Темная сторона

Когда под ногами зачавкало, Рейна вопросительно взглянула на бредущего впереди эльфа, однако мужчины продолжали путь, и девушка промолчала. Но когда ее нога в первый раз по щиколотку провалилась в грязную жижу, она не выдержала: - Эй, мне кажется, что это поле не совсем подходит для передвижения! - Другого здесь нет, - ослепительно улыбнулся вампир. При свете дня лицо его было мелово-бледным, но глаза светились живым интересом. Даже страшные ожоги его, казалось, не беспокоили. - А мне кажется, что мы идем в болото! – упрямилась она. - Конечно, мы идем в болото, - устало отозвался эльф. - Зачем? - А кому в здравом рассудке примерещится, что беглецы добровольно сунулись в топь? Перспектива бродить по пояс в грязи девушку не обрадовала, но она не могла не согласиться с разумными доводами. Она точно отправила бы погоню куда угодно, только не сюда. В том, что их будут искать, сомнений не было. Уж очень заинтересованным выглядел Жрец, да и бургомистр, искренне убежденный, что в смерти его дочери виновен эльф, добровольно не отступится. Ужасно хотелось есть и пить, но стоило остановиться ненадолго, как ноги начинали медленно, но верно погружаться в жижу, лишь сверху обманчиво похожую на траву. Так они брели почти три длани. Рейна совсем выбилась из сил. Но раз уж не скулил обессиленный серебром вампир и раненый эльф, то ей признаваться в слабости было просто стыдно. - Отдыхаем! – хрипло выдохнул Далиль и первым ступил на небольшой, десять шагов поперек, островок. Девушка устало упала в редкую тень от небольшого деревца с некрасиво искривлённым стволом. И ей почти сразу же услужливо протянули флягу с водой. Черные глаза вампира весело блеснули. - Поесть? – с улыбкой спросил он. - Не забудь, что кроме нее питаться нужно как минимум еще и мне, - недовольно заметил эльф. Рейне стало неприятно: от Далиля она никак не ожидала такой мелочности и злости. Но она поспешила напомнить себе, что у бывшего посла есть основания для дурного настроения, и промолчала. Она взяла себе лишь небольшой кусочек сыра и хлеба. Еду и впрямь следовало беречь. Кто знает, когда получится пополнить ее запасы? - Зря стараешься! – неприятно усмехнулся эльф, в упор глядя на вампира. – Это не та, кого ты ищешь. Кровопийца холодно уставился на него, ожидая объяснений. - Она просто приманка, чтобы поймать одного глупого кровососа. И все. И больше ничего, - сухо рассмеялся он. Рейна замерла, даже жевать прекратила. Она чувствовала, что этот разговор очень важен для неё, но не совсем понимала его смысл. - Тогда отчего ты сам так вился вокруг девушки? - Она остановила моего коня, когда тот понес. Потом я узнал о том, что эта девица работает у людей палачом. Стало банально интересно. Они обсуждали ее так, словно она была где-то далеко и ничего не слышала. Холодная ярость всколыхнулась внутри Рейны. Девушка поднялась и встала между двумя мужчинами. Теперь они никак не могли ее игнорировать. - Может быть, кто-то объяснит мне, что все это значит? – спросила она срывающимся от гнева голосом. - Ничего особенного, дорогая. Маленькое недоразумение, - устало улыбнулся вампир, а эльф снова рассмеялся. - Да, точно – ничего особенного. Просто вместо приза кое-кто вытащил пустышку, - сказал он. - Я лишняя? Мне уйти? – с обидой спросила она. - Нет, - ответил вампир. - Мне все равно, - пожал плечами эльф. – Зачем она тебе теперь? – спросил он у Бальтазара. - Я уже назвал ее своей невестой, - просто ответил тот. - И что? Как назвал, так и откажешься. - У нас так не принято, - сухо ответил монстр. Он встал, взял Рейну за безвольно опущенную руку и потянул за собой, подальше от мрачного эльфа. - Я не знаю, какая пчела его ужалила, - тихо сказал он. – Но я не отказываюсь от обещания. Просто помни об этом. Рейне было приятно знать, что хоть в герое войны она не ошиблась. Хотя горечь от предательства эльфа никуда не делась, как и непонимание того, почему все так происходит. Ей хотелось ясности и совсем не хотелось насильно требовать от вампира брачных обязательств. Девушка вообще плохо представляла себе, как это – у кровососа может быть невеста, семья? А, может, даже дети? Это здорово пошатнуло ее привычную картину мира. Видеть вампира на поле боя, убивающим демонов, получалось легко. Но представить его сюсюкающим с младенцем сознание наотрез отказывалось. Девушка решила подумать об этом позднее. Или расспросить самого вампира об их обычаях и культуре. Пока же были более важные вопросы. - Тебе не обязательно сохранять данное слово, - спокойно сказала она. – Тем более, что мы почти не знакомы и, если честно, ты мне не очень-то нравишься. - Это потому, что я плохо выгляжу после ваших способов поимки, - по-детски обиделся вампир. – А так многие говорили, что я симпатичный. - Многие девушки? – уточнила Рейна. Бальтазар усмехнулся и кивнул. - Ты их убил? Вампир устало и обречённо вздохнул. - Я вообще просто так никого не убиваю. Но да – я пил их кровь, и все при этом остались живы. Ты ведь это хотела узнать? - Спасибо, - немного невпопад ответила Рейна. – Но я всё равно возвращаю тебе твое слово. Так будет честно. Он (девушка кивнула на эльфа) сказал, что ты ошибся. - Я уже не знаю, чему верить, - вздохнул Бальтазар. – В любом случае, возвращаться назад – чистое самоубийство. И я обязан тебе своей свободой. Если некуда идти, пойдем со мной. За безопасность ручаюсь. Рейна пожала плечами. Расторжение странной помолвки совсем не огорчило девушку. Она в неё как-то не очень верила. Мало ли кто назвал ее невестой? Все это было изначально похоже на глупую шутку. А вот посмотреть вампирское жильё было интересно. Наверняка это какая-то мрачная, глубокая пещера, но точно не лишённая некоторой роскоши. Вампир выглядел довольно ухоженным. - У тебя есть родственники? – спросила она. - Да. Это не совсем то, что бывает у людей, но все они – моя семья. - Хватит любезничать, иначе заночуем в болоте, - резко прервал их эльф. – Я устал, да и дальше есть гать. Ее легко определять по вешкам. Пусть впереди теперь идет девушка. Рейна внимательно вгляделась в простирающееся насколько хватало взгляда болото. Высокие кривые палки и впрямь были отлично заметны. Пожалуй, она сумеет пройти по гати. К тому же это позволит ей не видеть предателя-эльфа. - Хорошо, - легко согласилась она. - Я пойду вторым, - уверенно сообщил вампир. – Если что, помогу, - чуть тише сказал он девушке. Как-то само собой вышло, что замыкающим теперь стал эльф… … Далиль чувствовал себя, словно никак не мог выбраться из тягучего, затяжного кошмара. Он даже не совсем понимал, куда и зачем бредёт вместе с этими странными попутчиками. Постоянная боль терзала и тело, и душу. Но и оставаться в человеческих подземельях экс-посол не согласился бы ни за что. Наверное, он был болен. И болезнь эта была самого опасного для эльфов рода – душевная. Стоило жителю Леса вот так потерять себя, и его разум начинал медленно и верно разрушаться, угасала воля к жизни, и рано или поздно такой эльф погибал. Временами воли Далиля хватало, чтобы сбросить полог внутреннего оцепенения. И тогда он вдруг выныривал в реальность. Вот только от этого становилось лишь хуже. Он чувствовал ужасное смешение чувств и эмоций: боль, стыд, отчаяние, злость. Презирая самого себя, отыгрывался на своих спутниках. Словно кто-то чужой заставлял его говорить неприятные и жестокие слова. Правда, не отдавая отчета в своих действиях, он спас тонущего в реке вампира. Спроси его кто-нибудь, зачем – Далиль вряд ли бы смог ответить. Просто тогда это казалось правильным, естественным. Сейчас на островке посреди болота муть забвения снова отпустила разум и душу, и эльф сначала сказал гадость вампиру, а потом почти сразу почувствовал себя никому не нужным. Рейна и Бальтазар мирно беседовали, отдалившись от него. У них все было хорошо, было будущее, которого больше нет у Далиля. «Лес отказался…» Страшные слова острой болью отозвались в сердце. Стоило только представить, как весть о содеянном им разносится между друзьями и родичами, как с презрением отрекается от такого подданного Королева, и он понимал, что ни друзей, ни родных, ни дома у него больше нет. С этим терялся и смысл всего предприятия. У Леса не будет провидицы? Что ж, жили тысячу лет, проживут еще столько же, пока не появятся сведения о новом носителе крови Творцов. И тогда кто-то более удачливый, чем Далиль, сможет завершить начатое: найдет носителя и вступит с ним в брак, чтобы родился, наконец, обещанный Лесу пророк. А об опозорившем свой род после никто даже не вспомнит. И это будет правильно. Самое страшное, что может постичь преступника – всеобщее забвение, когда имя негодяя вымарывают из скрижалей рода. От таких мрачных мыслей вновь помутнело на душе. Безразличие начало овладевать эльфом. Он все еще осознавал себя, но понимал, что в любой момент может забыться. В таком состоянии идти первым, прокладывая путь по болоту - чистое самоубийство. И если для Далиля жизнь уже не имела ценности, то девушке он не желал ничего плохого. Все же именно она помогла ему в тюрьме. Вспоминать об этом было стыдно. Ему всю дорогу казалось, что Рейна смотрит ему в спину и, наверное, смеется над ним. Нет уж, пусть теперь она идет впереди. Сам же эльф послушно поплёлся последним. Ему снова было все равно… Взметнувшиеся из-под ног черные лоснящиеся щупальца Далиль сначала разглядывал с тупым удивлением. На болотах сроду таких тварей не водилось. Он даже потерял несколько мгновений, потому что совершенно не оказывал сопротивления, когда скользкие, пахнущие тиной твари обвили кольцами его ноги и потянули вглубь - в мутно плескавшуюся, грязную воду. Эльф еще только открыл рот, чтобы позвать на помощь, а вампир уже обернулся, зашипел, крикнул Рейне, чтобы она бежала вперед, как можно быстрее. Вот только слишком самостоятельная девушка его не послушалась: она почти сразу же повернула назад, намереваясь броситься на помощь уже по пояс ушедшему в тину Далилю. - Стоять! Ты ему не поможешь – только сама погибнешь! – ухватил ее поперек туловища вампир. - Пусти! - И что ты будешь делать? - Резать этих тварей ножом! Пусть хоть так! Далиль отшатнулся: перед его лицом возникла оскаленная змеиная пасть. Это была неправильная змея: нормальная просто не должна была иметь два ряда острых и частых зубов. От неожиданности и липкого ужаса эльф изо всех сил двинул в оскаленную морду кулаком. Очень реально хрустнули сломавшиеся от соприкосновения с массивным родовым перстнем зубы. Его рука отозвалась болью от воткнувшихся в плоть острых, словно иглы, осколков. Далиль взвыл, и равнодушие уступило место острой жажде жизни. Он всё ещё хотел жить: несмотря на пережитое унижение, на свалившееся на голову одиночество – просто хотел жить, дышать, чувствовать тепло и холод, вкусно есть, читать книги… «У меня осталось еще столько непрочитанных книг!» - с возмущением вспомнил эльф, забился в кольцах скользких змеиных тел, закричал. Навстречу ему отчаянно рвалась в объятиях вампира Рейна. И Бальтазар не выдержал, толкнул ее за спину, обернулся, чтобы убедиться, что девушка упала на тропу, а не в трясину, и рявкнул: - Уходи! Этим займусь я. Тело его почти сразу же стало приобретать необычный вид: распрямились за спиной широкие, с большим размахом крылья, кожистые перепонки которых свисали неопрятными лохмотьями, кожа стала похожа на серый пористый камень, позвоночник выстрелил наружу острым гребнем, а на руках вместо истерзанных ногтей появились черные, матово блестящие, в палец длиной, острые даже на вид когти. Теперь уже улыбчивый вампир совсем не был похож на человека. Рейна в удивлении приоткрыла рот, прижала к груди похолодевшие от липкого страха руки и подумала, что все это время, оказывается, провела в компании с самым настоящим чудовищем. Вампир с опасным животным рыком бросился к черному клубку змей, почти полностью затащившему эльфа в болото. Одним мощным рывком выдернул его и отбросил назад со огромной силой. Эльф пролетел по воздуху не менее десяти шагов и упал совсем рядом с девушкой, забрызгав ее грязными каплями. Взгляд у него был полубезумный, но вода смягчила падение, и Далиль не пострадал. Он поднялся, посмотрел на бушующего в боевой ипостаси вампира и, схватив Рейну за руку, бросился прочь. Девушка какое-то время механически переставляла ноги, перед ее взором всё ещё стояла ужасающая картина: страшный монстр, разрывающий на части черные змеиные тела. Но постепенно понимание, что Бальтазар спас их, взяло верх над страхом. Она всем телом повисла на руке эльфа и попыталась вырваться из его хватки. - Что ещё?! – зло воскликнул он. - Там Бальтазар, ему может понадобиться помощь. - Ему не нужно мешать. Ты же ни разу не сражалась рядом с боевым истинным вампиром. А мне приходилось. Главное правило – не путайся под ногами, иначе можешь остаться без головы. Может, эльф и был прав, но Рейна помнила, что вампир был очень ослаблен. Его страшные, порванные ожогами крылья красноречиво говорили об этом. Если прав Далиль, она постоит в сторонке и не будет вмешиваться. Но вдруг вампиру нужна помощь? - Я всё равно пойду! - Ну и дура! Неужели не понятно, что эти твари имеют магическую природу? Их послали по наши души. Если с ними не справится он, мы не сможем тем более, - устало сказал эльф. – Всё ещё хочешь идти? Рейна упрямо кивнула. - Иди! Или думала, что я буду держать? Собралась умирать – пожалуйста! Девушка повернулась к эльфу спиной и побрела обратно. Они успели отбежать на сотню шагов, и ей все время приходилось внимательно смотреть под ноги. Поэтому она не видела, как отбросил от себя последнюю жирную чёрную змею Бальтазар, как сделал вперед несколько тяжелых шагов и упал лицом вниз, в мутную воду болота. Он выложился весь, до конца исчерпав остатки сил на трансформацию…