Абсолютная Власть/Imperium

POV Эмили Надо было свыкнуться с мыслью, что в жизни все меняется тогда, когда мы этого меньше всего ждем. Могла ли я-прошлая подумать о том, что я-будущая попаду в калейдоскоп каких-то событий? — … и это мой последний шанс. Что думаешь? Шум столовой никак не мог привлечь моего внимания, в радиусе метра меня едва кто-либо волновал. И мысли, и переживания — всё это было далеко за пределами университета. С одной стороны я не могла не думать о матери и Конноре, след которого словно уже и остыл. С другой стороны — сегодняшнее знакомство Гарри с Сандрой. Меня будто волной окатывали все страхи, порожденные стереотипами знакомства парня с семьей. Секунда — и мне стало слишком тепло, я чувствовала жар вокруг себя, а потом, спустя мгновение, волна, полная ледяного отрезвления, окатывала с головы до пят, и мурашки табуном пробегали по спине. Даже живот не так погано скручивается, когда стоишь в очереди к врачу, как сейчас. — Что думаешь? — повторила Тори, допивая сок через трубочку. На ее лице отразилось что-то отдаленно напоминающее негодование, но она, будто привыкнув к моим временным заморозкам, отмахнулась и что-то промямлила, отворачиваясь в другую сторону. Перед моим лицом промелькнула чья-та ладонь, и хоть подсознательно я понимала, что смотрела в одну точку больше минуты, эта ладонь словно увеличивала давление в моем взгляде, и мне пришлось моргнуть. Повернув голову в сторону Люка, который продолжал водить передо мной рукой, я поджала губы: — А? Он молча пожал плечами и кивнул в сторону Тори, которая сидела, уткнувшись в свой телефон. — Тори, прости. Но я слушала начало. — Ха-ха, мои поздравления, — пробурчала она, шурша остатками сока на дне упаковки. — Тори, — я чуть придвинулась к ней на скамейке, — я тебя слушала, а потом просто вырубилась. Прости-и-и, — я виновато улыбнулась, опуская голову ей на плечо. Она исподтишка кинула на меня взгляд, а затем, скривив губы, тяжело вздохнула: — Я говорила о табеле. Мне нужно исправить последние три оценки и добрать баллы по социологии. Не знаю, как, но это мой последний шанс не оказаться без крыши. И я просила тебя помочь мне с проектом: небольшой опросник. Десять человек из офисного района. — Пустяки, я сделаю, — хоть мысленно я и была готова ударить себя по лбу, но отказывать в помощи человеку, который мне никогда не отказывал, ни в коем случае не собиралась. На лице подруги появилась улыбка, и я могла спокойно выдохнуть, радуясь, что хоть какая-та стабильность в жизни все-таки существовала. Стоило уладить этот вопрос с Тори, как вдруг меня вновь накрыло волнением. Сегодня вечером я должна была познакомить Гарри с бабулей. И я очень надеялась, что дедушка, лежавший в больнице, но обещавший прийти на спектакль, все-таки позвонит и скажет точно, появится ли он или нет. По-моему, для первой встречи хватит и Сандры. — Я не хочу вас пугать, но завтра «субботний трэш» в Аймаксе, все билеты за полцены, — произнес Люк, щелкая что-то на своем планшете. — Можно сходить на «Акулью схватку», что-то вроде ремейка «Мега-акулы». Тори как-то странно ответила, но по интонации походило больше на согласие, чем на отказ. — О, она снова вырубилась, — Люк щелкнул передо мной пальцами, и я вздрогнула. — Да, на «Мега-акулу» можно, — быстро произнесла я, надеясь попасть фразой в цель. — Эээ, — Люк посмотрел на Тори, — у нее все в порядке? Тори кивнула: — Да. Просто спать легла поздно. — Даже кофе не взбодрит, — Люк начал засовывать свои учебники обратно в рюкзак, — ладно, я пойду. Хотел на перерыве в библиотеке покопаться. — Блин, по-хорошему и мне нужно, — задумалась вслух Тори, — но я есть хочу. Ты уже обедал? Люк кивнул. — У Эша сейчас подготовительный час, как на зло, — она недовольно хлопнула по ноге. Вибрация на телефоне оповестила о сообщении. «Уже на месте. Уверен, ты еще не обедала. Г. С.» Я вдруг подумала о том, что значит полная чувствительность. Телепатия или типа того. Мой живот заурчал. — Тори, надумаешь идти в библиотеку, напиши, — Люк закинул за спину рюкзак и, попрощавшись, ушел. С его уходом и я начала собирать свои конспекты обратно в папку. Стонущая рядом от бессилия Тори в какой-то момент своим видом подала мне идею, хотя я изначально понимала, что обрекала и себя, и Гарри, и Тори на часовое недоразумение. — Ты тоже уже уходишь? — спросила Тори, строя грустную моську. — Ээ, да… Гарри уже приехал. Ждет у ворот. Стоило мне произнести его имя, от грустного лица подруги не осталось и следа. Ее брови нахмурились, а губы, плотно сжатые, застыли. — Мы едем пообедать. Хочешь с нами? — спросила я, понимая, что расклад сейчас станет пятьдесят на пятьдесят. Согласиться или нет. — Не думаю, что твой парень будет в восторге от моей компании. — Я как раз так и думаю. Он будет рад с тобой наладить отношения. — Эми, всё равно… Не лучшая идея. — Соглашайся, иначе я и тебе выпишу выговор за то, что ты называешь меня «Эми». Тори на секунду улыбнулась. Покачав головой, она спросила: — Почему ты так не любишь, когда тебя называют «Эми»? — Сама знаешь, почему. Тори со вздохом поднялась, перекидывая свою сумку за спину и, кивнув, направилась со мной к выходу.

***

Я ведь прекрасно знала, что эта идея обречена на провал. За всё это время, что мы втроём сидели в кафе, Гарри и Тори молчали, словно набрали в рот воды. Они не обращались друг к другу, и если им приходилось что-то спрашивать, они задавали вопрос мне, официанту или другому официанту, но не друг другу. Мало того, что удивление Гарри никак не скрывалось из-за его непонимающей гримасы на лице, так еще и Тори вечно притворно растягивала улыбку на секунду, чтобы показать свое недовольство. — Как вы думаете, есть шанс у акулы победить огромного осьминога? — спросила я, делая глоток кофе. Гарри посмотрел на меня с неподдельной улыбкой, разрезая рыбу. Уверена, Тори уже оценила его превосходное владение ножом. Он за долю секунды мог вытащить из куса рыбы все косточки одним лишь движением ножа. — Нет, — ответил он. — Да, — ответила Тори. — Ясно, — хмыкнула я, поднося чашку к губам.

***

На обратном пути, когда Тори, сухо поблагодарив за обед, уткнулась в телефон и молча сидела сзади, я почувствовала руку Гарри на своей коленке. Он держал руль правой рукой, а левую уверено переместил мне на ногу, словно она была коробкой передач. Он не сводил взгляда с дороги, на лице у него не было даже намека на улыбку. — Всё в силе сегодня вечером? Мы договорились, что он заберет меня в шесть вечера у главного входа на территорию кампуса, а потом, после спектакля мы поедем сразу к нему, так как эти выходные, по его мнению, я была обязана провести с ним. — Да. Странно было говорить что-либо, да и вообще воспроизводить какие-то звуки, когда рука Гарри находилась на твоей ноге. И словно по команде его пальцы начинали вырисовывать какие-то узоры. — Можно чуточку побыстрее ехать? Я могла бы еще в библиотеку успеть, — произнесла Тори громче обычного, и я тут же покраснела, так как поняла, что подруга стала свидетелем еще толком на начавшейся ласки. — Можно, — произнес Гарри, не убирая своей руки. Машина и до этого ехала не медленно, но после замечания Тори автомобиль помчался так, что мне от нервозности пришлось вжаться в кресло. Пару раз проехав на мигающий желтый, Гарри забавно мне подмигнул. Остановив машину возле университета, он сказал: — Приятно было пообедать с тобой в одной компании, Виктория. — Взаимно, — быстро ответила она, выходя из машины. — Если что, Эми, я в библиотеке, — и хлопнув дверью, быстрым шагом направилась к воротам. Я была уверена, что она еще что-нибудь скажет мне вечером, перед тем как я уйду на спектакль, и тем не менее, стало немного стыдно перед ней. Гарри опустил руки на колени, с улыбкой выдыхая. Он не обращал внимания на студентов, шнурующих туда-сюда перед въездом на парковку. И хоть я мельком знала парочку из них, была уверена, что некоторые уже поняли, кто был за рулем. Пару раз я заметила, как Гарри пытались сфотографировать, но он не вовремя поворачивал голову в сторону камеры, и люди сами собой убирали телефоны. — Забавная встреча, — сказал он, наконец. — Мне жаль, — произнесла я, надеясь не казаться слишком жалкой, — прости. Я думала, что как-то разговорю вас обоих и вы сможете подружиться. Гарри улыбнулся, качая головой: — Это нормально, когда лучшая подруга недолюбливает парня подруги. По мне, пусть так и будет. Ему действительно не нравилась Тори? — Как пожелаешь, — вздохнула я, хватаясь за ручку двери. Гарри, словно не готовый к моим действиям, потянулся ко мне: — Иди сюда, — его ладонь осторожно коснулась моей щеки. Мягко поцеловав меня, он взглянул мне в глаза. — Не расстраивайся так. — Не буду, — кивнула я. Я хотела вновь его поцеловать, но не пойми откуда взявшийся автомобиль просигналил нам сзади, и я, вздрогнув, сконфузилась. Гарри раздраженно покачал головой. Глянув назад, я ахнула: — Гарри, ты остановил машину на месте ректора. — Да я в его кошмарах буду и ректором, и спонсором, и святым Михаилом, — буркнул он, недовольно сжимая руль. Хихикнув, я быстро чмокнула его в щеку, стараясь не думать о том, как приятно он пахнет, и быстро вышла из машины. Помахав ему, я увидела, как он, еще раз мне подмигнув, кивнул и с улыбкой на лице уехал. Что было замечательно — он не слишком разозлился. Надеясь не быть замеченной ректором, я поспешила скрыться в толпе студентов, в которой я до сих пор наталкивалась на взгляды ошарашенных ребят. Они, словно рентгеновской вспышкой, оценивали с головы до пят, и если сначала я этого стыдилась, потом на это злилась, то теперь мне стало абсолютно всё равно. POV Гарри Получив сообщение от Найла, я был приятно удивлён. Отчим Эмили оказался не таким святым, как его семья. Но если мать Эмили знала, где пропадал её муж вечерами, то тогда я удивлён вдвойне и даже как-то разочарован в них. Вряд ли таких людей, как ее родители, можно назвать достойными, учитывая, что их дочь сама старалась обеспечить себе жизнь. Эмили рассказывала о сложных взаимоотношениях с семьёй, но я всё равно не мог понять, в какой момент произошёл этот раскол, что теперь Эмили проще попросить помощи у своей бабушки, нежели у собственной матери. Наверное, я должен быть рад этому. То есть, чем меньше Эмили общалась с матерью, тем вероятнее, что она была в безопасности (при условии, конечно, если Мишель знала, что Коннор был игроком Ранга). Ранг славился тем, что блестяще умел делать людей своими должниками. В основном, в его списке всегда были влиятельные люди, но игральные клубы в районе Уайтчепел предназначались и для обычных граждан, которые считали себя профессионалами в покере. Я знал Ранга. А Ранг знал меня. Поэтому, когда я появился на пороге его дома, он был удивлен. Выглядел неважно. Как побитая собака. Хоть и одет, как подобало другу королевской семьи. Его дом, если быть точнее, — резиденция находилась за городом, в двадцати минутах езды. Я и раньше бывал у него, но то было по бизнесу и договоренности. — Я где-то перешёл тебе дорогу? — сразу спросил он, когда меня проводили в его кабинет. Помпезность его дома всегда меня забавляла. Я знал, что он не был аристократом, но вел себя так, словно королева Англии — его родная бабка. — Я приехал один, Реджинальд, — сухо произнес я, присаживаясь на диван и качая головой, когда он кивком головы предложил мне выпить. — Не из-за разборок, если это вообще можно было назвать разборками. — Вы отжали у меня три клуба, Гарри. — Ты их нам проиграл. Реджинальд Ранг действительно постарел. Круги под глазами, впалые щёки. Не будь я слишком спокоен и не заинтересован, подумал бы вновь присвоить парочку его заведений. Его болезненный вид показывал, что он больше не в состоянии вести дела и отстаивать свои права, что автоматически делало его потенциальной жертвой. — Как твое здоровье, Реджи? — А твое, Гарри? — Не обо мне волнуйся. — Со мной всё в порядке. Атмосфера в его доме всегда казалась опустошающей. Хотя были времена, года три-четыре назад, когда здесь собиралась вся уличная грязь: шулеры и игроки. — Я здесь по делу, Реджи. Он фыркнул, делая глоток из полупрозрачного стакана. — Иначе и быть не может. Что за дело? — Мне нужен один из твоих должников. Ранг недовольно поморщился. Покачав головой, он что-то невнятно пробормотал. Реджинальд уселся за стол, включил свой компьютер и снял с шеи цепочку, на которой свисала флешка. — Не-не-не, — он нахмурился. — Сначала назови клуб, в котором он оторвался, и я скажу тебе, могу я тебе с этим помочь или нет. — Уайтчепел-хайстрит, 97. Ранг уже хотел взяться за флешку, чтобы подключить ее и найти то, что меня интересовало. В этой флешке были все его должники, и системный контроль флешки ввелся дистанционно. Но вдруг Реджинальд поджал губы, сжал кулаки и покачал головой. — Помочь ничем не могу, Гарри. Этот клуб больше не мой. — И чей же он? — от мысли, что я зря приехал, меня начинало лихорадить. Уже через два часа я должен быть в городе при всем параде. — Я проиграл его Кубо Тональто. POV Эмили АРТС-театр находился почти в центре города, хотя место, в котором шли репетиции, было на другом конце Лондона. Мне почему-то вечно казалось, что театры, находящиеся ближе к цивилизованным улицам, хуже, чем те, что находились в провинции. Удивляться такому мнению не было смысла, потому что его мне внушила моя бабушка. Когда Гарри проехал чуть дальше театра, чтобы найти парковочное место, я окунулась в воспоминания той ночи, остатки которой хотелось бы смыть из памяти навечно. Не знаю, что бы я делала, если бы не Гарри. В голове сразу же появился тот проулок, запах дыма… Мысли об этом, видимо, отразились на моем лице, потому что Гарри, припарковал машину и заглушив двигатель, повернулся и спросил: — Всё в порядке? Я сделала глубокий вдох и кивнула ему. Гарри выглядел идеально. Может он часто ходил в театры, поэтому знал, что значит одеться официально-повседневно. В черных джинсах, черных туфлях, белой футболке и черном пальто. — Тогда почему в глазах испуг? — он мягко улыбнулся. — Ты волнуешься? — А ты — нет? — действительно, зачем ему волноваться. Я была уверена, что бабушка будет от него в восторге. Другое дело, понравится ли бабушка ему. Иногда она умела надоедать людям. — Волнуюсь, конечно, — Гарри пожал плечами, — но все равно, не так, как ты. Всё будет в порядке. Мы вышли из машины, точнее, Гарри (как всегда) открыл мне дверь и предложил руку, за которую я тут же схватилась, потому что чуть не поскользнулась, стоило моей левой туфельке коснуться асфальта. Он напряг руку, так что его локоть стал моей железной опорой. Нам пришлось немного пройти до театра, но это было даже мне на пользу. Несмотря на то, что я была на каблуках. Прохладный ветер чуть охладил мои горящие щеки, поэтому в театр я зашла, заметно успокоившись. Нас поприветствовали у входа, проверили билеты и наличие наших имен в списке и выдали две карточки с нашими именами. Бабуля предупредила, что внесла нас в список гостей, которым доступен вход за кулисы после окончания спектакля. Сразу же в холле нас встретила афиша. Огромный плакат почти на три метра в высоту и в ширину, на котором было название спектакля и кадр с постановки, на котором на первом плане была Сандра. — Так, — Гарри откашлялся, — вот теперь я начинаю паниковать, — произнес Гарри, не сводя взгляда с афиши. Мы сдали верхнюю одежду в гардероб, а перед тем, как всех стали запускать в зал, я поправила платье и волосы и отправила бабушке сообщение, оповещая о нашем приходе. Непривычно было находится с Гарри в таком многолюдном месте. Почти каждый четвертый узнавал его, и парочка мужчин даже подошли поздороваться, называя себя вкладчиками в одном из его строительных проектов. Наши места в партере оказались почти в самом центре. Гарри улыбался, и в его взгляде я не замечала никакой скованности, что меня однозначно радовало, но я никак не могла понять, чего же ощущала я. Наконец, раздался голос, оповещающий о начале спектакля…

***

Антракт, который наступил слишком неожиданно, мы решили переждать в небольшом зале, пока основная масса зрителей направилась в ресторанную часть. Я впервые увидела бабушку на сцене и была поражена тому, что в самом начале я её даже не узнала. Эта была не та бабушка Сандра, которую я привыкла называть просто «ба». — Я должен это сказать, — произнес Гарри, когда мы встали возле стенки, — но твоя бабушка явно пользуется большой популярностью среди мужчин? Она очень … живая. Я рассмеялась, а Гарри, нахмурившись, спросил: — Чего? — Ну да, чтобы пользоваться популярностью у мужского пола достаточно быть просто живой. Он на секунду задумался, а потом, чуть сжав губы, чтобы не улыбнуться, произнес: — Я не это имел в виду. Я прекрасно поняла его. И была с ним абсолютно согласна. Моя бабушка не была похожа на своих ровесниц, которые уже с возрастом становятся спокойными и не выдают своих эмоций на лице, боясь показать свои морщины. Ба — другая. Она действительно живая, по сравнению с другими женщинами. Порой куда живее, чем Мишель. — Кстати, да, — сказала я внезапно и, увидев его непонимание, пояснила: — Ответ на твой вопрос. Она действительно пользуется популярностью у мужчин. Так что даже не смей смотреть на нее. Гарри засунул руку в карман, вытаскивая телефон: — Не знаю, смогу ли сдержаться, — он улыбнулся, а затем, разблокировав экран, посмотрел и нахмурился. Выражение его лица изменилось за долю секунды. Он осторожно посмотрел на меня, виновато сжимая губы. — Пол ждет меня на улице. — Ты… уходишь? — Нет, — тут же произнес Гарри, — просто, пока небольшой перерыв, схожу и узнаю, в чем дело, а потом вернусь, — видимо, на моем лице отразилась паника, потому что Гарри, приблизившись, мягко поцеловал меня за ушко и сказал: — не дольше пяти минут. Я — скоро. — Хорошо, — ответила я, пытаясь не расстроиться, когда он собрался выходить. Гарри скрылся в толпе, а я, стоя у стенки, старалась найти предмет для внимания, чтобы перестать думать о том, что дела Гарри никогда его не отпускали. Сжимая в руках телефон и карточку, я решила пройтись до ресторанной части и попить воды. По современному обустроенный театр казался больше помещением для выставок, нежели для спектаклей. Кругом не понятные никому скульптуры, свисающие отовсюду причудливые фигуры. Много зеркал и... прозрачные пластиковые лестницы, которые поставили меня в тупик. Я не могла подняться вверх, в ресторанную часть, при этом не показав того, что было под моей юбкой. Блин. — Не волнуйтесь, — раздался мужской голос совсем рядом, — я вас прикрою. Молодой человек в рубашке и темных джинсах подал мне руку и встал между мной и пространством, на котором бы отражалось то, чего бы я не хотела показывать. — Эээ… спасибо, — кивнула я, воспользовавшись помощью. — Всегда рад помочь прекрасным девушкам, — чуть погодя парень добавил, — вы, кстати, очень похожи на актрису, которая играет героиню по имени Кэтрин. Я улыбнулась, кивая: — Это потому что она моя бабушка. Парень приятно улыбнулся: — Она невероятно играет. Приятная женщина. — Спасибо. Мы оказались в большом помещении, по периметру которого были разложены столы П-образной формы. Официанты с подносами и предлагающие выпивку и закуски. Люди могли сидеть, стоять. И освещение было направлено в центр. — Не желаете выпить? — спросил подоспевший официант. — Благодарю, — ответил молодой человек, взяв в руки бокал шампанского. — Мисс? — поинтересовался официант. — Спасибо, — не знаю, почему, но я тоже взяла бокал. Молодой человек не собирался уходить, он смотрел на то, как сделала глоток, и только тогда, когда он отвернулся на пару секунд, я смогла сморщить лицо от неприятного послевкусия. Молодой человек вдруг протянул руку: — Забыл представиться. Я — Макс. — Эмили, — пожав руку, я чуть кивнула головой. Оглядываясь и надеясь, что парень уйдет быстрее и Гарри его не увидит, я уже хотела под предлогом куда-то отлучиться, но парень меня опередил. — Простите, но я, кажется, увидел своих знакомых, — он посмотрел на меня с улыбкой, и я с такой же вежливой улыбкой на лице заверила его, что всё в порядке. Попрощавшись, мы разошлись, хотя после этого еще долго находились в поле зрения друг у друга. У парня был приятный голос. Коротко постриженные волосы, аккуратная щетина и ярко-выраженные глаза. Он улыбался мне, когда наши взгляды сталкивались, и от этого мне становилось неловко, потому что не улыбнуться в ответ было бы невежливо, а со стороны вряд ли это можно было назвать вежливостью. Поставив шампанское на стол, я направилась к выходу и в последний момент вспомнила про дурацкую лестницу. — Гарри, ну где же ты, — тихо прошептала я, сжимая телефон еще сильнее, как вдруг на моей талии появилась рука, прикосновение которой успокоило меня еще до того, как я увидела ее обладателя. Гарри мягко поцеловал меня в макушку, и когда я повернула голову, чтобы сказать ему, как я успела соскучиться, он произнес: — Я всё уладил, и до конца вечера больше никуда не уйду. Наклонившись, он прикоснулся к моим губам. Мне хотелось ему что-нибудь сказать, но вместо этого я ответила на его поцелуй, совсем забывая о месте, в котором мы находились. Его мягкие губы, чуть холодные с улицы, быстрее согрелись, что он не мог не прокомментировать громче, чем положено: — Ммм, мне вдруг стало тепло. — Дурак, — хихикнула я, пряча лицо у него на груди. — Выведи меня с этого этажа. Там лестница глупая. — Глупая лестница? — переспросил он с нежностью в голосе, смотря мне в глаза. — А как ты по этой глупой лестнице поднялась? — Мне помогли. — И кто же? — Неважно, кто. Важно то, что спуститься без тебя я не смогу. Гарри успокоился и повел меня обратно, на первый этаж. Скоро должен был начаться второй акт, что означало приближение неминуемого знакомства.