Абсолютная Власть/Imperium

POV EMILY Я не считала, что отсутствие здорового сна может срубить целый день на корню. Засыпая на лекциях, я щипала свои руки, ноги, щеки. Под конец дня вовсе сваливалась с ног, однако надо было встретиться в библиотеке с Тори и продолжить проект. Защита этого проекта ярко отразится на нашем табеле успеваемости, и в конце года мы снова получим от администрации разрешение на проживание именно в той комнате, где мы сейчас и жили. После библиотеки, трехчасового поиска информации, я собрала нужные бумаги, пока меня не видела Тори и направилась к выходу. Подруга хотела еще остаться здесь на некоторое время, чтобы доработать свою часть проекта. Выйдя из библиотеки, от которой до общежития надо было идти пешком семь минут, я укуталась в пальто плотнее и натянула шарф, надеясь не простудиться. Погода была ужасной, и кроме как отвращения не вызывала ничего. Я люблю дождь, но когда не пойми, как дует ветер: то в лицо, то в затылок, здесь мое терпение видит четкую границу. Распущенные волосы хаосом на голове пугали окружающих - в этом я была уверена. Пытаясь совладать с ними, я собрала их в кулак и старалась засунуть за шиворот пальто, остановившись посреди тротуара. В этот самый момент краем глаза я увидела, как проезжающая машина затормозила. Черный Рэндж Ровер сбавил скорость и ехал рядом с тротуаром на приличном расстоянии, и не стань я параноиком за последние три дня, я бы и не обратила внимания на эту чертову машину. За мной кто-то следил. Трясущими руками я таки запихнула волосы за воротник пальто, и, стараясь не подавать виду, перешла дорогу прямо перед этим злополучным автомобилем и зашла в первое попавшееся теплое заведение. Кофейня на секунду окутала меня своим ароматом и выбила глупые мысли, но когда я в окно увидела, как остановилась машина у бордюра рядом с заведением, я вновь почувствовала колотящий изнутри страх. Сев в самом дальнем углу кофейни, я заказала чай с ромашкой, чтобы успокоить свои нервы. Может, я действительно паниковала? И на самом деле за рулем была женщина? Нет, за рулем была женщина, а рядом сидел ребенок, который хотел поесть, и вот поэтому женщина притормозила и выискивала здесь место, где она могла бы накормить ребенка? Черный Рэндж Ровер продолжал стоять у входа. Решив сидеть здесь до закрытия, я надеялась, что водителю надоест весь этот сыр-бор, и он уедет. Достав из сумки распечатанные тайком бумаги, я разложила их по столу и начала отвлекать себя ненужной информацией. Я загуглила имя того парня. Он заметил меня в клубе, спас из ресторана, но как такового контакта с ним я у меня не было. В конечном итоге, я узнала, что один из тех пятерых парней, являлся владельцем того клуба, где я второй раз встретила Гарри, а в ресторане должна была произойти встреча Гарри со спонсорами его кампании. Все было слишком запутано, и пока я разбирала, кто есть кто, я не заметила, как кофейня опустошалась. Особой интересной информации не было. Была типичная анкета, пару мелких интервью в мужских журналах. С ужасом я заметила, что пыталась выяснить что-то о Гарри ради собственной выгоды, нежели защиты. Что вообще он может мне сделать? Он меня спас. Но вопрос, почему я не помню больницу? «Ты где? Т. Б.» - мобильник завибрировал, и я с опаской глянула в окно. К моему удивлению никакой машины не было, и быстро напечатав ответ, я оплатила счет и вышла из кофейни. - Мисс Уайт, отличный реферат. У вас лучшая оценка, - профессор одобрительно кивнул. - Если такими темпами вы возьметесь за экзамены, проблем у вас не будет. - Спасибо. - Какие предметы вы собираетесь сдавать? - Историю, литературу на следующей неделе. Право и экономика - через неделю. - Удачи, Эмили. - Спасибо, профессор. Я вышла из аудитории с облегченной душой. Я никогда еще не думала, что смогу так быстро управиться с письменными работами. Заметив резкое изменение в расписании, я более менее подстроилась под занятия, но пару окон так и не заметила, а когда пришло свободное время перед последней лекцией, я вышла на улицу и решила прогуляться, не выходя за территорию университета. Середина октября была слишком насыщенной, да и год этот учебный начался через чур сумбурно. Предаваясь своим мыслям, я так и не заметила, как чуть не сбила парня, стоящего под деревом в тени. - Извините, - я подобрала с земли конспект, выпавший из учебника. Парень опустил на меня свой взгляд, и медленно расплывшись в улыбке, сказал: - Не страшно. Обычно под таким предлогом в фильмах начинаются любовные истории. Я фыркнула, покачав головой: - Не мой типаж, прости. - И это тоже фразочка из фильма. Парень якобы не типаж девушки, а она тайно о нем уже думает. - Нет, правда, - я тряхнула головой, - я в принципе…ты… короче, извини, что сбила тебя. Парень отмахнулся, продолжая улыбаться: - Смотри аккуратнее, - он вернул свое внимание учебнику, а я с поднятым настроением прошла вдоль забора. Небо было чистым, солнце грело несмотря на сезонные похолодания. Было приятно и хорошо. - Эй! - я услышала голос того парня под деревом. - Ты уронила, - я обернулась и увидела, как он поднял клочок бумажки. Мой взгляд тут же сфокусировался на заднем плане. За парнем, за забором снова проехала черная машина. Рэндж Ровер не спеша проезжал мимо университетской калитки, и я почти увидела водителя, но тот парень с клочком бумажки помахал рукой, привлекая к себе внимание. - Неважно выглядишь. Тебе нехорошо? Я взяла бумажку, развернулась и на трясущихся ногах направилась в здание университета. Какой-то кавардак в голове не давал нормально мыслить, и лишь когда я оказалась в туалете, за закрытой дверью, я поняла, что за мной действительно кто-то следил.

***

Victoria Belova. Тори Белл никогда не шла на поводу у кого-то. Никогда. Она всегда знала, чего хочет и как этого добиться. Она росла одна, без сестер и братьев. Единственным родным человеком был ее отец, который забрал ее к себе, когда она еще не ходила в детский сад. Она никогда ни у кого не шла на поводу, но почему-то когда на пороге их комнаты появился человек, держа спящую Эмили на руках, она поняла, что сделает все, что скажет этот человек, лишь бы с ее подругой ничего не случилось. - Никто, повторяю, - парень уложил девушку на кровать, - никто не должен знать, что произошло на самом деле. - Вы-ы к-кто? - заикаясь, Тори встала между этим человеком и кроватью, на которой лежала ее подруга. - Что с Эмили? - С Эмили все в порядке. Рука заживет быстро. А что касается тебя, то у тебя будут проблемы, если вдруг кто-то узнает, что я был здесь. О внешних факторах я позаботился, а ты, будь добра, позаботься о том, чтобы Эмили не узнала, что с ней произошло этой ночью. - Что произошло? Тори придумала логичное объяснение случившемуся в ресторане, заранее предупредила об этом Эрика, рассказав ему, что Эмили стало плохо, и она уехала из ресторана, не дожидаясь его. Таким образом, на ее совести были две лжи и спасенная жизнь Эмили. И думать о том, что лицо этого человека она видела на газетах, она не хотела. Все было слишком спутанно, а ее это жутко пугало.

***

POV Emily Я дожила неделю без происшествий. Ни Рэндж Ровера, ни глупых сомнений параноика больше не проглядывалось. К выходным я полностью освободилась от всех университетских работ. Сдала все то, что пропустила раньше и сделала еще больше, чем следовало. Я была собой довольна. Вечером в пятницу перед сном бабушка позвонила мне и сказала, что хотела бы со мной встретиться на выходных, так как дедушке, наконец, дали время отдохнуть от больничных стен. Его подкошенный возрастом иммунитет не выдерживал простуд, и он почти каждый месяц наведывался к медсестрам в больницу. - Я с радостью. Когда и где встретимся? - было неудобно держать трубку рукой, потому что та уже заныла и начинала затекать. Зажав мобильник между головой и подушкой, я убрала руки и продолжила слушать бабушку. И вот, после субботы, которую я отсыпалась, я встала с утра с мыслями, поторапливающими меня сначала в ванной, затем во время уборки, чтобы не опоздать на встречу с бабушкой и дедушкой. Встревоженная Тори помогала мне убрать вещи, но на мои вопросы, что случилось, лишь отмахивалась и ссылалась на головную боль. Мне почему-то казалось, что она обиделась на меня из-за несостоявшегося «свидания» с Джеем. Все, что я помню о том ужасном дне: высокие каблуки, липкие волосы, прикосновения Эрика, вызвавшие во мне тошноту, коктейль, после которого меня вынесло, и … пронзительный взгляд зеленых глаз, который я поймала на себе во время танца. К кошмарам я уже привыкла, они не так выделялись во сне, и я уже понимала, что спала, чего не было раньше. Я и подумать не могла, что увижу свой кошмар в реальности. Знаменитый Гарри Стайлс был гораздо красивее, привлекательнее чем на фотографиях. В живой вариации он как-то туманил мысли, а его четко очерченные губы то усмехались, то складывались в плотную линию. Он был прекрасен. И могущественен, стоит мне вспомнить, как я, под гипнозом его взгляда, в точности повторила его недовольные качания головой из стороны в сторону, отказываясь от коктейля Эрика. Я не представляла как, но внутри меня растекалось ощущение, что этот парень при любом живом контакте со мной сведет меня с ума. Отбросив все мысли, я решила больше не возвращаться в ту ночь в мыслях. Мне это только вредит, а голова должна оставаться чистой. Натянув на себя джинсы, темную водолазку, я заплела волосы в небрежную косичку, у которой на висках торчали локоны. Ноги в сапоги, руки в плащ. Проверила телефон в заднем кармане штанов, сверила часы, перед тем как уйти. Погода была солнечной, но жутко ветреной. Холодные порывы то и дело перебрасывали мою косичку с одного плеча на другое. Кафе, в котором я договорилась встретиться с бабушкой, было через четыре улицы, поэтому я не видела особого случая вызывать кэб и платить за дорогу втрое больше, чем того позволяла моя стипендия. Как бы я не хотела казаться храброй, я все равно озиралась по сторонам в поисках черного Рэндж Ровера, один вид которого заставлял дрожать мои колени, а зубы стучать и вовсе не от холода, а от страха. Последние события, которые при малейшем желании связать вместе, просто убивали мою способность мыслить. Я хотела бы просто сесть и обдумать все, что произошло, но черт меня дери, из-за выпитого алкоголя я не могла сказать, что было реальностью, а что - моей глупой выдумкой. Сандра сидела за столиком, забавно уставившись на дедушку. Дедушка Элиот, в свои неполные шестьдесят восемь, выглядел лучше, чем Коннор, хотя бы потому, что на лице у деда всегда была добрая, приветливая улыбка, располагающая к себе даже самого недружелюбного человека мира. - Господь Бог, да это же мой пончик, - дедушка привстал из-за стола, когда я вошла внутрь кафе. Кафе было дорогим, и я, часто проходя мимо, с мечтанием в душе заглядывала через окно. Не знаю, по какому поводу дедушка и бабушка решили сюда зайти, но я была рада, что оказалась в таком заведении именно с ними. - Эми, - Сандра обняла меня первая, назло Элиоту обходя стол проворнее. - Я знаю, ты была занята своими пересдачами, но я так рада, что смогла тебя вырвать в конце недели. Стоило мне высвободиться из-под объятий бывшей актрисы, как меня тут же зажали в новые. Дедушка Элиот был сильным, да и выглядел он далеко не больным стариком. - Эмили Уайт, должен признаться, никогда я не был так горд тобой, как сейчас. Мне сказали, что ты показываешь лучший результат в университете. Это правда? Я немного покраснела. - Значит, правда, - довольно кивнул Элиот. - Присаживайся. Мы сели за стол. И не успела я оглядеть кафе взглядом, полным оценивания и решимости все запомнить в деталях, как между бабушкой и дедушкой вновь начался спор, что заказывать, а что лучше «проигнорировать» в меню. Гремучая смесь, помните? - Как твое самочувствие? - спросила я, когда смесь слегка подстыла. Дедушка лишь растянулся в улыбке. - Медсестры меня не хотели отпускать, жаловались, что я простужусь еще сильнее, но что-то мне подсказывало, они не волновались о моем здоровье, они не хотели оставаться без моего внимания. Я прыснула со смеху, а Сандра лишь закатила глаза, театрально делая вздох от скуки. - Сандра, кривляйся, сколько угодно твоей карамельной душе, - «сладко» улыбнулся дедушка, посмеиваясь. - Факт остается фактом: ты счастливица, что я более, чем сорок пять лет назад женился на тебе. Бабушка вновь закатила глаза, но на этот раз от меня не скрылась ее прибирающаяся сквозь театральный профессионализм улыбка любимой женщины. Отношения между бабушкой и дедушкой были теплыми, и они не стеснялись показывать их, подкалывать друг друга и оставаться влюбленными даже через сорок пять лет, в отличие от моей мамы и Коннора. Они всегда при мне держались холодно, будто бы между ними была стена. И я так и не поняла, смогла ли бы я принять Коннора как своего отца или нет. Но а как мне понять? Он не обнимал мою маму, со мной особо не нянчился. Он лишь заботился, проверяя дома счетчики, меняя лампы в люстрах, разгружая багаж с пакетами продуктов, отчищая дорожку от снега. Наверное, из-за этого я и дорожила временем, проведенным с бабушкой и дедушкой, потому что только они могли показать мне, что значит семья. - В следующий раз, Эли, попроси у медсестрички телефон, - буркнула бабушка, делая параллельно заказ, - а то, когда меня не станет, тебе нужна будет грымза, способная кусать твои нервы. Элиот неодобрительно цокнул: - Я всегда знал, что актриски умом не блещут, - поймав на себе взгляд Сандры, он добавил: - Не неси глупости и всякую чушь… Я уже взял номер. Я снова прыснула со смеху, а бабушка лишь покачала головой, всем видом показывая, что она устала от его приколов. - Ты что-то хотела мне сказать, ба? - спросила я, сделав заказ за дедушкой. Сандра кивнула: - Ты в тот вечер ушла, так и не дождавшись главную часть. - Что за главная часть? - я нахмурилась, вспоминая, как мама холодно вела себя за столом. Сандра перевела взгляд на дедушку, а затем снова на меня: - Мишель и Коннор не особо обрадовались, но я надеюсь, вас это не оставит равнодушными, - она обратилась к нам обоим. - Я снова буду играть. В театре. Я не сразу поняла, что значит «играть». Почему-то я представила совершенно другую ситуацию. Я пыталась представить лицо мамы, и в душе надеялась отреагировать на новость Сандры иначе. Но прошло не больше трех секунд, как Элиот, задумавшийся на секунду, удивленно развел в руки: - Санни, ты серьезно? Бабушка осторожно кивнула, боясь реакции Элиота. - Да. - Бог мой, - выдохнул ошарашенно дедушка, откидываясь на спинку стула. - Я … - Не рад? - бесцветно спросила бабушка. Элиот покачал головой: - Наоборот, Санни, наоборот. Я рад. Очень рад. Это ведь то, чем ты бы хотела заняться. Еще раз. Бабушка, не веря своим ушам, расплылась в невольной, но искренней улыбке, прямо взяв дедушку за руку, сжимая его ладонь и тепло улыбаясь. А я продолжала молчать. Я никогда не видела, как играла бабушка, и сейчас, кажется, я была в шаге от того, чтобы приблизиться к этому. - Мои поздравления, ба! - я привстала и обняла ее, прижавшись к макушке ее крашенных волос щекой. Ее теплый, приятный аромат окутал меня, и снова поняла, что значит быть рядом с семьей, где во взглядах, пересекающихся за столом, ничего, кроме любви и поддержки не найдешь. Принесли наш заказ, который с молниеносной скоростью расставили прямо перед нами, не успели мы еще отойти от новости бабушки. Дедушка продолжал сжимать ладонь бабушки, поглаживая ее большим пальцем. - Пожалуй, я выброшу номера медсестричек, - усмехнулся Элиот, взяв чашку чая в руки. - Ну, уж будь добр, - кивнула Сандра, пряча улыбку. - Знаешь, Эми, - произнес дедушка, наклоняясь поближе ко мне, - напомни мне перед выступлением бабушки купить килограмм томатов. Прыснув от смеха, бабушка шлепнула дедушку по руке, и тот, виновато улыбнувшись, покачал головой: - Шучу, я шучу. - Он снова посмотрел на меня: - напомни мне купить букет цветов, - бабушка от слов Элиота прикусила щеку и довольно хмыкнула. Она отвернулась, чтобы позвать официанта с напитками, а пока она нас не видела, дедушка снова ко мне наклонился и добавил: - Я не шутил про томаты. Спрятав за ладонью свою улыбку, я посмотрела с обожанием на Элиота. Дедушка и бабушка стоили друг друга, и я была безгранично рада, что была именно их внучкой. С такими людьми учишься, как правило, многому, но при этом к жизни относишься гораздо проще. Так странно, что Мишель не похожа на родителей. Мы закончили свой обед, заплатили за счет, и позже дедушка, узнав, сколько было времени, с огорчением объявил, что ему пора было принимать лекарства. Сандра, встав из-за стола, натянула свое меховое манто, взяла под руку Элиота, и обняв меня на прощание, произнесла: - Эми, так странно, что ты внешне похожа на мать, но при этом так кардинально от нее отличаешься. - Для меня это комплимент, - прошептала я в ответ. - А зря, - вздохнул дедушка, - Мими тебя любит, хоть и не умеет это показывать. - Я тоже ее люблю, - скороговоркой произнесла я, чтобы успокоить своих стариков. Еще раз попрощавшись, они ушли, оставив меня в кафе одну. Слава Богу они взяли с собой зонт, потому что на улице, к тому моменту, начался ливень. На Риджент-стрит всегда были фешенебельные и элитные рестораны, но я и не предполагала, что даже кафе здесь могут воссоздавать элемент дорогой роскоши. Клиенты заходили и выходили так часто, что я перестала обращать внимание на звук открывающихся дверей. А зря. Дорогая мебель, большие окна. Все вокруг напоминало мне Дольче, в котором началось мое крушение. И единственное, чего здесь не хватало для законченной композиции - это парень. Тот безумно привлекательный, с горящим зеленым взглядом парень. Я сделаю себе на будущее заметку, перестать думать о нем, потому что, каким-то чудесным образом, мои мысли материализовывались. Тот случай в клубе, и сейчас… Сердце бешено застучало, ладони заметно вспотели, а во рту пересохло. У двери стоял Гарри Стайлс.