Цена промедления

Холодное ненастье Форкса сменилось теплым климатом итальянской Тосканы. Машина с невероятной скоростью двигалась по шоссе, за окном мелькали поля с пожухлой травой и потемневшие виноградники, заботливо законсервированные на зиму трудолюбивыми виноделами. Через некоторое время впереди показалась Вольтерра – город, призванный стать ее домом на неопределенный срок. Девушка поежилась, сжав ладонью дорогую обивку сиденья. Унылые лучи осеннего солнца отражались в начищенном капоте спортивного автомобиля, но на горизонте сгущались мрачные тучи. Они смотрелись особенно зловеще на фоне пронзительных солнечных лучей. Глупо, наверное, но именно так выглядела сейчас ее жизнь. Солнечный свет отступал под натиском тяжелых облаков, а ее природный оптимизм и жизнелюбие сжались до размеров спичечной головки, уступая место сумраку страданий и боли, которые накрывали ее теперь темным плащом с гербом правящего клана.

***

− Добро пожаловать, − Аро медленно сошел с трона и очутился рядом с Элис, расплываясь в нетерпеливой улыбке, − признаюсь честно, удивлен! Элис молча опустила голову в знак почтения, стараясь не смотреть на мрачное лицо Кая, который недвусмысленно сверлил ее взглядом. Она прекрасно помнила его предостережение – Аро не должен был узнать ее истинный мотив, а для этого необходимо избегать физического контакта. − Элис, я с нетерпением жду подробностей, − вампир цокнул языком и протянул девушке раскрытую ладонь, приглашая ее к незримому диалогу, − не могу поверить, что такое сокровище согласилось присоединиться к нам. Это невероятная удача, правда, Марк? Маркус Вольтури – третий правитель клана. Он сидел с мрачным видом и глядел прямо перед собой. Длинные волосы обрамляли аристократичное лицо, оттеняя его настолько, что оно казалось еще более бледным. Марк перестал испытывать какое бы то ни было воодушевление относительно происходящего вокруг него с того момента, как потерял свою возлюбленную − смысл своего бренного существования. Ее звали Дидим, она приходилась Аро, лидеру клана, родной сестрой. Марк и Дидим были счастливы совсем недолго, когда в один миг их семья рухнула, потому что Дидим бесследно исчезла. В клане ходили осторожные слухи, что сам Аро причастен к ее исчезновению, но все понимали, что это были лишь досужие сплетни. Ни одна живая душа не знала наверняка, что произошло с Дидим на самом деле. − Невероятная удача, − безучастно повторил Марк и перевел равнодушный взгляд на Элис. Элис затрепетала, сжимая пальцами изящную черную сумочку. Аро вопросительно протягивал ей руку, настойчиво желая разобраться в ее помыслах. Слишком непредсказуемым казалось ему ее решение. Слишком неубедительными были аргументы Кая. Слишком рискованным, наконец, было просто верить ей на слово. Она покачала головой и отступила от правителя на пару шагов: − Аро, я хотела бы просить вас… − она осеклась, подбирая нужные слова. Взгляд ее блуждал по мраморному полу, цепляясь за извилистый узор многовековых плит, украшавших величественный тронный зал. Аро вскинул брови и взглянул на смелую девушку, которая вдруг дерзнула не подчиниться ему. Элис вздрогнула, физически ощутив его взгляд на себе и посмотрела ему прямо в глаза. Девушка мелко дрожала всем телом, не в силах скрыть напряжения. − Я слушаю, милая Элис, − не прерывая зрительного контакта, Аро шагнул к ней и вновь требовательно протянул руку. Его лицо не выражало неприязни, Элис даже показалось, что он испытывал к ней некое подобие отеческого расположения. Примерно так обычно смотрел на нее Карлайл, с той лишь разницей, что глаза Аро пылали адским кровавым пламенем. Но, в отличие от глаз Кая, тлеющие угольки в его глазах не обжигали, они, будто, согревали ее своим теплом и обволакивали ее разум. Окончательно уверившись в безвыходности ситуации, Элис, наконец, заговорила: − Аро, я не смогу работать на вас, если вы будете знать досконально все, что происходит у меня в голове. Я научилась контролировать видения, но только я могу понять, как их правильно трактовать. Если вы увидите все, что вижу я, это собьет вас с толку. − Понимаю, − тихо проговорил Аро, убирая руку за спину, − однако я не собирался просить вас предсказывать будущее прямо сейчас. Я хотел бы узнать, что именно привело вас к нам в клан, − он уже не смотрел на Элис, отвернувшись к окну. − Я сама могу ответить на этот вопрос, − Элис упрямо смотрела ему в спину, − к чему использовать способности там, где можно обойтись без них? Эта девушка явно что-то скрывала, но в сложившихся обстоятельствах было бы слишком недальновидно пытаться давить на нее. Ему нужно ее доверие, а Аро прекрасно знал, что этого невозможно достичь насильно. Она пришла к нему добровольно, не достаточно ли этого для начала? Владыка решил повременить с подробностями и временно отступить. − Будь по-вашему, − он всплеснул руками, дав понять, что уговаривать ее дальше не собирается, − тогда будьте так любезны, поведайте нам своими словами о том, что же послужило причиной, побудившей вас оставить семью и приехать в Вольтерру? Неужели Кай нашел веские и убедительные аргументы? Кай сидел на троне и все это время пытливо смотрел на нее, слегка прищуриваясь. На его плече покоилась ладонь Афинодоры, которая традиционно сопровождала мужа на всех заседаниях совета. Элис бросила на него короткий взгляд, но его лицо оставалось непроницаемым. Она поймала колкий взгляд его спутницы и торопливо отвела глаза. Афина смотрела на нее с плохо скрываемой неприязнью, ведь, по мнению женщины, Элис оказывали слишком радушный прием. Она ничем не заслужила подобного, при этом еще умудрилась проявить неслыханную дерзость и не подать владыке руки. Кай же не проронил ни единого слова, но всем своим существом вампир впитывал ситуацию, грозящую вот-вот выйти из-под контроля. Он прекрасно понимал, что Аро может не спрашивать согласия Элис и просто взять ее за руку. Но его расчет, к счастью, оправдался, Аро предпочел занять выжидательную позицию. − Дело в том, что я не видела никаких перспектив моей жизни у Калленов. Я благодарна Карлайлу за то, что он помог мне определиться и поддержал в тот момент, когда я была совершенно потеряна. Но сейчас я больше не чувствую, что должна оставаться там. Я стала там чужой, − голос предательски дрогнул, но Элис лишь сильнее стиснула сумочку, − я давно решила уйти. А потом повстречала Кая. – На последних словах она тихо, но твердо повысила голос, произнесла их с волнительным жаром, который был призван подчеркнуть ее убежденность. Выслушав Элис, Афинодора невольно стиснула плечо мужа. Эта девчонка приняла решение присоединиться к Вольтури после встречи с ее мужем? Что же между ними произошло, что чистоплюйка Каллен добровольно явилась в логово дьявола? Смерив презрительным взглядом Элис, Афинодора выступила вперед. − Мы очень рады приветствовать вас в клане, Элис Каллен, − пропела девушка, стремительно приближаясь к гостье, − однако теперь вам придется сменить этот никчемный человеческий наряд, − Афина коснулась рукава белой блузки Элис, втягивая носом воздух. От блузки отчетливо пахло ее мужем, неужели Кай касался ее? Стиснув зубы, Афина поправила выбившиеся локоны, стараясь держать себя в руках: − вы готовы? Готова ли она? Сможет ли она когда-нибудь без колебаний ответить на этот вопрос утвердительно? Едва ли такое вообще возможно. Выдержав некоторую паузу, Элис учтиво склонила голову перед Афиной. − Джейн, − Афинодора жестом подозвала к себе блондинку, − подай мне все, что нужно. На мгновение Джейн скрылась за дверью, но тут же вернулась, держа в руках серебряный поднос с причудливыми узорами, на котором лежал черный кусок ткани с вышитой золотом буквой V. − Теперь вы одна из нас, − сладко проговорила Афинодора, застегивая на шее Элис плащ с пылающим гербом Вольтури, − а это уже от меня лично, − она сняла с себя золотую цепь и надела Элис на шею массивную рубиновую подвеску, выполненную в форме латинской буквы V, − надеюсь, вам понравится. Улыбка Афины напоминала презрительный оскал, однако жест ее был преисполнен благородства и стати, присущим лишь коронованным особам. Тысячелетия в роли жены правителя давали себя знать, Афинодора небезосновательно причисляла себя к высшему обществу темного мира вампиров. − Спасибо, госпожа, оно прекрасно, − Элис холодными пальцами теребила украшение, которое подарила ей жена Кая. Зачем она это сделала? За этим жестом однозначно скрывалось нечто большее, чем простое гостеприимство. Мысли несчастной Элис смешались в кучу, а в будущем не было ничего мало-мальски четкого и способного пролить свет на происходящее. Аро внимательно следил за общением женщин, не скрывая своего недоумения. Поведение Афины несколько обескуражило его, но в то же время реакция самой Элис восхищала. В ней было столько достоинства и самоуважения, что вампир невольно проникся к ней искренней симпатией. Правитель подошел и встал прямо перед Элис. Он скользил взглядом по ее взволнованному лицу, физически ощущая напряжение, волнами исходившее от девушки. Она боялась его? Вероятно. Ей потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть, тогда страх должен пройти. Он не собирался причинять ей вреда, значит, бояться было нечего. Если только… − Элис, не найдя себя в семье Карлайла, вы могли бы отправиться в одиночное путешествие, − проговорил, наконец, Аро мягким голосом, глядя ей в лицо, будто стараясь заглянуть ей в душу, − почему вы решили прийти именно к нам? − Я хочу быть одной из вас, − слова застряли в горле, Элис опустила глаза, стараясь успокоиться, − я хочу стать Вольтури. − Пусть так, если ваше решение добровольно, − Аро приблизился почти вплотную, сделав ударение на последнем слове, но его руки все еще были сцеплены за спиной, как бы демонстрируя чистоту его намерений. Конечно же, все не так, ее решение не добровольно, Кай силой заставил ее. Элис взглянула на Кая из под опущенных ресниц, но поймала лишь внимательный и полный презрения взгляд женщины, снова стоящей за его спиной. − Элис, отныне ты будешь в свите Кая Вольтури. Вы знакомы, он навещал твою семью в Форксе, − тихим голосом прошептал Аро на ухо девушке, − ты должна выполнять его поручения. У тебя есть вопросы? − Только один, − Элис нахмурилась и твердо посмотрела в глаза владыке, − могу ли я покидать пределы замка? − Ну конечно, − воскликнул Аро, которого, очевидно, несказанно обрадовала наивность девушки, − ты наша гостья, а не пленница! Только, пожалуйста, не забудь уведомить о своих намерениях Кая, чтобы мы знали, где тебя искать, если ты вдруг понадобишься. − Благодарю. Часы на стене тронного зала пробили половину первого ночи. Элис вздрогнула от неожиданности и чуть не выронила сумку. Аро уловил ее реакцию и коротко кивнул. − Деметрий, − хлопнул в ладоши правитель, − проводи Элис в ее спальню. Ей потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к нашему общему дому и почувствовать себя здесь комфортно. Молодой вампир подошел к Элис и протянул ей руку, его губы изогнулись в приветливой улыбке. Элис узнала его: это с ним она встретилась на пустынном шоссе, это его машину она разбила. − Элис, очень рад встрече, − он поклонился в знак приветствия, − позвольте быть вашим провожатым в нашем темном царстве. − С превеликим удовольствием, − подобие улыбки тронуло ее мертвенно-бледные губы. Она обрадовалась Деметрию так, словно встретила в чертогах замка родную мать. Ее реакция не осталась незамеченной, Кай судорожно сжимал кулаки, стараясь не выдать своего раздражения, а Аро же, напротив, искренне улыбался. − Я буду рад, дорогая Элис, − проговорил Аро на прощанье, − если вы с Деметрием подружитесь. Ему давно нужна… Пара… − Боюсь, это несколько преждевременно, − не выдержал, наконец, Кай, поднимаясь с трона, − Деметрию достаточно других забот, кроме амурных переживаний. Аро с недоумением уставился на брата – к чему все эти реверансы, каждому вампиру нужна пара для достижения идеальной гармонии и равновесия, а Деметрий и Элис явно симпатизировали друг другу. Спустя пару мгновений лицо правителя помертвело и исказилось суровой усмешкой – уж не собирается ли Кай прикарманить себе сердечко этой одаренной? Слишком много совпадений, Аро, прекрасно знал, как относятся к Вольтури Каллены, как так сложилось, что в одно мгновение Элис изменила своей неприязни и воспылала к правящему клану преданной любовью? Вдобавок ко всему она отказалась идти на контакт и допускать его в свои мысли. Ох, Кай, ты все так же прямолинеен, не стоило запутывать этот клубок, когда распутать его не составляет никакого труда.

***

Деметрий распахнул перед девушкой тяжелую дубовую дверь и пропустил ее вперед. Сам он остановился в дверях, опираясь плечом на дверной косяк и с лукавой усмешкой наблюдая за Элис. Она медлила. Это была совершенно другая комната, не та, что она видела в своих видениях о доме Вольтури. Темные портьеры скрывали оконный проем настолько, что даже внимательному вампиру невозможно было догадаться день за окном или же ночь. Стены украшали изысканные гобелены ручной работы, которые высоко ценились Вольтури. Кровать… О, она достойна отдельного описания. Сделанное из массива красного дерева изголовье было изрезано тончайшими рисунками, изображающими сюжеты охоты королевской знати. Все это великолепие венчал золотистый купол, который переходил в темные балки, привинченные к потолку. Нежные тюлевые занавески серой дымкой загораживали от любопытных глаз широкое ложе любви, уготованное ей Каем. Все в этой комнате было пронизано страстью и похотью, декоратор явно потрудился на славу, прямолинейно следуя указаниям своего мастера. − Покои Кая прямо по коридору, − прервал ее размышления насмешливый голос Деметрия. − К чему мне эта информация? – переведя дух, Элис осторожно опустилась на постель, откидывая тяжелый полог. − И правда незачем, я полагаю, он сам будет тебя навещать, − Деметрий лукаво подмигнул девушке, откровенно намекая на всю ту грязь, что непременно будет здесь происходить. − Деметрий, не надо, − Элис закрыла похолодевшее лицо дрожащими руками, − я не хочу это обсуждать. − Ты же здесь не по доброй воле, Элис Каллен. Я прав? – он оторвался от стены и плотно закрыл темную дверь, оставшись с ней наедине, − при нашей первой встрече… Смею предположить, что я понял, какие чувства тобой движут. − Много ты знаешь о моих чувствах, − выдохнула Элис, поднимая на мужчину полный безнадежности взгляд. Уголки ее глаз блестели, словно в них скопились слезы, однако это была лишь иллюзия − вампиру не суждено испытать это чувство, дарованное лишь смертным. Они не могли плакать по настоящему, их глаза оставались сухими, даже если каменное сердце рвалось на куски. − Вечная любовь, которую ты испытываешь к своему… мужу… − заключил Деметрий и отступил на два шага назад, стараясь не вмешиваться в личное пространство этой удивительной хрупкой девушки, − ты считала, что спасешь их, отдавшись Каю? Но ты слишком наивна, Элис. − У меня не было другого выхода, − едва дыша, прошептала Элис, поднимаясь на ноги. Она сделала шаг и буквально упала в его объятия. В нем не было ни капли враждебности, напротив, он излучал спокойствие и уверенность, так необходимые ей в этот мрачный час. Она уткнулась в каменное плечо Деметрия и замерла: − Не было выхода… Он обвил ее руками и притянул к себе. В этом жесте не было страсти или нежности, он всего лишь проникся к ней дружеской симпатией. Вампир осторожно провел ладонью по ее волосам. Ему было жаль эту наивную молоденькую девушку, она не заслуживала такой судьбы, которую обрушил на нее ее новый господин. − Послушай, Элис, все не так страшно, − начал он, не размыкая рук, − ты понравилась Аро, это главное. Что думает себе Кай – вторично, если тебе удалось расположить к себе главу клана. − Первично это или вторично – не столь важно, − отозвалась Элис, сильнее стискивая мужчину в объятиях, − я вещь! Игрушка в руках Кая, я принадлежу ему. Ты слышал, что сказал Аро в тронном зале. Деметрий молча кивнул и нахмурился. Они стояли обнявшись, словно каменные изваяния. Плечи Элис подрагивали, она крепче прижималась к Деметрию, будто ища в нем поддержки, которой она лишилась, отказавшись от своей семьи. Как бы это ни было прискорбно, но он теперь был единственным на всем белом свете, кому ей не страшно было довериться. Дверь скрипнула, заставив их отшатнуться друг от друга. Элис обернулась и вскрикнула, за ее спиной стоял Кай. Его лицо исказила гримаса гнева, голова была опущена, кулаки плотно сжаты, а по скулам ходили желваки. Глаза Кая из ярко-алых превратились в темные, как ночь. Весь его вид красноречиво заявлял о том, что правитель был вне себя от бешенства. − Вон! – он жестом указал Деметрию на выход, тот молниеносно повиновался, затворив за собой дверь. − Элис, какого черта?! – он резко шагнул ей навстречу, − что ты себе позволяешь?! Злобное шипение вырывалось сквозь плотно стиснутые зубы. Тысячелетия практики научили владыку следить за своими эмоциями, но сейчас ему едва удавалось сдерживать свой пыл. Какой-то молокосос посмел трогать своими грязными руками его сокровище, доставшееся ему с таким трудом. Кай изо всех сил ударил по изголовью дорогой кровати, рассекая его надвое. − О чем вы говорите, − Элис в ужасе попятилась назад, пока не уперлась спиной в каменную стену. − Какого черта, − повторил вампир, вырастая перед ней словно из-под земли, − ты флиртуешь с Деметрием? Ты ради этого приехала, грязная потаскушка?! Или тебе напомнить, кто теперь твой господин? − Вам показалось, − Элис попыталась отвернуться, но его пальцы ловко схватили ее за щеки и развернули к себе. − Ты моя, − прогремел Кай, грубо впиваясь в ее влажные губы, − не смей даже думать о том, чтобы… Я запру тебя в твоей комнате, ты будешь сидеть целыми днями под замком, если не возьмешься за ум! Ты не посмеешь… − он тяжело дышал, тщетно стараясь успокоиться. − Оставьте меня, − взмолилась Элис, пытаясь оттолкнуть от себя правителя, но это было бесполезно. − Оставить тебя?! Будь по твоему, – он дьявольски расхохотался и изо всех сил отшвырнул ее от себя. Девушка ударилась о деревянную балку, украшающую потолок и с треском повалилась на пол. Она мгновенно встала на ноги, стараясь отгородиться от него, но вампир в мгновение ока очутился за ее спиной: − Подойти ко мне, − одними губами скомандовал он, скрестив на груди мраморные руки. Его тонкие пальцы впивались в шелковую мантию, обнимавшую его плечи, казалось, от гнева он готов разорвать ее в клочья. − Нет! – Элис мотнула головой и отпрянула от него, − я не пойду! − Да как ты смеешь так себя вести! – он подлетел к ней и в одно касание обнял изящную голову мертвой хваткой, готовясь сделать решающий рывок. Она обнаглела до предела, он не мог вынести подобного! Элис сжалась, она уже чувствовала, как по шее поползли мелкие трещинки, секунда разделяла ее от того, чтобы лишиться головы. Она готовилась достойно принять смерть, мысленно проговаривая слова любви в адрес своей семьи, но внезапно Кай выпустил ее из своих смертельных объятий и оттолкнул к окну.

***

− Я услышала шум, − в комнату Элис грациозно вошла Афинодора, внимательно вглядываясь в лицо своего супруга, − Элис, с вами все в порядке? − В полном, − Элис невольным жестом коснулась мгновенно восстановившейся шеи, − владыка пояснял мне, как следует вести себя в клане. − О, ни капли не сомневаюсь в его способностях, − фыркнула Афина, все еще глядя на мужа в упор, − надеюсь, он не слишком напугал вас, моя дорогая. Элис сомкнула губы в тонкую линию и отрицательно покачала головой. Уж кому-кому, но Афине точно не следовало доверять. − Кай, если позволишь, я хотела бы отвлечь тебя ненадолго. Надеюсь, твоя новая подданная не заскучает в отсутствии своего господина, − ее пухлые губы расплылись в приветливой улыбке, но красные глаза были холодны как лед. Эти глаза осторожно осматривали комнату, словно ища подтверждений ее смелым догадкам. Зацепившись взором за расколотое изголовье кровати, Афинодора на секунду замерла, а затем, передернув плечами, двинулась к выходу. Кай быстро выпрямился, нацепил свою обыкновенную презрительную гримасу и равнодушно улыбнулся своей жене. Конечно же, он позволит, что ему еще оставалось. Не вечно же торчать в этой душной комнате, наставляя на путь истинный бестолковую девчонку. Бросив последний взгляд на Элис, он отметил про себя, что ее лицо стало еще более бледным, костлявые плечи выглядели еще более тонко, а ключицы выпирали так, как бывает у смертных, страдающих от голода. Когда за ними закрылась дверь, Элис осторожно подошла к окну. Она замерла, обхватив руками свои плечи. Сколько он так простояла – не известно, за горизонтом уже неторопливо занимался рассвет. Ее окно выходило на дивный сад, который раскинулся в предместье замка Вольтури. Чуть поодаль виднелась пешеходная улица, по которой торопливо, будто муравьи перед дождем, двигались человеческие фигуры. Очнувшись от оцепенения, Элис повернула ручку и потянула на себя тугую створку высокого окна, впуская в комнату свежий и прохладный воздух. Небо окончательно сковали темные облака, похоже было на то, что солнце ушло и больше не вернется вплоть до самой весны. Элис встала на подоконник и взглянула вниз. … Лучше смерть, чем эти муки… Сейчас она прыгнет прямо на улицу, а в лучах солнечного света ее тело станет иным. Люди увидят, а Вольтури обязаны будут уничтожить ее… Размышляя таким образом, Элис ступила на парапет. Внезапно чья-то невидимая рука обхватила ее за талию и настойчиво потянула назад. Нельзя, сейчас не время! Как смеет она лишать себя жизни, если ее жизнь больше не принадлежит ей одной?! Она легко соскочила на пол и схватила черную сумочку. Нащупав на дне сумки серебряную стрекозу, Элис крепко сжала ее между пальцами. Она не могла просто взять и покончить с собой, понимая, что это убьет ее близких. Даже сейчас она была не властна над своим телом. Даже сейчас…