мысли. И гляжу на свои руки. Они в крови Арта. Меня прошибает озноб, я встаю со стула и бегу в поисках туалета, нахожу не сразу. Забегаю и включаю воду, начинаю смывать кровь, которая словно прикипела к моим рукам. От этого я начинаю плакать. Слезы текут не произвольно, я не контролирую их. Умываюсь, успокаиваюсь. Иду обратно на свое место. И вижу женщину у дверей в операционную, так похожую на мое солнце, на моего малыша, моего Арта. - Кхм, - женщина замечает меня. - Максим Петрович?- Согласно киваю. Она подлетает ко мне, заглядывает в глаза. Замечаю ее наворачивающиеся слезы. – Я, Катерина Витальевна, мама Артема. Расскажите мне все. Снова переживаю тот ужас и кошмар, пересказывая его. Чем ближе я приближаюсь к кульминации, тем сильнее женщина трет свои руки. Так, что к концу рассказа на них остаются царапины – следы от ногтей. Арт, я должен помочь ей, знаю ты хотел бы этого. Я накрываю ее руки своими. - Не сдерживайтесь. Выплесните свою печаль. Не держите все в себе. – Она горько плачет на моем плече. – Все будет хорошо. Арт справится. Она как-то странно смотрит на меня, потом словно оценивает и придя в себя вытирает слезы. - Спасибо вам за все. Двери операционной открываются. И врач переговорив с медсестрой подходит к нам. - Вы родственники Артема Алексеевича? - Да, - говорит уверенно Катерина Витальевна. Ну мне же лучше. - Операция прошла успешно. Жизненно важные органы не были задеты. Проблему создавала лишь порезанная верхняя подчревная вена. Отсюда и обильное кровотечение... Кстати, благодаря качественной первой помощи и удалось спасти молодого человека. Если бы не это, он бы умер от потери крови. – Мне нужно будет целовать ноги Саше, а я еще на него орал. – А сейчас идите домой отдыхайте. Все равно до завтра Артем не проснется. – Мы хотели было возразить. Но врач развернулся и направился прочь. - Извините, я отлучусь, позвоню бывшему мужу, он был в командировке, когда я позвонила. Сейчас он, наверно, в самолете ужасно волнуется. - Да, конечно. Женщина отошла, а я присел на стульчик. Арт живой! Слава Богу! Я так гордился своим положением, своей обеспеченностью, а когда мое солнце чуть не потушили, я сидел и просто ждал. А что я мог сделать, как в таком случае могут помочь деньги? В этой ситуации я наконец понял, что он не познакомил меня ни с кем из своих родных или друзей? Никто не знает обо мне. Случись с ним, что, я и не узнаю. Да и я хорош, что я знаю о нем? Какая группа крови? Это же элементарный вопрос. Малыш так не может больше продолжаться, мы должны стать ближе. Катерина Витальевна вернулась, мы вызвали такси и поехали домой. Вначале я проводил женщину, а потом и сам добрался домой. Закрыв двери своей квартиры, я зашел на кухню. И сердце кольнуло, от увиденного. Я ведь хотел сегодня привести Арта к себе и усиленно приготовился к этому мероприятию. Вся квартира вылизана. На кухне накрыт стол, если открыть холодильник, то там можно увидеть приготовленный ужин, который нужно, лишь подогреть в микроволновке и можно есть. Все предусмотрел. Кроме больницы. Есть не хотелось, убирать со стола тоже. Я пошел в свою комнату и завалился на мягкую кровать. Почему ты не со мной, здесь и сейчас? Знаю ты не слышишь меня. Но мне так легче. Веду с тобой разговор и на душе становится теплей. Спокойной ночи, малыш. Я завтра рано-рано к тебе приду, ты еще и проснуться не успеешь. А когда придешь в себя, то в первую очередь увидишь меня, склонившимся у твоей постели. Сон не шел, поэтому я мысленно представлял тебя, счастливого и радостного, желающего поскорее выписаться из проклятой больницы, ведь не за чем там держать здоровых людей.