Только лучшее детям

- Я не могу ответить Вам согласием, - покачал головой Люпин, отступая к стене кабинета. - Вы говорите о ситуации, которуй я хотел бы избежать. И если Вы всё-таки реализуете свои намерения, то Вам, вероятно, лучше будет найти другого консультанта. Это не трудно. - Но мне не нужен другой, - покачал головой Сириус. В этом было его потрясающее упрямство. - Я хочу Вас, - казалось, он не относился к вопросу достаточно серьёзно, и это настраивало Ремуса против него. Казалось, этот человек хочет поиграть, а вовсе не думает об интересах мальчика. Разве такому можно доверить воспитание Гарри? - А Вы привыкли получать то, что хотите, - кивнул учитель, отводя от Блэка взгляд. - Возможно, этот случай станет счастливым исключением, - литератор пытался убедить себя, что он вовсе не пытается выиграть этот спор. Действительно, он сопротивляется не потому, что не хочет соглашаться с Сириусом, а только по одной причине - он считает, что для мальчика будет лучше оставаться с его законными опекунами. - Возможно, - не стал отрицать Блэк. Приблизившись к учительскому столу, он положил на него какую-то бумажку. - Здесь мой адрес. У Вас он, судя по всему, уже есть, но считайте это официальным приглашением, - улыбнувшись напоследок Ремусу, мужчина покинул кабинет и тихо, чтобы не помешать занятиям, направился к выходу из школы. - Господин директор? - Ремус осторожно заглянул в кабинет. Мужчина и женщина, сидевшие на стульях возле стола Дамблдора, повернули к нему головы. Женщина едва заметно скривилась, судя по всему, ей не понравился вид дешевого и потрепанного пиджака Люпина, мужчина же не проявил к вошедшему особого интереса. - Да, конечно, профессор, заходите, - директор гостеприимно махнул рукой, указывая на стул, стоящий в углу комнаты. Педагог здраво рассудил, что не стоит придвигать его ближе. - Это профессор Люпин, один из учителей Гарри и так же психолог, которому я поручил оценить ситуацию. Профессор, это мистер и миссис Дурсль, опекуны Гарри. - Очень приятно, - отозвался учитель, разглядывая посетителей с ещё большим вниманием. Пока он слышал о них в основном неприятные вещи, но, насколько можно было судить исходя из фактов, это была совершенно обычная, вполне благополучная семейная пара. - Скажите, директор, Гарри ведь был у него? У этого человека? - вопросила Петунья. В её голосе, когда она произнесла "этого человека", было столько отвращения, что Ремус невольно поморщился. К счастью, Дурсли не могли видеть его. - Гарри не сказал мне, где провёл эту ночь, - Дамблдор не врал, Поттер наверняка не поведал ему, где ночевал. Да, директор предположил, что Гарри был у Блэка, и знал, что в своих предположениях не ошибся. А ещё он знал, что Люпину обо всём этом известно. Но эти факты Альбус выкладывать не спешил. Как ни крути, а вчерашний инцидент пошёл ему на пользу - если бы не это, Дурсли могли бы ещё долго отказываться от визитов в школу, а теперь, когда у директора был повод обвинить их в плохом исполнении их обязанностей, они примчались, чтобы всё уладить. - Вы должны понимать наше желание держать нашего племянника подальше от этого уголовника, - сообщил мистер Дурсль. Учитель повёл плечами, чувствуя, как у него появляется неприятное предубеждение против этих людей. - Сириус Блэк был полностью оправдан, так как не совершил ничего противозаконного, - покачал головой директор, кидая короткий взгляд на Люпина. Тот вытащил блокнот и сделал вид, что что-то записывает, лишь бы не встречаться глазами с Дамблдором. - Да, но он ведь провёл десять лет в тюрьме! - в голосе миссис Дурсль был вагон эмоций - ужас, отвращение, осуждение и много ещё чего. Люпин нарисовал в блокноте несколько завитушек, чтобы отвлечься. - Это... Это меняет людей. - Определенно, - не стал спорить Дамблдор. Он оглядел сидящих перед ним супругов и сложил на столе руки. - Скажите, а почему Гарри вчера вообще ушёл из дома? - вопрос был явно в точку - мужчина и женщина заёрзали и переглянулись. Действительно, этот случай плохо их характеризовал. Мальчик ушёл из дома поздним вечером, был неизвестно где всю ночь, а утром первым делом явился в школу, а не домой. На то должны были быть причины. - Ох, Вы же знаете этих подростков. Стоит напомнить им об их обязанностях, о том, что не все их желания будут немедленно выполняться, и они уже готовы хлопнуть дверью, - запричитала миссис Дурсль. В её словах чувствовалась большая неискренность и большая же самоуверенность. - У Гарри ужасно, ужасно сложный характер. Мы стараемся быть с ним строже, чтобы исправить некоторые недостатки, а он так бурно реагирует, - перебил супругу Вернон. - Наш сын, Дадли, отличается образцовым поведением, он очень воспитанный, спокойный, он никогда не поступил бы подобным образом, а вот Гарри - просто беда, а не ребёнок. Так что в том, как Гарри себя ведёт, мы совершенно не виноваты. - А кто виноват? - спросил директор. Ремус был очень рад, что вопрос, который вертелся у него на языке, озвучил Дамблдор - Дурсли почти забыли о присутствии в кабинете профессора, и тот мог наблюдать за происходящим со стороны. Так ему намного легче было делать выводы, чем если бы он оказался втянутым в дискуссию. Директор между тем явно выставлял визитёров напоказ, демонстрировал разные стороны их личностей, умело задавая вопросы. - Гены, разумеется, гены! - Петунья взмахнула рукой. Она вела себя так, словно директору должно было быть очевидно, что во всём виноваты именно гены. - От осинки не родятся апельсинки. Я помню, как трудно было с моей сестрой. Родители потакали ей во всём, и она выросла чертовски избалованной и непослушной. А её муж? Мы не имели возможности близко общаться, к счастью, но каждый раз, когда я встречала его, он выкидывал что-нибудь, что никогда не станет делать приличный человек. - Но это не мешает вам пользоваться его деньгами, верно? - директор продолжал добродушно улыбаться и смотреть на посетителей дружелюбно и просто, но Люпин заметил, что упоминание о "дурных" манерах Джеймса Поттера его задело. - Растить ребёнка в наше время не дёшево, - Вернон явно планировал защищаться. - Особенно такого, как Гарри. От него одни убытки. Мало того, что он постоянно портит свои вещи, он ещё умудряется чинить неприятности везде, где появляется - то разобьёт окно в школе, то подожжёт стул в кабинете. И это не считая всех других расходов. Он умудряется постоянно бить свои очки, а на других врачей уходят такие суммы... А у нас, между прочим, есть и собственный сын, - Ремус продолжал рисовать непонятные закорючки в своём блокноте. Возможно, он неправильно оценил ситуацию, когда интерпретировал слова Гарри о его приёмной семье. - Я уж не знаю, откуда у моей бестолковой сестры и её мужика деньги. Скажу честно, господин директор, ни он, ни она ни дня в своей жизни не работали. Насколько я знаю, её муж только и делал, что сидел за компьютером и играл в какие-то игры. Так что как бы ни были заработаны эти деньги, но всяко не честным трудом, - миссис Дурсль покачала головой. - Будь моя воля, я бы и трогать их не стала. Но мы не смогли бы содержать обоих мальчиков на должном уровне, если бы не наследство. - Понимаю, понимаю, - Дамблдор явно прикладывал все усилия, чтобы держать себя в руках. - Значит, у вас возникают некоторые трудности... С воспитанием Гарри, верно? - Обычно нет, мы держим его в узде, знаете ли. Но сейчас, когда объявился этот Блэк... Мы не говорили Гарри о нём, чтобы не травмировать, но он буквально кружит вокруг. Пишет, звонит, и ещё этот суд... - Петунья покачала головой. - С Сириусом я разберусь, не волнуйтесь. Но то, что Гарри ушёл из дома, не очень хорошо. Думаю, с этим нужно что-то делать, - директор внимательно взглянул на Ремуса. - Профессор Люпин неплохой психолог. Возможно, он поможет вам разобраться в ситуации? - Правда? - миссис Дурсль мгновенно повернулась на стуле и буквально впилась в литератора цепким взглядом. Очевидно, она пыталась мысленно сопоставить слова Дамблдора о профессионализме этого человека с его весьма жалким гардеробом. - Мы, честно говоря, давно планировали отвести Гарри к специалисту. Возможно, ему нужно начать принимать какие-нибудь таблетки? - Таблетки? - Люпин нахмурился. - Скажу честно, я не замечал у Гарри проблем, которые требовали бы медикаментозного лечения или даже врачебного вмешательства. В таком возрасте и с такими проблемами лучше всего работать, в первую очередь изменяя домашнюю обстановку, отношение между ним и взрослыми. Я думаю, вы сможете достаточно быстро получить хороший результат, если приложите усилия. - Вы что же, намекаете, что мы плохо воспитываем нашего племянника? - на этот раз к Люпину повернулся мистер Дурсль, лицо которого начинало наливаться краской гнева. Он считал, что ему нанесли глубокое оскорбление и, вероятно, рассчитывал на извинения. - Я хочу сказать, что у Гарри нет явной и даже скрытой склонности к бродяжничеству и асоциальному образу жизни, а ещё я не думаю, что на него влияет какая-то сильная личность, которая заставляет его вступать с вами в конфликты. Вероятно, у него есть проблемы в отношениях с вами, а такие проблемы в одностороннем порядке не решаются, - спокойно ответил Ремус, переводя взгляд с мужчины на женщину и обратно. - Как я уже сказал господину директору, с нашей стороны нет никакой проблемы. Дадли, наш сын, воспитан прекрасно, и это полностью доказывает, что наше поведение безукоризненно, - Вернон поднялся со своего места. - А сейчас мне нужно вернуться на работу, - судя по всему, этот человек просто не мог признать, что он не прав хоть в чём-то. - А мне ещё нужно приготовить обед, - и Петунья поспешила вслед за мужем к выходу из кабинета директора. На пороге она обернулась и смерила Люпина презрительным взглядом, а затем улыбнулась Дамблдору. - До свидания, господин директор. - Вы изменили своё мнение? - спросил директор, как только за Дурслями закрылась дверь. Ремус взглянул в блокнот. На листе была изображена упрощенная и весьма карикатурная Петунья Дурсль, окруженная облаками пара. Надо сказать, получилось довольно точно. Когда-то Ремус хорошо рисовал, он даже едва не стал художником, но вовремя понял, что для этого ему недостаёт таланта. - А Вы пригласили меня сюда для этого? - полюбопытствовал литератор. Он пристально посмотрел на Дамблдора, который улыбнулся спокойной и очень загадочной улыбкой. - У нас гости, Бродяга, - Сириус поднялся из кресла и, потянувшись, одёрнул рубашку. Вероятно, он был одет слишком строго для человека, находящегося дома и не ожидающего визитёров, но он слишком соскучился по такой одежде, чтобы отказываться себе в удовольствии её носить. Пёс радостно гавкнул. - Пойдём посмотрим, кто там. Бродяга спрыгнул с кровати и направился вслед за хозяином по коридору. Коридор был длинным и тёмным, так как все ведущие в него двери, исключая самую дальнюю, ведущую в спальню Сириуса, были закрыты. Кроме ванной и кухни в квартире были более или менее обжиты ещё два помещения - спальня хозяина и гостевая комната, в которой вчера ночевал Гарри. Остальные были большими запертыми хранилищами пыли. Дойдя до двери, Сириус взглянул в глазок и тут же открыл, не веря своим глазам. На пороге стоял профессор Люпин собственной персоной. - Профессор? - в голосе Блэка было искреннее удивление. Он предполагал, что Ремус может прийти, но никак не ожидал, что это случится так быстро и так неожиданно. - Проходите, - мужчина пропустил гостя внутрь, пока пёс недоверчиво принюхивался, поглядывая на незнакомца. - Если Ваша просьба о помощи всё ещё актуальна, то я готов согласиться Вам помочь, - спокойно сообщил Люпин, делая шаг и оказываясь в коридоре. - Некоторые обстоятельства заставили меня изменить моё решение.