Сезон дождей

После занятий Марко долго бродил по незнакомым районам, пытаясь отыскать путь до эйсовой квартиры, который он однажды не запомнил, возвращаясь домой на автопилоте в невменяемом состоянии. ...Когда на третий день блужданий стало ясно, что Феникс даже не представляет, в какой части города жилье мальчишки, он принялся обшаривать все улицы рядом с местом их последнего разговора. Эйса не-бы-ло. Нигде не было целую чертову вечность - почти десять дней. И Марко совсем не ожидал, возвращаясь под ливневым дождем в пятницу с подработки, что баскетбольная площадка - тихая с Той Самой пятницы апреля - окажется не пустой. В дальнем её углу, сжавшись в комок, сидел человек. Марко, прищурившись, опознал в нем Эйса по сильно вьющимся от влаги темным волосам - и внутри у него все похолодело. Он думал о чудовищных синяках на чужих руках, когда на полной скорости бежал к краю площадки; почти перестал дышать, когда, склонившись над мальчишкой, тронул того за плечо. Эйс промычал что-то невразумительное - и, откинув голову, продолжил... мирно спать. Марко смотрел на него беспомощно целую минуту, а потом, горько рассмеявшись, плюхнулся рядом - в грязную лужу на потрескавшемся асфальте. Долго рассматривал слегка посиневшие от холода чужие губы и, вздохнув, собирался застегнуть натянутую на мальчишку ветровку - но был остановлен колючим ненавидящим взглядом резко распахнувшихся глаз. - Не нашел лучшего места, чтобы поспать? - улыбнулся Марко, примирительно подняв раскрытые ладони и отодвигаясь на полметра. Эйс смотрел на него волчьим взглядом - и молчал, видимо, надеясь, что Феникс уйдет. Марко было дико неуютно, но он не спешил проваливать восвояси, намереваясь идти до конца. - Эйс, - заговорил Марко тихо и твердо, неотрывно глядя в черные глаза напротив. - Эйс, всё... хорошо? Эйс по-прежнему изображал немого. Сверлил Марко испепеляющим взглядом, с раздражением пытался выискать что-то в глубине светлых глаз - и был результатами поисков, кажется, очень удивлен. Он поколебался ещё немного, глубоко вздохнул и с вызовом в голосе прорычал: - Нет. Марко медитировал на его веснушки. Спрашивал себя, какого черта пацан привлекает его так сильно, но в голову не шло ничего, кроме внешней привлекательности и хреновой загадочности. Марко громко выдохнул. Отвел пальцами упавшую на чужую щеку мокрую прядь угольно-черных волос и подумал, что есть в мальчишке... что-то ещё. - Расскажи мне. Эйс набычился. - С чего бы? Марко ответил не словами - просто не разорвал зрительный контакт. Эйс на третью секунду гляделок вздрогнул, будто его окатили кипятком, и, неосознанно придвинувшись ближе, закрыл лицо руками. - Я не понимаю тебя. Ты знаешь, кто я такой. Я... Я пил твою кровь, идиот! Я чуть тебя не убил! Зачем тогда ты, черт возьми, после всего этого уже второй раз пытаешься со мной заговорить?! - Потому что ты мне нравишься. Эйс всхлипнул. Отнял руки от лица, посмотрел на Марко так, что у того сердце пропустило удар, да так и застыл - со смесью отчаяния, мольбы и безумия во взгляде. Марко, не отрывая от него глаз, продолжил. - Мне дико, когда я вспоминаю о том чертовом стакане, о том, что было на этой самой площадке. Но... выживать - это нормально, Эйс. Эйс смотрел на Марко взглядом людей, получавших от Прометея огонь. - И... - Марко вздохнул. - Я всё ещё не знаю, кто ты. Эйс нахмурился. - То есть как - не знаешь? Я думал, ты догадался. Или спросил. Ответил Марко неохотно. - Я спросил у Бонни - той девчонки, с которой постоянно сижу за обедом - но она ничего толком не сказала. Уверила, что ты не вампир, и... все. Эйс склонил голову набок, хлопнул глазами - и Марко почувствовал, как у него пересохло в горле. - Почему ты не спросил у кого-нибудь ещё? - Я не мог. - Почему? - настойчиво допытывался Эйс. Марко вздохнул. Пересел так, чтобы подпирать спиной сетку ограды - и сидеть с Эйсом плечом к плечу. - Потому что это вызвало бы вопросы. "Почему ты спрашиваешь?", "Зачем тебе?", "А что такое?" - но я не смог бы отвечать на них так, чтобы не подставить и семью, и... тебя. Эйс помолчал, прежде чем ответить. - Ты тоже, Марко. Расскажи мне... всё. И Марко начал первым. Глухим голосом рассказал о своей семье, о братьях и об отце-моряке; выложил все, что сам знал, о катастрофе на "Моби Дике", о болезни отца, том, что из себя представляла жизнь его семьи теперь. Протянул, горько усмехаясь, выученное наизусть "Ни-ка-ких-свя-зей-с-вам-пи-ра-ми" и вывалил на Эйса все, что успел о нем додумать и разузнать. Эйс был... Впечатлен. - Я думал, все по-другому, - тихо сказал он. - Думал, что ты, как и все, не подходишь, потому что считаешь меня мерзостью и монстром. Марко рассмеялся. Очень по-мальчишески улыбнулся - и ущипнул Эйса за щёку. - Монстр? Эйс, у тебя же... Веснушки. Веснушчатый монстр. Боже. Эйс онемел. Повернулся к Фениксу лицом, заглянул ему в глаза, выдавил из себя хриплый смешок - и после секунды тишины разревелся, как последняя девчонка, уткнувшись носом Марко в плечо. Марко гладил мальчишку по спине - и молчал. Они вдвоем просидели под ливнем двадцать минут, прежде чем Эйс, отчаянно шмыгающий носом, не взял себя в руки. - Не помню, что со мной было до четырех лет. Помню только, как в пять, умирая от голода, постучался в дверь старой вампирской карги - и помню, как она, ворча и ругаясь матом, впустила меня, дала кров и еду. - Не знаю, как так вышло, но у неё я задержался аж на семь лет. Она нагружала меня грязной работой, заставляла воровать и орала из-за всякой ерунды, но её имя защищало меня - и жизнь под одной крышей с ней была самым счастливым временем в моей жизни. Эйс прикрыл глаза. Марко сжал его ладонь - и мальчишка продолжил. - Потому что потом, когда мне исполнилось двенадцать, за мной пришли... Люди. Они искали меня - и нашли в доме старой вампирской карги. - Она всегда говорила, что я - обуза. Говорила, что я - ошибка природы, и что любой другой вампир на её месте сжег бы меня к чертям - и я знал, что так и было, потому что... приходилось удостоверяться. Она презирала мое существование на словах так яростно, но, в конечном итоге... Не согласилась обменять мою жизнь на свою. Её сожгли. Меня забрали. Эйса колотило. Марко думал, что он, наверное, рассказывает обо всем этом впервые, и осторожно обнимал его за плечи - так крепко, как только мог себе позволить. - Они забрали меня. Не убили. Забрали, потому что я не вампир, которых они успели изучить вдоль и поперек. Марко, я... Полукровка. Марко замер. - Эйс. Эйс мигом напрягся в его руках, дернулся - но Марко не позволил ему отскочить. Притянул мальчишку к себе чуть ближе, прислонился лбом к чужом прохладному лбу - и, глядя в такие близкие в ту секунду глаза, продолжил говорить. - Много лет назад было доказано, что у вампира и человека не может быть детей. - Знаю. Но я есть, Марко. Марко почувствовал, что дождь стал горячее - пара обжигающих капель хлестанула его по щекам. Он мог представить. Он мог представить, как жил Эйс все свои шестнадцать лет. Вечные гонения до двенадцати и вечные лаборатории, доктора в белых халатах после - в таком существовании ничего не могло быть хорошего, счастливого. Эйс криво улыбнулся. - Все хуже, чем ты можешь себе вообразить. У моей гребанной кровушки выявили особенные... свойства. У Марко помутнело в глазах. Эйс зачем-то положил руки ему на щеки, грустно улыбнулся - и от его улыбки у Марко перехватило дыхание. - Она лечит. Любые раны, любые заболевания - если я отдаю её добровольно. В детстве, вроде бы, ещё и недавних мертвецов воскрешала - но сейчас - точно не может. Я знаю, хотя мне никогда не говорили подробностей. Они помолчали. - Твоя жизнь, - сиплым голосом начал Марко. - Твоя спокойная жизнь среди людей - плата за то, что ты добровольно отдаешь свою кровь? Эйс, продолжая улыбаться, будто говорил теперь о чем-то незначительном, кивнул. - Два стакана в месяц. Марко сидел, мертвой хваткой сомкнув пальцы на чужом предплечье. После пары минут молчания Эйс попросил его рассказать о море.

***

Розовая дымка наползала на светлеющее с небо. Дождь все ещё не кончился. Дышалось холодно, вкусно и легко, тела жутко замерзли от облепившей их мокрой одежды; Марко топтался у подъезда Эйса с, собственно, самим Эйсом, стучал зубами - и никак не мог попрощаться. Эйс страдал от того же. Нет, страдал тем же, если точнее. Марко засунул руки в карманы. - Эйс, - начал он тихо. Эйс вскинулся, Марко от такой реакции поморщился - у них складывалась новая традиция. - Ты уверен, что хочешь этих отношений? Я поступаю с тобой ужасно. - Не ужасно, - заупрямился Эйс, прикусив губу и обвив плечи руками. - Нет ничего такого в том, что мы в школе будем делать вид, будто не знакомы. - Нет, Эйс, - Марко вздохнул - в который за сегодня раз. - Ещё как есть. Я не готов отказаться от семьи - и из-за этого эгоистично прошу тебя делать вид, будто ничего нет. - Ты не просил. Я предложил сам. - Это не важно. - Важно. - Нет. - Ты не ответил. Эйс замер, и Марко перестал дышать. - Ты так пытаешься от меня отвязаться, да? Ждешь, что я скажу "Не хочу"? Марко закрыл глаза - и заговорил глухо. - Я ничего не жду, Эйс. Только, как последняя сволочь, хочу, чтобы... Хотел и ты. Эйс посмотрел на него пристально-пристально, переступил с ноги на ногу - и, порывисто приблизившись вплотную, взял Марко за руку - неуверенно, робко почти. - Если нас раскроют, я скажу, что задурил тебе голову. С твоим отцом все будет... - Нет. Эйса передернуло. Он сделал шаг назад - и замер, когда Марко, схватив его за запястье, провел кончиками пальцев по темноволосой макушке. Аккуратно и... Почти... Нежно. Или - даже не почти. Эйс сглотнул, пытаясь скрыть дрожь в руках. - Если ты сейчас скажешь. что все это было шуткой, что ты передумал со мной... встречаться - я убью тебя, Марко. Клянусь. Но Марко-то в свои семнадцать был взрослым, и без труда услышал отчаянное - так и не сказанное - "Я умру, Марко". - Дурень. Просто не ври, если обо всем узнают. Лицо Эйса исказила боль. - Я опять не понимаю тебя. Марко с шумом выдохнул - и посмотрел Эйсу прямо в глаза. - Я знаю, как защитить семью и остаться с тобой. Эйс посмотрел на него неверяще-недоверчиво, открыл было рот, чтобы сказать, какого тогда хрена Феникс его дурил - но замер, в ужасе раскрыв глаза. - О. Нет. Марко смахнул каплю дождя с чужой щеки. - Заводить с тобой отношения и не быть к этому готовым - преступление. - Марко... - Не спорь. - Марко. Марко посмотрел на Эйса вопросительно и устало. - Нас никто не раскроет. Тебе не придется. Обещаю. Эйс опустил глаза и замолчал. Марко покачал головой - и, неожиданно подавшись вперед, обнял растерянного мальчишку за плечи. - Не обещай. Но... Спасибо. Спасибо, Эйс. Эйс не был взрослым, но он тоже видел за чужим "Я готов" "Я сделаю так - и умру". Марко выпустил его из объятий - и, стряхивая с себя паутины грусти, щелкнул мальчишку по носу. - Не знаю, что за таинственные дела у тебя в эти выходные, но ты должен пообещать мне, что во вторник придешь ко мне. Придешь целым, невредимым и не обескровленным, черт возьми, и планы не сорвутся. Эйс кисло улыбнулся - и хмыкнул, отходя, чтобы скрыться за дверью подъезда. - Это тоже обещаю. За секунду то того, как уйти, он расхохотался невероятно искренне, когда Марко показал ему кулак. Феникс сначала даже замер. Посмотрел на несчастную дверь неверяще - и улыбнулся широко-широко. Закинул руки за голову и, насвистывая что-то безумное, пошел домой, перепрыгивая встречные лужи, а не обходя.

***

Он бесшумно отпер входную дверь, тихо прошел из прихожей на кухню - и совершенно не был готов к тому, что в сумраке, в метре от холодильника, на него кто-то напрыгнет. Его повалили на пол, сдернули рубашку, задрали голову грубым движением и зафиксировали руки; тусклый утренний свет, льющийся из распахнутого окна, позволил Марко рассмотреть рожицу нависшего над ним мелкого Харуты, а Харуте - абсолютно чистую фениксову шею, плечи и грудь. - О ЧЕРТ, ОН ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НИКОГО НЕ ОТПЯЛИЛ! МАРКО, ТЫ ИДИОТ, ТЕПЕРЬ Я ДОЛЖЕН ИЗО ПЯТЬ БАКСОВ! Марко устало вздохнул. Отцепил от себя младшего брата - и, отвесив ему подзатыльник, поднялся на ноги. - Размуеется, никого я не... отпялил, неразумное ты дитя. Что за жаргон? - А, так это тебя отпялили? СНИМАЙ ШТАНЫ, МНЕ НУЖНО ДОКАЗАТЬ ЕМУ...! - Нет. Никто никого не пялил. Уймись уже. Марко поморщился. Устало потер рукой шею, плеснул себе холодной воды и запрыгнул со стаканом на кухонную тумбу; снисходительно глянул на сидящего на полу Харуту и злобно сверкающего глазами Изо в дверном проеме. - Чисто для галочки, Марко, - прошипел Изо. - Ты свалил в школу сутки назад, приперся только сейчас, под утро, с синими губами и промокший до нитки. Тебя ничего не смущает? - Нет, - абсолютно честно признался Марко, пряча широкую улыбку за мутным стеклом стакана. Харута заржал, Изо с королевским достоинством расфырчался - Марко вздрогнул, цепляясь пальцами за граненое стекло. Он предатель. Околдованный, очарованный дурным мальчишкой чокнутый предатель. Мальчишка был по-настоящему рядом с ним пару жалких часов, и этого хватило, чтобы он, шедший к нему с намерением просто помочь, пропал. Совсем и насовсем. Он предатель - и ему больно. Он предатель - и он не собирается ничего менять. А ещё, как оказалось, нихрена он не взрослый - бестолковее мелкого Харуты.