It's where my demons hide

- Ну и как там, в Дурмстранге? Давай, рассказывай! - вокруг Виктории собрались практически все слизеринцы. Это были ее первые дни в родной школе после столь длинного перерыва. Девушка была крайне удивлена тем, как ее встретили. Ее однокурсники устроили вечеринку: все подземелье было украшено серебряно-зелеными флажками, на окне, выходящем на глубины Черного озера, огромными буквами было написано "Добро пожаловать домой". Играла музыка, повсюду были разные сладости и алкоголь. Много алкоголя. Очень много. И пусть Лестрейндж понимала, что для всех это просто был еще один повод напиться, ей все равно было приятно. - Ну, во-первых, там тоже есть грязнокровки, - отвращенное мычание вторило словам девушки. - Во-вторых, Мерлин, у них шикарное поле для квиддича! Но играют они намного жестче нас: при мне двое парней упали с метел, а директор хоть бы хны, мол, сами должны разбираться, они же играют. Ах да, по выходным огневиски можно взять прямо в школе! И это легально. А еще... - А что там с темной магией? - раздался знакомый голос за спинами всех сидящих. Виктория, как и все присутствующие, обернулась. У входа в подземелье стоял Малфой. Точнее, тот, кто им когда-то был. Он похудел, лицо стало еще бледнее, чем прежде, приобретя сероватый оттенок. Девушка взглянула ему в глаза, и в груди все сжалось. Мерлин, с того визита к родителям и до сегодняшнего вечера она ни разу не видела таких пустых глаз. Они были лишены того наглого блеска, что всегда отличал парня, той непоколебимой жажды жизни, которая есть в каждом... Казалось, на нее смотрел мертвец. Лестрейндж необдуманно прошептала: - Драко... Она почувствовала руку Блейза, сжимающую ее колено, а когда взглянула на друга, то поймала знакомый взгляд "я же говорил". - Ее и вправду преподают отдельным предметом, - голос звучал, как натянутая струна, что, возможно, не ускользнуло от парня. Гостиная опять залилась шумом и звоном бокалов, а с разных сторон вновь посыпались бесконечные вопросы. Но Виктория по-прежнему не сводила глаз с блондина. Он подошел к столу с напитками и взял бутылку с огневиски. Его взгляд бесцельно бродил по гостиной, пока наконец не наткнулся на лестницу, ведущую в спальню мальчиков. Девушка быстро встала с дивана, обошла кучку пьяных однокурсников и догнала парня. - Нужно поговорить, - она кивнула в сторону выхода из гостиной. Драко не стал ни спорить, ни допытываться. Он просто последовал за ней. У Виктории голова кружилась от мыслей. Она не умела говорить по душам, выслушивать чьи-то проблемы, еще хуже она давала советы, а сейчас ей надо сделать все вместе. Они вышли из подземелья. Лестница. Его шаги за спиной. Впереди максимум пять этажей и серьезный разговор, к которому она не готова. В голове все перемешалось. Она замедлилась и теперь шла прогулочным шагом, стараясь придумать хотя бы начало своего спича. Малфой, опустошающий бутылку с огневиски, поравнялся с ней. Прямая спина, руки в карманах: он шагал так же уверенно и грациозно как раньше. Его голос был хрипловат: - По дороге будем молчать или заведем светскую беседу? - девушка жестом попросила его заткнуться. Пятый этаж. Лестрейндж шла не глядя, просто стараясь уйти подальше ото всех. Поворот. Холл. Еще один поворот. Тупик. Она не растерялась и тут же нашла взглядом дверь в туалет, которым, судя по отдаленности ото всех кабинетов и мест общего скопления, никто не пользовался. Драко зашел вслед за ней, оперся на одну из раковин и в ожидании взглянул на девушку. Слизеринка сделала глубокий вдох и мысленно поблагодарила Мерлина за то, что сняла галстук в гостиной и сейчас ей ничто не душило шею. - Малфой, нам нужно поговорить, - получилось слишком тихо и неуверенно. - Да ты что?! А я-то думал мы прогуляться решили, - грубо ответил он. - Просто заткнись и выслушай меня! - его подшучивания сейчас бесили больше всего. - Пока я была в Болгарии, ты очень сильно изменился. Начал отдаляться ото всех, в том числе и от Блейза, что... - Так вот, кто тебя подослал, - парень театрально закатил глаза. - Передай ему, что у меня небольшие дела. Это вы после Посвящения дурью маетесь. В голове вихрем пронесся недавний разговор с Беллатрисой и Рабастаном. Виктория сжала губы в тонкую полоску. - Не маемся мы ничем, - прошептала как можно тише, но парень услышал. - Я тоже за тебя переживаю. - С каких это пор? - он удивленно приподнял брови, - Уж не с тех ли, когда, войдя в школу в пятницу, ты кинулась на шею Поттеру? - удар ниже пояса. - Это не то. Ты не понимаешь, - она начинала нервничать, - Ты мой друг, а за друзей я переживаю, - из ее уст это звучало как-то по-идиотски, - Дело не в этом, Малфой! - А в чем тогда? - его безразличный взгляд осматривал стены туалета. - Давай так, ты рассказываешь о том, что с тобой происходит, а я о своем поведении с Поттером? Идет? - почему-то ей хотелось рассказать ему все, что она пообещала сделать тетке с дядей. Возможно, чтобы он не осуждал ее за общение с Гарри, чтобы поддержал в выполнении задания. - С чего бы это? Мне не интересны ваши с ним совместные извращения. Еще менее мне интересны вы по отдельности, - хук справа, - А учитывая, что ты прекрасно общаешься не только с ним, но и с грязнокровками всякими, - хук слева, - нет, спасибо. Тем более, рассказывать тебе свои проблемы? Может они тебе и доверяют, а я нет, - нокаут. Виктория закрыла ладонями лицо и села на холодную плитку. Да, они ей доверяют, да, она с ними общается. Но каждый гребаный раз, когда она видит кого-то из них, приветливо машущего ей рукой, в груди все сжимается, а к горлу подступает комок. Она не может. Не может вот так предать. Точнее, она уже их предала, а теперь не может с этим смириться. Гарри вечно защищает ее перед остальными гриффиндорцами, недавно Гермиона с Роном присоединились к нему. Каждый раз, когда кто-то из них произносит это чертово "ей можно доверять", внутри все разрывается на клочья, а самой ей так и хочется крикнуть, проорать на весь чертов Хогвартс: "Нет! Нельзя! Я предательница, хренова шпионка". Но она молчит и лишь мило улыбается очередному гриффиндорцу. Она и не заметила, когда заплакала. Руки дрожали, она обхватила ими ноги и опустила голову на колени. Она и подумать не могла, что самым сложным в этом задании будет не заставить Поттера поверить себе, а заставить себя это сделать. Все это время она чувствовала на себе взгляд серых глаз. Ей было так стыдно за то, что она не выдержала и показала свою слабость. Поэтому она долго не поднимала глаз, надеясь, что парень сам уйдет. Но этого не произошло. Она услышала его приближающееся шаги, почувствовала, как он сел рядом с ней и вытянул ноги вперед. Он начал что-то насвистывать. Опять. - Все никак не могу выбросить эту песню из мыслей, - он говорил как-то отстраненно, будто бы даже не ей, - Не знаю почему, она... заполняет голову, а в ней так много того, о чем я не хочу думать, - он начал тихо напевать. Голос был хрипловатый, неуверенный, но звучный: - When the days are cold And the cards all fold And the saints we see Are all made of gold When your dreams all fail And the ones we hail Are the worst of all And the blood’s run stale I wanna hide the truth I wanna shelter you But with the beast inside There’s nowhere we can hide Голос дрогнул. Он замолчал. - Виктория... - он будто бы пробовал слово на вкус. - Я не хочу рассказывать не потому, что не доверяю тебе, - он посмотрел на нее, - а потому что я не хочу тебя в это впутывать. Все эти секреты, запреты, тайные дела так достали. Голова разрывалась от мыслей, а все вокруг только и говорили: "Ты должна". Виктория только что поняла, что не сможет с этим справиться. Это слишком тяжело. На нее давили со всех сторон, а выдерживать все это должна была она одна. Опять "должна". Лестрейндж подняла голову с колен и бесцельно уставилась прямо перед собой. Ее голос был тихим и неуверенным: - Я должна втереться в доверие к Поттеру и всем его друзьям, чтобы потом... Чтобы потом Он смог манипулировать им через меня. Дергать за нужные ниточки, путем того, что я его предам, - она замолчала на мгновение. - Это ужасно. Осознавать, что они мне верят, а я на самом деле... Я смотрю им в глаза, улыбаюсь, они убеждают своих друзей, что мне можно доверять, а я... - девушка попыталась сглотнуть ком, подступающий к горлу. Она почувствовала руку парня на своей ладони, их пальцы переплелись. - Я тоже получил задание. Даже два, - он горько усмехнулся, - Первое, починить чертов шкаф-портал, чтобы сюда смогли Пожиратели переместиться. А второе, Мерлин, поверить не могу, что мне придется это сделать, - он крепче сжал руку девушки. - Мне нужно... Мне... Я должен убить Дамблдора. ______________________________ Когда дни становятся холоднее, И все карты сложены, Все святые, которых мы видим, Сделаны из золота. Когда все твои мечты рушатся, А те, что мы приветствуем, — Хуже некуда. Кровь сворачивается. Я хочу спрятать истину, Я хочу защитить тебя, Но с этим зверем внутри, Нам нигде не спрятаться.