Благие намерения

- Тон, полутон, тон, тон, - автоматически шептала девушка, вполсилы нажимая ненавистные клавиши. Особенно стараться она не хотела, да и смысла не было. Как оказалось, маменька вовсе не была на работе. Как Маша могла забыть про ее отпуск, сама не понимала. Ситуация сложилась крайне неприятная, после небольшого скандала Зинаида усадила девушку за инструмент и пристроилась рядом - сторожить, ведь каждый родитель знает, первый акт неповиновения - прямой путь к анархии. Чтобы задавить революционные настроения девушки на корню, маменька решила устроить ей музыкальный марафон. Только вот нотная гамма не самая интересная в мире вещь, так что теперь Зинаида тихонько похрапывала в кресле у двери, внося приятное разнообразие в изрядно надоевшую гамму. За стенкой было подозрительно тихо. То ли сосед таки примирился со своей воинствующей амазонкой, то ли не вернулся домой. Дело потихоньку приближалось к ночи и Маша начинала нервничать. Злиться или ревновать она себе запретила, но перестать переживать не смогла. Скрип входной двери заставил Машу отбросить в сторону лишние мысли. Только один человек мог потревожить их покой в столь неурочное время. Домой вернулся отец. - Мам, - тихо шепнула девушка в сторону Зинаиды. - Мама? - Я все слышу, - буркнула она, не открывая глаз. - Папа пришел, - проговорила Маша, покорно возвращаясь к игре. - Приперся наконец! - маменька широко распахнула глаза и тут же вскочила на ноги. Воинственно перекрестив руки на груди и приняв самый грозный вид, она отправилась в сторону коридора, громко чеканя каждый шаг. - Какие люди! - громко воскликнула Зинаида за дверью. - Неужель сам глава семьи вернулся, пес блудливый! - Зинка, ты чего? - севшим от испуга голосом ответил отец. - Я тебе покажу Зинку! - прошипела мать. - Где ты шлялся?! - На работе.. - Какая работа?! Я что, на дуру похожа, а?! У меня на лбу написано “Дура”? Написано да, написано? Почему каждый держит меня за идиотку?! - Зинк, ты чего? - примирительно бубнел отец, отступая в сторону кухни. - Три дня! Тебя не было три дня! - кричала Зинаида, не сдавая своих позиций. - Я все это время не знала, где ты! Я все морги обзвонила, все больницы, я собиралась заявление завтра с утра писать! Как ты мог, скотина?! - Я домой звонил, Маша трубку брала, - растерялся папенька. - Маше нельзя брать телефон! Маша?! - Я не разговаривала! - прокричала девушка. Она ведь предупреждала, верно? Вот пусть теперь сам и расхлебывает. - Что, любовница выгнала, хрен старый?! Никому ты не нужен, лысый и пузатый, да?! Маша давно привыкла к подобного рода скандалам и уже почти не реагировала на них. Развитие дальнейших событий девушка могла предсказать, как заправская бабка: сначала мама будет истерить так, чтобы слышали все соседи на ближайших этажах, папа будет лишь тихо оправдываться. Затем у маменьки истощатся силы и она будет просто рыдать, а папа будет сидеть рядом с видом избитого мопса. Потом эта трагикомедия потихоньку пойдет на спад, мама, всхлипывая, нальет папе борща и гордо удалится в спальню. В общем, пока родители привычно ругались, Маша чахла над пианино, мечтая прямо здесь и сейчас оказаться как можно дальше отсюда. Внезапный звон со стороны окна заставил девушку подскочить от неожиданности. В растерянности Маша подошла к подоконнику и потрогала его пальцем. Все в порядке, стекло целое, все детали на месте. Откуда тогда был шум? Пожав плечами, девушка собралась задернуть шторы, но звон повторился. Напряженно всмотревшись в темноту снаружи, Маша наконец заметила Диму. Он стоял на дорожке, огибающей дом по кругу, и сосредоточенно целился в Машино окно. Гром черной мраморной статуей замер у его ног. Увидев, что девушка его заметила, сосед радостно улыбнулся, выбросил камешек и поманил Машу пальцем. Девушка посмотрела на часы. Не так поздно. Всего половина девятого. Так как маменька сейчас очень занята папенькой, можно соврать про магазин и тихонько выскользнуть за дверь. Солидно кивнув головой и стараясь сдерживать счастливое предвкушение, переполняющее ее с головы до пят, Маша закрыла окно шторой и рванула к зеркалу. Школьная форма, давно наглаженная и приведенная в порядок, висела в шкафу. На девушке красовался старенький застиранный спортивный костюм, в котором показаться соседу было еще стыднее. Наскоро покопавшись на полках, девушка достала летние джинсы, маечку и пайту. Вместе они смотрелись дешево и просто, сидели на Маше неказисто, но выбирать было не из чего. - Я в магазин! У меня тетрадки кончились! - громко выкрикнула девушка, резко захлопывая за собой входную дверь. Как на крыльях промчавшись по лестнице - ждать лифт было выше ее возможностей - Маша наконец выбежала из подъезда. Там, у лавочки, ее уже поджидал сосед. - Звал? - равнодушно спросила девушка, пытаясь выровнять сбившееся от быстрого бега дыхание. - Угу, - кивнул головой Дима и многозначительно потряс пакетом, крепко зажатым в левой руке. - Мороженое будешь? - Мороженое? - опешила Маша. - Ага. Одному его есть не интересно, - пожал плечами сосед. - А как же твои… дела? - осторожно поинтересовалась Маша. - Никак, - буркнул Дима.- Закончились. - Ооо, - сочувствующе протянула Маша, из последних сдерживая счастливую улыбку. Он пришел! К ней! Сам! Пришел! Дима, покопавшись в пакете, вытащил оттуда большой рожок и всучил Маше. - Я не знал, какое ты любишь, поэтому взял всего понемногу. - Шоколадное, - улыбнулась девушка. - Мое любимое. Честно говоря, сейчас Маша обрадовалась бы даже рыбному или бобовому мороженому, называя его самым-самым любимым, но, к счастью, в их маленький городок таких извращений не завозили. - Идем, - опасливо оглянувшись вокруг, девушка схватила соседа за руку и потащила в сторону детской площадки, расположенной за соседним домом. Там, благодаря мэру, который спилил фонари за ненадобностью, было всегда темно, так что разоблачение Маше, даже если бы маменька отправилась ее искать, не грозило. Уютно устроившись на качелях, девушка наконец укусила мороженое. - Неправильно ты, Матроскин, мороженое ешь, - иронично хмыкнул сосед. - Почему это? - удивилась Маша. - Потому что облизывать надо, а не откусывать, - Дима многозначительно шевельнул бровями. - Мне так больше нравится, - пожала плечами девушка. - Ну ладно, - неловко замялся сосед. Несколько минут Дима с Машей сосредоточенно молчали. - Бабы странные существа, - наконец невпопад начал он. - Почему вы такие истерички? - Мы не истерички, - опешила Маша, не понимая, что она сделала не так. - Я ведь просил ее подождать всего немного, - продолжал сосед, игнорируя Машин ответ. Девушка слегка приуныла. Наверное, Диме было не с кем обсудить свой провал. Поэтому он ее и позвал. И мороженное не проявление чувств, а так, мелкая взятка. Все радостное ожидание чуда, переполнявшее ее, внезапно схлынуло, оставив после себя неприятно зудящую пустоту. Жилеткой для соседа быть не хотелось. Выслушивать и подбадривать его словами: “Да все будет хорошо, вы еще помиритесь”, тем более желания не возникало. - Ты сильно опоздал, - едко ответила Маша, ощущая, как постепенно разочарование становится все больше. - Я из-за тебя опоздал, - задумчиво протянул сосед, не замечая упрека. - Ну простите, - разозлилась Маша. - Нужно было значит оставить меня в парке. Зато Зая была бы довольна. - Я же говорил - истерички, - печально резюмировал сосед. - Думай, что хочешь, - Маша вскочила на ноги. - Спасибо за мороженое, мне пора. Одним резким движением Дима схватил девушку за руку. - Останься, - попросил он. - Еще чуть-чуть. - Вот еще, - фыркнула девушка, пытаясь сдержать подступившие к самому горлу слезы. Из-за нее он опоздал, ишь ты. Так не нужно было казаться добреньким! Если уж играешь роль прекрасного принца, то будь добр играть до конца! Девушка отступила назад и изо всей силы дернула рукой, пытаясь освободиться из Диминого захвата. Но в ответ сосед еще сильнее, до боли сжал Машину ладонь. - Я просить не привык, - тихо проговорил он. - Ты первая, кому я это говорю. Останься, пожалуйста. Я тебя проведу домой. Позже. Лучше дай мне совет. “Какая же ты дура, Маша!”, - раздраженно думала девушка, не прислушиваясь к словам соседа. Несмотря на боль, она продолжила дергать рукой, все время отступая назад. Сбежала из дома, ночью, наплевав на потенциальный скандал с раздраженной маменькой или двумя родителями сразу, и все ради чего? Совет ему нужен? Как с Заей помириться? Да идет он нафиг! - Что ты делаешь? - прорычал Дима, очевидно, тоже начиная злиться. - Ухожу! - пыхтела Маша, продолжая выкручивать свою ладонь. - Тебе будет больно! Перестань! - теперь сосед схватил Машу двумя руками. Гром, наблюдая их возню, для порядка тявкнул. - Ну и пусть! - воскликнула Маша. Сосед тихо выругался и резко притянул девушку к себе. Несмотря на все ее возмущения, он силой усадил Машу себе на колени и крепко обнял. Девушка, полностью растерявшись, притихла. Это вообще что за номер? Зачем эти нежданные объятия? Впрочем, Дима на романтику очевидно настроен не был. Не обращая никакого внимания на Машино возмущенное сопение, он тихо ругался. - В темноте, одна, дворами… Вот скажи, у тебя вообще мозги есть, а? - бубнил сосед. - Сначала шляются где попало, а потом их насилуют. - А ты сейчас чем занимаешься?! - воскликнула Маша. - Я - защищаю, - наконец улыбнулся Дима. - Чтобы не влезла в неприятности. Да не шурши тут, сказал же, я тебя сам до дома проведу. Просто посиди так немного. - Не хочу! - девушка попыталась встать, но выбраться из Диминого захвата было невозможно. К тому же, не очень-то и хотелось. В объятьях соседа было очень уютно. Казалось, что он обнимал ее полностью, прижавшись всем телом. Все, чего так хотелось коснуться днем, было в полной доступности сейчас. Но атмосфера была совершенно другая. - Цыц, - буркнул Дима и ткнулся носом в Машину шею. Девушка ойкнула от удивления, чувствуя, как от прикосновения соседа по телу во все стороны разбегаются жаркие струйки, а нижняя часть живота вновь сжимается от сладостного предвкушения. - Надо же. Кнопка “стоп”. Как удобно-то, буду знать, - фыркнул сосед. - Я не… - начала было Маша, но Дима снова ткнулся носом в шею. В то же самое место! Девушка почувствовала, как мгновенно ослабело тело и задрожали колени. - А теперь рассказывай, - выдохнул сосед. - Что за приступ бешенства? - Ты сказал, что бабы - истерички, - зло процедила Маша, уже не пытаясь вырываться. - И? - Значит, я по-твоему истеричка! - О, боги, - рассмеялся Дима. - Ты не истеричка. Хотя, теперь я в этом не уверен. - Нет? - удивилась Маша. - Нет, - подтвердил сосед, по-прежнему посмеиваясь. - Почему? - наивно спросила девушка, не ожидая подвоха. - Потому что ты еще ребенок, - серьезно протянул Дима. - Я не ребенок! - опять разозлилась Маша. - Ладно-ладно, - примирительно рассмеялся сосед. - Скажу по-другому. Есть в этом мире женщины и ты. Так понятнее? - Понятнее, - разочарованно буркнула Маша. Она никак не могла определиться, что печальнее - оказаться в рядах не-женщин или истеричек. И то, и другое было одинаково непривлекательным. Хотя, нет. Даже у истеричек есть один маленький шанс завоевать Димино внимание. А у нее и того нет. - Ну ладно, поиграли и хватит, - сосед небрежно спихнул Машу с колен, но так и не выпустил ее руки из своей ладони. - И впрямь пора домой. Остаток пути проделали молча. Маша размышляла о несправедливости жизни, Дима о чем-то своем. Как и обещал, сосед провел ее до двери родного дома, до самого конца крепко сжимая ее ладонь. Рассеянно попрощавшись, Маша тихой сапой проскользнула в свою комнату. В квартире было непривычно тихо - очевидно, маменька перешла к стадии партизанских окопов в спальне. Оно и к лучшему. Папенька решился заглянуть к девушке глубокой ночью. Неловко помявшись на пороге и тихо кашлянув, он обратился к сонной Маше: - Ты ведь никого подозрительного не видела, солнышко? - Подозрительного? - удивилась девушка, с трудом концентрируясь на том, что говорит отец. - Ну да. Помнишь, мы с мамой говорили о плохих дядях? - Что? Нет, пап, - простонала Маша, пытаясь забраться под одеяло с головой. - Оно и к лучшему, - счастливо выдохнул папенька. - Спокойной ночи.