Рассвет и падение госпожи Смерть

— Мертв! Он мертв! — с криком очнулась Владлена. — Кто мертв? — подбежал Карбо. — Змей погиб. В замке римские инквизиторы… много, — мрачно проговорила она. К ней подошел мужчина очень высокого роста, с волосами, заплетенными в длинную каштановую косу. — Тогда будем готовиться к худшему, — пробасил он чуть хрипловатым голосом. — Волчица. Он поклонился. — Локсафар! — Владлена крепко похлопала его по плечу. — Прошли века, но ты ни капли не изменился. — Зато в твоих глазах появилась жизнь, которой я не видел прежде. Эта правда… — синие глаза поднялись на Дракулу. — Это правда, что эта война за человека? — Да, пес. И если вы переживете этот бой, наградой будет свобода от клятвы. — Так это правда, воюем за человека?! — появился курносый нос, а за ним — огромная грива ярко-рыжих волос. — Владлена, ты меня разочаровываешь, — наигранно насупилась девушка. Дракула слегка улыбнулась. — Разочаровала тебя, красотка? Ну, прости, но обещаю будет легендарная битва, — она несмело, но затем широко улыбнулась и объятиями чуть не сбила рыжеволосую с ног. — Я так соскучилась по тебе, волчица! — Ух, задушишь. Неужели мускулы появились? — Космина моментально отпрянула и в панике начала себя ощупывать. — Твои шутки меня в могилу сведут, — фыркнула она. — Корону поправь, а то свалится, — хихикнула Дракула, но, вспомнив прошлый вечер, ее лицо снова стало задумчивым. — Владлена, твои доспехи лежат на столе. Ближе к лесу сможешь переодеться. — Спасибо. Локсафар, объявляй сборы. Выдвинемся через полчаса. Время не ждет. Вампир кивнул и, словно растворившись в воздухе, исчез. Владлена окинула взглядом свои алые, блестящие доспехи. Столько веков прошло, а они, казалось, и не бывали ни в одной битве. Стянув камзол и оставшись в одной легкой рубашке, графиня взяла в руки нагрудник и замерла. — И давно ты наблюдаешь? — строго спросила она, не поворачиваясь. — Недавно, — светловолосая воительница моментально оказалась рядом, взяв в руки доспех. — Я помогу. Владлена отвела глаза. Роксолана же смотрела прямо, окидывая ее взглядом с головы до пят. Надевать доспехи она не спешила. Графиня откровенно спросила: — Долго смотреть будешь? Я… уже не твоя. Воительница грустно улыбнулась. — Уже нет, волчица. Это я почувствовала сразу. Она начала закреплять нагрудник. Нависла неловкая тишина. — Ты никогда не была полностью моей. — Ее зовут Мина. Владлена отводила взгляд, боясь затеряться в серебристых глазах своей бывшей возлюбленной. — Неважно, как ее зовут. Я уже ненавижу ее. Дракула почувствовала, как начинает злиться. Но отчего? От бессилия? От оскорбления любимой или на саму себя? — Так зачем пришла? — с вызовом посмотрела она в глаза. — Ты позвала, Влада, — тихо ответила Роксолана. — Не называй меня так больше, — приглушенно отозвалась Владлена. — Я всегда буду тебя так звать. Это мое право, — с болью в голосе ответила львица. «Не хочу причинять боль, только не тебе!» — пронеслось в голове у графини. Владлена провела по ее щеке: — То пламя, что когда-то было между нами… превратилось в тлеющие угли. Светловолосая воительница прижалась к ее руке, словно кошка. — Даже одна искра может разжечь пламя. Ты хоть помнишь, как это было? — Я… все помню… — эхом отозвалась Дракула.

***

1633 год. Северная Валахия Очередной бой с зарвавшимися турками. Владлена кружила в центре сражения, словно ураган смерти, выкашивая всех подчистую. Внезапно ее сталь встретилась с сияющим серебряным клинком. Вампирша напряглась. О ее тайной слабости никто не знал, а сейчас у этого воина серебряный меч, способный причинить реальный вред. Еще больше она удивилась, когда увидела обладательницу этого клинка. В толпе черных турок она сияла, словно луна в ночи. Развевающиеся светлые волосы, серебристые глаза, полные ярости и гнева. Вампирша не могла не восхититься этим зрелищем. Еще больше ее поразило, что соперница не уступала ей в бою, отбивая каждый выпад и уворачиваясь от смертельных контратак. Солнце уже садилось, а Владлена все еще вела с ней бой. К полуночи ее дружина выкосила турок и теперь они молча наблюдали за сражением столь контрастных воительниц. Но Роксолана была всего лишь человеком, и звук скрещенных мечей становился все реже. Контратакуя, Владлена выбила почву из-под ее ног. Девушка упала, держа над собой меч. Клинок вампирши уперся ей в горло. — Проси пощады! — вскричала Дракула. — Никогда! — с яростью в глазах крикнула Роксолана. — Я отдам тебя своим воинам, а затем распну твой труп! И каждый проходящий будет потешаться над твоим телом! Моли о пощаде! — прорычала Дракула, чувствуя, как ее глаза наливаются алым цветом. — Никогда, Дракула! Никогда и ни перед кем я не унижусь! — девушка схватила клинок вампирши и плотнее прижала его к своему горлу, откуда постепенно начала сочиться кровь. — Забирай жизнь! Я умру с честью воина! Не преклонив головы! И в этот момент Владлена окончательно решила: она будет только ее, и она войдет в Семерку. Сначала Роксолана была ее пленницей, позже — любовницей, а еще позднее между ними витала иллюзия чего-то большего. Но никто из них не осмелился признаться в чувствах. И вскоре львица уехала из замка, чтобы начать собственную войну. Но это уже другая история.

***

— Отпусти меня… — тихо прошептала Дракула, стоя напротив Роксоланы. — Волчица, ты путаешь меня со своей возлюбленной, — грустно рассмеялась светловолосая. — А я никогда ею не была, и прав у меня на тебя нет. Между нами было лишь всепоглощающее пламя страсти. И это делало нам честь, делало нас равными… — Это делало нас свободными, и поэтому нас еще больше тянуло друг к другу, — тихо закончила Дракула. Роксолана подошла вплотную и, касаясь ладонью ее черных волос, сказала: — Пламя, может, и потухло, но тлеющие угли остались. И ни у тебя, ни у меня нет таких сил, чтобы затушить их до конца. Ты забыла — я никогда не сдаюсь. — Будь с ней счастлива, Влада… — С этими словами Роксолана прижалась губами к ее щеке. Дракула поймала ее взгляд. — Ты забыла — какие между нами могут быть приличия.. — и, перехватив ее губы, подарила последний горько-сладкий поцелуй.

***

Карета ехала напрямую по мосту, через пропасть. Впереди виднелись огромные черные ворота, напоминающие разинутую пасть зверя. Завывал ветер, подпевая танцующей над пропастью зимней вьюге. Ворота отворились, и навстречу экипажу вышел высокий седовласый человек в стальных латах, в сопровождении своей свиты. Дверца кареты отворилась. — Профессор Ван Хельсинг, добро пожаловать. — Главнокомандующий? — ответил Хельсинг, выбираясь из кареты. Мужчина пошел вперед, увлекая за собой профессора. — Так точно. Ожидалось, что вы приедете ранее? — На перевале был страшный буран. Кони практически ослепли, пришлось замедлить движение, — пытался перекричать вьюгу Хельсинг. — С захватом замка у нас особых проблем не возникло, дружину мы перебили почти сразу. Позже к нам наведались гости, их разведчики. Отряд из двадцати человек, да вампир. Их тоже перебили, но местоположение Дракулы так и не смогли узнать. Я сам лично скормил сердце этой несговорчивой твари псам! Они прошли в ворота и, дождавшись остальных, вошли в замок. Серое, холодное помещение не было особо приветливым. Богатые шторы и ковры, шкуры зверей и серебряная посуда — все было расставлено с шиком и вкусом. Но сам замок был слишком дряхлым, слишком старым. Складывалось ощущение, будто это старуха, выдающая себя за молодую девушку. — Сразу вас предупрежу. Вам доступен только первый этаж. В подвал и на верхние этажи лучше не соваться. Там черте что творится, — нахмурился главнокомандующий и добавил: — Но это предостережение, не приказ. Вам предоставят отапливаемые комнаты, мои люди покажут, где. — Сколько у нас людей? — осведомился Хельсинг. — Порядком четыреста. С недавнего времени чуть меньше. — Хорошо. Рассредоточьте их, вампирша уже близко, — Хельсинг повернулся к Мине, желая убедиться в своих словах: — Да, Мина? — Готовьтесь. Уже совсем скоро вы окажетесь рядом со своим ненаглядным Богом, — вздернула голову девушка, злостно сверкнув глазами.

***

— У Дракулы примерно около сотни воинов. Такой цифрой, по крайней мере, бредила девушка во время последней связи, — говорил Хельсинг. — Может, графиня дезинформирует нас? — высказался Джек. — Нет, во время связи лгать они не могут. На десяток больше, на десяток меньше — все равно. Но в войске Семерки хватает и вампиров, да и Орден Дракона всегда состоял только из отборных воинов. Вампиры нападут ночью, чтобы перехватить преимущество. Я предлагаю часть войск увести недалеко в горы, и когда они будут переходить мост, мы нападем с обеих сторон. Сомкнем их на узком мосту и поскидываем в пропасть. Ну, есть еще идеи? — азартно крикнул Хельсинг. — Когда они будут пересекать мост, думаю, нелишним будет использовать пару катапульт. Мои солдаты уже почти их закончили. Так огненными валунами мы приуменьшим их число, — сверкнул зубами главнокомандующий. — Решено. Чтобы к вечеру все было готово. Не сегодня — завтра Дракула нападет. И мы будем готовы, — профессор взглянул на нахмуренные лица и добавил: — Ну что застыли? Перед боем следует подкрепиться жареной кабанятиной, например. Так, главнокомандующий? — Я распоряжусь, — профессор довольно улыбнулся.

***

Мина металась из угла в угол. В кресле сидел Джонатан, наблюдая за своей бледной невестой. — Мина, перестань сейчас же! В чем дело? — спросил раздраженный, но больше испугавшийся молодой человек. — Она близко! Мне нужно к ней! Джонатан, отпусти меня! — Мина чувствовала, как ее состояние ухудшается, как ее бросает то в жар, то в холод, и жажда крови становится невыносимой. — Нет! Ван Хельсинг велел с тебя глаз не спускать. И я, как твой супруг, буду оберегать тебя даже от тебя самой. Посмотри, что она с тобой сделала! Где та прежняя наивная девушка, что так весело смеялась над моими шутками и краснела при легком прикосновении? — устало говорил Джонатан. — Ее больше нет. Как и иллюзии, что ты называл любовью между нами, — сверкнула глазами девушка. — Так вот во что ты превратилась?! В подстилку для вампира, в ее шлюху?! — вскричал в гневе он. — Она подарила мне красоту ночи! Она подарила новую жизнь, такую, что ты и представить не можешь! Я словно открыла глаза после нескончаемого сна. Я чувствую все, вижу, слышу, двигаюсь в сотни раз лучше, чем прежде! — девушка склонилась над Джонатаном, и что-то нехорошее мелькнуло в ее глазах. — Ты думаешь, тот буран, что замедлял нам путь, был прихотью судьбы? Это я его устроила, чтобы дождаться свою принцессу! — Ах, ты шлюха! — сквозь слезы вскричал молодой человек и с размаху влепил ей пощечину. Мина отвернулась, прижав руку к пылающей щеке. Молчала, будто пробуя на вкус новые ощущения. Джонатан застыл, не в силах вымолвить ни слова. Вдруг, с глухим рычанием, к нему повернулась Мина, обнажив клыки, а в ее глазах плескалась ярость. Одним движением она крепко вцепилась в мужчину, а другим укусила за шею. — Мина, нет! — хрипел он, силясь отодрать от себя вампиршу, а затем безвольно повис в ее руках. Как только пелена гнева спала с ее глаз, она испугалась самой себя. Выпустив из рук бессознательного мужчину, она бросилась к двери. В горло иголками впивалась шипучая жидкость, даря новые ощущения боли, перемешанной с удовольствием. Затихшая до этого боль принялась ломать ее тело с удвоенной силой.