Благие намерения

- Пять, четыре, три, два, один, - прошептала Маша и тихо улыбнулась, услышав надоедливый визг школьного звонка. Очередной унылый трудобудень подошел к концу. - Сидите-сидите, - одернул зашумевших учеников Павел Сергеевич - престарелый учитель истории, постукивая указкой по столу. - Еще 5 минуточек. - Ну Паааааал Сергеееич, - проныли нетерпеливые школьники единогласным хором, всей душой стремясь оказаться как можно дальше от альма-матер. - Уже почти все, - добродушно шикнул учитель, оборачиваясь к доске и выцарапывая мелом с противным скрежетом домашнее задание. - В следующий раз - самостоятельная, не забудьте! - Дааааааа! Пока остальные одноклассники штурмовали дверь, сражаясь за право первыми выбежать за дверь кабинета, девушка быстро смела в портфель все тетради, закинула его на плечи и подскочила к преподавателю. - Машенька, - ПалСергеич поспешно поставил в журнале простенькую роспись и протянул его девушке. - Вы что налегке? Одевайтесь потеплее, душенька, шутка ли - мороз на дворе. - Непременно, Пал Сергеич, до свидания, - счастливо улыбнулась девушка. Закинув ношу в учительскую и вежливо кивнув на прощание гардиробщице теть Даше, Маша поспешила на улицу, на ходу накидывая объемное пальто и кое-как застегивая неудобные деревянные пуговицы. Оказавшись за воротами школы, девушка наконец позволила себе остановиться и глубоко вдохнула обжигающий зимний воздух. - Свобода! - рассмеялась Маша, подставляя ладонь под большую ажурную снежинку, неохотно планирующую в сторону грязного тротуара. Несмотря на то, что прошло уже почти два месяца с момента досадного инцидента, маменька до сих пор не выпускала девушку из дома. Единственным временем, когда она была предоставлена самой себе, на все эти долгие недели стали полчаса дороги между школой и домом. С тех пор, как Дима завел себе новую любовь, промозглую осень успела оттеснить в сторону нерешительная зима. Неубедительные метели то и дело сменялись затяжными дождями, дворовые лужи то замерзали, то снова хлюпали под ногами, опытные горожане не торопились доставать из шкафов тяжелые зимние шубы, обходясь теплыми свитерами и пуховиками. В Машиной жизни все было под стать погоде. Вроде бы все по-прежнему: Зинаида воплощает в жизнь детские мечты, попутно играя в тоталитаризм, папенька неделями не ночует дома, одноклассники грызут, преподаватели шпыняют, фортепиано вызывает стабильную ненависть одним своим видом. Но незаметно в устаканившуюся обыденность просочилось одно не то чтобы очень значительное изменение, которое тем не менее неизменно потрясало Машу до глубины души одним своим фактом существования. - Привет, - хлопнул задумавшуюся девушку по плечу подкравшийся со спины Никита. - Чего залипла? - Как всегда копаешься, - проворчала Маша, не отрывая взгляда от снежинки. - Разве? Сегодня я собрался на 7 минут быстрее, - выдал одноклассник, сверившись с часами на правой руке. - А мне показалось, что прошел час, - вздохнула девушка, затем перевела взгляд на кованные ворота школы. - Здесь вообще какая-то временная аномалия, не замечал? - Есть что-то. - Зловещее место, хоть экстрасенсов вызывай, - рассмеялась Маша, решительно делая первый шаг по дороге домой и увлекая за собой Никиту. - Напишем Винчестерам? Кажется, я видел вчера неподалеку черную Импалу. - Вот еще. Жалко парней, их же наш Дракон схарчит и не подавится, - девушка грустно посмотрела на темное пятно на перчатке - все, что осталось от снежинки, и разочарованно тряхнула рукой. - Да уж, Тамара Максимовна и не таких делала, - серьезно кивнул парень, пряча в широком воротнике дубленки тихую усмешку. - А вообще, знаешь, какой сегодня день? - Пятница? - Дурында ты, - фыркнула девушка, развернувшись и легонько стукнув Никиту по лбу костяшками пальцев. - Число какое. - Пятнадцатое. - А месяц? - Может, ты еще про год спросишь? - фыркнул одноклассник. - К черту подробности, город какой? - ехидно подначила Маша, цитируя известный анекдот. - Маленький, - не растерялся Никита. - Я ж говорю - дурында, - девушка попыталась стукнуть одноклассника по лбу еще раз, но, наученный горьким опытом, Никита успел перехватить ее руку раньше и теперь крепко сжимал Машину ладонь, невозмутимо шагая дальше. - К чему ты вообще спросила? - как ни в чем не бывало выдал парень. - Что именно? Число? - Маша сосредоточенно пожевала губами и, вспомнив, просияла: - Новый год! Скоро Новый год! - И всего то? - фыркнул Никита. - А я-то думал... Маша настолько увлеклась прекрасными перспективами праздника, что совершенно не смотрела по сторонам. И со спокойной душой в двух шагах разминулась с высоким шатеном, легко удерживающим на толстом кожаном поводке невозмутимого черного дога. Никита и вовсе скользнул по незнакомцу невидящим взглядом. - Это еще что за хмырь? - наконец выдавил оторпевший Дима, когда Маша с одноклассником скрылись за поворотом.

***

Маша старательно игнорировала Диму последние полтора месяца. Вяло кивала в ответ на его громкие приветствия, практически не выходила из дома и при каждой встрече с соседом, особенно в те дни, когда в гости приходила Зая и девушки нос к носу сталкивались на лестничной клетке, серой тенью вдоль стенки просачивалась к дверям своей квартиры. Сначала парень просто не обращал внимания, слишком увлеченный новыми отношениями, затем слегка забеспокоился, даже начал немного скучать по долгим беседам за парой-тройкой эскимо. Впрочем, задушевного разговора так у них ни разу и не сложилось с тех пор, так что возможности спросить, что случилось, не было. В конце-концов Дима, разрываясь между двумя девушками, решил, что мелкая не просит помощи, а значит, сама разберется со своими проблемами. К тому же, мало ли что там у баб происходить может. Но теперь все было более, чем очевидно. - Вот оно что, - задумчиво протянул Дима. - Хахаля нашла. Весь следующий вечер парень поневоле возвращался к увиденному. Ни Зая, ни вездесущая работа, ни даже встреча с друзьями под пивко и бокс не смогли отвлечь его от размышлений. С одной стороны, хахаль и хахаль. Ничего страшного в этом нет. И ничего удивительного тоже. Наверное. В конце концов, Маша ему не сестра и на ровном месте искать себе проблемы Дима не хотел. Мелкая не такая уж и маленькая, сама разберется, с кем за ручки держаться, а с кем в постель прыгать. Да и ее игнор, раз уж такое дело, он как-нибудь переживет. С другой - от одного воспоминания о том, как трогательно любовнички держались за руки, в Диминой груди разгорался пожар. Хотелось найти этого козла и так вмазать по роже, чтобы он уже по медицинским причинам к детям не приставал. - Так дело не пойдет, - решительно оборвал себя Дима, открывая кран с холодной водой и тщательно умываясь. - Хватит. Плавали, знаем, будет полная хрень. Каталажка, заявление, суд. Парень кое-как обтер руки маленьким полотенцем и пристально вгляделся в свое отражение в грязном, испещренном пятнышками зубной пасты зеркале над раковиной. - На кой хрен мне все это надо, а? “Может, ревнуешь?” - ожил внутренний голос. “Сам за мелкой приударить хочешь?” - Что за хрень? - фыркнул Дима. - У меня Зая есть. У нас все хорошо и другого не надо. Заткнись там вообще. “Ну да, ну да” - обиженно буркнул голос и затих. Обдумав еще раз эту нелепую идею, Дима громко расхохотался и наконец почувствовал, что более-менее расслабился. Когда он уже собирался выходить из ванной, в дверь бесцеременно забарабанили. - Эй, Димон, как ты? Полчаса на толчке торчишь! - обеспокоенно вопил Ванька с той стороны деревянной преграды. - Надо же, какая трогательная забота, - ухмыльнулся Дима, наконец отпирая замок. - Да пошел ты к черту, я ссать хочу! - друг вытолкал парня из ванной и поспешно захлопнул дверь за его спиной. Дима широко улыбнулся и, браво насвистывая какой-то внезапный марш, отправился в комнату. Легким движением руки отвинтив крышку с банки любимого пива, он сладко зажмурился от предвкушения и не глядя хлопнулся на диван, чуть не придавив очередного гостя и незаметно для себя с головой окунувшись в воспоминания. Дима, Ваня и вихрастый очкарик Сережа дружили друг с другом с самого детства. Еще с тех времен, когда парень гостил у бабушки целое лето напролет, с удовольствием меняя душную тесноту столицы на маленький мирок провинциального города. Интеллигентный Сережа и недалекий драчливый Ваня представляли из себя странную компанию. Знакомые практически с рождения, живя в одном доме и ежедневно сталкиваясь друг с другом, мальчишки искренне друг друга ненавидели. Ну а когда в гости внезапно нагрянул Дима, дружно невзлюбили уже его. - Пришел? - сонно буркнул Сережа, кое-как напяливая изрядно залапанные очки. - Ага, - кивнул Дима. - Хватит дрыхнуть, ты ж мужик. Что ж тебя развезло с одной бутылки? - Я просто не ел днем, - смутился гость, наконец нормально усаживаясь и протягивая руку за новой порцией алкоголя. - А я тут вспоминаю, как мы познакомились, - парень откинулся на спинку дивана и мечтательно протянул: - Так весело было... - Ну тебе может быть и весело, - пробурчал Сережа. - А у меня до сих пор руки трясутся, как подумаю, что ты со мной сделал. - Не нагнетай. Сходили искупаться, только и всего, - фыркнул парень, делая второй глоток. - Ты подкараулил меня у подъезда, завопил “Салага, пришел день расплаты!” и поволок к реке… - Он бы тебя утопил, если бы не я, так и знай, - ехидно встрял вернувшийся из ванной и изрядно повеселевший Ваня. - Да ты вообще молчи. Сидел в кустах и на голых баб пялился, - оборвал его Сережа. - Там были голые бабы?? - поперхнулся Дима. - Куда ты смотрел, неудачник? - расхохотался Ваня. - Как куда? На Серого. Этот придурок при виде воды во всей одежде повалился брюхом на песок и начал в него зарываться! - Не было такого! Я сражался, как лев! - Ну-ну. - Врешь ты все, Серый. Я как из кустов вылез - из песка торчала только твоя голова! - Так он же меня и закопал! - О, да, мое коварство не знает границ, - расхохотался Дима, открывая Ване свежую бутылку пива. - Я, между прочим, из-за трусливого тебя по морде получил, - Ваня сделал долгий глоток и расплылся в счастливой улыбке. - Хорошооо… - А нефиг было кулаками махать, - посерьезнел Дима. - Ну я ж думал, ты этого придурка убивать собрался, - грустно вздохнул Ваня. - Сейчас порой думаю, нафиг я тебя останавливал? Нужно было помочь. - Лажанулся ты, Плеха, - расплылся в широчайшей улыбке Сережа. - Нужно было ловить свой шанс. Друзья переглянулись и, громко гогоча, чокнулись пивными бутылками. - Хорошо было в детстве. Проще, - после недолгой паузы продолжил Ваня. - Никаких баб, никаких проблем, никакой работы. Сидишь себе и в машинки играешь, красота… Хотя нынешние дети те еще ублюдки. Не ценят того, что есть. - С каких пор ты таким старым стал? - фыркнул Дима. - С недавних, - Ваня задумчиво поводил горлышком бутылки по губам, но так и не сделал следующий глоток. - Ирка беременна, - выдохнул он. - Чегось? - оторопел Сережа. - Какая? - как Дима ни старался, среди его знакомых никаких беременных Ирок он не помнил. - Соседка моя. - Подожди. Ей же только 15 стукнуло! - воскликнул Сережа, все еще отказываясь верить услышанному. - Стукнуло. Да не по тому месту. - Дела… - задумчиво протянул Дима. - А я ведь с ней в песочнице куличики лепил не так давно. И куда они спешат? - Да никуда они не спешат, - выругался Ваня. - Не башкой, а понятно, каким местом думают. - Ты за всех не говори, - возразил Дима, тут же вспомнив о Маше. - Не все одинаковые. - Да ты что, - рассмеялся Ваня. - Кого ни возьми - после 18 уже мамаши. В клуб идешь и не знаешь, к кому подкатывать. Я так с Маринкой познакомился - 20 лет, сиськи красивые, жопа подтянутая, живот упругий, в общем, не фигурка - мечта. А что в итоге? Аж два спиногрыза! Неееет, ты мне лапшу-то на уши не вешай. Молодежь сейчас слишком шустрая. Мы такими не были. - Хватит гнать, Ваня, - поморщился Дима. - А ведь он прав, - Сережа задумчиво пожевал губами. - Вадика знаете? Ну, пацан, лет на пять меня младше. Сейчас уже гордый молодой отец. Тоже с какой-то малолеткой связался, ну и попал. - Думать нужно было, прежде чем совать, - сам того не осознавая, Дима начинал потихоньку злиться. “Маша, черт возьми, не такая!” - гремело в его голове. - А тут не от мужика, тут от бабы все зависит, - Ваня назидательно поднял палец вверх и выразительно потряс. - Мужик он что? Дело сделал и пошел. А бабе с последствиями жить. Вот и думать должна в первую очередь она. - Хватит уже, - закатил глаза Дима. - Я правду-матку говорю, отвянь, - вдохновленного собственным рассказом Ваню остановить было не проще, чем разогнавшийся до максимума паровоз. - Баба должна думать, как по малолетству ребенка не заиметь. А они о чем думают? И главное, чем? Пиздой. А что потом? Ни денег, ни семьи, ни образования. Нищета, бесконечные упреки чаду и, в конце концов, алкоголизм. И знаешь, как я это называю? - Как? - Эффект пизды. - Да ты прямо философ, - восхищенно присвистнул Сережа. - А то! - Ваня расплылся в довольной ухмылке и нагло подмигнул изрядно раздраженному другу. - Заткнись и пей свое пиво, - процедил сквозь зубы Дима, окончательно теряя хорошее расположение духа. Следующие несколько часов гулянки парень сосредоточенно обдумывал Ванины слова. Он нутром чувствовал, что в них была доля истины. Но ведь Маша не такая, верно? В его груди жила железная уверенность в своей правоте. Маша никогда. Маша не будет. Ну это же Маша, в конце концов! Вот только этот ее парнишка... - Понимаешь, она же не подошла. Не сказала. Не познакомила! - жаловался Дима прикорнувшему на диване Сереже. - Откуда я должен знать, нормальный этот пацан или нет? Что бы вы не говорили, а я точно знаю: по кривой дорожке хорошие девочки идут из-за плохих мальчиков. - Да ты задолбал уже, - пьяно фыркнул почти вырубающийся Ваня, трогательно прижимаясь к Сережиной спине. - Какая тебе вообще разница? - Большая, - рявкнул Дима. - Мы соседи. Я старший. Я за эту дурочку отвечаю! - Ишь ты какой... - Ваня протяжно зевнул и неразборчиво пробормотал: - Ответственный. - Она ж себе по-глупости всю жизнь пересрет! - настаивал на своем Дима, доказывая что-то себе скорее, чем друзьям. - От ее мамаши толку никакого! - Ай-ай-ай, - покачал головой Ваня, несколько раз, не рассчитав, больно стукнувшись лбом о Сережу. Тот протестующе замычал, отпихивая в сторону развалившегося на диване Ваню. - Как же вы меня достали, - буркнул Сережа. - Ты! - он ткнул пальцем в Диму. - Хватит страдать хуйней! Хочешь помочь девочке - помоги! Проведи, так сказать, половое воспитание… Ты! - А что я-то?! - встрепенулся Ваня. - Хватит ко мне липнуть! Бабу свою так лапать будешь. - Какие мы нежные, - проворчал Ваня. - А ты прав! - внезапно ожил Дима. - Я всегда прав, - Сережа самодовольно ухмыльнулся и перетянул к себе большую часть одеяла. - А теперь, можно я все-таки посплю? Дима неторопливо разделся, улегся на заранее расстеленный спальник на полу и выключил свет. - Дим? - после недолгого молчания Ваня перевернулся на другой бок и неловко потряс парня за плечо. - Что? - А может это… - друг пожевал губами, подбирая слова. - Девчонка твоя тебе самому нравится? - Умолкни уже! - прошипел Дима и раздраженно швырнул в лицо расхохотавшемуся другу первую попавшуюся подушку.