Благие намерения

По темной, притихшей в вечернем сумраке квартире разливался приятный аромат томящейся в духовке выпечки. К сладкому запаху пирога примешивались еле уловимые нотки свежего лака и клея - ремонт закончился всего несколько дней назад, еще даже не успела приехать заказанная мебель, так что мягкое мерцание гирлянды, обвивающей голый карниз, беспрепятственно отражалось в глянцевой поверхности пола, расцвечивая его красно-жёлтыми сполохами. Дима сосредоточенно копался в большой коробке, выуживая из неё по запчастям большую пушистую ель и недовольно бормоча под нос. Он предпочитал искусственному все живое и настоящее, поэтому был не очень рад покупке пластмассового заменителя, но его новоиспечённая жена стойко сопротивлялась любым попыткам купить срубленное деревце, так что в конце концов Диме пришлось сдаться. - Сейчас мы тебя поправим, - сквозь зубы цедил он, ожесточенно сгибая податливую деталь пополам, и ехидно ухмыляясь измочаленной ветке. - Отлично! Дима настолько увлекся шкодничеством, что не услышал, как стихло журчание воды в ванной и хлопнула дверь. Так что, когда по его голой спине скользнули мокрые холодные ладони и прямо над ухом послышалось тихое: “Чем это ты занимаешься?” - он вздрогнул и поспешно выровнял ветвь обратно. - Криворукие китайцы, - серьезно выдал Дима, глядя в понимающие глаза расплывающейся в улыбке жены, - всю ёлку нам поломали. - Какие негодяи, - сочувственно поцокала языком Маша, выхватывая из рук мужа пострадавшую деталь и любовно расправляя примявшиеся иголки. - Разве можно портить такую красоту? Бросив ветку к остальным, нагая девушка уселась прямо на устланный пледом теплый пол, доверчиво привалившись к Диме холодным боком. Муж легко приобнял её за талию, тут же потеряв интерес к конструированию пластикового монстра. - Может, к лешему эту ёлку? - интимно пробормотал Дима, не отводя завороженного взгляда от Машиных губ. - Ну уж нет, - фыркнула девушка, чувствительно пнув мужа в плечо. - Какой Новый год без ёлки? - Мы соберем её позже, - прошептал мужчина, нежно касаясь пальцами заметно округлившейся груди жены и лаская пальцами сосок. - Да… - выдохнула Маша, возвращая ему настойчивый поцелуй. - Позже. Через полчаса запах выпечки стал настолько сильным, что даже полностью расслабившаяся, практически заснувшая в объятиях мужа Маша обратила на нее внимание. - Черт! - вдруг завопила она, со всех ног бросаясь на кухню. Разомлевший на полу Дима услышал, как она ожесточенно гремит дверцей новенькой духовки. - Нет! Нет! Нет! - Сгорел? - громко спросил он, приоткрывая один глаз и сладко зевая. - Сгорел! - страдальчески поморщилась Маша, с порога демонстрируя ему пострадавший пирог. - Что теперь делать? Вообще-то, это был наш праздничный ужин. Несчастная выпечка темным пятном выделялась на фоне молочной Машиной кожи и все также нестерпимо воняла ванилью, заставляя Диму чихать от навязчивого, першившего в носу запаха. - Не сцы, - заявил он, со вздохом поднимаясь и выхватывая черный пирог из рук жены. - Сейчас Дима все сделает. - Пусть Дима постарается, - ворчливо протянула Маша. - Иначе есть это будет сам! - Из твоих рук Дима готов есть даже камни, - расплывшийся в широкой улыбке парень шлепнул жену по попке, и, шаловливо подмигнув ей, растворился в темноте кухни. Небрежно бросив испорченный пирог на стол, Дима вытащил из ящика любимый нож, задумчиво покрутил его в руках, затем зверски покромсал выпечку на огромные кривые куски, отдирая от сочной мякоти сгоревшую корку. - Ужин готов, - воскликнул он, одобрительно глядя на дело рук своих. - Волшебство, - рассмеялась Маша, благодарно чмокая мужа в щеку. Еще через несколько часов кое-как наряженная ёлка заняла свой почетный угол, гордо разбрасывая во все стороны разноцветные зайчики гирлянды. В ожидании полуночи Дима с Машей валялись на вытащенном из кладовки воздушном матрасе, весело болтая, кутаясь в теплый плед, угощая друг друга кусочками пирога и заедая горечь выпечки мандаринами. Услышав из позабытого в дальнем углу ноутбука гул курантов, Дима со звонким хлопком откупорил бутылку шампанского, затем быстро налил шипучее вино в длинный тонкостенный бокал, наполнив второй до края прозрачным соком и протянув его жене. - У меня есть все, что нужно, поэтому много загадывать не стану, - выдержав паузу, серьезно проговорил он, положив руку на ее слегка выпирающий живот и не отводя от любимой внимательного взгляда. - Будь со мной рядом. Сейчас и навсегда. - Навсегда, - кивнула головой Маша, легко цокнув его бокал своим.