Я - твои неприятности

Фриман и его одноклассники обнаружились в коридоре. Они что-то живо обсуждали, потому появление поблизости Флориана и Хлои благополучно пропустили. Ладонь, опустившаяся на плечо, стала полной неожиданностью, а горящий взгляд заставил вздрогнуть. – Так что ты там говорил насчёт совместно проведённого вечера? – процедил Колдфил. – Немедленно извинись перед ней, – прошипела Квин, сжимая руки в кулаки и собираясь последовать совету Флориана. Но не успела, потому что Колдфил решил проблему самостоятельно. Он ни разу не видел Харли дерущейся, вот и закрались в голову подозрения, что ударить противника она не сможет. Он же, оказавшись в женском теле, навыки не растерял, сохранив их все в полной мере, потому и воплотить в жизнь задуманное оказалось проще простого. Фриман отшатнулся в сторону, зажимая нос ладонью и, глядя, как на пол падают крупные капли крови. Появление Флориана вместе с девчонкой стало для него сюрпризом. Если честно, такого никто не ожидал. Разговоры в коридоре стихали, как только парочка проходила мимо. Общение продолжалось шёпотом, а выразительные взгляды говорили больше слов. Естественно, что и Дина это триумфальное появление не оставило равнодушным. Парень посчитал своим долгом поинтересоваться, какого чёрта Флориан лезет, куда его не просят. И тут Хлою, что называется, понесло. Она нагородила такого, что сам Колдфил стоял, открыв рот от удивления. Сильнее всех, конечно, изумилась Вивьен. Вместе с тем и обрадовалась, поняв, что у неё появилась тема куда более горячая, нежели предыдущая. Новость об отношениях между Колдфилом и Квин должна была сыграть роль сенсации и поднять количество просмотров блога в разы. Вообще-то он и так пользовался популярностью, несмотря на то, что большинство статей, опубликованных на сайте, были чистой воды фальсификацией. Вуд, публикуя «новости», никаких угрызений совести не испытывала, воспринимая это, как хобби и бесплатное развлечение. Всё равно совсем скоро блог будет закрыт, поскольку близится выпуск, и все звёзды покинут стены заведения. Ну, и те, кого звездами назвать можно с большим трудом, тоже. Факт, что их место займут другие ученики, газета перейдёт из рук Вивьен в чужие, а блог... Он был её собственным детищем, передаривать его кому-то девушка не планировала. Устроив скандал на глазах всей школы, Флориан удовлетворённо хмыкнул и выплыл из коридора. Харли последовала за ним, чувствуя на себе множество удивлённых взглядов. Помимо удивления в них прочитывалась ещё и заинтересованность. – Что-то мне подсказывает, что новое положение вещей будут обсуждать ещё активнее, чем прежде, – произнесла, оказавшись на улице. Колдфила потащило во двор. Кажется, сегодня он вообще не планировал появляться на занятиях. Или, как минимум, добраться домой, переодеться, дабы не бродить по школе в окровавленной юбке, только потом вернуться и идти на занятия. – Ты знаешь правду. Разве этого недостаточно для счастья? – спросил Флориан, обернувшись и посмотрев на одноклассницу. Хлоя усмехнулась. – Наверное, достаточно. – Тогда прекрати заниматься самоедством. От этого тебе легче не станет. Хотя, пока ты болтала, меня не оставляло ощущение, что игра не так уж и противна. Что ты там городила? Мы – единое целое, кажется? – Само собой получилось, – отозвалась Харли. – И я больше о самой ситуации высказывалась. Ты же сейчас, реально, часть меня. Твоя душа в моём теле и наоборот. Получается, что в каждом из нас есть частичка другого человека. – Логично, – хмыкнул Колдфил, спускаясь по ступенькам вниз. Хлоя в предположениях не ошиблась. Флориан сегодня посещать занятия не планировал. Настроение было какое-то не такое. Явно не подходило для сидения на уроках. Ему хотелось накрыться одеялом и спать. Слушать объяснения учителей, отвечать на вопросы, если понадобится, заниматься делами газеты – совершенно не хотелось. Правда, газетой он практически и не занимался, передавая все задания Харли. Она изощрялась, как могла, делая снимки для материалов на камеру своего смартфона, поскольку профессиональная фотокамера приказала долго жить, а новую так никто и не купил. По вечерам Флориан продолжал появляться на фейсбуке, изредка вёл беседы с приятелями. В одном из таких разговоров и решил выяснить отношение Кастиэля к произошедшему в музее, далеко не тонко намекнув на необходимость приобретения новой камеры для девчонки. Эйнфорд согласился, что, в принципе, они оба виноваты в случившемся, но тут же посетовал, что у него таких денег нет. И половины суммы тоже. Колдфил вынужден был согласиться, что его положение немногим лучше. Такой суммой он тоже не располагал, как и половиной её. Десять долларов в день... Не так уж и плохо, если на то пошло. Сто дней, и камера у него на руках. Его родители, будучи более щедрыми, давали на карманные расходы иногда двадцать, иногда тридцать долларов. Значит, при таком положении у него необходимая сумма могла накопиться гораздо быстрее, чем за сто дней. Выпуск приближался, оставалось всего полтора месяца. До дня рождения Хлои и того меньше – две недели. За это время он не мог собрать подходящую сумму. Живи он в собственном теле, всё было бы намного проще. Пойти, устроиться на работу и за определённый отрезок времени собрать необходимые средства. Родители Хлои выступали против подработки, заявляя, что дочь может начать работать после поступления в университет, а сейчас ей нужно готовиться. Флориан чувствовал себя связанным по рукам и ногам. Появлялся в мыслях вариант – подарить свой фотоаппарат, но он не шёл в сравнение с разбитой вещью. Обмен получался неравноценный. – И куда теперь? – спросила Харли, напоминая о себе. – Домой. Не хочу мелькать в школе, привлекая внимание к своей персоне. – После того, как врезал Дину? Или после признания? – И то, и другое. Думаю, вечером меня будут мучить расспросами, а мне морально нужно подготовиться. – Кэндис? – Ну, да. Кто же ещё? Вообще я не думал, что ты сегодня так разойдёшься. Кажется, в форс-мажорных ситуациях, ты начинаешь неплохо соображать. – А в обычное время – нет? – усмехнулась девушка, тоже спустившись вниз. – И в обычное тоже, но бывает такое, что теряешься и не знаешь что сказать, пасуешь при непредвиденных обстоятельствах. Ты сегодня поймала подходящее настроение и здорово всё придумала. Я о пари говорю. Ну и вообще... – Колдфил, ты сегодня дико сентиментален, – заметила Квин. – Это твои гормоны, – фыркнул он. – Логично, – хмыкнула Хлоя, скопировав недавнюю интонацию собеседника. – Слушай, мне, получается, тоже не стоит сегодня появляться на занятиях? Или стоит? – Всё зависит от твоего желания. Можешь поехать со мной. Разрешаю даже подбросить меня до дома, – Флориан достал из кармана рюкзака ключи от «Форда» и бросил их Харли. – Предашься ностальгии, побродишь по родному дому. Успокоишься хотя бы немного. Завтра у нас выходной, послезавтра – тоже. Вернёмся в школу в начале учебной недели, все и думать забудут о происшествии. Поехали? – Давай. Теперь-то она окончательно прониклась чужими мотивами, поняла, по какой причине Колдфил на выходных решил заглянуть в гости. Ему хотелось домой не меньше, чем ей. Он не демонстрировал открыто свои эмоции, не ударялся в слёзы, не рвал волосы на голове, но, несомненно, мечтал вернуться в привычную жизнь. Вероятно, Флориана тоже угнетала необходимость жить в теле девушки, коей он себя не ощущал. Первое слово можно было без сомнений откидывать. Его эта необходимость однозначно угнетала. Без вариантов. Хлоя две недели не была за рулём, даже успела немного отвыкнуть от этого дела. Колдфил, устроившийся на заднем сиденье, наблюдал за чужими действиями с интересом, но никак их не комментировал и не пытался насмехаться, хоть и понимал, что манера вождения мисс Квин ему вряд ли понравится. Слишком аккуратно, слишком медленно, без капли экстрима. Всё так, как и описывала Кэндис, рассуждая о стремительных переменах в характере и привычках сестры. Харли, оказавшись в своей машине, чувствовала себя так, словно после долгого путешествия вернулась в родной, уютный дом. В салоне пахло духами сестры и её собственными, но меньше, валялись диски, которые предпочитала слушать Кэндис по дороге в школу. На почве несовпадения музыкальных вкусов они постоянно спорили. И это были самые серьёзные из их ссор. Младшая любила музыку поп-исполнителей, старшая предпочитала классику и рок. Компромисс худо-бедно находился, когда обе уславливались слушать по утрам то, что нравится одной, а, возвращаясь после занятий – то, что больше привлекает вторую. – Моральный оргазм, да? – поинтересовался Флориан, глядя на восторженное лицо одноклассницы. – Ну... – Не стесняйся. Я же вижу, что так и есть. Колдфил улыбнулся, и Хлоя не смогла сдержать ответную ухмылку, потому что, несмотря на откровенность заявления, Флориан безошибочно попал в десятку. Именно так и характеризовалось ныне ей состояние. Частичка прошлой жизни, к которой она не имела доступа целых четырнадцать дней. – Я хочу обратно, – произнесла Квин, выезжая со стоянки. – Очень хочу. – Я тоже. Но, кажется, одного желания недостаточно. Колдфил вздохнул, показав тем самым, что не желает дальше развивать неприятную тему, которую они успели несколько раз обсудить и основательно набить оскомину этими разговорами. Да, несомненно, есть такое желание. Но какой смысл обсуждать одно и то же, если от их слов ничего не меняется, оставаясь, как было. Возможно, всё дело именно в том, что они очень хотят получить свои тела обратно? Настолько зациклились на этом желании, что больше ничего вокруг не замечают, а жизнь проходит мимо? Может, стоит отпустить ситуацию, после чего всё вернётся на исходную позицию? Или же не вернётся? «Просто не думай об этом», – посоветовал внутренний голос. И Колдфил решил довериться ему, впервые за это время не выражая агрессии к советчику, не пытаясь его заткнуть, намекнув на глупость и неактуальность всего сказанного. Оказавшись дома, Флориан первым делом метнулся в ванную комнату, прихватив с собой полотенце и чистые вещи. Юбку и испорченное нижнее бельё следовало бросить в стиральную машину. Хлоя решила в это время занять себя экскурсией по собственному дому. Две недели отсутствия сделали своё дело. Она начала воспринимать комнаты немного иначе. Не так, как обычно. Подмечала, что изменилось, вышла в сад и наткнулась взглядом на шезлонги. Наверное, Кэндис вытащила. Младшая сестра любила загорать здесь, несмотря на то, что бассейна во дворе не было, а потому со стороны это смотрелось немного странно. Харли и сама об этом говорила, но Кэндис только смеялась над стереотипами. В её словах была доля истины. Какая разница, что о ней думают окружающие? Она свободный человек, живущий в свободной стране, так что вольна поступать так, как ей хочется. Никому не мешает, просто лежит в шезлонге на своём участке. Флориан за спиной Хлои появился незаметно. Квин слишком погрузилась в свои мысли, потому пропустила момент, когда Колдфил вышел во двор. Он окончательно избавился от макияжа, стёр красный лак с ногтей, стянул с себя вызывающие шмотки и надел бело-жёлтый велюровый костюм, предназначенный как раз для дома. Волосы заколол наверх. И поедал шоколадку. Видимо, организм требовал. Харли сопоставила чужие действия со своими, поняла, что они практически идентичны. – Держи, – Флориан протянул второй батончик собеседнице. – Если хочешь, конечно. – Спасибо, – Хлоя улыбнулась и потянулась к предложенной вещи. – Что так пристально разглядываешь? Импровизированный пляж? – Да. Кэндис снова загорает здесь? – Каждый день по часу, не меньше. Но я не возражаю. – Почему? – У неё красивый купальник, – хмыкнул Колдфил, отхватив в свой адрес хмурый взгляд. Разумеется, Харли помнила, что одноклассник одно время встречался с её сестрой. Потому имеет полное право отзываться о своей бывшей девушке в таком ключе. Она же понимала, что дело там вовсе не в купальнике, а в том, что скрыто под тканью. – Да ладно. Я же шучу. – Твои шутки всегда ниже пояса, – произнесла, откусывая немного от шоколадки. Подошла к ограждению и оперлась ладонями на перекладину, оглядывая не только свой двор, но и соседние владения. У миссис Фаулз уже вовсю цвёл жасмин и сирень, вскорости должны были распуститься гладиолусы. Помнится, соседка даже составила график цветения своего сада. В её жизни сад был едва ли не единственным развлечением, потому она так много времени уделяла ему. Миссис Фаулз любила цветы, они отвечали ей взаимностью. – Ну, знаешь, мне простительно. – В честь чего это? – В честь того, что я родился парнем, а они не столь щепетильно относятся к подобным вопросам. Если хочешь знать, то и девушки – не всегда томные создания. Не знаю, обращаешь ли ты внимание на тех нимфеток, что обитают рядом с моим домом... – Не обращаю. – О, тогда у меня появился повод рассказать тебе о своих соседках. Кажется, Флориан обрадовался возможности продолжить разговор и поделиться наболевшим. – Они настолько тебя достали? – В своё время – да. Знаешь ли, я довольно часто занимаюсь тем, что мою машину дяди. Машину отца, в общем-то, тоже. Так вот эти девчонки толпятся у забора и наблюдают за происходящим с повышенным интересом. В первые несколько раз это забавно, потом начинает надоедать. И слова о том, что я не педофил их мало волнуют. Они как раз не возражали бы, окажись я таковым. – Настолько маленькие? – Ну, лет по двенадцать. Или тринадцать. Не уточнял, поскольку особого желания общаться с ним не испытывал. Хоть по возрасту они мелкие, думаю, по уровню пошлости оставляют меня далеко позади. Мои замечания довольно безобидные. – Да-да. – Ты просто не слышала настоящей пошлости, – заметил Колдфил. – Сравнив, пришла бы к тем же выводам, что и я. Заметив, что у Кэндис симпатичный купальник, я именно это и подразумевал. – А ещё, что у неё красивая фигура. – Не без этого, – согласился Флориан, усмехаясь. – Но готов признать, что ты в купальнике тоже смотрелась бы мило. – Спасибо. – Хотя, о чём я? Доска она и в купальнике доска. – Ах ты... – Хлоя задохнулась от негодования, а Колдфил захохотал и сполз на пол, продолжая ржать над выражением чужого лица. Выглядела Квин на редкость комично. Замечание о доске задело не на шутку. Хотя она и так понимала, что это очередная шутка, просто Флориан не умеет общаться иначе. Это стиль его жизни, так же, как и строгие вещи, что он надевает в школу, как и очки, которыми фиксирует чёлку. Просто часть этого человека, штрих к портрету. – Хочешь, я тебе комплекс неполноценности привью? – спросила девушка, совладав со своими эмоциями. – А сумеешь? – Думаю, да. – Сомневаюсь. – Это почему? – Ты сможешь произнести слово «член», не покраснев? Если да, то готов признать своё поражение и извиниться за доску. – И всё-таки ты пошлый, Колдфил, – выдохнула Харли. – Может, я вообще на другую тему хотела высказаться. – Мне сделать вид, что я поверил? – Почему бы и нет? Уверен, что мои шутки касались бы размеров твоего хм... – Это логично. Я отозвался нелестно о размере твоей груди, ты могла пошутить о члене. Тем более что ты его неоднократно видела, имеешь полное право рассуждать. Кстати, я был прав. Ты не можешь произнести это слово, начинаешь заливаться краской. – Идиот, – пробормотала Хлоя куда-то в сторону. – Не забудь напомнить мне в сотый раз, что я не просто идиот, а идиот, отпускающий пошлые шуточки. – Вот, ты сам это признаёшь! – Вовсе нет. Просто наслушался, проникся... – Колдфил! – А? – Я вот о чём подумала, – Квин тоже присела на пол, рядом с Флорианом, повертела в руках очки. – Теперь ты сможешь мне объяснить, почему не осуществил задуманное и не отправился с первым попавшимся парнем, чтобы... Ты понял, о чём я. Колдфил согласно кивнул. Понял, не дурак. – Разве я в школе не объяснил? – Объяснил, но я всё равно не очень поняла, что тебя остановило. Видела же, сколько решимости. При таком настрое логично было довести начатое до самого конца. – Решимости мне и не хватило. Я говорил, что честно пытался это сделать, даже повис на шее у Фримана. Правда, стоит признать, что меня ещё на том этапе едва не стошнило, но я собирался переступить через себя и сделать тебе гадость. Когда ко мне подошёл Коллинз, что-то изменилось. Он очень заботлив с тобой. Действительно беспокоится, хочет, чтобы ты была счастлива. Он нежен по отношению к тебе, и я поймал себя на мысли, что ты достойна именно этого, а не быстрого перепиха по пьяной лавочке. А вообще-то я не знаю, что именно заставило меня отказаться от претворения плана в жизнь. Наверное, это совокупность факторов, а не одно, отдельно взятое событие. Я не уверен на сто процентов, но, кажется, моё отношение к тебе начало меняться. С некоторых пор я не считаю тебя заносчивой дурой, как раньше. Флориан замолчал. Он терпеть не мог ситуации, подобные этой, когда нужно мучительно подбирать слова, пытаясь выразить свои чувства и отношение к происходящему. По сути, он оказался в той ситуации, что претила ему сильнее всего. Колдфил, несмотря на образ человека уверенного в правильности своих действий и поступков, таковым на сто процентов не был. Как и любому подростку, ему свойственны были метания, неуверенность, многочисленные сомнения. То, что видели окружающие, не всегда совпадало с тем, что творилось в душе Флориана на самом деле. Но ведь он никогда и не говорил, что является образцом для подражания, каждое слово или поступок которого достойны только восхищения, а претензии, даже минимальные, приравниваются к нанесению смертельной обиды. Обычный, среднестатистический школьник, каких тысячи и десятки тысяч по всей стране. Если разобраться, то он и от Хлои мало чем отличался, разве что половой принадлежностью. Вот природа и решила над ним пошутить, позволив пожить в чужом теле, поняв, какова жизнь у Харли Квин. Действительно ли она настолько уныла, как казалось Колдфилу раньше? Сейчас он готов был признать, что жизнь Хлои тоже насыщенная, только наполнена она иными событиями. Не теми, что у него. Но всё равно не столь уныла, как он предполагал. В конечном итоге, они живут в реальном мире, а не в вымышленном, где обычный школьник может оказаться главой мафии или королём какой-нибудь маленькой, но богатой страны. Пока их основные задачи – это учёба, всё остальное проходит фоном. Подработка, встречи с друзьями и отношения с кем-либо – это всё добавляет красок и событийности, но нельзя с уверенностью сказать, каких именно. Может, всё будет мило и радостно, но есть шанс, что, напротив. Первая любовь обернётся катастрофой, друзья через несколько лет после выпуска на улицах пройдут мимо, сделав вид, что знать тебя не знают, а ты сделаешь то же самое, потому что не захочешь предаваться ностальгии и вспоминать, что происходило в стенах школы. Подработка хороша хотя бы тем, что позволяет почувствовать себя самостоятельным человеком. В ней Флориан вообще отрицательных сторон не видел, разве что одну – не всегда везёт с работодателями. Но здесь уже стоит внимательнее выбирать, не хватаясь за первое попавшееся предложение. При умелом подходе всё сложится хорошо. У Хлои не было парня, не было подработки и компании, с которой она могла бы зависать на улицах по вечерам. Но в школе у неё были приятели, даже друзья, хоть это слово и громко звучит в современных реалиях, у неё был собачий питомник, который можно было бы расценить, как подработку, если закрыть глаза на родственные связи с владелицей. Сестра постоянно рассказывала о своих поклонниках, и уже этого за глаза было достаточно для того, чтобы всё проанализировать, подумать и повременить с поиском своей второй половинки. Колдфил как-то слышал заявление, что с возрастом интерес к отношениям пропадает, чем дольше их не было, тем меньше привлекает сам процесс поиска, встреч и попыток наладить с кем-то связь. Сейчас он задумался о том, что, возможно, у некоторых сказывается пресыщенность? В юности свиданий было слишком много, потому, повзрослев, эти люди больше не видят ничего привлекательного в отношениях. Они всё уже проходили, неоднократно. Романтика ими изучена вдоль и поперёк, этого хватает. – В любом случае, спасибо, – произнесла Хлоя, повернув голову в сторону собеседника. – А насчёт Нила ничего сказать не хочешь? – Например? – У него есть к тебе чувства. Ты ничего не чувствуешь в ответ? Квин пожала плечами, выражая, в целом, своё отношение к озвученной информации. Посмотрела на происходящее с позиции Флориана, поняла, что это можно трактовать по-разному и решила внести небольшое уточнение, чтобы понятно было не только ей, но и однокласснику. – В моей жизни уже был период, когда я пыталась встречаться с Коллинзом, но ничего серьёзного у нас не получилось. Сейчас я склонна характеризовать наши отношения, как дружбу, партнёрство, но это всё-таки не любовь. Самой любви к Нилу не испытываю, потому не думаю, что её зарождение может произойти в дальнейшем. В период наших вроде как отношений я тоже к нему мало что испытывала, если честно. Просто послушала советы окружающих, решила завести себе парня. Это оказалось не так уж и весело, как говорили другие. – Да? Слово «весело» немного резануло слух Колдфила. А вдруг Мелинда перед подругами отзывалась об их отношениях именно в таком ключе? Весело, забавно, мило. Он, правда, тоже не был честен до конца, говоря, что любит девушку... Тогда за что он пытался бороться, приказывая Хлое помириться с Уолш? Харли ведь с самого начала спросила о наличии или отсутствии любви. Но он тогда не обратил внимания на данное замечание, не принял к сведению, ныне слегка пересмотрел свою позицию. Наверное, всё же сказывалось пребывание в чужом теле. Флориан не начал думать, как девчонка, но стал чуть лучше их понимать, нежели раньше. – Да, – ответила Харли, продолжая крутить в руках чужой аксессуар. – Так получилось, что я, начав встречаться с Коллинзом, не особо-то этого и хотела. И дело не в Ниле, а во мне больше. Морально я в тот момент к отношениям готова не была, мне достаточно было дружить с кем-то из парней, без подоплёки. Только друзья, а не будущие возлюбленные. Но общественное мнение – такая вещь, попасть под которую довольно просто. Намного сложнее остаться в стороне. Вот, я тоже не удержалась. Я сказала, что встречаться с кем-то – это не очень весело. Странно звучит, правда? На самом деле, я могу привести множество примеров таких пар, где всё начинается даже не с симпатии, а конкретно со скуки, потому что надо. Вот только кому? – Ты меня запутала и взорвала мне мозг, – сообщил Колдфил через несколько минут молчания. Не преувеличивал, конечно. Объяснения у Хлои получились такие, что с первого раза невозможно понять и разложить всё по полочкам. Слишком запутанно, никакой конкретики. – Я говорю о том, что сейчас многие совсем юные девушки кричат о том, что нужно искать себе парня, как можно скорее. Иначе потом велик риск остаться старой девой, на которую никто не посмотрит, – внесла ясность Квин. – Мне, в какой-то момент, тоже так показалось, потому и начала встречаться с Нилом. Но влюбиться в него оказалось сложнее, чем просто гулять по вечерам. Мы могли бы ходить в кино, кафе и просто прогуливаться по улицам города, оставаясь друзьями. Как-то так. – То есть, ты настроена против романтики? – Где ты в моих словах такое увидел? – нахмурилась Хлоя, сводя брови у переносицы. – Учти, я этого не говорила. – Разве? – У тебя в ушах компот? – Нет. – Тогда ты явно слушал не ими. – Значит, ты не возражаешь против романтики? – решил уточнить Флориан. – Нет, конечно. Это очень мило, когда в разумных пределах. То, что мне не хочется отношений с Нилом, вовсе не означает, что я вообще всю жизнь планирую оставаться в гордом одиночестве. Когда-нибудь я тоже уделю внимание своей личной жизни, выйду замуж... Наверное, – произнесла неуверенно. – Если вернусь в своё тело. Последние слова сказала уже очень тихо, надеясь, что Колдфил не кинется на неё с очередными обвинениями, заявляя, насколько одноклассница уныла в своём пессимизме. Но она ничего не могла с собой поделать. Пока разговор не касался темы переселения душ, Харли была бодра и весела, стоило только вспомнить, что произошло, как на неё снова наваливалась апатия и некое раздражение. Уже не на Флориана, а на саму себя. Колдфил будто бы смирился со всем происходящим, при каждом удобном случае не напоминал, как ему претит жизнь в теле девушки. Она же не упускала возможности вновь поделиться своими ощущениями. – Лучше бы ты придумала тысяча и одну причину, по которой круто быть парнем, – заметил Флориан, хлопнув собеседницу по спине. От неожиданности она выпрямилась так, словно кол проглотила. И посмотрела на одноклассника, моргая удивлённо. – Шоковая терапия, – пояснил он. – Ну, у тебя и замашки, – пробормотала Харли. – Просто мне не нравится, когда ты ноешь. Это не по-спортивному. – Я ненавижу спорт. – Зато теперь у тебя отличные оценки по физкультуре. Чего нельзя сказать обо мне. – Извини. Напоминание о промахах несколько смутило девушку. – Да ладно, – Колдфил отмахнулся. – Это ничего не значит, если честно. Никаких соревнований в перспективе нет, Марк мне аттестат не испортит, а по остальным предметам оценки остаются высокими и без родственного содействия. Я не собираюсь связывать судьбу со спортом, потому не парюсь. – А с чем собираешься? – заинтересовалась Хлоя. – С юриспруденцией, скорее всего. Отец хочет, чтобы я шёл учиться на юриста, мама его поддерживает, я не возражаю. Если честно, слабо представляю, в какой ещё среде могу себя попробовать, потому останавливаюсь на проверенном варианте. У меня оба родителя юристы, хотят, чтобы я продолжил семейную традицию. Чувствую, придётся мне с этим завязать, чтобы выглядеть достаточно презентабельно, – Флориан чуть потянул за фиолетовую прядь, заставив Квин повернуться к нему и вопросительно посмотреть. – Волосы перестать красить, – пояснил собеседник. – Адвокат или прокурор с фиолетовыми волосами вряд ли будет внушать доверие. А ты что планируешь делать в будущем? Долго ждать с ответом его не заставили, поскольку Харли и так прекрасно знала, чем хочет заниматься в дальнейшем. – Фотографией, конечно, – произнесла уверенно. – Это моё давнее увлечение, которое перестало быть простым хобби, превратившись в неотъемлемую часть жизни, потому и профессию я хочу, связанную с этой областью. Как вариант, можно податься в ветеринары, раз уж у меня с животными полное взаимопонимание. Но фотоискусство всё-таки на первом месте. Ветеринаром я быть не смогу. – Почему? Ты же сказала, что тебе нравится заботиться о животных. – Я многое принимаю близко к сердцу. Если по моей вине погибнет хоть одно животное, я буду долго ходить и напоминать самой себе об этом, что вряд ли положительно скажется на работе. Испорченные фотографии можно переснять, а вот животное воскресить у меня не получится. Лучше я заведу себе собаку и буду бегать с ней по утрам. Совмещу приятное с полезным. С животным общаюсь и себя поддерживаю в форме. – Хех, здорово. – Ты не согласен? – С чего ты взяла? Правда считаю, что это здорово. – Ну, ладно, – Хлоя с подозрением покосилась в сторону одноклассника. – Не смотри на меня так, словно я совершил преступление. – Я пытаюсь понять, когда ты шутишь, а когда говоришь на полном серьёзе. – Это довольно просто, если постоянно со мной общаешься, – произнёс Флориан, закинув руки за голову. – Хотя, соглашусь, на первых порах слегка проблематично. Думаю, тебе достаточно пары дней практики, и ты начнёшь разбираться. Конечно, при условии, что тебе это нужно. Харли не стала озвучивать свои мысли вслух, но про себя подумала, что всё-таки это интересно. Значит, нужно.